Последний Архангел 0.2

      Сегодня тот самый день. Мои руки слегка трясутся, да и я не спал почти всю ночь. Мою голову мучали мысли, что всё это не взаправду, что всё это ложь и не более. Лишь только та маленькая бумажка, которая была у меня в кармане, заставляла поверить в реальность происходящего. Те слова — «Не хочешь завтра встретиться? Мне стало уже лучше!» — проносились в моей голове её голосом.       — Эррор. Всё с вами хорошо? — в комнату зашла Саманта. Она слегка прикрыла дверь и, стоя около входа, смотрела прямо мне в глаза. А, и вправду, на часах уже одиннадцать… Неужели я лежал час на кровати и смотрел лишь в одну точку. Я мог лишь повернуться в её сторону и посмотреть на неё в ответ. — Вы сегодня собираетесь куда-либо идти?       — Да… Мне нужно собираться, — я встал с кровати. Хоть и на самом деле у меня давно было всё собрано для встречи, я решил проверить, всё ли.       — Вы сегодня слишком задумчивый. Это как-то связано с этим?       — Да. В последнее время чувствовал себя не очень. А сейчас меня пригласили прогуляться, — Саманта так внимательно смотрела на меня, мне было даже как-то некомфортно. Её взгляд падал то мне в глаза, то на вещи. Она ничего не говорила, но было видно, что она мялась на месте и что-то хотела спросить. — Ты что-то хочешь у меня спросить?       — Ну да. Я просто беспокоюсь за вас. В последние дни вы не были похожи сами на себя. Я не очень хотела вас беспокоить по этому поводу, а сейчас вы явно чувствуете себя лучше. До этого вы и вправду были радостны, часто улыбку видела на вашем лице. У вас что-то произошло? — я даже ничего не мог ответить. Было легко заметить моё подавленное состояние в те дни, и вопросов от Саманты можно было ожидать.       — С тобой быть честным?       — Да, если вы можете, — она присела на мою кровать и внимательно начала меня слушать. Как бы я не хотел, но мне нужно было с кем-то поделиться. Я повернулся к ней.       — Ты помнишь, ты увидела тот рисунок от девушки? — Саманта, немного подумав, помахала головой в знак согласия. — В последнее время она чувствовала себя ужасно, и я сильно беспокоюсь за неё. Я не могу понять, что происходит, и сейчас она почувствовала себя хоть как-то лучше. Я очень рад, но меня беспокоит, что это произошло так неожиданно.       — Я удивлена тем, что вы так беспокоитесь о ком-то. С вашей стороны я не часто такого наблюдаю.       — По твоим словам я безэмоциональная тварь, которой только и нужно, что выгода или типа того. Нет. Я тоже могу испытывать добрые эмоции.       — Нет-нет-нет! Я не это имела в виду. Просто после смерти вашей матери вы и вправду перестали с кем-то сближаться. Мне даже как-то приятно услышать то, что вы нашли кого-то близкого, — она улыбнулась, а я лишь глубоко вздохнул, закрывая сумку. — Вы очень близко воспринимаете слова.       — Возможно. Но всё равно я очень беспокоюсь за неё. Мне очень приятно быть в её компании и вообще быть рядом. От неё идёт знакомая мне аура. Да и эмоций я давно не чувствовал таких с кем-то, кроме неё. Я очень привязался к ней…       — Пф… Понятно, — она слегка посмеялась и подошла ко мне. — Надеюсь, она очень хорошая.       — Да, очень. И красивая.       — Даже так. Я бы хотела знать её имя, если всё же когда-нибудь мы встретимся.       После этих слов я действительно задумался. А стоит ли это говорить? Стоит ли рассказывать вообще? Они никогда в жизни не увидятся, а если это и произойдёт… То я даже не могу представить дальнейшие действия. Саманта… Достаточно скромная для себя. Она часто боится ответить на оскорбление или вообще как-то вступить в дискуссию. Это слишком нервно для неё. Даже со мной она боится сказать что-то не так. Извиняется, старается быть в стороне и не сильно вмешиваться. Но всё же она чувствует себя со мной более комфортно и может себе позволить несколько нескромных вопросов.       А я и не против ответить. В этом единственном замке только Саманта имеет добрые ценности и морали. Каждый старается вывести для себя выгоду. Да, думаю, я тоже бы искал её, работав на моего отца. Скотское отношение ко всем не каждым может выдержать, и не выдерживают, а некоторые терпят и получают свои деньги. А ему и в радость посмотреть, как маленькие демоны, которые никогда не достигнут его титула, бегают под его ногами и целуют их. Неужели можно настолько не ценить своё достоинство ради каких-то денег.       Все они смотрят на меня так же, как и отец на них. Им всё равно на меня, я для них почти никто, а лишь принц. Как бы я не просил, они даже не торопились что-то делать. Лишь его слова для них имеют значения.       — Инк.       — Инк, значит… Это имя у меня вызывает неоднозначные эмоции, но красивое, — неоднозначные эмоции? Что это может значить? Возможно, она и просто так сказала это, у всех свои тараканы в голове.       — Да. Я пойду, — я открыл окно. — Пока.       — До свидания, Эррор, — я сразу же выпрыгнул из окна и приземлился на землю, замечая, как Саманта смотрит наблюдает за мной издалека.       Я смог спокойно вдохнуть воздух вне этого здания. Он казался более свободным и лёгким. Тут я будто мог чувствовать себя более раскрепощённо. Не было тех осуждающих взглядов, а только небо, земля и путь вперёд.       Я уже хотел начать свой путь, но заметил неподалёку тёмную фигуру. Я не мог увидеть, кто или что это было, но это явно смотрела на меня. Я пошёл в его сторону, и каждый раз, как я приближался, я мог разобрать отличительные черты и вскоре понял, что это Найтмер. Он и вправду смотрел на меня, но я не видел на его лице никакой улыбки. Серьёзное, немного обеспокоенное лицо.       — Приветствую, Эррор, — он пробежался по мне оценивающим взглядом. — Опять собрался куда-то в Рай? Что в этот раз тебя туда ведёт?       — Привет. Не хочу находиться в этом месте, сегодня оно мне кажется ещё более душным и даже пустым, — я взглянул на его руку, которая продолжала щёлкать пальцами. Что-то его точно нервировало, но Найт навряд ли об этом скажет. — Что же ты тут тоже делаешь? Сегодня должна быть ещё одна поставка от Даста, я думал, ты его встретишь.       — Нет. Я слишком занят в это время. Думаю, я заработал хорошую карму, чтобы отдохнуть именно сегодня, — было непривычно видеть, как он смотрел на меня, совершенно не меняя серьезности лица.       — Я так понимаю, ты же не просто так здесь стоишь. Так бы ты вернулся к себе в дом.       — Не просто так. Знаешь, мне кое-кто шепнул на ушко, что сегодня должно произойти ещё то дерьмо. И я предупреждаю тебя из-за уважения к тебе. Ни я, ни ты не должны это знать. Так что говорю, быть наготове, — он смотрел мне прямо в глаза. Его единственная глазница, которая была видна, так выразительно выглядела. Яркий зелёно-голубой глаз так и приковывал на себе взгляд и даже немного пугал. Найт словно пытался мне этим что-то сказать.       — А что именно произойдёт? Может быть, мне обращать внимание на это не нужно, а это лишь будет касаться моего окружения.       — Можешь думать как хочешь, и сказать больше я не могу. Уши везде, и что-то такое просто риск говорить мне. Я прошу воспринять мои слова намного серьёзнее, чем ты хочешь, — он промолчал и оглянулся, по видимости, проверить, нет ли кого за нами. — Ладно. Я пойду домой. Не хочу тебя задерживать сильно. До свидания.       — Хорошо. Спасибо за беспокойство. До свидания, — он ушёл от меня, ни разу не оглянувшись. Неужели только ради того, чтобы меня предупредить, он тут стоял и ждал. Но больше меня беспокоили его эмоции. Только с моим отцом он был такой, но со мной всегда более расслаблен, но сейчас было другое. Неужели это настолько серьёзно, что улыбка и неожиданные шутки тут были бы не к месту.       