Четыре бетонных ступеньки

Чимин слышал и как за ним рванула мама, и как ее остановил отец. Может быть, он и правда был слишком груб, может быть не стоило так говорить с родителями, но услышанное сегодня стало последней каплей в череде мелочей, которые он игнорировал годами. Только с появлением в его жизни Юнги он впервые узнал, что его мнение тоже можно уважать, прислушиваться, что у него тоже есть право голоса. И даже если Юнги часто ворчит или дразнится, он никогда не обидел Чимина и никогда бы не проигнорировал его желания и потребности. Все это так разительно отличалось от его дома, где его годами задаривали подарками и задабривали деньгами, чтобы только он не смел и рта раскрыть, иначе сыпались упреки и угрозы, манипуляции и шантаж. Он всегда чувствовал себя виноватым во всех грехах и оттого не смел возражать, а ведь на самом деле не был виноват ни в чем. Родители решали за него каждый шаг, запрещали и разрешали то, что считали нужным, а личности Чимина не существовало. Все его идеи срезали на корню, над мечтами смеялись. Ему позволяли хобби вроде танцев, но упаси господь он заикался о том, что хотел бы заниматься этим серьезнее. Нет, его родители не были монстрами, бывали родители и хуже. И он все еще был благодарен им за то, что у него было, но сейчас чувствовал потребность в другом. Ему пора было взрослеть. Да, многие его друзья и в тридцать жили с родителями на их деньги, но Чимин вдруг ясно понял, что если не уйдет, то так никогда и не сможет найти настоящего себя, а лишь останется в тени родителей, а позже станет их кривой, бездушной и несчастной копией. Странно было стоять в своей комнате и выбирать вещи, что ему понадобятся. И не для поездки на отдых, а надолго. Его родители ведь разрешат потом забрать зимние вещи, правда? Мама так точно. А если не разрешат, то купит новые. Чимин взял немного налички, подаренной родственниками, взял зарядки, ноутбук, планшет и колонку. Собрал в косметичку средства по уходу и одежду. Пусть только десятую ее часть, но все-таки так ему будет, в чем ходить. В итоге чемодан собрался внушительный, но он решил не перебирать вещи и отправляться так. Кажется, все необходимое было с ним. — Ты обычно долго собираешься, но чтобы ехать в ночной клуб с чемоданом, — присвистнул Тэхён, рассмеявшись. Он все ещё был навеселе и не сразу заметил заплаканные глаза Чимина, в отличие от Юнги, который тут же взял парня за руку, забрав из другой чемодан. — Что случилось, котёнок? — Я… я подумал, что хочу остаться сегодня на ночь у Тэхёна, если он не против, — тихо ответил Чимин, осознавая, вдруг, что ему теперь нужно будет искать место для ночлега. Или квартиру. И работу. — Чимин, — мягко настоял Юнги. — Мне… — Чимин почувствовал, как дрожит губа и перевёл дыхание, — меня выгнали из дома. Вроде того. — Значит, ты останешься у меня, — твёрдо сказал Юнги, заставляя Чимина удивленно вскинуть брови и через секунду сложить их домиком. — Ты не шутишь? У тебя же и так мало места, а тут я… — А тут ты. Мой парень. И моя любовь, — Юнги тоже было непросто говорить о чувствах, но он пересилил себя, мягко поднимая голову Чимина за подбородок, чтобы поцеловать в губы. Ещё одна потрясающая черта Юнги: он не задавал лишних вопросов. Легко решал проблемы Чимина, ничего не спрашивая и ничего не требуя. Ему, наверняка, хотелось все узнать, но сейчас он просто взял на себя ответственность за растерянного мальчишку и не требовал никаких объяснений. — Я так люблю тебя, — всхлипнул Чимин, обнимая Юнги за шею и прижимаясь к его губам. С таким парнем ему ничто не страшно. — Боже, вы такие сладкие. В клуб мы едем? — поинтересовался Тэхён, обнимая за шею Чонгука. — Мы едем ко мне, — предложил Юнги. — Ну нет, хен, тогда уж ко мне. Не обижайся, но моя Квартира больше, — хмыкнул Тэхён, тоже не задавая лишних вопросов. — Сейчас в магазин за алкоголем и закусками, а потом тусовка до утра! Чимин быстро вытер слёзы тыльной стороной ладони и рассмеялся. Ему чертовски повезло с парнем и друзьями. Через час они уже поднялись в квартиру Тэхёна, предварительно