Замкнутый круг

Тьма давила на нее. Здесь, именно на этой планете, Темная сторона Силы сгущалась, ощущаясь как нечто материальное. Она проникала в сознание, мешая мыслить здраво, отравляя мысли ужасными и в то же время такими привлекательными идеями. Она просачивалась по каплям в душу. И Рей, едва сдерживая дрожь в руках, могла почти физически ощущать, как ее кровь словно бурлит внутри, оставляя за девушкой едва заметный шлейф чистейшей тьмы. Ее внутренние демоны едва заметно шевелились, однако девушка сжала волю в кулак, ускоряя шаг. Что бы там ни было, она идет убивать Палпатина, и никак иначе. Какой бы ни была ее природа, она сумеет ее пересилить и не упасть в руки тьмы. Однако далекие воспоминания о бойне на Сортосе и недавнем уничтожении орденцев на одной из их баз змеей сомнения прокрадывались в душу. Тьма сильна. И как бы Рей не пришлось продать Ей душу ради победы. — Вижу, ты смирилась с правдой, — скрипучий голос донесся, казалось, из ниоткуда, заставляя Рей вздрогнуть. Тьма тронного зала не позволяла видеть далеко. Света, однако, было достаточно для того, чтобы разглядеть фигуру Палпатина, висящего на неком устройстве жизнеобеспечения, странным образом напоминавшем манипулятор. Девушка отогнала непрошенный страх, медленно направляясь к Дарту Сидиусу. — Я смирилась с тем, что во мне течет Ваша кровь. Но Вы проиграли, если считаете, что это столкнет меня с намеченного курса. Мерзкий запах тления распространялся от Палпатина, словно недельный труп выкопали из-под земли. Рей могла разглядеть изуродованное тело некогда великого ситха, пустые глаза и куски плоти, безобразно отслаивающиеся от уставшего от жизни тела. Девушка внутренне содрогнулась. Существовать в таком обличии было… страшным наказанием. Однако достойным за тот ад, что он учинил в свое время в галактике. — Я вижу, — странная насмешка промелькнула в голосе Палпатина. — И что же ты намерена делать, джедай? — Положить ситхам конец, — произнесла Рей и тут же замолчала, осознавая свои слова. Злая уверенность, которая в них прозвучала, заставила девушку внутренне содрогнуться. Это ли путь джедая? — Что ж, — скрипучий старческий голос прозвучал в равной степени слабо и мерзко, — я беззащитен, дитя, и не могу ничего противопоставить твоей силе. Срази меня и закончи мои мучения. Рей замерла, не веря своим ушам. Так просто? Повелитель галактики сдается ей, предлагая решать его судьбу? Быть такого не может. Палпатин хочет от нее чего-то. Звук, напоминающий взрыв, разрезал пространство над их головами, и Рей вскинула голову, чтобы оценить обстановку. Флот Сопротивления вышел из гиперпространства, открывая огонь по неподвижным крейсерам Императора. Вслед за ними Первый Орден ворвался в атмосферу планеты. «Бен», — промелькнуло в голове удивленной Рей, и она медленно перевела взгляд обратно на Палпатина. — Повелитель, вражеский флот начал атаку, — молодой офицер, возникший рядом с Сидиусом будто из-под земли, не замедлил отчитаться. Лорд ситхов взмахнул костлявой рукой, отмахиваясь от него, как от назойливой мухи. — Уничтожьте всех. Рей в удивлении открыла рот, глядя на Палпатина. Он же теперь в меньшинстве! Что он задумал?! — Сдавайтесь! В этой битве вашему флоту не выстоять! Собственно, Рей сомневалась, так уж ли призрачны шансы императора на победу. Дарт Сидиус рассеянно отвернулся, будто бы не замечая ее. — Можешь присаживаться, дитя. Понаблюдай за битвой, если хочешь… Речь ситха не сбила Рей с толку. Девушка сделала шаг вперед, чувствуя, как нарастает ее волнение от осознания того, что что-то идет совсем не так, как надо, и в ловушке оказалась не только она, но и весь галактический флот, прилетевший по зову Бена ей на помощь. — Остановите атаку, или я буду вынуждена… — Вынуждена сделать что? — Палпатин повернулся к ней, и мерзкая улыбка полуживого человека исказила его слепое лицо. — Покончить с ситхами? Я в твоем распоряжении, дитя. Нанеси свой удар. Но, боюсь, что тогда некому будет спасти Сопротивление и Орден от гибели. В этот момент один из крейсеров произвел выстрел неизвестным до этого Рей орудием, одним ударом уничтожая дружественный Сопротивлению корабль. Девушка забыла как дышать. Она перевела взгляд на Палпатина, но его темная фигура просто парила где-то поблизости, не проявляя большого к ней интереса. Рей сжала меч в руках, борясь с подступающим чувством отчаяния. Палпатин хочет, чтобы его убила Рей. Значит, это часть его плана. А значит, девушке стоит сотню раз подумать, прежде чем начинать действовать, хотя и горящий союзный флот мало этому содействует. — Рей! Знакомый голос разрезал пространство, и девушка почувствовала, как у нее сжимается сердце. Она бросила взгляд в то место, откуда возглас исходил, и увидела бегущего к ней Бена, прорывающегося через толпы охранников. Мужчина вырвался вперед, и теперь направлялся к ней, оставив преследователей позади. Их взгляды встретились на секунду, и Рей уловила в его глазах бурю эмоций. А еще через мгновенье он упал. — Бен! Рей слышала свой голос