Единороги, радуга и Лепрекон

      — То-ом! Том! Том. Ну, пожалуйста!       Гарри ненавидел ночевать в чёртовом жёлтом домике, хотя ночевать — слишком громкое заявление. Правильнее будет сказать — находится в заточении на ночь в жёлтом домике. По его убеждению: если ад и существовал, то он определённо был здесь. Потому что спустя бессонную ночь, наполненную оглушающими и травмирующими психику «звуками живой природы», будить своего брата — меньшее, что ему хотелось делать с утра пораньше.       — Том. У тебя сегодня промо тур начинается.       Послышалось копошение и сонное бормотание, но внятного ответа Гарри так и не дождался, поэтому продолжил доставать своего брата, а заодно и его парня.       — Оторви свою задницу от того, к чему она там сейчас присоединена, и топай на кухню. — Гарри устало упёрся лбом в прохладное дерево косяка и прикрыл глаза. Спать хотелось нещадно.       — Гарри, сгинь, чтоб уши мои тебя не слышали… — пробурчал Роберт из-за двери, за которую заходить совершенно не хотелось: Гарри ещё прошлую картину маслом забыть не мог.       Это произошло примерно три месяца назад, когда ворвавшись в дом брата и взлетев по лестнице, не ожидая и не услышав подозрительных и предупреждающих шумов, Гарри распахнул дверь, спеша показать новый проект. И вместо сонного и растрёпанного Тома, встретился с тёмными, полными желания глазами Роберта. Том же с шоком смотрел на Гарри, моля отвернуться и исчезнуть. А тот как завороженный переводил взгляд с глаз на закрытый ладонью Роберта рот, дальше на замершую на вдохе, покрытую бисеринками пота, грудь, поперёк которой замерла удерживающая в вертикальном положении рука, на пальцы Роберта сжимающие бёдра, создающие соблазнительный прогиб в пояснице. Роб хищно улыбнувшись толкнулся вперёд, вырывая из Тома задушенный стон, а Гарри, опомнившись, вмиг вылетел из комнаты.       — Я бы с удовольствием, но вашему мальчику всё ещё нужна нянька, — прокашлявшись и пытаясь избавиться от картинки в голове, которая будет погорячее пары журналов Плейбоя, проговорил Гарри.       — Пять минут…       Он скептически посмотрел на новые, отжатые у брата, часы. Они, конечно, ещё не опаздывали, но, всё же, зная Тома — было пора выползать из «брачного» логова и начинать гримировать косяки. Ничего не ответив, Гарри ушёл на кухню, запустил кофе машину и, воткнув в уши наушники, поспешил свалить на террасу.       Половая доска уже нагрелась, но пока ещё не обжигала ноги. Было непривычно тепло и ярко, глаза немного побаливали от пронзительных солнечных лучей. Нет, в Малибу круто! Но серый, временами туманный и старый Лондон манил куда больше песочных пляжей, вечного солнца и тёплого океана. Усевшись на краю и свесив ноги вниз, Гарри положил подбородок на ограждение и стал всматриваться в океан.       Часы пиликнули, вырывая из мыслей и намекая, что пять минут прошли. Разумеется, не рассчитывая на пунктуальность и свою удачу, Гарри пошёл за своим кофе. Но, дойдя до кухни, удивлённо замер, не услышав ни единого звука. Сделав музыку на минимум, он нахмурился. Вынув наушники, подобрался к спальне. Тишина.       — Опять уснули? — Гарри несмело приоткрыл дверь, заходя в комнату.       Задёрнутые шторы приглушали утренний свет, тем не менее, позволяя рассмотреть скомканные простыни и гору из одеяла посреди кровати, под которой обнаружился сопящий Роберт. Он чему-то улыбнулся во сне, сильнее стискивая в руках вторую подушку. Тома в комнате не было. Что ж, значит, всё же ему повезло, и этот балбес встал без посторонней помощи. Выходя из комнаты, Гарри резко открыл дверь, чтобы избежать возможного скрипа, и услышал, как что-то упало, а вместе с ним приглушённое:       — Оо-оух!       Толкнул дверь сильнее, чувствуя возмущённое сопение, и, сообразив, кого он только что приложил дверью, поспешно вышел из комнаты бочком. Том сидел на полу и держался за лоб. Выглядел он помятым: синяки под красными от недосыпа глазами, волосы торчком, словно током стукнуло, пара синеющих засосов на ключицах, спасибо, Роберт, что не на шее. Переведя взгляд на руки, Гарри тут же затолкал свои благодарности куда подальше.       — Ты в порядке? — тихо, чтоб не разбудить Роберта, прошептал Гарри, так как Том до сих пор не произнёс ни звука.       — А сам как думаешь?! — зашипел Том, убирая руку ото лба, на котором красовалось красное пятно. — Ты что в моей комнате забыл?       — В твоей?       — Ну, в нашей. Доволен? — Том подобрал с пола телефон, из-за которого видимо и не успел выставить защиту, и со стоном поднялся.       — Вас будить шёл. Думал опять… «уснули» или уснули. Ночью-то вам не до сна было, да? — Гарри не смог удержаться от шпильки в адрес брата.       — Заткнись, Гарри. Не до твоих шуточек. — Том потёр глаза. — Я сейчас хочу только две вещи: спать и никуда не ехать.       — Могу предложить кофе.       