Недотрога

— За что ты ещё благодарна? — Тася достала огромный блокнот и сделала в нём пару пометок, затем подняла глаза на меня. Она напоминала мне журналиста, жадно записывающего каждое слово своего собеседника. — Ну… Мне нравится, что Надя вкусно готовит, что она учит меня некоторым вещам. Мне нравится смотреть кино по выходным с родителями, но в последнее время они забыли об этой традиции и часто ссорятся. — Так, это к делу уже не относятся. Но ты забыла назвать ещё один пункт, — Тася притворно надула губы и слегка пихнула меня локтем в бок. — Какой? — Ты забыла сказать, что благодаришь мир за таких классных друзей, как я и мальчики, но, так уж и быть, сделаю это за тебя, — она рассмеялась. — Мне казалось, мы стараемся сделать всё, чтобы тебе было лучше. — О да. И ещё не забудь указать одного друга. Александр Евгеньевич.       Я вздохнула и откинулась на подушки. Меня безумно радовало, что родители разрешили остаться Тасе на ночь у меня. Возможно, это было связано с тем, что они уже довольно долго её знают, а может, просто решили лишний раз не давить на меня. В любом случае это было приятно.       Квест помогал мне смотреть на жизнь немного под другим углом, разглядывая различные моменты и узнавая саму себя. В последнее время многое стало проще. Я гораздо легче общалась с ребятами в классе. Лиза всё ещё обижалась на меня, и я слышала, как они с девочками шептались у меня за спиной.       И тем не менее я думала, что двигаюсь в правильном направлении.

