Последний Архангел 0.2

      День города…       За окном ходит множество ангелов, они смеются, радуются и просто веселятся. Все одеты так красиво, будто это их последний праздник в жизни. Дети бегают из стороны в сторону, пытаясь себя чем-нибудь занять, пока родители разговаривают о своих житейских делах. Подростки гуляют по лесному парку, громко смеясь и разговаривая.       Осеннее солнце не так уже хорошо прогревало всех, но всё ещё радовало своим присутствием. Листва медленно менялась из насыщенного зелёного в разные и яркие осенние тёплые цвета. Трава потихоньку начинала опускаться и увядать, превращаясь в огромный ковёр для земли.       Блу просто сидела у себя дома и смотрела в окно. Она рассматривала всех и вся, как летят птицы, закрываются бутоны цветов, и листья мягко превращаются в яркий огонь. Блу смотрела на это такими зачарованными глазами, будто её взгляд навсегда застрял в этом пейзаже. Проходящие мимо ангелы заставляли её глубоко вздыхать. Она не понимала, почему она чувствует грусть при виде других улыбок, но и сразу же мимолётную радость.       В голове пробегало множество мыслей, но они были лишь на одну тему — одиночество. Так хотелось снова ощутить те самые родные объятия, смех, да и просто слова. Но ничего не было. В этих стенах все звуки умерли уже давно, настолько, что даже Блу не помнила их. Из её головы будто стёрли все воспоминания, остались лишь мимолетные силуэты, намёки на это.       Снизу показались маленькие дети лет пяти-шести, каждый из них был разрисован в разных животных. От котов до тигров, грим был аккуратно выведен маленькими линиями. Казалось, будто это не рисунки, а маски, или даже лица. Проворная кошка, смелый тигр, свободная птица и так далее…       Хотелось тоже надеть маску, маску кого-нибудь того, кто всегда радостный и весёлый, несмотря не на что. Это была защита от мира, от всех живых и мёртвых, от издевательств и насмешек, словно розовые очки.       Неожиданно где-то на втором этаже послышалось несколько ритмичных стуков о стекло. Блу неохотно оторвалась от окна, но решила проверить, кто это может быть. Хоть она уже и догадывалась, кто это, но почему-то в душе зародилось чувство любопытства. Она хотела посмотреть, но сил не было. Сколько раз живот не предупреждал, но Блу его не слушалась. Она отвергала любые предупреждения от своего организма, вплоть до голода.       Но это чувство было сильнее, она из последних сил встала с кресла и направилась вверх по лестнице. Сразу вспомнились недавние события, из-за которых Блу всё же вышла погулять, хоть и ненадолго. Дрим и Инк уже стучали недавно в дверь, но она не решилась открыть её. Они, наверное, подумали, что её нет дома, вышла погулять или вообще пропала. И подруги, недолго там простояв, ушли.       Открыв дверь в комнату, Блу заметила на тумбочке, которая стояла ровно под окном, небольшое письмо и упаковку с чем-то внутри. Подойдя ближе, она уже более отчётливо разглядела, что это. Немного прозрачный пакет, в нем было видно контейнер, а на нём была маленькая одноразовая вилка. А рядом был красиво упакованный конверт, с печатью по середине, в форме четырёхлистного клевера.       Блу решила посмотреть сначала, что в письме. Возможно, её бы уже избили люди, что говорят, что нельзя открывать неизвестные письма и пакеты, но было уже всё равно. Блу попыталась как можно аккуратнее, будто пряча место преступления, открыть конверт. Но он был, видно, уже приоткрыт. Небрежная бумага от клея была немного порвана. Она развернула его и сразу же полезла внутрь. Но ничего не почувствовала, письмо было просто пустым. Но тогда зачем оно?       Девушка начала вертеть его в руках, выворачивая наизнанку, пытаясь понять, зачем это всё. Но лишь спустя безуспешные попытки понять, она заметила на самом конверте небольшие отпечатки чернил. Но они не были похожи ни на один из знакомых языков, похоже было на язык Морзе. Точки и прямые линии, но они были слишком обрывисты, чтобы сложить из них слова и, тем более, предложения.       Блу это немного разозлило, и она, скомкав в руках эту бумажку, выкинула обратно в окно, не желая видеть такую бесполезную вещь. Зачем она нужна, если не имеет никакой полезной функции?       Как только конверт скрылся за листвой куста внизу, Блу перевела взгляд с улицы на контейнер. Было ясно, что там лежала какая-то еда, для которой нужна вилка. Она как-то настороженно коснулась это, будто чего-то боясь. Хотя только секунду назад она с лёгкостью брала и разглядывала странный конверт, в котором не было ни самого письма, ни имени отправителя.       Блу подняла контейнер в руки и начала его осматривать, на дне его была небольшая записка. На ней написана небольшая фраза, что гласила — «Поешь уже, наконец, нормально, а то умрёшь с голода)». В конце предложения была улыбочка, будто насмехаясь над ней, но почему-то после этих слов Блу немного успокоилась.       