С ухмылкой наблюдая, как брат медленно передвигаясь по дому, миновал барную стойку и чуть ли не упал на диван, Гарри добавил в кофе сироп. Взял чашку кофе и, прихватив круассаны, пошёл к Тому. Но стоило тому протянуть руку к пакету, как Гарри поднял его выше.       — Не отдам, пока не скажешь, как они правильно называются. А то это ж позорище, Том.       — Тогда, оставь себе, — Том, морщась от неприлично бодрого для утра голоса брата, сделал глоток кофе, касаясь пульсирующего лба. — Что там?       — Мм-м… — Гарри присмотрелся к надувающемуся ушибу. — Полагаю что … — он театрально замолчал, изображая глубокую задумчивость.       — Гарри, богом клянусь, я тебя сейчас покалечу, — прошипел Том, теряя терпение.       — Шишка у вас там, сэр. Назревает. И синеет. — Гарри не смог сдержать смеха от меняющегося выражения лица Тома.       — Что? — он вскочил на ноги, порываясь добраться до близлежащего зеркала, но тут же поморщился.       — Что? Пятая точка подводит? — Гарри сделал пару шагов от брата, улыбаясь. — Сразу видно кто кого вчера.       — Ну, держись, мелочь! — Том, глубоко вдохнув, рванул за Гарри.       Тот примерно этого и ожидая, вмиг перепрыгнул через диван и, создавая преграды из стульев, обогнул обеденный стол. Не проснувшийся до конца Том с ноющими мышцами бесспорно проигрывал брату в скорости, но сдаваться не собирался. Чуть не споткнувшись о поваленный стул, он побежал за пытающимся закрыться в бильярдной Гарри. К больной спине добавилась ещё зажатая дверью нога.       — Гарри, твою ж! — Том толкнул дверь плечом со всей силы, вваливаясь в помещение. Гарри уже стоял в углу, пытаясь решить в какую сторону ему бежать. Защёлкнув замок, Том довольно улыбнулся и оценивающе посмотрел на бильярдный стол, выступающий баррикадой.       — Ну, что, Паучок? Ты оказался ловчий, а не кочевой?       — Я ядовитый! — Том решил обойти по стене, не заметив, что дверь, ведущая на мини-гольф — приоткрыта. Зато это заметил Гарри.       — Ты самец. Априори — труп.       Выскочив из дверной щели и чудом не разбив стекло, Гарри петляя, как заяц или лыжник между флажков, выскочил к бассейну. Том, забив на всю логику и манёвры, просто помчался следом за братом, чуть не нырнув носом в бассейн, из-за незамеченного шланга для полива, а дальше едва не растянувшись на скользкой плитке. Обогнув бассейн, около джакузи он почти поймал Гарри, но тот, вырвавшись из цепких пальцев брата на своём плече, ворвался на террасу, опрокидывая пару лежаков.       Переводить дух было некогда, бильярдная закрыта, из своей спальни нет выхода, в другой спит Роберт. В надежде спрятаться от окончательно проснувшегося и размявшегося брата, Гарри рванул в ванную. Толкнув дверь, он сначала почувствовал, как влетел в кого-то и только потом услышал вопль.       Запыхавшийся от не запланированной пробежки Том стоял в дверном проёме и, тяжело дыша, смотрел на растянувшегося на полу брата и выходящего из-за двери и держащегося за лоб Роберта.       — Чтоб я… Ещё раз… Взял тебя с собой. — Том говорил на выдохах, держась за колющий иголками бок.       —И я приютил. Онли гостиница. — Роберт убрал руку ото лба и обнял Тома, притягивая к себе.       — А ты чего встал? — Том едва коснулся губами скулы, обнимая в ответ.       — Уснёшь тут с вами... Вопите похлеще индейцев.       Том уже собирался ответить, что он тут совсем не причём, и винить стоит Гарри. Который в этот момент перевернулся на спину и собирался заявить, как он рад повороту событий в виде собственного номера в отеле. Нервно улыбнувшись, Гарри прикрыл рот рукой, его глаза перебегали с Тома, на Роберта и обратно, с каждой сотой секундой улыбка становилась всё шире, а плечи начали трястись от тщетно сдерживаемого смеха. Впрочем продержаться Гарри удалось пару секунд, и он всё же заржал.       — Это нервное?       — Или головой ударился? — в тон Роберту прошептал Том, косясь на трясущегося брата. И пока эти двое ничего не понимали, Гарри сквозь выступающие на глазах слёзы наблюдал синеющий лоб Тома и пока ещё только красный шиш у Дауни.       — Единорожки, — наконец с трудом выдавил из себя Гарри, согнувшись на полу в новом приступе смеха.       — Похоже и впрямь, долбанулся. — Том обеспокоенно присел рядом с Гарри, а того от комментария брата скрутило ещё больше.       — Блять! — Роберт, подошедший к зеркалу, недовольно смотрел на свой лоб.       — Что? — Том поднял на него взгляд, и Роберт тоже не смог сдержать смех.       — А ведь и правда… единорожки, — Роберт достал из шкафчика аптечку, выискивая сухой лёд.       Гарри, с трудом переведя дух и вытирая выступившие слёзы, поднялся с пола, наблюдая, как Том идёт к зеркалу. И решив, что тут больше не стоит задерживаться ни на секунду, быстро слинял в гостиную, из которой отчётливо услышал вопль Тома:       — Я убью тебя, Гарри!       — И это вместо благодарности?! Я тебя разбудил! — Гарри глянул на уже заготовленную базу, тоналку и консилер, которые, похоже, сейчас всем пригодится.       — Да лучше б я проспал!