***

      Квартира преобразилась на моих глазах, кухня наполнилась ароматами вкусной еды, стол, в прошлый раз заваленный лекарствами, сиял. Лариса Семёновна расставляли блюда и ещё раз поправила скатерть, чтобы все было идеально. Я чувствовала себя несколько скованно, всё ещё не понимая, какая роль в этом празднике отведена мне. — Поможешь мне натереть бокалы? — обратилась ко мне Лариса Семёновна, и я с удовольствием кивнула головой. Когда руки заняты делом, остаётся меньше времени на ненужные мысли. Александр Евгеньевич ещё не вернулся с Евгением Андреевичем из магазина, и мы вдвоем пытались подготовить все к ужину. — Можно вопрос? — я опустила глаза, стараясь не встречаться взглядом с мамой учителя и в десятый раз вытерла невидимое пятно на бокале. Лариса Семёновна заинтересованно на меня посмотрела и улыбнулась. — Один вопрос ты уже задала. Так что же ты хочешь узнать? — Почему вы пригласили меня? Я не являюсь членом вашей семьи, мне кажется, всё-таки, что это больше семейный праздник. Мне приятно, что вы позвали меня, но я немного озадачена. — Ах вот оно что, — женщина рассмеялась, словно ожидала от меня подобного вопроса. — Мы обычно отмечали годовщину в кругу друзей семьи, а сейчас почти все в отъезде, семьи, командировки, нам показалось, что Саша будет рад твоему присутствию, к тому же мне приятно с тобой пообщаться. Саша рядом с тобой становится, что ли, мягче. В последнее время ему этого не хватает. — А как же его девушка? Ее вы тоже пригласили?       Лариса Семёновна забрала у меня из рук бокал и подала стопку тарелок. — Она работает, но мы ещё даже не знакомы, все не было случая. Саша довольно скептически относится к подобным вещам. — Тогда я вообще ничего не понимаю, — честно призналась я, садясь за стол.       Лариса Семёновна отложила посуду и присела напротив, взяв меня за руку. В ее глазах не было осуждения или разочарования, она мягко улыбнулась. — Не забивай голову ненужными вещами. Ты просто симпатизируешь нам, потому что в тебе есть какой-то потенциал, стержень. Мы в последний раз довольно неплохо провели время вместе. Ты трудолюбивая, милая девочка, и я думаю, Саша тоже в тебе видит своего друга. К тому же ты приехала, когда ему была нужна помощь, он рассказал нам, за что тебе отдельное спасибо. Так что это просто ужин, на который мы позвали человека, которого рады видеть, ее стоит искать во всем скрытый смысл или подтекст. Ты больше времени тратишь на лишние вещи, а можешь ведь просто наслаждаться моментом.       Ее слова немного успокоили меня. Отбросив докучающие мысли в сторону, Я помогла Ларисе Семёновне накрыть на стол, и вскоре вернулся учитель с отцом. — Куда мы накупили столько? — Евгений Андреевич устало выдохнул, затаскивая четвертый пакет в квартиру. — Сашеньке вечно некогда готовить, Жень, доставай всё, мы с Мариной уже накрыли.       Евгений Андреевич смиренно выполнял указания жены, изредка поднимая на меня голову и улыбаясь. — Что-то не так? — Всё хорошо, просто рад, что в нашем доме наконец-то появились гости в такой день, в том году мы отмечали втроём, это было немного… грустно. Ты вообще чем занимаешься, помимо математики? — Ну… в основном учёба. Родители хотят, чтобы я получила достойное образование и занялась бизнесом. — А чего хочешь ты? — мужчина оторвался и внимательно посмотрел на меня. Я разглядела его серо-зелёные проницательные глаза и на миг опустила голову, поражаясь тому, насколько точно он попал в цель. — Я не знаю. Всегда думала, что хочу в будущем развивать своё дело, но сейчас столько всего изменилось. Я немного запуталась, если честно.       Евгений Андреевич сел рядом и осторожно взял меня за руку: — Мне кажется, тебе надо немного расслабиться. Ты очень напряженная, это видно. Иногда надо позволить себе плыть по течению и наблюдать, в том числе и за собой. — А если на носу поступление? Плыть по течению уже не получается — нет времени. — Смотря как ты его расходуешь, — он бережно сжал мои пальцы, и в его жестах я увидела отражение отцовской нежности. — Я всегда мечтал о дочке, — добавил мужчина. — Может, Александр Евгеньевич скоро женится, и будет у вас… — Нет, — он усмехнулся, откидываясь на спинку дивана. — Я не думаю, что эта его Оксана сможет стать для нас близким человеком. Я её видел пару раз, даже не знаю, почему Саша так за неё держится, но не мне с ней жить, это его право. — Она вам не понравилась? — Она старше на полгода, и я в ней не вижу какой-то нежности, что ли. Мне кажется, что женщина в доме должна быть женственной, мягкой, уютной. Мне очень повезло с Ларисой, она удивительная. Я с каждым годом открываю для себя в ней что-то новое, такой уж она человек. Мы ссоримся порой, но она никогда не забывала о том, что она женщина — хранительница очага, так сказать. А я, в свою очередь, старался быть внимательным мужчиной. Может, Саше где-то не хватает твёрдости, но эта его пассия слишком уж самоуверенная. Не очень люблю таких женщин, просто не в моём вкусе.       Я не ожидала подобных откровений от отца учителя. Описанный портрет действительно отличался от моих представлений. Возможно, какие-то вещи я себе сама надумала, но было сложно представить рядом с Александром Евгеньевичем самоуверенную категоричную девушку. — О чём секретничаете? — словно прочитав наши мысли, учитель зашёл в гостиную и поставил в центр стола блюдо с запеченной уткой. — Да так, говорим о жизни, — Евгенией Андреевич едва заметно подмигнул мне, и я улыбнулась.       Ужин прошёл в довольно уютной, весёлой атмосфере. Лариса Семёновна готовила очень вкусно, и я, хоть и вспоминала наши с Димой упорный тренировки, решила всё же съесть третий кусок курицы. Евгений Андреевич смеялся: — Саш, бери пример! Девочка больше тебя ест!       Александр Евгеньевич как-то странно улыбнулся и перевёл взгляд на меня. Не знаю почему, но меня резко бросило в дрожь, я сжала в руках салфетку, робея от какого-то странного, неизведанного чувства. — Мне, пожалуй, пора, родители заждались. — Я поспешно встала из-за стола. — Это был потрясающий вечер, и, да, я приготовила небольшой подарок!       Я достала из сумки небольшой обернутый синей бумагой коробочек, к которому тщательно пыталась прицепить большой серебряный бант. — Я надеюсь, что всё же угадала с подарком. Он чисто символический, но… — Да не стоило! — Евгений Андреевич крепко обнял меня, Лариса Семёновна развернула упаковку и на миг будто лишилась дара речи — настолько удивлённым было в тот момент её лицо. — Билеты в театр и статуэтки? — женщина улыбнулась, разглядывая двух милых хрустальных ангелочков. — Да. Александр Евгеньевич как-то говорил, что вы увлекаетесь театром, а скоро будет новая постановка… — Не знаю, как ты угадала, но это настоящее чудо, — Евгений Андреевич рассмеялся, разглядывая подарок и продолжая обнимать меня за талию. — Мы в театр ходим уже больше двадцати лет, в последнее время, правда, всё не было времени и повода, но, видимо, пора нам возобновить культурное просвещение.       Мы ещё долго прощались, Лариса Семёновна дала мне с собой ещё пару кусков пирога и немного утки. Учитель вызвался меня проводить до машины, едва мы вышли на улицу изо рта вырвался пар, морозный воздух освежал. — Это же очень дорого, откуда у тебя такие деньги? — Родители, как бы там ни было, на данный момент обеспечивают меня, — я пожала плечами. — Мы могли себе это позволить и решили сделать приятное, раз уж так сложилось. Папа думает, что в будущем я буду зарабатывать не меньше. — Спасибо тебе за вечер, — учитель спрятал руки в карманы. Почему-то за всё это время в его доме мы ни разу не обменялись даже двумя фразами. Александр Евгеньевич смотрел на меня, но я не могла даже приблизительно понять ход его мыслей, настолько умело он скрывал свои эмоции. — И тебе спасибо. У тебя замечательные родители, правда.       Он неловко поцеловал меня в щёку и открыл двери автомобиля. — Увидимся в школе. — Да… конечно, — я села на сиденье и помахала рукой. Щека горела от прикосновения его нежных губ. Не знаю, можно ли это считать всего лишь дружеским жестом, но на миг я забыла обо всём.       Автомобиль медленно двинулся по заснеженной тропинке, в окно я наблюдала за удаляющимся силуэтом учителя и, перед тем как машина скрылась за поворотом, я увидела высокую девушку, выходящую из такси. Она взяла Александра Евгеньевича под руку, и они вместе начали подниматься по ступенькам.       А я только-только начала верить в чудо.