закинув чемодан Чимина к Юнги в гошивон. Ему было неловко, потому что его чемодан казался ужасно громоздким на фоне крошечного помещения, но Юнги и бровью не повёл, словно ничего такого не случилось. Чимину было непросто расслабиться и веселиться, как будто ничего не произошло, но алкоголь и веселая компания смогла его отвлечь. Выпивший Чонгук оказался ужасно болтливым и смешным, как и Юнги, который сыпал шутками, заставляя Чимина падать на пол от смеха. Они старались не шуметь слишком сильно, чтобы не мешать соседям, но около трёх часов ночи им все равно вежливо постучали в потолок, как бы намекая, что пора бы и утихомириться. Чонгук остался у Тэхёна на ночь, а Юнги с Чимином отправились, теперь уже, к ним домой. Это впервые, когда Чимин собирался остаться на ночевку у Юнги, и так волновался, что даже не ощущал сонливости. Осторожно достав из чемодана свою пижаму, он сходил в душ, привёл в порядок кожу и волосы и забрался в кровать, дожидаясь из душа Юнги. Тот вышел в одном только белье, с влажными волосами и безумно, безумно красивый. Чимин завис, любуясь парнем, и смутился, когда тот подколол его: — Чимин-и, муха залетит. — Йааа, хен! Ты просто ужасно красивый. И мне так неловко, что я свалился тебе, как снег на голову. — Я сам тебя позвал, перестань. Знаю, что ты не ждал этого и не попросил бы, но мне кажется это вполне нормально. — Ты не пожалеешь? — Я не знаю пока, милашка. Если ты будешь уважать все тридцать сантиметров моего личного пространства тут, то не пожалею, — рассмеялся Юнги. — Но я шучу, говоря о личном пространстве. Ты совсем не раздражаешь меня, хотя очень старался с самого начала. И мне хорошо с тобой. Даже когда я готовлю домашние задания, а ты часами просто лежишь у меня на коленях. Так что не переживай об этом. Чимин мягко вздохнул и потянулся, чтобы поцеловать Юнги в уголок губ. Он задумался и решил, что в честь дня рождения может спросить и это. — Я бы хотел спросить ещё кое-что… но мне неловко. — И что же? — приподнял бровь Юнги. — Ты знаешь… — Почему небо голубое? Или откуда берутся дети? — рассмеялся Юнги. — Ну Юнги-Хен! Я хотел спросить, нравлюсь ли я тебе в таком плане… — В каком? Мы встречаемся, малыш, ты знаешь? И я влюблён в тебя, определённо. Так что, можно предположить, что ты нравишься мне во всех планах без исключения. — Да? Но у нас просто не было ещё секса… в смысле проникновения. Понимаешь, о чем я? — Даже не догадываюсь, — с совершено невинным лицом заявил Юнги, округляя глаза. — Ты издеваешься, да? — Нет-нет. Расскажи подробнее, что ты имеешь в виду. Желательно с красочными описаниями и деталями, — засмеялся Юнги, укладывая Чимина на спину и мягко целуя в пухлые губы. — Куда ты хочешь, чтобы я проник, детка? Или, может, это ты хочешь куда-нибудь проникнуть? — ласково зашептал Юнги, покрывая поцелуями тёплую шею Чимина, который пах своим вкусным конфетным гелем для душа, который привёз и уже поставил на полочку в душе. — Хочу тебя. Хочу, чтобы мы зашли дальше. Может не сегодня, я не готовился, но скоро! У тебя такое уже было? — Было. Но я уже ничего не помню, так что мы изучим вопрос вместе, — шепнул Юнги, целуя Чимина в губы и нежно переплетая их пальцы, укладываясь рядом с парнем. — Спасибо тебе. Я правда переживал, что просто не привлекаю тебя в таком смысле, — смущённо добавил Чимин. — Но привлекаю? Он также переживал, что у Юнги не особо много времени, чтобы заниматься сексом. И ещё меньше сил. Когда работаешь и учишься круглосуточно, то не так уж много остаётся ресурсов на такие вещи. Но теперь Чимин будет рядом. Будет убирать, готовить, и найдёт работу. Он будет во всем помогать Юнги и вместе они будут счастливы. — Очень сильно, котёнок. Я от тебя без ума, — уже сонно пробормотал Юнги, прижимаясь лбом к плечу Чимина и почти сразу же начиная сопеть. — Ты так устаёшь, родной, — ласково шепнул Чимин, поглаживая Юнги по голове и целуя в макушку. Несмотря на все сделанное родителями в этот день, сегодняшний день рождения все ещё был самым счастливым в его жизни, ведь он засыпал рядом с Юнги.