Последнее задание Северуса Снейпа

Бывший Пожиратель смерти вернётся в Хогвартс! Ещё каких-то пару месяцев назад Северус Снейп был верным сторонником Того-кого-нельзя-было-называть, он участвовал в убийстве Чарити Бербидж и лично проклял Альбуса Дамблдора. Однако этот страшный человек не только избежал Азкабана, но и получил должность преподавателя! Циничный, расчётливый ум вновь помог ему уйти от правосудия. В этот раз бывшего Пожирателя защищал в суде сам Гарри Поттер! Впрочем, уместно ли к Пожирателю смерти применять слово «бывший», или бывших Пожирателей не бывает? «Ежедневный Пророк»

В протоколе собрания Школьного Совета № 4392 обсуждались три важные темы: учебный план, возвращение студентов в Хогвартс и введение старой, давно позабытой практики экзаменационного поручительства‎ — союза двух умов: ученика и учителя. Единственное «против» Снейпа на этом собрании не прозвучало — он отлеживался в Мунго после ранения, а впереди ждал суд, возможно, Азкабан, и было совсем не до школьной возни. Об экзаменационном поручительстве Снейп узнал из присланного ему по почте протокола, и новость ему не понравилась. — Это нечестно, — Рон достал из коробки конфету, надкусил её и вынул упругий золотистый шарик. — Учитывая всё, что мы сделали, заставлять нас учиться ещё год! — он повертел в руках шарик и бросил его в стену. Тот лопнул, наружу выплыл дым и стал собираться в полупрозрачные фигуры. Ребята с восторгом наблюдали, как Невилл Лонгботтом победно взмахнул мечом, и голова Нагайны рухнула на пол. Сценка рассеялась, а Рон причмокнул: — Неплохо братец придумал, ага? — Потрясающе! — Гарри тоже взял конфету. Рядом парил поднос с тремя чашками, в которых остывал чай. — Между прочим, — решительно начала Гермиона. — Невилл мне сказал, что даже половины школьной программы за курс не знает, а ведь он не бегал по лесам с палаткой наперевес! — Разумеется, не знает! — усмехнулся Рон. — Он же только и делал, что пытался насолить Снейпу, тут не до экзаменов. — Хорошо, что директор теперь Макгонагалл, а не какой-нибудь человек из министерства, — сказала Гермиона. О том, чтобы на посту остался «помеченный», как теперь с презрением называли бывших Пожирателей смерти, не могло быть и речи. Заметив, что Гарри массирует виски, Гермиона нахмурилась. — Опять голова болит? — Ерунда, — отмахнулся тот, — позже спущусь к мадам Помфри за пире́трумом. Гарри отхлебнул чаю и последовал примеру Рона — с силой бросил шарик в стену. Из дыма выросла фигура Северуса Снейпа в старомодном платье миссис Лонгботтом. Шляпа с перьями, рюши и глубокое декольте делали его похожим на попугая кореллу. Все трое громко захохотали, схватившись за животы. — Эти конфеты Фред придумал, — отсмеявшись, сказал Рон, — когда они с братцем выступали на «Поттеровском дозоре». Джордж вспомнил тот случай, а Фред сказал: «неплохо бы запечатлеть». Так и родились «Шоколадные Вспоминалки». Рон говорил о Фреде так, словно тот был ещё жив. Гермиона неловко уткнулась взглядом в коробку, а Гарри в то место, где рассеялась дымная фигура. — Странно, да? — сказал Гарри. — Я про Снейпа. Поста директора он лишился, но вернулся в Хогвартс на непрестижную должность. — Может, ему податься некуда? — пожал плечами Рон. — В глазах общества он всё такой же Пожиратель смерти. Мама сказала, что клеймо помеченного на нём теперь до конца жизни, и никакой оправдательный приговор этого не исправит. — Я думаю, он прячется, — серьёзно сказала Гермиона. — От кого? — с набитым ртом поинтересовался Рон. — От садовых гномов, конечно! Скажешь тоже! — Если хочешь спрятаться — лучше места, чем Хогвартс, не найти, — заметил