доносящимся будто издалека. Он казался чужим, пугающим в своем отчаянии. Однако она не придала этому значения, ринувшись вперед, к тому месту, где корчился на полу Бен, сплевывая кровь и будто пытаясь сбросить с себя невидимые путы. — Бен! Рей упала на колени в пыль тронного зала, пытаясь коснуться его и понять, что происходит, однако мужчина метался в агонии, перестав видеть и слышать. Отчаяние накрыло девушку, когда Бен начал судорожно кашлять, хватая воздух ртом, словно рыба. Мужчину окутывала тьма, и свет Рей, как бы ярок он ни был, не мог полностью ее изгнать. Ее сила казалась лишь крохой по сравнению с той мощью, что высасывала из Бена жизнь. Девушка повернулась к безмятежному Палпатину. — Отпустите его. Несмотря на то, что ее слова звучали не как приказ, а мольба, Дарт Сидиус холодно усмехнулся. — Неправильная постановка предложения. После этого Бен изогнулся в спине, перевернулся, и упал на живот, с силой ударяя руками о землю. Затем его правая рука потянулась к горлу, и окровавленные ногти начали судорожно царапать горло, словно нащупывая петлю. — Что я должна сделать?! Рей сорвалась на крик. Весь ее свет, все то, что она в себе берегла и растила, гас в этом месте, уступая дорогу тьме. Эта планета была бездной в Силе, и Рей была бессильна против ее мощи. Сколько бы искры ее света ни пытались нащупать невидимую руку Палпатина и сбросить ее с Бена, они хватали лишь темноту. И в этот момент мерзкие щупальца обвили душу, здороваясь за руку со спящими внутри Рей демонами. Заставляя ее кровь бурлить. Пробуждая ее природу. Когда свет бессилен, тьма подает страждущему руку. — Срази меня мечом. Со всей своей ненавистью. Сделай это немедля! Рей в нерешительности оторвалась от земли, медленно ступая по направлению к Палпатину. Она бросила нерешительный взгляд на Бена, все еще корчащегося на земле в бессилии. Сидиус сделал легкий жест рукой, мужчина больно ударился головой, зашипев и вновь захлебнувшись чем-то невидимым. — У него не так много времени для твоих раздумий, как считаешь? Рей с ненавистью посмотрела на своего деда, мечтая только о том моменте, когда голова тирана спадет с его плеч. Тьма нашептывала нужные слова на ухо, загоняя ненужный свет в самые дальние уголки души. Меч сам вырвался из рук, и девушка с упоением провела большим пальцем по холодной стали. Кристаллы задрожали внутри, будто сопротивляясь мыслям хозяйки. «Убей», — шепнула ее природа. И девушка не помедлила нанести удар. На какую-то секунду в зале воцарилась тишина. Бен замер, наконец вдыхая полной грудью. Закашлялся, спешно вытер выступившую на губах кровь, а затем с неимоверным усилием поднялся. Он поднял голову, затуманенным взглядом уставившись на неподвижную Рей, к ногам которой подкатилась голова Палпатина. — Рей, — прохрипел он, поднимаясь. Однако в следующее мгновенье Рей упала. Оба голокрона ситхов выпали из ее карманов, со звоном ударяясь о каменный пол. Ее крик разнесся по всему залу, эхом отражаясь от стен. Бен бросился вперед, невзирая на боль, и в считанные секунды достиг девушки. Охрана Палпатина стояла, не шевелясь, из чего Бен сделал окончательный вывод: все идет по плану Сидиуса. — Рей, — он приземлился рядом с ней на колени, кладя ладони на дрожащие от напряжения плечи девушки. — Рей, что бы там ни было, ты сильнее его. Рей, не смей сдаваться! Используй свет внутри себя, ты можешь дать ему отпор! Но свет Рей был слишком глубоко упрятан разрастающейся тьмой, чтобы выбиться наружу. Ее аура, до этого легкая и нежная, темнела и сгущалась теперь, заполняя пространство чем-то отвратительно знакомым и до дрожи страшным. Теперь, вместо солнечных зайчиков ее Силы, вокруг Бена плясали языки черного пламени. И вместо всепоглощающего чувства умиротворения и счастья, Сила через связь опустошала мужчину, вытягивая те светлые крохи, что он бережно хранил в своей душе долгие годы. Рей гасла на глазах Бена. Последняя звезда в его вселенной. Девушка перестала кричать, однако это не принесло облегчения. Стоило ей поднять голову, Бен встретился с горящим взглядом золотых глаз, источавших гнев и ненависть. Он не успел сказать и слова, прежде чем оказался отброшенным легким движением руки на несколько метров. Воздух выбило из легких. Он едва сумел повернуться, чтобы увидеть, как после пробормотавшего что-то офицера Рей вскинула руки, разрезая окружающее пространство молниями. Сила, Бен даже забыл про болтающийся на орбите объединенный флот! Впрочем, кажется, скоро вспоминать будет не о чем. Пространство вокруг трещало от напряжения, и девушка продолжала самозабвенно поражать молниями корабли, уничтожая союзников одного за другим. Наконец, Рей опустила руки, глубоко вдыхая. Бен заметил, что стража двинулась в его сторону, активируя клинки вибротопоров. — Нет, — звонкий девичий голос разрезал пространство. Бен сжал кулаки от бессильной ненависти. Как смел он пользоваться ею? Как смел он говорить ее голосом? Как смел он осквернять ее тело одним своим присутствием? — Я хочу разобраться с предателем сам.