Я даже не мог сделать шагу первые секунды. Его слова заставили пройтись мурашкам по спине. Вся та радость, что была со мной с утра угасла. Теперь я боялся, что может что-то пойти не так. Неужели наша встреча может обернуться чем-то ужасным или же что-то после. Мне теперь это не даёт покоя. Я уже начал сомневаться, а стоит ли.       Это было и тогда. Это был лишь один счастливый день, а обернулся он катастрофой. Никто не мог этого предвидеть и ожидать, каждый из нас был в страхе и недоумении. И лишь только я понимал, что часть этой сцены была для скрытия убийства…       Я лишь мог сделать шаг вперёд и продолжить свой путь. Свой так желанный путь. В какой-то мере я чувствую себя первобытным зверем. Словно я единственный и первый демон, которому дали свою цель и к которой я и могу стремиться. Я не вижу своих желаний, мотивов и мыслей — мной движет лишь желание увидеть это. Что-то новое и необычное, но такое родное. Я не чувствовал это никогда, но знал. Но меня отличает от него — я видел уже своё желание. И это ещё больше меня заставляет идти вперёд. Он не знал, что ждать и не мог предугадать, как может уже дальше сложиться его судьба, но так же и я.       Что будет в эту встречу? Я не знаю, что думать. В один момент мне и страшно, и радостно, и от этого волнительно. Что я скажу первым, когда увижу её, и как вообще буду реагировать. Что будет происходить со мной в тот момент? Я уже чувствую себя немного паршиво из-за волнения, а там… Что если я и слова не смогу выдавить из себя, а вдруг мои эмоции возьмут верх, и я просто пойду даже не в ту сторону.       Я просто хочу встретить её. Неужели я так многого прошу? Немного объятий и просто разговор по душам. Так сложно это представить…       Я никогда не планировал встречи. Но именно сейчас я и хочу это сделать, чтобы она прошла идеально. Без проблем, без непредвиденных обстоятельств, без чего-либо такого. Но как она будет себя в этот момент чувствовать? Может ли она прийти и вправду вся здоровая? Невозможно, что так резко ей полегчало? Но что я говорю? Когда я её видел последний раз. Вчера, два дня назад, неделю или больше, месяц, год? Когда. Всё в тумане. Я ничего не помню.       Лето… Да, лето! Я помню, как мы гуляли в прошлый раз летом, и нам обоим было хорошо. Мы были на пруду. Я помню всё до мелочей: улыбку, голос, одежду на ней и то восхищение на лице. Я помню, как увидел то, что она скрывала — узоры на спине. Я до сих пор не знаю, зачем они нужны. Неужели у неё так было всегда? Если бы это и было тату, то навряд ли она так боялась его показать, а, значит, это было всегда.       Но почему я так хорошо это помню? Я не помню, что было вчера. А мы не вчера виделись? Нет… Это было не вчера. А когда? Неужели не неделю назад? Тогда сколько прошло… Я помню, как она уходила вся бледная и измученная, как тряслись её ноги, да и её лицо… Мне было больно смотреть на неё. У меня это вызывало страх, будто я уже испытывал его. Но когда это было?       Я помню снег… Помню её состояние… Помню ангелов на небе и её. Она еле-еле шагала. Я не мог спокойно стоять. Я смотрел, как она уходит. Словно навсегда… Последняя встреча… Снег… Полгода? Неужели так давно. Я даже не верю. Я не помню это время, будто у меня стёрли память, и я мог вспомнить лишь отрывки этого. Каждый день превращался в ожидание, и я всё забывал. Как день сурка, он стирался и казался одним и тем же днём. Я сидел на одном месте целый день, ждал и не думал ни о чём. На каждый шорох я поворачивался с надеждой, что там она.       Было так пусто. Даже сейчас я перестал что-либо испытывать. Это всё из-за тех мыслей… Как же быстро мы можем поменяться. Оглядываясь, я даже не заметил, как прошёл через барьер так легко… Почему не было того небольшого отверстия, нет. Оно стало просто огромным. Через него можно было бы в лёгкую перелететь и попасть сюда… Но тут даже никого нет. Даже не верю, что я не увидел ни одного демона по дороге, раз уж тут такое. Слишком тихо для обоих сторон. Мой отец до сих пор это не знает…?       А, и вправду, тихо на этой стороне. Я даже не слышу птиц, будто улетели специально. Ни одного звука. Ветер настолько тихий, что и почувствовать не получается. Мне это совершенно не нравится… Но я лишь могу идти вперёд. Воздух стал совершенно другим, будто пропитался чем-то знакомым и неприятным. Тут всегда пахло свежей травой и цветами, но сейчас пахнет мёртвым, скорее сказать, вымершим, ничем. Не чувствую аромата, а лишь пустота.       Идти по такому было необычно и напряжённо. Ни единого животного в лесу я не увидел, да даже не почувствовал. Ощущение, что ты в закрытом пространстве, где никого нет, а только длинный путь вперёд, не оканчивающийся не на шаг. Это не реальный мир, а лишь иллюзия, созданная моим сознанием, но я прекрасно её чувствую и даже почти понимаю, куда иду. Лишь тут недалеко пролегала поляна, что была перед моим взором. Но она отличалась.       Налитая всем светом и ласкавшаяся в солнечных лучах, на которой медленно качались цветы. На этом месте природа жила и пахла, превращая всё вокруг неё в мёртвую землю. Я ощущал всю ту жизнь, что теперь и окружала меня. Возможно, мне и следовало идти дальше, но остановиться ненадолго я хотел. Что-то в этом маленьком пейзаже меня всё-таки привлекало. Я чувствовал, как тут становится намного легче, чем снаружи. Такого голубого неба я не видел никогда, такого голубого… Такие голубые глаза…       — Ха-ха! — на мою голову что-то легло. Приподняв взгляд, я заметил, что это были цветы, связанные в венок. Сзади меня раздался знакомый смех. Моё сердце начало неистово биться внутри, а руки немного трястись. Я так хотел повернуться, но всё моё тело сковало. Моё лицо так же продолжало не выражать никаких эмоций, кроме небольшой улыбки. Бывает же так сложно скрыть своё волнение. — Эррор, ты пришёл! — Инк подбежала ко мне лицом.       — П-привет, — мой голос немного подрагивал, что очень чётко слышалось. Я даже не успел развести руки, чтобы принять объятия, как она напрыгнула на меня. Что ж… Именно этого я и ждал.       — Я так скучала по тебе, ты даже не представляешь, Эррор! Последние дни я чувствовала себя очень хорошо и очень хотела вновь тебя увидеть!       — Я тоже п-по тебе скучал, Инки… Инк. Сколько времени прошло, даже не очень помню, сколько, — я прикоснулся к ней и почувствовал вновь это. По моим рукам прошлись мурашки, а силы в руках будто пропали. Я мог почувствовать её дыхание и стук сердца. Как же хочется обнять ещё сильнее и не отпускать. Неужели я не могу что-то большее.       Те минуты для меня казались часами, часы, которые я ещё больше начинал ценить. Я чувствовал, как слёзы выступают на моих глазах, но я пытался держаться. Это было слишком сложно. Тяжело дыша, я хватался руками за ткань из-за страха отпустить. Возможно, она это даже не замечала и просто продолжала стоять рядом, а, может, давно это заметила, но боится сказать. Мои ноги уже давно ничего не чувствовали, если бы не Инк, я бы упал на землю, уткнувшись в неё и плача. Но я старался держаться. В груди было что-то сжимающее. Это было сразу и приятно, и нет. Я хотел избавиться от него, но в то же время мне казалось, что когда я его уберу, то будет ещё хуже.       Как только от меня она отошла, я посмотрел в её глаза.       — Удивлён? Я решила снять с себя на этот раз линзы. Хех… — её глаза. Они были разные. Один из них голубой, а уже другой был жёлтый. Зрачки отличались и формой, один из них был немного размыт, будто его специально лопнули. Я приблизился к ней ближе, чтобы лучше увидеть её глаза. Один из них принимал фигуру звезды. Выглядело очень забавно, на что я улыбнулся.       — У тебя красивые глаза. Почему ты носишь линзы? — я хотел влиться в этот взгляд. Неужели она всегда скрывала от меня такое? Мне казалось, что внутри них есть что-то скрытное и загадочное. Вокруг всего поля были тысячи звёзд, а посередине черный, как смоль, зрачок, в котором можно было утонуть. Я заметил, как Инк засмущалась и отвела свой взгляд.       — Спасибо. Я с детства их ношу. Мне они не очень нравились, поэтому так и вышло. А почему я решила сейчас тебе показать… Ну, просто решила, что тебе уже можно увидеть меня без линз.       — Как будто привилегия для особенных, — с её слов это звучало забавно, что даже меня рассмешило. Она немного помолчала, будто обдумывая что-то.       — А ты не особенный? — она поправила не себе шарф и убрала руки за спину.       — Я? Да не думаю. Если только я — высший демон, да и просто демон. Так-то я ничем почти и не отличаюсь.       — Для меня — особенный, — она ещё больше улыбнулась. — Не каждого второго демона встретишь, который будет с тобой общаться и дружить. Ты, наверное, единственный такой, с которым мне и вправду хорошо. Поэтому ты и особенный, — Инк на несколько секунд замолчала и после засмеялась, явно не ожидая таких слов от себя. Было видно, как она нервничает.       Я?       Я особенный?       Забавно это слышать. Как давно я получал такие слова? Да никогда за последние несколько лет.       Для меня ты особенный… Так приятно звучит. Хочется ещё раз это услышать. Такое тепло в груди… Этот мимолётный момент был таким приятным. Каждый раз я проматывал эти слова у себя в голове, но уже не мог чувствовать тех эмоций. Они были совершенно не те, не такие приятные. Я так хочу снова услышать это от Инк.       Почему же это так происходит? Я не понимаю своих намерений, я не понимаю своих чувств. Я не могу назвать это никак. Не могу описать ни одним из знакомых слов. Я никогда не сталкивался с этим. Те эмоции, которые я испытываю при ней, я не могу вновь увидеть у себя в сердце при ком-то другом.       Она стала для меня кем-то большим, чем просто ангелочком. Больше, чем просто другом. Больше, чем просто кто-то. Она стала моим всем. Только с ней я мог смеяться, улыбаться, мог говорить на все темы и просто быть самим собой. Ни с кем, ни с кем я не могу выглядеть как полный придурок, я не могу сделать глупое замечание и просто показать свои слёзы. Осуждение и принижение — вот чего все стараются сделать. Все пытаются найти выгоду во мне, но не Инк. Она простая. Она не старается делать что-то для себя, она делает всё для других. Когда она нашла меня в сети, она не убежала, не старалась пытаться прикончить меня, она решила освободить меня, хоть и боялась. Она всё так же меня боялась при любой агрессии, но продолжала терпеть и видеть во мне что-то большее.       Трое. Трое существ, которые любили меня как обычного парня. Одну из них я больше никогда не увижу и никогда не услышу её мягкий, спокойный голос. Но я могу слушать весёлый и добрый голос Инк, который проносится в моей голове день за днём, не смолкая. Я могу теперь доверить свои тайны не только своей голове и Саманте, но и Инк, той, кто и вправду никому не расскажет это. Могу себе вновь позволить прикосновения и объятия, которые были для меня болью. Я не чувствую того холода, как в тот день, я чувствую только тепло, только новую жизнь рядом с собой, которая будет жить ещё долго. Я могу взять её за руки и прижать их к себе, я могу потрогать её мягкую кожу и лицо…       Мои руки дрожат. Я не могу прикасаться к чему-нибудь такому. Помнить черты лица матери на ощупь, наверное, очень странно, но я помню. Такая же мягкая, никем не тронутая, кожа, слегка худоватые черты лица и то же ощущение лёгкости, что и у Инк. Я не могу этого понять, мои руки не могут это осознать, а мысли путаются. Небольшие изменения я даже не мог заметить, для меня казалось, что прямо сейчас её глаза смотрят на меня. Голубые, словно небо, чистое небо, глаза.       Зачем я это делаю? Её уже нет. Зачем я до сих пор хватаюсь за любую надежду встретить её и вновь, и вновь стараюсь увидеть её в ком-то. Инк — не она. Она другая. Но почему я продолжаю это делать. Пожалуйста, я хочу оставить те времена и жить дальше. Я хочу жить будущим и не хвататься за прошлое. Я всегда буду любить тебя и скучать по тебе, но я не хочу зависеть от моих мыслей о тебе. Мам… Я давно вырос, так почему вновь и вновь в моих мыслях ты возникаешь и будто следишь за мной. Я хочу, чтобы ты меня оставила, но не ушла… Я скучаю, но всё это уже давно должно пройти. Вся моя боль осталось с твоей смертью, как шрам. И я хочу его принять как прошедшее, но всё равно не могу.       Мам. Прости… Я и вправду хочу тебя оставить и заботиться о других… об Инк и о Саманте.       Я и вправду хочу быть более открытым с Самантой, но боюсь стен. Всё и все слышат везде, где бы я не был. Она и вправду хорошая женщина и хорошая мама. Она смогла заменить на первое время мою и заботилась как о собственном сыне. Я люблю Саманту как родного и надёжного для меня демона. Хочу, чтобы она была свободна и не зависела ни от кого, хочу с ней разговаривать и весело общаться, хочу поделиться всеми переживаниями, которые она не может знать в этом здании.       Саманта… Я хочу быть ближе к тебе. Я не хочу тебя отталкивать от себя, я хочу тебя защитить, чтобы ты не попадала в неприятности из-за меня. Если они узнают, что ты не должна, то я больше тебя не увижу, как маму. Больше у меня не будет того, кто правду меня поддерживает и любит. Нет… Прости, если я слишком груб с тобой и не разговорчив. Наверное, ты думаешь, что я ужасен, но, может быть, и так, но всё же… Надеюсь, ты и вправду всё ещё хочешь быть рядом…       Я так хочу тебя называть тоже мамой. Ты и вправду стала для меня второй матерью.       Я хочу, чтобы и ты была рядом. …       Как же приятно сейчас находиться в этой обстановке. Я не чувствую ничего плохого, а только хорошее. Меня это успокаивает. Я так хочу немного поспать и окунуться в эти прекрасные ощущения. Никогда почти такого не чувствовал, а именно сейчас меня это окружает. Такие приятные звуки вокруг: пение птиц, мягкий свист ветра и голос Инк. Он был такой спокойный… Она тоже устала. Она не хотела спать, но хотела просто отдохнуть, я слышу это.       Я просто хотел отдохнуть. Такая удобная трава, вкусно пахнет. Когда я сел на неё и облокотился о ствол дерева, мне стало легко. Даже то неприятное чувство в груди исчезло, и осталась простая лёгкость. Я будто смог смириться со всем, что могло быть раньше. Казалось, что всё прошлое — это простые, никому не нужные вещи, которые прошли за один момент. Я будто растворялся в этой чёрной мгле перед моими глазами. Не чувствовал ни рук, ни ног, я был свободен. Но я не хочу быть настолько свободным.       Нет, я продолжал слушать голос Инк. Он был таким медлительным и тихим, будто говорит что-то про себя. Слышу, как она посмеивается иногда. Так рядом, так близко. Я могу почувствовать любое изменение её голоса и тональности. Иногда она замолкала и будто начинала без перерыва смотреть на меня, таким уютным, немного задумчивым взглядом, будто хотела что-то сделать.       Я слышал, как грифель карандаша проходит по бумаге. Инк что-то рисовала, смело и быстро. Чувствовалось, как она сосредоточенно что-то выводит на бумаге, стирает, вырывает. Она так тяжело дышит, а иногда она замирает полностью, что кажется, что она умерла на несколько секунд. Я так хочу посмотреть на то, что она нарисовала, но не могу это сделать. Я не чувствую своего тела, даже не могу понять, где она сидит. Но это было так рядом. Казалось, я мог повернуть голову, и вот её глаза, которые смотрят на мои, не отводя взгляд.       — Эррор… — я услышал, как она тихо произнесла моё имя, явно стараясь не сильно меня пугать. — Эррор, — она повторяла каждый раз, и я будто всё больше и больше приходил в себя. Я начинал чувствовать, что на моих коленях кто-то сидит, а на мою грудь кто-то облокотился. Мои руки обнимали Инк, ведь больше никто не мог это быть. Её голова была прямо под моей.       