Гарри. — Именно! Хогвартс — самая закрытая структура в Англии. Даже в Отдел Тайн попасть проще! Друзья переглянулись, вспомнив о своих безрассудных и дерзких подвигах. «Слабоумие и отвага — две незыблемые основы ваших поступков, Поттер» — любил говаривать самый строгий учитель Хогвартса. Снейп спускался в подземелья с чувством дежавю. По пути на него с портретов привычно взирали волшебники. Один из них, с бородой и в пенсне, уже обыденно ворчал: «Лжедиректор, захватчик!» Каждый поворот, каждая ступенька, и даже эта реплика с портрета были знакомы ему до зубовного скрежета. Тяжелая дубовая дверь затворилась, и невербальное lumos duo* зажгло канделябры, осветив рабочее место. Снейп засучил рукава мантии, задержал взгляд на бледной метке — непривычно было сознавать, что она больше никогда не обожжёт кожу. От одного хозяина он избавился. А что до второго… Дамблдор имел одно препротивное свойство натуры — ему было трудно отказать. Да и как тут откажешь, когда весь мир на волоске… Поэтому зазвенели пробирки, застучали дверцы шкафчиков, забулькало в котле. Работа кипела, когда раздался стук в дверь. «Кого там принесло? Занятия давно кончились». Профессор с раздражением прошипел: — Я занят. Из-за двери послышалось, что утром был тот же ответ, и что не мог бы уважаемый профессор в таком случае назначить время… и так далее и тому подобное. Он узнал голос. — Мисс Грейнджер, вы всегда сможете отнять у меня время между уроками, а сейчас идите в башню. — Я не задержу вас, — не унималась она, — но я никак не могу отложить этот вопрос, потому что… Дальше Снейп не слушал. Он знал, что идти на прямую конфронтацию с человеческим существом, особенно таким упрямым, как мисс Грейнджер, малопродуктивно, он умел быть гибким, когда это требовалось. — У вас пять минут, — процедил Снейп сквозь зубы, пряча котлы и пробирки от любопытных глаз. Она вошла в кабинет плавно, неторопливо, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Последний раз так близко Северус видел её в Мунго. Не прошло и дня, как он очнулся, а они уже ломились в палату — троица неразлучников. Слова благодарности и самобичевания посыпались на него, как куски треснувшей штукатурки. Что странно, всегда многословная Грейнджер не проронила ни слова — распинался Поттер. Снейп и запомнил-то её слабо: тусклый взгляд, глубокие тени под глазами — блёклый образ. Сейчас её лицо было куда свежее, на щеках играл лёгкий румянец, которого касались две непослушные пряди. Очевидно, Грейнджер направилась к нему из библиотеки — к груди она прижимала пару старых учебников. Снейп прочёл на одном: Углублённый курс Зе… дальше буквы скрывала рука. — Я выбрала вас, — без преамбул выпалила мисс Грейнджер. Снейп приподнял бровь. — Я хочу брать у вас дополнительные уроки! Он выдержал паузу: — А с чего вы решили, что я буду вам их давать? Гермиону вдруг бросило в жар. Нет, не его угрюмый ответ так взволновал её, а его странный, непривычный голос. Впервые с той самой ночи она услышала его так явственно, так близко. Конечно, это оставался его голос, и манера та же — неторопливая, вкрадчивая — но что-то было не так… Она мотнула головой, сбрасывая морок, и продолжила: — Но директор Макгонагалл сказала, что экзаменационное поручительство… — Я в этом не участвую, выберите другой предмет. Сердце заметалось в груди, горло перехватило, но она уже знала причину этого наваждения. Голос. Его чёртов изменившийся голос. После полученной травмы он стал — нет, не некрасивее, но другим — ниже, бархатнее, в нём появилась особая, мелодично-хрипловатая вибрация, заставляющая покорно замирать и вслушиваться. Этот голос всколыхнул