* * *

Галактика лежала у его ног. После стольких бесплодных попыток, после стольких лет жалкого существования в разлагающемся теле, после стольких унижений и страданий, он, наконец, восстал из небытия вновь. И больше никто не посмеет встать у него на пути. Дарт Сидиус шел намеченным курсом год за годом, каждую секунду своей жизни посвящая поставленной цели. Он дышал идеей построить могущественную Империю и встать в ее главе. Вечный Император. Тот единственный, кто сумел обмануть смерть, тот единственный, кто восстановил порядок в галактике, сплотив ее жителей вместе. Долгие годы он влачил жалкое существование в разлагающемся теле, ожидая того момента, когда верные старому режиму слуги изготовят достойного клона для своего повелителя. За свою жизнь он научился ждать. Но даже его терпение подошло к концу, когда очередное изуродованное тело оказалось нежизнеспособно. Все его клоны скорее напоминали существа из детских кошмаров. Столь уродливые и мерзкие, что вызывали у любого, видевшего их, только отвращение. Фатальной ошибкой стало упустить единственного выжившего «клона». Почувствовав в себе Силу и научившись ею управлять, мерзавец сбежал, не смотря на все попытки его остановить, и объявил, что его новое имя — Сноук. И тогда Дарт Сидиус решил прибегнуть к последнему средству. Свойства диады Силы были не до конца изучены, но кристально ясным оставалось одно: поработив тело одного из ее участников, можно было обрести колоссальные способности. Изначально выбор пал на Бена не случайно: Палпатин смог бы удвоить свой флот за счет кораблей Первого Ордена, да и физическая подготовка Соло была на высоте. Однако Дарт Сидиус не носил бы своего имени, если бы не осознавал того, что Рен предаст его при первой возможности, соблазнившись перспективой вечной жизни и управления мощнейшим флотом галактики. Вот почему Палпатин всегда имел план «Б». И сейчас он охотно приводил его в действие.