Зачем она села ко мне на колени… Но было так тепло. Мне было так приятно обнимать её. Я будто был её небольшим домиком, в котором Инк может закрыться и быть под защитой. Я был её щитом и доспехами, и я готов был это признать. Она будет рядом.       — Да? — я проснулся. Я уже чувствовал всё полностью и мог ответить.       — Ты проснулся. Прости, что разбудила, — она слегка посмеялась.       — Ничего. Я долго спал? — было видно, как она немного призадумалась и посмотрела на время.       — Может минут с тридцать-сорок. Просто я тут сижу и боюсь, что тебе неудобно. Если хочешь, я могу уйти.       — Нет. Мне нормально. Я даже через сон слышал, как ты что-то болтаешь про себя, но понять смысла не мог. Это было забавно, — было заметно, как та ненадолго заволновалось, но после успокоилась. Я посмотрел через её голову в её блокнот, в котором были рисунки. — Кто это?       — Ам… Подруга моя. Такая весёлая, но недавно произошло кое-что плохое, но она вроде бы пришла после этого в себя. Я уж не знаю, но голос её бодрый и весёлый. Я рада за неё, — она так по-доброму посмотрела на рисунок и провела карандашом ещё несколько дополнительным линий.       — У тебя ещё есть рисунки какие-то? — она кивнула головой и перевернула листочек назад, показывая мне предыдущий портрет.       — Это моя вторая подруга. Тоже очень сильно её люблю. Добрая до невозможности и выглядит как солнышко. Любит ещё и жёлтый. Волосы сами золотые, глаза, веснушки. Забавно.       — А я есть? — я как-то неожиданно задал этот вопрос. С лица Инк упала улыбка, и она немного покраснела. Она неуверенно перелистнула несколько рисунков и показала, где уже был изображён я. Я улыбался — это первое, что мне бросилось в глаза. Она так хорошо могла выразить все эмоции лишь одним карандашом. Моё лицо было спокойным, но я улыбался и будто смотрел на Инк через листок. Я прямо чувствовал себя рисунком. Мои черты лица были переданы чуть ли не идеально. Неужели она так легко запоминает лица?       — Это очень красиво. Я даже не помню, когда так улыбался, как на этом рисунке, — Я взял блокнот в руки и приблизил к себе, чтобы рассмотреть получше.       — Ты мне всегда так улыбаешься, вот я и запомнила это. Мне приятно от этой улыбки на душе, вот и нарисовала её, — она замолчала и повернулась к моему лицу. — Эррор. Я хочу давно тебе сказать кое-что…       — И что же? — я чувствовал её волнение. Она переплела свои пальцы с моими. Я не мог понять её волнения и беспокойства.       — Вот знаешь… Мы с тобой знакомы уже достаточно давно, для меня. Я понимаю, что моя жизнь только началась, и всё подобное, но для тебя этот год и больше, как мгновение. Я очень рада, что мы встретились, хоть и не лучшим способом, — она слегка посмеялась. — Этот год для меня был и вправду тяжёлым, я до сих пор не понимаю, что происходит со мной, но я поняла одно. Я всегда думала о тебе в плохие моменты. Ты меня даже тогда поддержал, хоть я и выглядела не самым лучшим образом, и я это ценю, — она подняла одну из моих ладоней и приложила себе на грудь. — И всё же я поняла, что и вправду очень сильно тебя люблю. Я, наверное, никогда не испытывала таких эмоций, пока шла сюда. Именно сердце мне кричало всё это время, что хочет быть рядом.       — … — любовь. Вот. Вот что это. Одно слово, которым я мог описать свои чувства. Но она была другая, совершенно отличалась от той, что была в детстве. Я испытывал это только к Инк и ни к кому более. Я вздрогнул, как только это осознание пришло мне в голову. Мои мысли были об Инк, я готов было быть всегда рядом с Инк, обнимать, защищать. Я понимаю, почему так внимательно всматриваюсь в её глаза, на эти розовые мягкие губы.       — Я ни по кому не скучала, как по тебе. Девочки всегда могли ко мне зайти, но не ты. Мне не хватало твоего общения и той атмосферы рядом с тобой. Ты всегда стараешься делать что-то для меня… — Инк замолчала, она сразу поникла, а то возбуждение, которое было, когда она рассказывала, пропало. — Я знаю, что мы не можем быть вместе никак, да и, скорее всего, ты меня не любишь…       Нет.       — Всё же ты высший, а я простой ангел, но мне так хорошо с тобой…       Мне тоже.       — Я люблю наши объятия, но иногда я так хочу быть намного ближе к тебе, но не могу…       Я тоже.       — Эррор…       Да?       — Что ты скажешь?       …Инки… Я люблю тебя тоже… Но я не могу так… Нет… Инк… Я не хочу тебя терять… Все родные мне почти покинули свет… Остались только ты с Самантой, но я не хочу терять вас обеих… Мы не можем быть вместе… Но я так хочу… Я так хочу прикоснуться к твоему лицу ещё раз, прикоснуться к твоим губам, целовать, целовать, целовать… Я понимаю теперь свои чувства… Но Инк… Я так не хочу тебе отказывать… Ты так рядом со мной… Нет… Я не могу…       — Инк. Можешь, пожалуйста, с меня встать, — я как можно спокойнее сказал ей. Она незамедлительно встала, продолжая глядеть в мои глаза.       — Эррор… — я поднялся с травы, даже не смотря на неё, и отряхнулся. Подняв сумку, я посмотрел на неё холодным взглядом. Её руки сжались в кулаки.       — Нет. Я не могу, Инк. Мы никогда не сможем быть вместе… Я должен идти, — я постоял ещё несколько секунд, смотря на реакцию Инк. По её щекам начали течь слёзы, а руки трястись. Я не мог смотреть на это и просто, развернувшись, начал медленно уходить обратно.       — Прости… И вправду. О чём я только думала? Это было глупое решение… Прости. Я тоже тогда пойду. Мне нужно побыть одной… — я слышал всё, что она тихо говорила. В моё сердце я будто сам вонзил себе нож и крутил его, пока слышал её слова… Она быстро ушла. Я даже и не заметил, что уже около выхода, позади её уже не было.       Я хотел плакать. Я разбил сердце как и Инк, так и себе, но я понимал реальность. Возможно, если бы на престоле не было моего отца, то были бы шансы, но нет. Я лишился всего… Скорее всего, после этого Инк даже не захочет меня видеть и перестанет общаться… Я потерял её…       Но я рад хотя бы тому, что она будет подальше от всех опасностей с моей стороны. Она будет спокойно жить своей жизнью и забудет про наши встречи и прогулки. Ей ничего не будет угрожать. Она сама себе будет делать судьбу, без проблем, без крови, без лишних слёз.       И всё же я не могу себя утешить. Меня трясёт. Чем больше я думаю, тем больше моё желание остановиться и зареветь во всю силу, кричать, бить и рвать. Как же больно. Я лишился этого. То тепло в моих руках, та любовь, что исходила с каждого объятия ко мне. Я так хочу вернуть всё как было. Чтобы не было этого разговора, не было этих слов, не было её болезни и вообще не было бы проблем. Почему.       ПОЧЕМУ?!       Почему мы должны сражаться с ними. Почему я должен видеть смерти моих родных. Почему все хорошие всегда умирают, а злодеи остаются жить как прежде. Я не хочу этого терпеть. Я ненавижу его. Я ненавижу всё, что он сделал. Он загубил мою и жизни других демонов и ангелов. Я так хочу мира. Я не хочу той вражды.       Я хочу быть рядом с Самантой… Я хочу быть рядом с Инк. …       Коридор такой длинный. Стены давят на меня, и кажется, что они наблюдают за мной. Серые и такие большие. Ощущения, что они могут обрушиться в один миг, и я окажусь под обломками кирпичей.       Я никогда не хожу по этим коридорам. Мне не нравятся воспоминания, которые таятся в этом месте. Я никогда не видел свободу в этом пространстве. Ты и вправду как будто окружён сеткой, в которой бегают все остальные.       Но нет. Никого не было. Совершенно. Я не чувствовал, что по полу стучат чьи-либо каблуки, не чувствовал тяжёлое дыхание от беготни, да и самой беготни не было. Слишком тихо. Я не вижу стражей возле ворот и на других постах. Мои шаги раздавались эхом по всему залу. Дверь напротив была всё ближе и ближе, а входная всё дальше и дальше. Красные завесы на стенах захватывали на себе взгляд и будто начинали шевелиться вместе со мной. В окна виднелось красное небо, а сильный ветер бился в них. Я даже не заметил, как погода на улице стала просто ужасной.       