Она уже более уверенно обхватила коробочку и открыла её. В нос сразу ударил приятный запах чего-то запечённого, а в лицо прилетел клубок горячего пара. В тарелке показались, видно, недавно приготовленные, курица и картошка. Они были красиво уложены, соблюдая все пропорции. Посередине лежала аппетитно запечённая курочка, а, точнее, грудка и ножка, а по бокам, словно розочка, была выложена картошка. Это было столь аппетитно, руки сами тянулись схватить маленький кусочек этого. Но Блу ничего этого не чувствовала, да, приятный запах был, но он никак не привлекал её.       Но желудок так не думает. Почуяв запах чего-то вкусного, он жалобно заурчал, требуя еды немедленно. От этого девушка упала на кровать и, будто в сильных муках, начала стонать от боли. Живот крутило, а голова болела. В руках почувствовалась сильная слабость, даже поднять руку было сложно. Она тряслась и ходила ходуном. А лишь секунду назад Блу чувствовала себя прекрасно.       Она посмотрела на контейнер с едой, потянулась к нему и сунула кусочек курочки себе в рот. Не напоминает ли недавнюю ситуацию? Тот же голод, та же боль в животе и тому подобное, отличается лишь тем, что в разных местах и в разное время.       Но только сейчас она не получала наслаждение от еды, она просто ела в сильном припадке боли. Не хотелось ничем наслаждаться, просто поесть. Вот какая цель была в голове.       С каждым кусочком еды чувство боли пропадало, а вкус еды так и не появлялся. Сам мозг отказывался чувствовать какие-либо приятные ощущения и просто пропускал еду в желудок.       Как только вся еда была съедена, Блу расслабилась. Её уже не мучали завывание живота и небольшая головная боль. Она уже просто лежала на кровати, ощущая приятное чувство насыщения. Кровать манила своей мягкостью и теплотой, хотелось уйти в объятия мира Морфея, но каждый раз этому что-то мешало.       Каждая мысль была обо всём разном. Хотелось задуматься о будущем, что было бы, если бы она взяла себя в руки и перестала себя вести так… И самое главное, что бы было, если бы родители и брат были в полном порядке?       Как бы тогда чувствовала себя Блу, и как бы она себя видела?       Может, она бы стала прекрасным воспитателем в детском доме, а после бы женилась на каком-нибудь красивом ангеле, и у них родились бы дети. Возможно, она бы стала прекрасной мамой, дети её очень сильно любили. К каждому из них она находила свой подход, будто читая их мысли.       Некоторым достаточно небольшое внимание со стороны взрослых, а к некоторым надо относиться со строгостью, но не переусердствовать. Тогда бы у неё появилась бы вторая семья, которой она бы дорожила и всегда бы защищала, но сейчас… …       Мысли были именно о семье. В голове летало только это, будто сам мозг пытался предупредить о чём-то. Не хотелось больше не о чём думать. Перед глазами прыгали радостные образы родителей и брата. Они смеялись, улыбались и бегали по комнате, пытаясь догнать друг друга.       Казалось, что всё это фантастический фильм, что скоро это всё кончится, и из-за кулис выйдут живые родители со счастливыми лицами, которые будут идти к Блу и вскоре обнимут её, обсуждая, как они сыграли эту сцену. Но жаль что это никак не фильм, даже не фильм, основанный на реальных событиях. Это и есть реальность, сама жизнь.       В голову девушки прилетело сильное осознание того, что за то время, как её родители были убиты, она их даже не проведала ни разу. Она даже не вспоминала про это, были только небольшие счастливые воспоминания о них, но про могилы. Может сам разум боялся осознать, что они лежат там. Их прах…       После того шока, что перенесла девушка, она впала в очень долгий сон, длившийся примерно трое суток, да и её просто не отпускали с больницы. Даже увидеться с братом получилось только через неделю. Было слишком сложно уговорить врачей, чтобы та вышла пораньше.       Пришлось выдавать себя за счастливую и позитивную, хоть это и было сложно, считая недавние события. Казалось, что они думали наоборот. После такого события, произошедшего с ней, как можно было так радостно улыбаться. Но, возможно, она просто смирилась с этим и пыталась мыслить хорошо. Они думали…       После выписки Блу даже шагу не ступила за порог кладбища. Её было слишком тяжело понимать, что ничего не осталось. Даже представлений об этом не было, что надо сходить и проведать их. Часть воспоминаний исчезла, как и исчезли некоторые эмоции.       Блу опёрлась руками на кровать и встала на свои двои. Показалось, что внутри её органы начали ходить ходуном и болтаться туда-сюда, в глазах резко потемнело, а ноги начали пошатываться.       «Слишком резкие движения, так не надо больше» — пронеслось в голове Блу. Она начала немного ходить по комнате, пытаясь прийти в норму, врезаясь то в шкаф, то в стену.       