* * *

Бен медленно поднялся на дрожащих ногах. Ярость кипела внутри, когда он глядел на то, во что Сидиус посмел превратить Рей. Вернее, когда он чувствовал. Тьма поглощала его с каждой секундой, накрывая снова и снова волной за волной. Она будто ожидала момента, когда Бен захлебнется и, вздохнув один последний раз, пойдет на одно, прихватывая за собой и всю оставшуюся галактику. Что за злой рок свел его с Рей? Что за насмешка судьбы — заставить человека, выбравшего путь тьмы, привязаться к наивному свету? Кто придумал столкнуть двух людей с абсолютно разными судьбами друг с другом? Бен активировал клинок, боясь только одного. Он не сможет ударить Рей. Даже если ее больше нет. — Какая наивность, — девушка махнула рукой, и Бен, выронив меч, оказался у ее ног. Пошевелиться было выше его сил. — Я предложил тебе все, Бен Соло. Власть. Вечную жизнь. Богатство. Могущество. Наверное теперь ты считаешь, что жизнь поступила с тобой несправедливо, и все должно было сложиться иначе? Что твоя судьба должна была быть другой? Что ж, я позволю себе маленькое удовольствие и разочарую тебя. — Сидиус, находившийся в теле Рей, наклонился вперед. — На эту дорогу ты ступил сам. Бен вскинул голову, глядя в огненно-рыжие глаза лорда ситхов. Воспоминание о рынке на Сортосе и дешевой шарлатанке, говорившей с Рей, всплыли в памяти сами собой и стремительно растворились в других мыслях. Говорил ли Палпатин исключительно о ждущей Бена смерти, или он каким-то образом узнал его мысли и воспоминания?

* * *

Рей видела и слышала абсолютно все, но… не понимала? Она была словно во сне: дымка периодически заволакивала окружающее пространство, и все, что она помнила о себе и своей жизни — это последние несколько секунд из прошлого, которые, прочем, почти сразу же и забывались. Рей отлично чувствовала, как направляет Силу, чтобы покарать предателя, видела, как этот самый предатель корчится у нее в ногах, не предпринимая попыток спастись. Это ее особенно забавляло. Иными словами, позже Рей с легкостью описала бы это состояние как своеобразный сон. Вот только как понять, что спишь, если никогда не просыпался? Рей с упоением взмахнула рукой, поднимая предателя в воздух. — А теперь, юный Соло, ты отправишься в ту же пропасть, в которую когда-то низверг меня Скайуокер! Рей почувствовала, как сгущается вокруг нее Сила, повинуясь малейшему приказу. Она отвела руку, набирая энергию и готовясь к решающему удару. Предатель посмотрел на нее со странной решимостью в глазах. — Наша судьба будет общей. Если в пропасть — то вместе. Девушка замерла, и рука ее задрожала от напряжения. Чья-то сила давила на нее, вынуждая продолжить движение, но Рей сопротивлялась, не понимая, почему. Короткая вспышка озарения проскользнула в ее голове, затерявшись в общем потоке бессвязных мыслей, и хотя внутренний голос убаюкивал ее, убеждая, что ничего существенного в ней не было, девушка настойчиво пыталась вспомнить, почему эти слова были для нее так важны. «Тогда наша с Беном судьба будет общей. И либо вы мне поможете, либо я разнесу этот чертов корабль по винтику, но найду способ попасть на дредноут», — пронеслось отчетливее в голове. «Так что же ты сказала?» — этот голос определенно принадлежал тому самому Бену. «Что наша с тобой судьба будет общей. Если в пропасть — то вместе», — собственный голос прозвучал в голове как-то странно. — Бен… Рей прошептала его имя, все еще не понимая до конца, что происходит. Мысли летали в голове, перемешиваясь друг с другом, мешая докопаться до истины. Воспоминание о жертвах на Сортосе и имперской базе факелами вспыхнули в памяти. Рей буквально физически ощутила склизкие щупальца тьмы, обволакивающие ее душу. Девушка упала на колени, борясь с захватившей над нею власть силой. — Рей! Руки Бена легли ей на плечи, и странное чувство цельности заполнило девушку с ног до головы. Теперь у нее были силы бороться.