Прямо передо мной показалась величественная громадная дверь. Нужно было приложить не так мало усилий, чтобы раскрыть её и войти. До сих пор не понимаю, зачем они нужны, да и не хочу понимать. Для меня эти ворота выглядели ни чуть больше, чем обычное украшение. Я не привык входить или как-либо взаимодействовать с ними. Всегда есть запасной, скрытный вход или моё окно. Но коридор всё продолжал идти вперёд, только уже расходясь в разные стороны.       Даже тут никого не было. Обычные прислуги испарились в воздухе, а весь воздух пропитался чем-то смертельным и ужасным. Я не чувствовал жизни в этих стенах…       Как же странно идти по моему коридору, в котором я почти никогда не прохожу. Моя комната так одиноко стоит посередине, а напротив находится большое окно, которое выходит на небольшую лужайку, за которой уже давно никто не следит. Засохшие сгнившие листья, умершие ветки кустов и деревьев и поросшие мхом камни. Такая мрачная обстановка не радовала тебя день за днём, когда ты её видишь… Поэтому её закрывает порванная и никому не нужная завеса, только на этом окне.       Я не чувствовал никого и сейчас, но мог услышать где-то неподалёку грубый голос, который говорит с кем-то. Мой отец. Этот тембр голоса и его грубые, местами, слова. Я развернулся и попытался как можно тише пойти вслед за этим голосом. Он был совершенно в другом коридоре, который напротив моего. Это была единственная комната, из который я мог видеть свет и две тени. Одна из них была точно моим отцом, а вторая уже мне не известно…       — Вы готовы уже начать?       — Да, все приготовления уже сделаны. Стража наготове, как и все остальные.       — Вы хотите в это вовлечь и простых демонов? Но ведь многие даже не умеют обращаться со своими способностями и даже не стараются это делать. У вас же имеется огромная армия, которая вполне выдержит множество нападок.       — Да мне насрать. Умрут гражданские или нет. Это их проблемы. Выживают сильнейшие. Прошлый же раз мы смогли добиться смерти двух архангелов… трёх. Если считать того ребёнка. Нам просто осталось наступать и найти вход в главную арену сего торжества. Как только мы сможем войти и всех подчинить, то все остальные уже будут просто мелочью.       — Хорошо. Я вас понял. Вы в какое время начнёте наступать? Войска полностью готовы, выстроены возле заданных точек. Некоторых мы поставили внутри купола, и они уже готовы первыми атаковать близлежащие города.       — Вы не заметили? Я уже давно подал сигнал о наступлении. Как двадцать минут назад. Прислушайтесь… — внутри комнаты стало тихо, и я прислушался ещё сильнее. За стенами можно было услышать еле различимые крики и сильные шаги по твёрдой земле.       Моё сердце в один момент замерло. А дыхание участилось в несколько раз. Я слышал пульсацию сердца в голове, будто моя голова взорвётся. Я хотел уже убежать, но понимал, что они ещё не закончили свой разговор. Я будто видел, как мой отец улыбался и был рад всему творящемуся за стенами замка.       Я слышал крики за толстыми кирпичами так чётко и громко, что будто я оказался уже снаружи. Я чувствовал, как рядом со мной бегут в разные стороны демоны, а в меня летит дождь подожжённых магией стрел. Я не уклоняюсь, они проходят сквозь меня, я не чувствую ничего, но все вокруг в один момент сваливаются на землю замертво.       Я дрожу. Мне не страшно. Мне нечего бояться, но меня трясёт, и я не могу двинуться. Под моими ногами лежит несколько уже мёртвых тел, которые истекают кровью, пачкая всё вокруг. Они не дышат и смотрят своими стеклянными глазами прямо на меня. Их пальцы время от времени подрагивают. Кажется, что сейчас восстанет мёртвый труп, который вцепится мне в шею. Я ничего не сделаю, он мёртв. Мертвец продолжит держать мою шею. Он медленно поворачивает, будто невзначай, мою голову куда-то за себя.       Инк.       — ТЫ! Всё слышал! — теперь уже реальные руки держат мою шею. Я чувствую, как они всё сильнее сжимаются и вдавливают в стену. — Не думал, что ты вернёшься раньше от своего ангелочка.       Ангелочка..?       Он бросил меня на пол и встал ногой прямо на лицо, придавливая. По моим скулам прошлась боль, и они как будто начинали ломаться под давлением. Каблук сапога прямо упирался мне в щёку, разрывая её до крови.       — Услышал что-то знакомое? Хахахахах… Я не думал, что ты настолько тупой, чтобы думать, что я не о чём не узнаю, — он ещё сильнее надавил ногой. Я не мог кричать, моё тело сковало страх. Нет, нет, нет, нет, нет. Он знает об Инк, он знает о ней. Что случится? Как давно он следит за мной? Как давно он знает о наших встречах? Что он знает ещё?       Нет. Я не хочу подвергать Инк опасности. Нет. Я хочу, чтобы она жила простой жизнью. Я не хочу, чтобы он сделал что-то с ней. Я не хочу, чтобы он знал её. Я не хочу, чтобы она знала меня. Не было бы меня, не было бы всего этого.       — Ч… Ч… Ч-что ты сделал… с ней… — я мог говорить через силу и боль. Я старался убрать ногу своего отца с моего лица, но она была как тяжёлый камень.       Ярость — вот что я мог чувствовать только в этот момент. Меня переполняли эмоции. С глаз потекли слёзы, не сколько из-за боли, сколько из-за желания свернуть его шею. Я хочу убить, расчленить, сжечь, утопить и просто мучать, как он мучает меня сейчас. Мне не больно физически, моё сердце болит. Я хочу посадить его на стул и показать все мои страдания, все страдания всех демонов, все страдания моей матери, Саманты и Инк.       Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!       — А что ты хочешь узнать именно? То, что происходит зависит только от меня? То, что она может умереть в любой момент? То, что она идеальный накопитель скважи? То, что своим рождением и появлением в твоей жизни смогла продолжить план Гастера? Да, если ты хочешь это спросить… Я вижу, как ты злишься, но ничего сделать не можешь. Твои слабые удары по моим ногам ничего мне не сделают, — он резко убрал свою ногу с моего лица, из-за чего открывшиеся раны начали нереально ныть. Я смог лишь на момент поднять голову, как полетел в стену от сильнейшего удара по животу. Изо рта вышел хрип, который разнёсся по всему коридору. Я видел его надменную улыбку.       — Что. Ты. Блять. Сделал. С. ИНК?! — я не мог сдерживать себя, но сил на ответный удар у меня не было, что он прекрасно понимал. Отец развернулся.       — Можешь бежать к своему маленькому ангелочку. Шансов выжить у неё просто-напросто нет. Вся скважа скоро распространится по всему телу от сердца, и ничего ты не сделаешь. Полное заражение уже пошло, — он улыбнулся мне и посмотрел свысока. — Удачи увидеть её смерть… Эррор, — он ушёл дальше по коридору, заставляя продолжать меня лежать на полу.       Я ревел. Я не мог остановиться. Слёзы текли по моему лицу, смешиваясь с кровью. Я не мог ничего сделать. Я был обессилен. Как же больно в груди. Я не могу дышать. Моя грудь горит жарким огнём и просто выворачивает меня наружу. Я хотел выплюнуть свой желудок прямо на пол, чтобы не чувствовать позывы рвоты. «Вставай»       Я не могу. Я не могу. Я не могу ничего поделать. Я полностью обессилен. Я не понимаю, что мне делать. Я не вижу никого перед собой, не вижу. «Это не так страшно»       Эти слова страшные. Я потерял. Я потерял вновь того, кого любил всем сердцем. Со мной остался лишь тот, кого я сейчас не вижу. Где она, что с ней? Я не могу знать. Я потерял почти всё, что когда-либо у меня было… И тебя. «Почти — это не всё. Если меня больше нет, то это не значит, что нужно опускать руки»       Но я так устал. Я не хочу больше ничего скрывать, не хочу больше скрывать боль от твоей смерти, я не хочу прятать свои мокрые глаза, когда кто-то упоминает тебя. Я не хочу, чтобы так и происходило и с Инк… Я хочу её спасти, я хочу вернуть её в свои руки. Обнять, услышать её голос, смех, почувствовать сладкий запах и прикоснуться к её мягким губам. «Так почему ты не идёшь к ней?»       