очень нехорошие воспоминания, и Гермиона сморгнула, пытаясь отогнать их. — Но я хочу сдавать экзамен по Зельеварению, — растерянно ответила она, а мысли витали в другом месте, в той злополучной хижине. — Ничем не могу вам помочь, мисс Грейнджер, — снова послышался голос, одновременно знакомый и незнакомый. Тембр пробирал её до мурашек, напоминая о страшных событиях той ночи. При мысли о том, что пережил он — этот горький человек, которого продолжали очернять газеты и злые языки простаков, не ведающих, кому обязаны они миром и спокойствием, у Гермионы сердце сжималось от жалости, и закипала от гнева кровь. Ей предстояло привыкнуть к его новому голосу. И к нему самому. Снейп отвернулся к навесным шкафчикам и демонстративно занялся сортировкой пузырьков, игнорируя долгий взгляд в спину. Но вот послышались удаляющиеся шаги, и ему в голову закралось сомнение: слишком уж легко он от неё избавился. Вечер выдался такой тёплый, что, казалось, все обитатели Хогвартса предпочли провести его на свежем воздухе. Неразлучная троица торопливо пересекла двор школы в направлении избушки Хагрида; Луна и Джинни неспешно бродили вдоль озера; Макгонагалл с профессорами Синистрой и Стебль чинно прогуливались под сводом анфилады; профессор Вектор делала нумерологические расчёты, вольготно расположившись в беседке. Даже Снейп выполз из подземелий, впрочем, у него была своя цель, обнаружившаяся вскоре на лавочке под раскидистой кроной катальпы. — Читаете сентиментальные романы? — Снейп опустился рядом, нарушив благостное уединение профессора Заклинаний. — Ах, любовь! Разве это не прекрасно, Северус? — Флитвик как-то по-особому посмотрел на него и зачем-то подмигнул. — Нет, — сухо ответил зельевар. Профессор заклинаний любил читать на свежем воздухе, особенно когда погода позволяла. Солнце неспешно уплывало за горизонт, озаряя внутренний двор Хогвартса мягким теплым светом. Тихое журчание фонтана ласкало слух. Филиус был одним из немногих, с кем Северусу удалось восстановить приятельские отношения после войны. Он был неглупым собеседником, не навязывался, не болтал лишнего. Последнее Северус особенно ценил. — Вы ведь не о книгах хотели поговорить, верно? — Флитвик отложил роман. — Я изобрёл одно зелье, снотворного действия. Мне нужна ваша помощь, чтобы проверить его. Окажете услугу коллеге? — подул лёгкий ветерок, и кусты лаванды безмятежно качнулись. — Не хотелось бы показаться корыстным, но, если я променяю свой культурный досуг на ваш рискованный эксперимент, что я получу взамен? — озаботился Флитвик. — Что бы вы хотели? — В октябре мы с ребятами начинаем готовить выступление к Хэллоуину… кхм… ваш глубокий бас-баритон отлично бы вписался… — Нет, — отрезал Снейп. — Даже не заикайтесь о школьном хоре. — Я знал, что вы не согласитесь, — вздохнул Флитвик, — но попробовать стоило, — Снейп ему нравился, хотя и казался чем-то вроде зачерствевшего хлеба, который стоит только опустить в воду, и он смягчится. — Конечно, я помогу вам, но вы взамен прочтете вот это, — он протянул ему книгу и поболтал ножками, словно маленький озорной ребёнок, — видите ли, мне не с кем обсудить этот роман, а очень хочется. — Что же, это я могу пережить, — Снейп забрал книгу из рук коллеги и положил на колени, брезгливо рассматривая обложку, на которой была изображена девушка в старомодной шляпке. — Надеюсь, ваше экспериментальное зелье не нанесёт мне вреда? — Оно абсолютно безопасно. А вот насчёт вашей книги я не так уверен. _____________________________________________________________ lumos duo* — яркий и интенсивный луч света, который можно использовать для различных целей.