* * *

Бен и Рей остались неподвижны, сидя в центре огромного зала. Джедай и павший рыцарь, свет и тьма, две абсолютные противоположности. Сила закружилась вокруг них, едва чувство единства заполнило обоих, и ощущение цельности волной пробежало по венам. Их ауры сплетались, образуя яркий, сияющий шар в Силе. И этот шар рос с каждой секундой, закручивая пространство в ужасающий вихрь, сметающий все на своем пути. Стражники Палпатина, не имея возможности сопротивляться их мощи, отлетали в разные стороны, погибая под напором силового потока, а остальные наблюдатели спешно разбегались, преследуемые осколками огромных камней, отколовшихся от потолка. В тронном зале воцарился неописуемый хаос. Выходит, кто-то действительно связал судьбы Бена и Рей в замкнутый круг, который не разорвешь ничем даже в самых смелых фантазиях. Вот только кто? Силовой вихрь стих, стоило последнему стражнику Сидиуса упасть с глухим звуком на каменный пол тронного зала. Бен открыл глаза, неверяще окидывая взглядом окружающее его пространство. На осознание произошедшего не было ни времени, ни сил. Рей слабо шевельнулась в его руках, и Бен спешно обратил все свое внимание на девушку. Она зажмурилась на секунду, а затем сонно открыла глаза, будто не до конца понимая, что происходит. Мужчина было испугался, что Палпатин все еще управляет ею, однако тут же поправил себя: ее свет, искрящийся в Силе, не мог обмануть. — Рей, — выдохнул Бен, нежно обхватывая ее лицо обеими руками. Взгляд блуждал по ее лицу, словно он все никак не мог поверить, что с ней все в порядке. Он сделал осторожное движение, поглаживая Рей по щеке, и замер в облегчении, глядя на то, как ее взгляд принимает осмысленность. — Рей. Сила вокруг медленно начала сгущаться, клубясь, и ослепительно яркий свет начал постепенно заполнять окружающее пространство. Как давний знакомый, он столкнулся с аурой Бена, осторожно касаясь его, прежде чем соединиться в нечто целое, единое и неделимое. Ставшее уже привычным, чувство присутствия Рей заполнило Бена, унося прочь страдания, боль и горечь многолетнего одиночества, оставляя это удивительное ощущение… цельности. Законченности. Завершенности. Рей улыбнулась, осторожно подняла руку и медленно коснулась его щеки, будто боясь спугнуть. И Бену было все равно на остальную галактику в этот миг. Он подался вперед, и… Грохот внезапно разнесся по помещению, а пол нешуточно тряхнуло. Рей дернулась в его руках, оглядываясь. — Что проис…— начала было она, однако так и не смогла закончить. Глубокая трещина в камне, находившаяся до этого в самом дальнем конце зала, начала стремительно ползти в их сторону, и пол тронного зала накренился, проседая. Рей и Бен вскочили на ноги, однако было уже поздно: пол вновь тряхнуло, и они, не удержавшись, покатились вниз. Голокроны ситхов, звеня и кувыркаясь, покатились рядом. Видя стремительно приближающуюся пропасть, Бен чудом сумел ухватиться за один из выступов в полу, затормозив почти у самого края. Он быстро повернулся, ища взглядом девушку. Рей повезло значительно меньше: она проскользила вперед, тщетно пытаясь ухватиться за что-нибудь. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, Бен выбросил руку вперед, замедляя ее движение, однако даже это не помогло: Рей полетела вниз с обрыва, и, вероятно, разбилась бы об острые камни, если бы мужчина помедлил еще хоть немного. Теперь же она висела в воздухе, подрагивая всем телом и с ужасом глядя себе под ноги. Голокроны ситхов упали на один из выступов рядом с девушкой. Громадный камень нависал над ними, угрожая уничтожить древние знания раз и навсегда, стоило только ему отколоться. Усталость и изнеможение давали о себе знать: рука Бена задрожала от напряжения, пока он упорно пытался вытащить девушку на поверхность. Краем глаза он видел алое свечение древних артефактов, так соблазнительно расположившихся всего в нескольких метрах под ним. Он спасет Рей, а затем достанет голокроны. Потому что знания ситхов многих поколений дали бы во много раз больше, чем Первый Орден, Сноук и все его года обучения вместе взятые. Голокроны были тем, чем он всегда мечтал завладеть. В следующее мгновенье случилось одновременно несколько вещей. Рей, наконец, смогла дотянуться до Бена, и повисла у него на руке, а глыба, висевшая до этого над голокронами, с треском откололась от скалы, начав стремительно падать ниже. Мужчина рефлекторно вытянул руку вперед, задерживая ее падение, и тут же отругал себя за глупость: достаточно было притянуть себе голокроны. Теперь же положение его было плачевно: Бен лежал у самого края обрыва, за левую его руку отчаянно цеплялась Рей, а правой он удерживал булыжник, и сил его хватало лишь на это. Девушка проследила за взглядом Бена и, увидев голокроны, хотела было помочь, но тут же поняла, что соскальзывает вниз. Рей вцепилась в его руку с новой силой. — Бен, — она обернулась к нему. — Оставь их. Мужчина не бросил глыбу и, не моргая, глядел на голокроны. Он попытался подтянуть Рей выше, однако не смог, и обессилено опустил руку. — В них спрятан ключ к бессмертию, Рей. Знания многих поколений, древние ритуалы! За подобную информацию любой бы…— он не договорил, стиснув зубы от напряжения. Девушка посмотрела ему в глаза. Искры плясали в них, напоминая: Кайло Рен все еще здесь. — Бен… — Я смогу! — Проговорил он сквозь стиснутые зубы, и каменная глыба, нависшая над голокронами, опасно задрожала. Ему не хватало сил. Даже на то, чтобы слегка ее подвинуть. Рей сильнее схватилась за его руку, чувствуя, как соскальзывает вниз, и подняла на него умоляющий взгляд. — Бен… Мужчина обернулся. Взгляд его прояснился, едва он посмотрел на девушку. Каменная глыба рухнула вниз, уничтожая древние знания ситхов, а Бен Соло отошел от обрыва, на краю которого балансировал всю свою жизнь. Он подал правую руку Рей и, собрав все силы в кулак, одним рывком вытащил девушку на поверхность, спешно оттаскивая ее от края пропасти. Почти сразу после этого глыбы откололись от того места, где находился мужчина, падая вниз. Очевидным было одно: выбери Бен знания и силы ситхов прошлого, и уже через несколько мгновений он отправился бы ко дну этой, на первый взгляд, бездонной ямы. Они бы полетели в пропасть вместе. Рей испугано прижалась к нему, и Бен успокаивающе обнял ее, прижимая ближе. Кайло Рена больше не было.

* * *

Ты ступила на дорогу, с которой уже не сойти. Вы будете пытаться раз за разом, но всегда будете упускать простую истину: вы бежите по замкнутому кругу. Как бы вы ни старались бежать, вы все равно придете к началу. Рей запомнила эти слова наизусть, возвращаясь к ним раз за разом почти каждый день. Она запомнила их на всю жизнь. Девушка вспоминала их в моменты отчаяния со страхом, считая это своим вечным клеймом, считая, что это судьба распорядилась связать их жизни вместе, а они, Бен и Рей, лишь повиновались ей, проживая уготованный им сценарий. Однако каждый раз девушка упускала нечто крайне важное. Нечто, что меняло смысл сказанного прорицательницей на Сортосе. Никто не толкал их на эту дорогу. Рей всегда видела свет даже в последнем грешнике, а Бен всю жизнь тянулся к нему душой. Свой путь они избрали сами.