Я не хочу увидеть её труп. Такая холодная кожа… «Кто сказал, что она мертва?»       Кто сказал, что она мертва? «…Кто?»       Нет. Он не говорил. Он не сказал, что она мертва… Я могу её спасти. «Ты можешь её спасти»       Да. Я должен встать… Как больно. Больно… Я хочу блевать от удара… «Это тебя остановит?»       НЕТ. Я… я пойду на всё! Я встану! Я не чувствую боль! Нет, я не чувствую ничего. Мои мышцы горят, вместе с моим телом. Я чувствую силу в моих ногах, крыльях. «Ты спасёшь её?»       ДА. Я сделаю всё, чтобы она была жива. Мне всё равно на себя. Я умру, но Инк… Инк должна жить! Я перенесу всё, чтобы она была в порядке. Я убью всех, чтобы она жила. Я буду её щитом, я буду тем, кто сделает всё для её спокойной жизни. «Ты помнишь, что он говорил?»       Да. Да. Я помню каждое слово про тебя, Саманту и Инк. Я помню, блять, всё, что он выкинул из своего грязного рта. «Хорошо. Я молюсь за тебя»       Молись. Молись, мама. Я сделаю всё, чтобы она была жива. Я буду молиться богу, чтобы она была в порядке. Я смогу дойти до неё. Я пойду по телам, но я доберусь до неё.       Я не вижу ничего. Я не чувствую ничего. Я лишь знаю, что мне нужно добраться до Инк. Мои суставы горят, но мне только это помогает. Снаружи все кричат. Я слышу громкие голоса женщин, плач детей и посмертные крики пострадавших. Шаги, быстрые и тяжёлые шаги, которые бегут в разные стороны. Взмахи крыльев, они разрывают небо.       Кровь. Запах крови в воздухе, но я ничего не хочу из этого знать. Я лишь лечу вперёд. Для других я незаметен. Они не видят меня среди тысячи других мне подобных. Никто не окрикивает меня. Никто не старается меня остановить. Я лечу вперёд. В меня кто-то врезается. Я откидываю их, кто бы это не был. Я лечу вперёд. Мои глаза, они начинают мутнеть ещё больше. Всё слишком размыто, чтобы что-то видеть. Я могу лишь только слышать.       Я помню, с какой стороны всегда уходила Инк и где приходила.       Слышу визги. Много. Ломающиеся двери, деревья. Слышу, как по земле кто-то катается от боли и неистово орёт во всю силу, чтобы хоть как-то заглушить боль. В домах кричат женщины и дети. Они не хотят умирать. Нет, они хотят жить, но их заглушающиеся крики говорят об обратном.       Нет. Я не верю, что до Инк добрались. Я на окраине. Я убью всех, кто решит ворваться в её дом. Всех, кто бы это ни был. Но я даже не знаю, где она. Как я найду её? Где мне её искать?       — Мяу, — что? Я слышу в своей голове? Бред? Нет, просто так такого не может быть. — Мяу, — нет. Я слышу и вправду кошку. Кошку. Она где-то здесь. Эта кошка знает только меня. — Опустись… — внизу. Я слышу, как она меня зовёт. Кошка знает наш язык?       Так далеко. Ничего не вижу, но я понимаю, что правильно опускаюсь. Всё быстрее и быстрее. Земля всё ближе, как и небольшой дом. Я не могу заметить ни одного другого демона. Тут нет никого. Неужели до сюда ещё никто не пришёл. Ни следов, ни выбитой двери, ни разбитого окна, всё спокойно. Голос кошки становится всё ближе, и после я уже смог увидеть маленькое чёрное пятно на земле. Она вновь смотрела прямо мне в глаза, так спокойно и уверенно, будто она знала, что я приду.       Я приземлился прямо рядом с ней. Она была слишком спокойна. Хвост медленно виляет из стороны в сторону, а равномерное дыхание можно было услышать в нескольких метрах. Я подошёл к дому Инк и слегка постучал, чтобы не сильно пугать всех внутри. Но даже не услышал никакого звука, так было слишком тихо для жилого дома. Я посмотрел на кошку, которая лишь слегка мявкнула и резко посмотрела на дверь, будто говоря мне: «Давай, бей!».       Я не стал долго думать. Я начал долбиться в дверь, но реакции совершенно никакой не последовало. Было видно, что дверь закрыта изнутри, и всё-таки кто-то был. Я не переставал принимать попытки выбить её и уже начинал выбивать её с петель. Удивительно, как крепко она могла держаться, но вскоре и она уже поддавалась. Дверь шаталась из стороны в сторону и оставалось только пройти через неё.       Я смог еле протиснуться через неё, расцарапав руки в кровь и разодрав шорты, цепляясь за торчащие гвозди, но мне было всё равно на это. Я наконец в доме Инк, а её кошка около меня стоит и смотрит за мою спину. Я обернулся туда же и увидел, как взрослая женщина стоит рядом со мной с ножом в руке. Её глаза безумно смотрели прямо на меня, а руки тряслись. Она замахнулась на меня и попыталась ударить, но я успел увернуться от удара, но не останавливаясь, она ещё раз попыталась ударить меня.       — Подождите! — я крикнул и хотел закрыться рукой, но рука женщины прошла сквозь мою и лезвие ножа устремилось прямо мне в голову. Я резко наклонился вниз и, развернувшись, оказался прямо у неё за спиной, в нескольких метрах.       — Не смей прикасаться ко мне и дочери! — она выкрикнула и уже хотела вновь наброситься на меня, но чёрная кошка встала между нами и громко зашипела, становясь мостиком. Женщина сразу же приостановилась и посмотрел вниз, куда направил взгляд и я. Кошка ходила возле моих ног кругами.       — Кто ты? Говори! — она отошла на приличное от меня расстояние и направила нож к моему лицу. По видимости, кошка и вправду играла большое значение.       — Где Инк? — я не стал ничего говорить сразу, но не решался делать всё сам. Я лишь хотел, чтобы она больше на меня не нападала и доверилась мне.       — Что тебе от неё надо? Она и так в плохом состоянии, так ещё и какой-то демонюга сюда ворвался.       — Я не хочу ничего делать с вами, мне просто нужна Инк. Я должен её увидеть сро…       — Убирайся из моего дома! — она крикнула мне в ответ и начала приближаться ко мне. Мои ноги затряслись, а зубы заскрипели. Я одним движением отбросил у неё из рук нож, вцепился в плечи и, приблизившись к лицу, посмотрел прямо в глаза.       — Если вы сейчас же мне не покажете, где она, то Инк умрёт! — я ещё сильнее вцепился пальцами в кожу и чуть ли не сдавливал её. — Я лишь хочу спасти Инк. Я хочу, чтобы она спокойно жила и не видела того дерьма, что происходит снаружи. Я прошу вас… Покажите мне её. Я, как и вы, не хочу видеть её страдание и смерть. Поверьте, если она умрёт, то тут всем будет не до шуток, — я отпустил её. Она дрожала от страха. Было видно, насколько сильно я напугал её.       — … — она не могла ничего сказать. Она молчала и смотрела на меня. По сравнению со мной женщина казалась маленьким ангелочком, который сейчас загнан хищником. Я чувствовал, как она боится и пискнуть, но, по видимости, за свою дочь она и вправду волновалась больше. — В-вы и вправду поможете?       — Я попробую… — я попытался успокоиться, но меня всё равно потряхивало от волнения. Она так легко поверила мне, что сразу сказала. Неужели она так сильно верит кошке? Или же… Я не хочу верить в это.       — Комната в углу. Там лежит Инк, — я развернулся и, словно пуля, побежал туда. Дверь распахнулась с грохотом, и я заметил Инк, которая лежит на кровати.       Она была бледная. Даже слишком бледная, чтобы быть живой. Такое тяжёлое дыхание, что мне самому стало трудно дышать. Она тряслась как осиновый лист под грудой одеяла, а на лице была прохладная тряпка. Она даже не повернулась на меня, а всё так же продолжала лежать на своей кровати. Я подбежал к ней и упал прямо перед её лицом.       — Инк, Инк, Инк, Инк, боже… Что он с тобой сделал. Боже, Инки. Как я мог такое допустить? Ты вся холодная… — я касался её лба, нос и щёк, чтобы найти хоть одно тёплое местечко на её теле. Нет, она была словно живой труп, но который продолжал лежать. Осмотревшись, рядом я заметил несколько черных пятен, которые продолжали всё ещё быть на стенах и полах и не исчезать. Новая стадия болезни? Нет. — Инк, пожалуйста, если ты слышишь меня, ответь. Я прошу тебя, Инки.       