Вскоре это неприятное чувство головокружения закончилось, и девушка снова стояла как ни в чём не бывало. В глазах изредка могла промелькнуть темнота, но ненадолго. Но в голове Блу сейчас была одна цель — пойти на кладбище.       Хотелось просто без промедлений и страха уже оказаться там, не попадаясь никому на глаза. Этот едкий взгляд всё ещё её пугал, заставляя съёживаться внутри себя и выворачивать органы наружу. Она оглянулась в поисках своей повязки. И посмотрев куда-то вверх, Блу заметила её на одной из открытых полок шкафа. Подпрыгнув, она ухватилась за неё и одним движением рук повязала на шее.       Она тут же выбежала из комнаты и за секунду спустилась с лестницы. Оказавшись около входной двери, девушка была уже не так смела. Она немного замялась, чтобы открывать дверь, но, собрав все силы в кулак и отбросив лишние мысли, Блу подалась вперёд, перед этим закрыв глаза.       Под ногами она почувствовала что-то шершавое и мягкое, в нос ударил странный, но приятный запах свежести. Запах вечера, но не в силах его описать она аккуратно зашагала вперёд, пытаясь хоть немного открыть глаза. Впереди она почувствовала деревянную калитку и с лёгкостью отворила её. На этот раз она быстро распахнула глаза и посмотрела вперёд.       Ничего не жгло, было всё как обычно, даже слишком. Деревья, тропинка и ангелы. Ничего необычного, всё так просто. И это было приятно. Столь такое простое действие, как выйти на улицу, заставило на лице появиться маленькую улыбку.       Проходя по дорожкам между кустами и разными деревьями с плодами растений, хотелось остановиться и начать вглядываться во всё это. Взмывая в воздух ради того, чтобы перелететь с одного острова на другой, Блу видела маленькие силуэты ангелов, словно муравьёв. Хотелось взять это всё и поместить в маленькую баночку и ухаживать за всем этим. Будто в её руках был маленький городок.       И проходя всё больше и больше, всё что было раньше казалась несущественной мелочью. Хотелось это всё забыть и ничего не вспоминать. Оставить это всё за спиной и идти дальше к мечте. Не иметь ничего общего со смертями и чем-либо подобным. Просто отпусти это и иди дальше — говорило сердце, но было одно но.       Блу на месте.       Она остановилась и посмотрела вперёд, лёгкая улыбка сразу ушла с лица. Одинокая арка, уже потрёпанная временем, стояла в двух метрах от Блу. С неё сыпалась бледно-синяя краска, которой уже почти и не было. Цветы, что обвивали саму рамку, завяли, и осталась только жёлтая лоза.       Ворота в мир живых и мёртвых, хотя они сами уже были мертвы. Забавно то, что это и есть правда.       Блу не может двигаться, ступор. Даже дышать было сложно, грудная клетка не давала сильно растянуться для быстрого дыхания. В голове девушки начали пролетать те самые мысли в тот злосчастный день. Та боль в ногах и сердце окутала всё тело и начала будто его уменьшать. Всё боковое зрение начало расплываться, и было видно только то, что посередине.       Но никого. Всё, что было видно, это очертания маленьких могилок и светлые пятна по середине, служившие фотографиями умерших. Небо, казалось, на той стороне мира более темное и злое. Блу уже тысячу раз передумала насчет этой затеи, и уже она захотела развернуться и уйти, как почувствовала на своём плече чью-то руку.       — Девушка, с вами всё в порядке? Вы тут стоите уже несколько минут с бешенным взглядом, — Блу развернулась и посмотрела в лицо тому, кто её побеспокоил. На его лице было беспокойство и удивление, но девушка попыталась не показывать весь свой страх.       — Нет, всё в норме. Просто впервые за долгое время сюда пришла, вот и волнуюсь, — как можно аккуратнее начала подбирать слова она, пытаясь не вызвать лишнее опасение.       — Может, тогда я вас провожу, чтобы вы меньше боялись, — с какой-то уверенностью произнёс парень и попытался обхватить запястье Блу, но та отказалась. Может быть, предложение было и заманчивым, но было слишком подозрительно, да и тон ей не нравился.       — Н-нет, не надо, мне тут недалеко. Я просто собиралась с мыслями и всё, — нна сразу отдёрнула свою руку и пошла вперёд, чтобы как можно скорее уйти от него. Казалось, что он хотел с ней познакомиться и пофлиртовать, что было заметно в его речи. Но было и так страшно.       Блу прошла ворота и вошла на территорию кладбища. На самом деле, она даже не могла предполагать, где находятся родители. Она встала на месте и начала оглядываться. Знакомых мест не было, да и какие знакомые? Она тут была несколько раз от силы.       — Блин, — тихо выругалась Блу и посмотрела в землю. Она и вправду потерялась на кладбище. Вокруг были незнакомые имена и фамилии, фото были просто лицами, что смотрели на неё, изредка улыбаясь.       Блу не знала, что делать. Она начала ходить туда-сюда, пытаясь что-нибудь придумать, но ничего не выходило. Мысли заполнялись совершенно другим, и из-за этого время текло слишком быстро, чем нужно. Девушка уже не понимала, как и куда шагает, и просто шла наобум.       Как только Блу отошла от своих мыслей, она поняла, что сама не знает, где находится. Девушка посмотрела вокруг себя и не заметила ворот на кладбище. Нарастающая паника накрыла Блу, а в животе начало крутить. Она попыталась вглядеться куда-то вдаль и заметила недалеко от себя до боли знакомые лица.       Она будто в трансе начала подходить туда, ей всё ещё не верилось что это они. Это не могли быть они, Блу даже уже не помнила их лица. Она могла вспомнить лишь их силуэты и голос, а лица — нет. Что-то такое важное было утеряно.       Вот Блу уже стоит прямо перед ними и не верит своим глазам. На фото и есть её родители. Радостные, с улыбкой смотрят на стоящую перед ними Блу.       Из её глаз невольно полились слёзы, но она всё так же стояла на месте. В горле застыл ком боли, дышать было очень сложно. Это заставляло ещё больше плакать, руки начали дрожать и не поддаваться ей. Они закрыли рот, из-за чего стало ещё трудней дышать. Она упала на колени прямо перед могилами.       — Мама… Папа… Почему? — первые слова вырвались из неё, хотелось кричать и сильно плакать, но она не могла. — Зачем, почему?! Я не понимаю, за что вы так провинились. Почему же именно вы?!       Она начала уже захлёбываться слезами, всё время тяжело вдыхая воздух и срываясь на крик. Блу пыталась убрать свои слёзы, но просто размазывала их по всему своему лицу.       — Я… Я… Я никогда не хотела этого! Мама, мне так больно! Папа, пожалуйста, вернитесь! Пожалуйста! — девушка начала неистово кричать, она уже не могла сдерживаться. Она выплескивала всю свою боль. Но вскоре её крик успокоился, и она примкнула лбом к земле. — Я просто… Я просто хочу снова услышать ваш голос, ваш смех и плач. Я уже не помню ваши голоса, я просто мечтаю о том, чтобы вы вернулись. Я мечтаю, чтобы вы снова обняли меня и поговорили. Я ещё многое вам не сказала…       Блу пыталась как можно тише себя вести. Ей казалось, что миллионы мёртвых взглядов уставились на неё и осуждающе смотрели. Они желали, чтобы та замолчала. И снова, и снова, эти взгляды преследуют её и смотрят свысока. Каждый раз они надеются, что она покончит свою жизнь самоубийством. Она и сама желала это, она уже давно хочет умереть и перестать мучаться от этого. Чувство вины. Блу винила себя в их смерти, никто, кроме неё, не был виноват в этом, только она.       По сторонам раздались громкие крики птиц и шебуршание перьев о траву. Блу посмотрела на место шума и заметила стаю воронов, хотя это больше было похоже на большое количество птиц, собранное вокруг девушки. Они громко каркали и врезались друг в друга, пытаясь скорее улететь оттуда. Они поднялись в небо, образуя воронку, и быстро разлетелись в разные стороны. Это было слишком странно, такие птицы, как вороны, так никогда не делают.       Блу была очень завлечена необычными действиями птиц, и только спустя некоторое время поняла, что стоит на коленях на грязной земле. Светлые джинсы превратились в обычные сшитые тряпки с большими пятнами грязи. Но ей было на это уже всё равно, она просто равнодушно посмотрела на них и глубоко вздохнула.       Блу встала на свои ноги и попыталась отряхнуть грязь, но ничего дельного не вышло. Она уже впиталась между нитками, и теперь это уже не новенькие белоснежные штаны. Девушка грустно посмотрела на землю, всё ещё не решаясь поднять свой взгляд вперёд. Из глаз всё ещё продолжали течь слёзы. Она боялась посмотреть вперёд и вновь увидеть их лица. Она больше не хотела плакать и грустить из-за этого.       Блу немного помялась на месте, вертя в руке угол футболки и, тяжело вздохнув, будто решившись на тяжёлый поступок, сделала несколько шагов вперёд. Она оказалась ровно между могилами своих родителей. Девушка уже не знала, что ей терять, и просто села на землю, пачкая почти полностью заднюю часть штанов.       Она обхватила руками ноги и прижала их к себе, уткнувшись носом между коленями. Она просто смотрела вперёд, не решаясь что-либо сказать. Она просто хотела побыть в тишине, послушать пение птиц, хруст веток и мягкий свист ветра. Быть в таком тихом месте, что издавало лишь природные звуки, было в новинку за последние несколько дней.       Блу не могла связать ни слова, она хотела хоть немного высказаться, но просто не могла. Быть рядом с родными, но мёртвыми людьми, было слишком необычно. Хотелось что-то сказать, но будто ком в горле не давал это сделать, сама неуверенность сидела прямо рядом. Блу просто быстро моргала и смотрела из стороны в сторону, пытаясь не заплакать, но выходило паршиво.       Из глаз полились новые потоки слёз, а нос с глазами снова покраснели. В голове бегали весёлые мысли о прошлом, но они больше заставляли грустить. Нет, этого больше не вернуть, не вернуть умерших, просто нельзя.       — Простите, — под нос сказала себе Блу, что даже мёртвые бы её не услышали. — Простите, я не хотела на вас кричать. Я… я просто была на эмоциях, я просто не знала, как ещё было делать. Это было совсем не осознанно, это была не я, а просто мои эмоции. Если бы я могла, я бы просто с вами поговорила, но я не могу.       Казалось, Блу просто оправдывается, но она говорит правду. Это было и вправду всё на эмоциях, она не сдерживалась, это сами эмоции управляли, заставляли двигаться и кричать. Но сейчас она управляет сама собой и знает, что говорит.       — На самом деле, я хотела побыть рядом с вами и поговорить о своём. Спросить, как у вас дела и всё тому подобное, но что-то не задалось, хех… — Блу немного ухмыльнулась, но, наверное, это был лишь защитный рефлекс, чтобы точно не сойти с ума. — Знаете, меня всё ещё удивляет моё поведение, я стала такой закрытой. Даже с Инк и Дрим не общаюсь, только дома сижу и почти вообще не ем…       Неожиданно она запнулась и о чём-то задумалась. В голове витали мысли об убийце. И вправду, зачем он помогает ей, заботиться? То вытащит из ванны, пока она медленно умирает, то перевяжет ноги в царапинах, то принесёт контейнер со вкусной едой и глупым письмом. А он ведь реально приглядывает за ней, это даже можно было ощутить, когда ты один в комнате. Но на кой чёрт ему это нужно, или он просто играет с ней?       — Знаете, я недавно встретила очень необычного демона. Это тот, кто вас убил. Я не знаю почему, но он за мной следит и приглядывает. После моего неудавшегося ухода из жизни, он вытащил меня оттуда и помог перевязать ноги… Я… я не знаю почему, но я не чувствую к нему отвращение. Да, он убил вас, но просто ничего… Я не рассказала ничего, ничего не предприняла, я просто оставила его, но не он меня.       Это звучало очень странно, но по другому было сказать просто никак. Она больше не могла подобрать другие слова, в голове вновь начали образовываться новые мысли об этом, но их перебивали совсем другие.       — Ну ладно, что всё обо мне и обо мне, а что насчёт вас? — и вправду, на что она надеялась? На то, что они резко превратятся из праха в родителей и ответят ей на вопрос? Конечно же, прямо-таки сейчас… Видно, Блу решила полностью себя добить этим. — Ну и? Что вы мне не отвечаете? Почему? — … — Почему вы мне не отвечаете?! Я пришла сюда с вами поговорить, так что вы мне не отвечаете?! Что, язык проглотили или что?! Отвечайте! — Блу вновь начала кричать в воздух, требуя, чтобы они ответили. Но что можно ожидать от этого? — Почему! ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ОТВЕЧАЕТЕ?! Я ПРИШЛА К ВАМ, ЧТОБЫ ПОГОВОРИТЬ И ПОБЫТЬ РЯДОМ С ВАМИ! А ВЫ ПРОСТО ИЗДЕВАЕТЕСЬ НАДО МНОЙ! Я ПО ВАМ И ТАК СИЛЬНО СОСКУЧИЛАСЬ, А ВЫ ВСЁ РАВНО ИГНОРИРУЕТЕ МЕНЯ, БУДТО МЕНЯ С ПАПИ НЕ СУЩЕСТВУЕТ! ДА ЧТО С ВАМИ НЕ ТАК?!       Блу подорвалась с места и просто встала напротив них, разведя руки в сторону. Глаза не просто были в слезах, они сами были слезами. Девушка просто кричала на могилы, но как назло эти лица просто улыбались. Казалось, они уже смотрели не просто милыми улыбками, а злорадными. Может быть, они уже через несколько секунд начнут издеваться и желать смерти, как эти голоса и тени.       — Я ПРОСТО ХОЧУ ВЕРНУТЬСЯ К ВАМ! Я ХОЧУ СНОВА УСЛЫШАТЬ ВАШ РОДНОЙ ГОЛОС И СМЕХ! Я ПОНИМАЮ, ЧТО ВАС НЕ ВЕРНУТЬ, НО Я ТАК НЕ МОГУ! Я ХОЧУ БЫТЬ РЯДОМ С ВАМИ! ПРОСТО РЯДОМ С ВАМИ! РЯДОМ С ВАМИ! Рядом с вами. Рядом… с… вами…       Блу неожиданно перестала кричать и просто начала плакать. Руки были плотно прижаты к бокам, а ладони сжаты в кулаки. Ноги тряслись, злость разрывала её на части, но в то же время грусть была сильнее. Невообразимая боль, что просачивалась везде и всюду. Она заставляла сердце замирать и болеть, хотелось прямо на месте упасть и начать себя избивать, лишь бы боль прошла.       «Видишь, до чего ты себя довела?»       «Зачем тебе всё это?»       «Ты просто жалкая тварь, что стоит перед нами!»       «Умри же поскорей!»       «Умри»       «Умри»       «Умри»       «Умри»       » ᑘᘻᖇᓰᓰᓰᓰᓰᓰᓰ… » —       Нет! Нет! Нет! Я не хочу, я не хочу быть одна. Я хочу быть с вами, мне одиноко. Я просто… Я просто… Просто… устала…