Но она молчала и продолжала тяжко дышать. Моё сердце просто выбивалось из груди. Я потерялся в мыслях, я просто забыл, что нужно делать. Мои руки были в холодном поту, и я просто не знал, куда девать их. Я путался в голове, перед моим лицом была лишь пустая чернота, которая затягивала всё дальше и поглощала эмоции. Инк. Инк. Инк. Инк. Инк. Инк. Инки. Инки. Инки. Инки. Инки.       Я почувствовал, как рядом со мной села кошка и положила свою лапу прямо мне на руку. Мои широко распахнутые глаза посмотрели на неё, а она всем своим видом будто гипнотизировала меня. Она не могла говорить, но я слышал отголоски её разума у себя в мыслях.       — Убери одеяла и посмотри на сердце, — я не мог сопротивляться. Я скинул всё одеяла, которые были на ней, и обомлел. Те пятна, узоры на её теле, распространились и дальше, переходя на ноги и дальше шеи. Я повернулся назад и заметил маму Инк, которая стояла у дверного проёма, и с беспокойством и страхом смотрела на нас. «Сердце»       — Сердце. Да, — я быстро стянул с Инк всю верхнюю одежду, в которой она была. Сейчас она лежала только в нижнем белье. Я видел, как из места, где располагалось сердце, отметины становились всё жирнее и больше походили на неаккуратные кляксы, разрастающиеся с геометрической прогрессией. — Принесите острый нож или пинцет! — я уже не смог сдержать себя. Я крикнул женщине, что мне нужно, и она сразу же побежала в другую комнату.       Я сел на кровать, быстро осматривая всю Инк, но больше никаких подобных пятен не наблюдалось. Неужели мне и вправду придётся разрезать кожу Инк? Я даже не знаю, что делать. Я даже не знаю, как это делать и что мне искать? Я полностью беспомощен, я лишь обуза для этих действий. Что я буду делать теперь? Если я сделаю неправильный надрез, то Инк потеряет слишком много крови и умрёт, а если не смогу вытащить из сердца это дерьмо, то она умрёт и так. Для меня остаётся лишь только делать, как я считаю нужным.       Я должен справиться, ради Инк. Пожалуйста, Эррор. Соберись. Неужели я останусь такой же тряпкой, которая сейчас сидит перед Инк и не знает, что делать…? Что делать…? Я правда не хочу её калечить, но я хочу, чтобы она жила.       Но… Есть другой вариант. Мать Инк. Да. Да! Она может помочь! Она может помочь нам. Она поможет своей магией.       — Я принесла…! — она открыла ящик со множеством пинцетов разных размеров, но теперь они мне не нужны.       — Вы можете передать свою магию? — я пошёл напрямик, чем заставил её задуматься.       — Зачем?       — Вы можете проникать через объекты. Я не хочу резать Инк и добираться до её сердца. Ваша магия поможет. Вы можете проходить через любые предметы? — я задёрнул рукав своей кофты и снял с Инк лифчик. Её мама явно смотрела на меня с недоверием теперь ещё больше.       — Да… Да.       — Хорошо. Коснитесь любого участка моей кожи, — она неуверенно протянула руку ко мне и коснулась шеи. По всему телу прошлась волна мурашек, а меня сильно начало дергать. В голове зашумело новой силой, а в висках раздавался звон. Всем своим видом я показывал, что мне нехорошо. Мама Инк уже хотела убрать от меня руку, но я лишь шикнул. — Всё в порядке… Просто продолжайте делать так, как я вам скажу… сосредоточьте свою магию у себя на ладони, всё дальше уже буду делать я.       Я почувствовал, что в зоне шеи прошло тепло, которое перешло мне в сердце. Я быстро пытался понять, как управлять своей временной способностью. Сложно, слишком сложно понять, что при этом чувствовать. Сосредоточиться никак не получается. Всё время, как я думаю, что меня касаются, я сбиваюсь с концентрации и всё больше начинаю лажать.       — БЛЯТЬ! Я не могу сосредоточиться! — не могу сдерживать свои эмоции. Они волнами выплёскивались из меня. Я выглядел так, будто готов прямо на месте всех убить. Да и на самом деле так и было. Я готов был перевернуть всё, сломать все вещи и начать рыдать прямо перед Инк. Не понимаю, как проходить через предметы. Она лежит передо мной полностью незащищённая и умирающая, а я не могу помочь. Я хотел быть её щитом, её домиком, где она может укрыться, а в итоге? Я лишь маленькая букашка, которая не может просто сделать то, что делает почти всегда.       Инк в один момент начало сильно трясти, словно она эпилептик. Она сильно дёргалась в кровати, её руки с ногами прыгали то вверх, то вниз, а те непонятные полосы на груди переросли уже в пятно, которое медленно покрывало всё. Крылья бились по кровати и полу, разбрасывая перья. Я мог медленно наблюдать, как Инк стонет и умирает с каждой пройденной секунды. Стон был похож на крик. Боже… Я не хочу это слышать, я не хочу этого видеть. Почему именно Инк? Почему именно она подошла под безумные эксперименты отца? Я так хочу забыть это как страшный сон и не вспоминать никогда. «Почему ты снова остановился?»       Я не могу. Я не могу на это решиться. Я не могу смотреть на неё. Мне слишком больно это делать. «Ты хочешь, чтобы она умерла?»       Нет! Я хочу, чтобы она жила! Я хочу спасти её, вместе с её мамой, чтобы они спокойно жили вдвоём и никогда не вспоминали меня. Ни плохих, ни хороших моментов. «Так почему ты тогда этого не пытаешься добиться?»       Я просто не понимаю. Я как будто забыл всё. Как это делать, что нужно и что при этом я чувствую. Я даже не могу пустить нити… Я полностью бесполезен. Зачем я только ввязал в это Инк, зачем я решил, что дружить с ангелочком это хорошая идея. Я полное разочарование и для отца, и для тебя. «И кто же тебе это сказал? Я тебе никогда этого не говорила. Я всегда гордилась моим маленьким сыночком, который был самым сильным и умелым среди всех. Я всегда видела, как ты усердно тренируешься, чтобы меня защищать»       Но так и не смог защитить. «Но ты можешь это сделать с Инк»       Не могу. Я уже не могу. «Я не понимаю, куда делся мой решительный Эррор, тот, что готов сделать всё ради того, колю любит и ценит»       Я не могу ничего сделать. Не могу защитить ни Инк, ни Саманту. Я даже не знаю, где она. Отец мог сделать с ней всё что угодно. Даже о ней я не смог позаботиться, она всегда была добра ко мне, а я лишь отмахивался от неё. Почему я не могу быть всегда с ними, а лишь закрываюсь всё дальше, и уже после это превращается в расстрел для меня. Я всегда останусь один, и никому я не буду нужен… «Но ты пока не один. Ты ещё можешь спасти Инк»       Не могу… «…Можешь. Просто помни, что ты никогда не останешься один. Все те, кто поддерживает тебя и любит, всегда будут на твоей стороне. Инк тебя не слышит, но и вправду требует помощи именно от тебя… Ты не слышишь её голос, но можешь чувствовать в своём сердце… Как и мой. Я всегда буду с тобой и буду поддерживать, где бы ты ни был. Ты моё всё, и ты сделаешь Инк счастливой»       Я хочу сделать её счастливой. Я хочу видеть её с улыбкой на лице. С доброй, радостной улыбкой. Я хочу слышать её голос, который зовёт меня. Я хочу утопать в её объятиях и никогда не отпускать, чтобы она всегда была рядом со мной. Я знаю, что она не будет жить столько, сколько я, но прожить достойную жизнь она должна и умереть с улыбкой на лице, которую я буду помнить всегда. Я должен сделать счастливой Инк. Хочу посмотреть на её улыбку ещё раз.       Я не могу больше терпеть ту боль, поэтому я сделаю всё сейчас…       — Вы в порядке? — я услышал голос матери Инк, от которого будто проснулся. В моём сердце начал играть адреналин. Я опустился ниже, чтобы быть прямо напротив сердца Инк и направил туда свои руки. Они медленно вошли прямо через грудь и проходили дальше. Я мог чувствовать каждую косточку, каждый вздох, который со всех сил был сделан ею, каждую мышцу и само сердце. Я и вправду мог окружить его своими руками, я будто видел его уже глазами. Инк стала на секунду прозрачной. Неужели это действие магии?       — Пожалуйста, вы можете больше мне давать магии. Мне будет намного легче сделать всё, — она покачала головой в знак согласия, и я почувствовал в ту же секунду прилив новых сил. Я и вправду мог видеть сердце Инк, которое было поражено чем-то чёрным. Тёмное пятно было прямо по середине, которое распространялось так же быстро, как и на коже. Мне нельзя было медлить, я потерял слишком много лишнего времени, чтобы тратить его в пустую.       Нити — вот что я мог контролировать почти без проблем. Я мог их слегка видоизменять. Делать тоньше, толще, крепкими или хрупкими, но сейчас я сделал нечто иное. Они больше выглядели как маленькая, узкая трубочка, по которой могло что-нибудь протекать. Я медленно пустил это через сердце Инк, которое сразу же начало сильнее биться. Я прошёл через сердце и почувствовал, что коснулся чего-то густого и слишком вязкого, явно отличающегося от сердца. Да, это было оно. Сосредоточившись, я медленно начал втягивать в себя эту жидкость, которая в этот же момент перестала разрастаться. Будто только этого она и ждала. Но в секунду она устремилась к моим пальцам, так быстро, что я сам почти не успел среагировать. Я быстро выдернул руки с Инк и выбросил остатки нитей на пол, которые сразу же растворились вместе с жидкостью.       — Что произошло?! — я повернулся к матери Инк, что смотрела на меня с непониманием.       — То, что сейчас происходит с Инк, опасно и для нас… — я не мог поверить, что что-то подобное вообще может быть. Да и как тогда вообще с этим справляться. Оно не контролируется моей магией, а, значит, надо придумать нечто другое. Нужно будет куда-нибудь сливать это или убирать отдельно. На пол, боюсь, будет слишком опасно. Я не знаю, как это поведет себя через время, впитается ли в доски, или же всё же оно исчезнет. — Тут, если не дале… — не успел я ничего сказать, как черная кошка возле меня принесла какую-то прозрачную колбочку. Она была мне знакома… Я не помню, когда и откуда, но я знаю эту колбу. Инк носила всегда с собой… Кошка об этом знала? Но… Сейчас не было на это времени.       Я улыбнулся кошке в знак благодарности и поставил баночку прямо рядом с собой. Протянув в неё несколько из своих нитей, соединив так, чтобы один конец был в ней, а другой мог спокойно перенести что-то. Я вновь посмотрел на Инк и попытался снова пробраться в сердце, но уже в этот раз я не мог видеть сердце так четко. Я оглянулся и заметил, как женщина была сильно вымотана, да и сама магия перестала так быстро поступать. Я слишком много трачу времени на это. У меня осталось очень мало времени.       Я сильнее приблизился, чуть ли не вдавливаясь в саму грудь, но четче не было видно. Такое маленькое пятно плыло у меня в глазах, но я мог чувствовать всё. Я вновь протянул туда свои нити, которые были сделаны по плану. Но на этот раз жидкость не шла так быстро, как раньше. Она текла медленно, как мёд. Она понимает, куда катится и совершенно не хочет, но не может сопротивляться.       Мои руки не трясутся, моё дыхание совершенно не слышно. Я словно на секунду умер в ожидании происходящего. Колбочка постепенно наполнялась всей этой субстанцией, которая не уходила никуда. Она оставалась внутри колбы. Я не мог понять почему. Жидкость так медленно текла, что эти секунды казались мне часами, которые решили остановиться именно в этот момент. Вижу, как капля за каплей медленно стекает в баночку, и как только её становится всё меньше и меньше, волнение накатывает на меня новой силой.       Я уже почти и не вижу, что происходит внутри, и просто смотрю на кожу. Но мои нити продолжают оттуда доставать. Я чувствую, как магия матери Инк уходит от меня, и я из последних сил пытаюсь задержать её на концах моих пальцев.       Кап. Кап. Кап. Кап.       Оно продолжает капать, не переставая. Мои руки уже стали полностью осязаемы, я не могу держать их внутри и надеюсь только на своё чутьё. Сердце начинает колотиться в бешеном ритме. Я боюсь не успеть.       Кап. Кап. Кап. Кап.       Лицо Инк становится всё хуже и хуже. Она прямо чувствует через сон всю боль, что происходит сейчас. Этот паразит, что приклеился к сердцу и выедает его изнутри. Он не желает выходить из сердца и хватается за любую возможность остаться там.       Кап. Кап. Кап. Кап.       Я желаю, чтобы Инк жила, и буду хвататься за все возможности сразу!       Кап. Кап. Кап…       Капли остановились. Последняя упала в момент, когда последнее действие магии хоть как-то переходило ко мне в нити.       Секунда.       Я сидел неподвижно и смотрел на баночку с черной жидкостью, которую сразу же закрыл. Моя рука лежала на Инк, и я мог почувствовать, как её дыхание стало спокойным, а сердце перестало так сильно биться. Огромное пятно на её груди полностью исчезло и остались только рисунки, которые были уже на ней.       Я мог слышать тяжёлое дыхание позади и мурлыканье сбоку. Я еле смог перевести взгляд на кошку, которая радостно мурчала и тёрлась о меня хвостом.       Я справился?       — Ты справился, — в моей голове раздался знакомый голос, который я слышал у себя в голове на улице. Кошка внимательно разглядывала Инк. Я справился. Я справился. Я справился. ДА! Я СПРАВИЛСЯ! Я СМОГ!       Я не мог выдержать эмоции. По моим щекам текли слёзы. Да, слёзы. И мне было всё равно, что обо мне подумают. Я просто рад, что Инк жива. Я поднял ей голову, чтобы она была прямо передо мной, и обнял. Я не боялся радоваться, я не боялся рыдать во всю мощь, я не боялся показывать, как сильно я волновался. Мне нужно это было. Я спас тебя, Инк. Я смог. Я смог. Я смог.       — Инки… Я и вправду смог тебя спасти… Боже… Как же я рад, — я слегка поцеловал её в макушку. Как же я не мог поверить, что держу тёплое, тёплое тело того, кого так люблю. Я чувствую, как она мне слегка дышит в шею и волосы, как её маленькое сердечко бьётся прямо напротив моего. Она не видит этого, но вижу я. — Боже… спасибо…       Я медленно, словно фарфоровую куклу, положил Инк обратно на кровать. Надевая всю одежду обратно, я заметил, как на меня смотрит её мама. Накрыв Инк одеялом, я поспешил удалиться из дома как можно быстрее, но меня схватили за рукав.       — К-кто вы такой? — она запиналась, но пыталась смотреть на меня с серьёзным лицом.       — …Я лишь тот, кто желает Инк спокойной и радостной жизни, — она всё продолжала держать меня и не хотела отпускать.       — Ч-ч-что я могу д-для вас сд-делать! — на её глазах появились слёзы. — Вы спасли мою дочь просто так! Если бы не вы, то она умерла бы… Я хочу ещё извиниться, что напала на вас около входа! Я не думала, что вы пришли, чтобы помочь! Я очень хочу извиниться за то, что пыталась вас убить! И сказать спасибо за то, что просто так помогли нам!       — Я дал обещание, что буду защищать Инк, и просто спасибо достаточно. Мне сейчас нужно будет срочно удалиться. Но! — я сделал паузу и грубо отдёрнул руку, чтобы наконец быть свободным от женщины. — Я прошу вас. Спрячьтесь где-нибудь. Инк надо срочно отдохнуть. Ваша дверь сломана из-за меня, а по улицам ходят другие демоны. Вы станете лёгкой для них добычей…       Я развернулся и вышел из комнаты. Мама Инк сразу же вышла за мной, но продолжала стоять, не отходя никуда.       — Спасибо вам большое!.. Я надеюсь на то, что вы будете в порядке!       Хах… Я надеюсь на то, что вы спрячетесь хорошо, чтобы вас не заметили. Я лишь могу за себя молиться, чтобы я остался жив, и не больше… Демоны дикие существа, никогда не знаешь, что они сделают… Но я буду бороться. За улыбку Инк. Ту, которую она не побоялась мне подарить при нашей первой встрече, и которая была мне видна всегда.       Сейчас действует лишь одно правило: «Выживают лишь сильнейшие».