***

      Сейчас Блу лежала на кровати и просто безэмоциональными глазами рассматривала приклеенные звёздочки на потолке, что уже давно перестали светиться, как и сама Блу. Она уже давно потеряла ту самую искорку надежды, что преследовала её всю её жизнь. Лишь иногда она начинала светиться, в какие-нибудь неожиданные моменты.       В её голове ничего не было. Ни мыслей, ни воспоминаний, ни каких-либо идей. Ничего. Говорят, что сложно ни о чём не думать, но на самом деле это не так. Просто не думай.       На самом деле, она просто ждёт, ждёт, пока часы пробьют одиннадцать. Хоть до этого момента осталось всего лишь несколько минут, но они длились как часы. Конечно, можно было посмотреть телевизор или полазить в телефоне, но этого просто не хотелось.       Время текло то медленно, то быстро. Время не понять. Но показалось, что снизу послышался негромкий звон настенных часов. Ровно одиннадцать раз они прозвучали за сегодняшний день.       Блу аккуратно встала с кровати, свесив ноги вниз. Долго о чём-то думая, она не решалась, что делать дальше. За окном слышались громкие голоса ангелов, которые каждый раз то были ближе, то отдалялись. В голове быстро пролетела мысль о том, что сегодня праздник.       Девушка медленно, неторопливым шагом направилась в сторону выхода из дома, параллельно натягивая на руки свои новые перчатки. Всё ещё иногда назревал вопрос, откуда они могли взяться, но не важно. Блу открыла дверь, уже не боясь, что в глаза ударит яркий свет, и даже не о чем не задумываясь, быстро пошла в центр города.       В лицо дул мягкий свежий ветерок. Он аккуратно развевал её волосы и подол платья, что больше походило на ночнушку. Оно легко налегало на девушку, немного придавливая её. Большую половины груди закрывала ткань, оставляя видимый вырез, и держали её небольшие лямки на плечах. Возможно, некоторые бы постеснялись выходить так на улицу, но не она. Сейчас ночь, да и кому она нужна, так что не важно.       Проходя по улицам, было сложно не смотреть на других. Почему-то ей хотелось рассмотреть их наряды, во что одеты и обуты. Милые платья, футболочки и штаны, каждый из них выделялся по-своему, заставляя ненадолго задержать на себе взгляд. Красочные принты и украшения дополняли образ и создавали ощущение праздника.       Как только Блу вошла на территорию площади, она обомлела. Полностью украшенные деревья и кустарники, дорожка была разрисована разными рисунками из мела и другими красками. Скамейки каждый раз мерцали от огней гирлянд. Над головой то и дело, будто в полёте, показывались разные картинки. Они двигались, играли, казалось, даже говорили. Вот птица пролетит или маленькая капля воды разобьётся о воображаемый пол.       Глаза Блу быстро загорелись яркими цветами, заставляя их переливаться на свету. Завораживало, околдовывало, ты уже не шёл вперёд, а просто парил в невесомости, не отрываясь от светового шоу. В душе создавалось странное чувство щекотки, но оно было приятное. Нет, это не бабочки, а что-то другое, что-то более приятное.       — Девушка, вы можете быть аккуратнее?! — взрослый женский голос вывел Блу из транса. Девушка вздрогнула и посмотрела на неё. Её физиономия искорёжена в противном лице, что явно говорило, что она не рада. — Развелись тут всякие, только и умеют одеваться как проститутки. Ты бы хотя бы прикрыла свои достоинства. Одно гнильё!..       Тишина… Блу выслушивала все оскорбления в свой адрес, пытаясь сдержать пофигистичное лицо. В её душе появилась ярость, эта манера голоса напрягала и заставляла сжимать свои руки в кулаках, сдерживая гнев. Это прыщавое нахальное лицо, что так радостно её оскорбляло, искривлялось в улыбке и издевательски насмехалось над ней, пытаясь принизить ниже пола.       Рыло этой свиньи перед взором Блу начало плыть. Над головой этого существа будто показалось двое маленьких свиных уха, посередине лица, в зоне носа привиделся свиной пятачок, что так громко пищал и хрюкал от всего этого сыр-бора. Блу просто кричала на неё в глубине души, оскорбляла, да и просто издевалась в своих фантазиях.       — Знаете что, мадам. Я как хочу, так и выгляжу. Мне это платье вполне нравится, а вот что насчёт вас! Ваша туша мешает пройти просто вперёд. Я просто шла и никого не трогала и нечаянно врезалась в вас. Я хотела извиниться, а вы начали орать на всю улицу про то, что я одета как проститутка, а это. Просто. Платье!       Блу под конец начала громким голосом на неё возмущаться. Она ещё хорошо держалась, так как в глубине души она просто горела. Женщина, в свою очередь, то ли с вопросительным, то ли с яростным взглядом смотрела на неё. Её лицо закипело и, казалось, сейчас из ушей пойдёт горячий пар.       Девушка просто посмотрела на неё злостным взглядом и пошла в обратную сторону, не желая продолжать этот диалог. Женщина позади начала кричать и кидать оскорбления в ответ, но Блу уже не слушала. Она уже просто шла, смотря вперёд, не отвлекаясь от своего маршрута. Иногда прослеживались странные взгляды в её сторону, но, видно, это было от кипиша.       Отойдя уже на приличное расстояние от неё, девушка оказалась почти равно на середине площади. Она посмотрела вперёд и заметила крупную сцену, которая ждала своего часа. По её краю стояли странные коробки, напоминающие фейерверки, и, видно, это они и были. Будет очень грандиозный фейерверк по этому поводу.       — Думаю, не буду задерживаться тут, а то всякие тут ходят…       В голове каждый раз пролетала мысль об этой встрече. Это было трудно, почти что невозможно. Каждый раз, как только она это вспоминала, дикая ярость поступала и сразу же приходила в руки, от чего хотелось ударить кого-нибудь или что-нибудь. Но рядом ничего не было, так что она просто глубоко вздохнула и пошла в другую сторону площади.       Она посмотрела вперёд, пытаясь разглядеть что-нибудь интересное, но только деревья, скамейки и фонари. Иногда впереди выглядывала какая-нибудь тень ангела или же животного, но было, в основном, так же одиноко, как и всегда. Гуляя по этим коридорам природы, хотелось вслушиваться в эти звуки, угуканье сов, стрекотание сверчков и шуршание пробегающих мимо белочек.       Почему-то хотелось вновь улыбнуться и понять радость того, что ты, пока что, существуешь. Забывается недавняя ситуация и всё плохое. Снова ты улетаешь в небытие. Было желание просто засесть где-нибудь у себя внутри, не обращая внимания ни на что.       Осталось поднять только взгляд, чтобы понять, что она почти вышла с парка. Он был не настолько большой, можно было обойти примерно за несколько десятков минут, но это было вполне достаточно, чтобы уйти в себя. Сейчас же перед глазами были всё те же многоэтажные серые дома.       Надоело…       Улыбка всё так же спала с лица девушки, и она уже просто шла вперёд, по знакомой ей дороге. В окнах виднелись семьи и просто другие ангелы. Одни сидели за столом и что-то ели вкусное, другие же просто сидели в своей компании и разговаривали, лишь изредка виднелись одинокие личности, что просто выпивали вино или что-то покрепче. Даже они не грустили от одиночества, а просто, как зомби, занимались своим делом и радовались.       В чём радость одиночества? Тебе не с кем поговорить, даже с собственным отражением, хоть и от этого только больше пустоты в душе. В ушах раздавался ритмичный стук сердца, казалось, что сейчас оно бьётся настолько громко, что даже в соседних окнах его слышно. Но это просто мираж давно сломавшегося сознания.       Гуляя по дороге и уходя в свои мысли, уже забываешь, что такое время. Казалось, прошло пять минут, а на деле — полчаса. Перед взором резко предстало красивое и высокое здание. Оно было необычной формы, но красивое. Оно так ярко переливалось разными цветами, окна то загорались, то угасали. Жаль, что это бывает только по праздникам…       Блу стояла возле входа и смотрела вперёд. Незамедлительно она открыла дверь и сразу же ступила за порог здания. Девушка посмотрела на пол, пытаясь скрыться от ярких лучей света, и быстро пошагала в сторону лифта. Там висел небольшой плакат, на котором были обозначены все этажи.       — Десятый… Значит, мне туда, — Блу сразу же нажала на кнопку открытия лифта и вошла в него.       Почему-то в голове пролетело воспоминание о больнице и их убогих лифтах. А, вроде бы, это было только недавно, а, и вправду, сколько недель прошло? Одна, две, три, а, может быть, вообще несколько месяцев. Она не помнит, всё зашло слишком далеко…       Надо с этим покончить… …       Высоко. Видно было только маленькие верхушки домов. Невысокий заборчик преграждал путь с крыши, то есть прямо вниз. Девушка подошла ближе к нему и посмотрела вперёд. В лицо ударил сильный ветер, развевая её волосы и платье. Ничего не было видно впереди, даже было непонятно, откуда дул ветер. Тишина и пустота. Даже людей, что ходили снизу, не было слышно. Лишь она одна.       Позади послышались тихие приближающиеся шаги, что точно направлялись к ней. Блу тяжело вздохнула и села на пол, свесив ноги с крыши. Шаги остановились, и было слышно тихое дыхание. Она понимала, кто это может быть, и немного ухмыльнулась, но потом сразу же убрала улыбку.       — Всё-таки пришёл… — Блу не решилась продолжать, дожидаясь ответа от него. Но он просто стоял и молчал, казалось, что он насмехается над ней. Хочет поиздеваться, но она просто продолжила разговаривать, будто сама с собой. — Красиво сегодня, да и так тихо. Для такого праздника, как день города, это очень необычно… Не думаешь? Прямо как в ту ночь.       В голове Блу резко начали появляться образы её убитых родителей. Тот смрад, что заставлял кружиться голову и вызывал тошноту. Даже сейчас резко почувствовалось головокружение и небольшая сонность, от чего та непроизвольно зевнула.       — …)       — Что? Нечего сказать? За эти несколько дней у тебя ничего не накопилось? Ни вопросов, ни ответов? А у меня их вполне достаточно… — девушка аккуратно вытащила ноги из-за решётки забора и, опершись на запястья, встала. Слабость в ногах и руках давала о себе знать, полностью ровно стоять на ногах не получалось, так что она немного пошатывалась. — Почему? Почему ты меня не убил и моего брата?       — А тебе зачем эта информация? Она тебе нахер не нужна, — как-то хладнокровно и неожиданно произнёс он. Блу даже вздрогнула от такого, а по телу пробежалось множество мурашек. Она думала, что он будет более правильно и всё равно как-то по другому подбирать слова, но не так просто.       — Даст… Я просто хочу знать это… Тебе так сложно рассказать? Или тебе договор не даёт сказать?       — Пх! Как глупо! Какой-то договор не даёт мне просто рассказать всякую херню. Я не такой, если захочу, так расскажу. Мне никто не помешает. А почему же я тебя спросил… — он сделал задумчивое невинное личико и просто пожал плечами. — Мне, наверное, просто было интересно узнать, зачем тебе это. Но хотя это глупая мысль «зачем?», это, наверное, самое первое, о чём ты думала. Но да ладно…       — Так ты мне скажешь? — немного раздражённо переспросила Блу, ей не нравилось, что он затягивает это. Так сложно сказать несколько слов?       — Ты чего расстроилась? Хах! Как глупо, но да ладно. Хм… С чего бы начать… — Даст сделал максимально задумчивое лицо и сложил руки на груди. Он закрыл глаза и пытался что-то вспомнить, изо рта всё время были слышны какие-то слова. — Первое, что там было, это письмо, мне оно пришло…       — Нет. Мне это не интересно. Я тебя попросила именно о цели, а не истории получения письма, уговора и так далее…       — Ну если проще, то в письме было написано, чтобы я убил только твоих родителей. Про вас с братом ничего не было сказано, так что я вас не трогал.       — Не трогал? Ты его чуть ли не убил! — Блу повернула голову в его сторону и посмотрела на него с оскалом. Она готова была прямо на месте его убить, но что-то останавливало её. Ещё больше вопросов.       — Ах да… Он просто был свидетелем. Мне пришлось его «устранить», — после таких слов Блу просто не могла ничего сказать. Ей было слишком больно от этого, на глазах почти что наворачивались слёзы. — Знаешь, я за вами следил несколько недель перед тем, как убить их. Я следил за твоей матерью, отцом и братом, а, в особенности, за тобой.       — За мной?       — Да. Ты очень… необычная девушка. Ты не такая, как другие, у тебя совершенно другие представления о мире. Даже после таких событий ты мало в чём изменилась. Может быть, тебе так не кажется, но это именно так. Ты сама себя убедила в том, что ты хочешь умереть.       — Но…       — Ты всё ещё так не думаешь? Как глупо.       — Я… Я просто этого больше не хочу. Я устала от этого. Для брата я просто буду обузой, буду мешать и путаться под ногами. Нас связывали всего лишь какие-то документы с чернилами, и всё. Он просто может меня вышвырнуть на улицу и больше никогда меня не вспоминать. Я… Я так не хочу! — из глаз потекли слёзы, она закрыла глаза руками и начала просто реветь, не останавливаясь. Она не могла просто стоять и из-за этого упала на ноги. Её сердце разрывалось от боли, и сдержать слёзы было невозможно. Она так хотела от этого избавиться, от чувства вины.       — Ты такая слабая, но настолько сильная. Слаба сознанием, но сильна духом. Ты мне напоминаешь одного моего знакомого, жаль, что его уже нет. Думаю, он был таким же добрым, как и ты.       — Я не хочу, чтобы он страдал, я хочу, чтобы он был счастлив, я не хочу мешать… Почему ты просто не можешь меня убить, почему ты просто не оставишь меня в покое… — у Блу просто опустились руки, силы почти полностью покинули её. Слёзы стекали по её лицу и падали на пол с характерным звуком. Руки, как тряпки, упали на землю. Хотелось спать, непреодолимая усталость окутывала её и сковывала её веки.       — … Я думал, это будет быстрее… — Даст глубоко вздохнул и покачал головой из стороны в сторону. Он медленно подошёл к ней и присел на корточки. Протянув руку, демон положил её на плечо и аккуратно потряс её, но та даже не шелохнулась. Даст поднял её голову, удерживая за подбородок, и посмотрел в её глаза. Они были закрыты, веки были красные, как и нос с щеками. — Выглядишь как маленький брошенный котёнок. Если бы не я, ты бы уже сдохшая валялась на земле, всмятку.       Он мягко коснулся пальцем её щеки и вытер оставшуюся слезу. Взгляд упал вниз, и он посмотрел на её руки. На них были надеты голубые перчатки, а под ними виднелось множество незаживших ран, но почему-то это заставило его ухмыльнуться. Он встал на ноги, вздыхая как старик. Демон встал сбоку от ангела и начал разглядывать её, пытаясь понять, как бы её поднять. Через секунду он уже держал её на руках, пытаясь как можно меньше её беспокоить. Она положила голову на его грудь и начала тихо сопеть.       — Пошли-ка лучше домой, тебе тут не место…       Он схватил её покрепче и, расправив крылья, взмыл в небо, скрываясь за густыми облаками. В небе прозвучали громкие выстрелы фейерверков, облака неподалёку наполнились яркими обрывистыми цветами. Блу немного поёжилась от этого, но не проснулась.       Демон наблюдал за этим со спокойным лицом. Такое представление не часто увидишь на небе, но всё равно это его никак не удивило. Он посмотрел вниз, на девушку, и сразу же в его голову будто прилетело осознание этой ситуации. Он тихо засмеялся.       — Так вот какой ты хотела праздник всем устроить… Хах!