Крем

Удар в нос, острая боль, шатен дернулся, прикрывая руками лицо, и следующие удары пришлись по ребрам и животу. Нет, он не потерял сознание, но прикрывая лицо, совсем не видел, что происходило дальше в полумраке двора. Неожиданно напряженную тишину вечера разорвал истошный крик. Ничего подобного Ивану слышать в жизни не приходилось. Истошный женский вопль, от которого холод пробегал по спине, и, буквально, дрожали стекла. Такой резкий, долгий и пронзительный, что его, судя по чертам лица, итальянские противники замерли и перестали колотить шатена. Крик прервался на пару секунд, вероятно, кричавшая сделала глубокий вдох, а затем разразился с новой силой. У соседей за забором хлопнула дверь раздался крик: - Серега? Что за нахрен, кто орет?! Женский крик смолк, но раздался шум из двора с другой стороны, на улице громыхнула калитка напротив, невероятный крик переполошил многих на улице. Парни в костюмах, немедля, резво побежали, перепрыгивая через лежащего на земле Ивана, подальше от будущих неприятностей, и исчезли во тьме. Мимо Вани за ними пробежал кто-то из девчонок. А шатен ничего не соображая лежал на земле, прикрывая лицо руками и ожидал новых ударов. Кто-то подбежал, склонился к нему и взял за руку. Это была Кира. - Ой!- Вскрикнула она увидев кровь. – Ваня, Ванюша, очнись! - Что с ним? - хриплым голосом спросила подбежавшая Тася. - Дышит? Она склонилась над Ваней и внимательно смотрела несколько секунд. Шатен пошевелился и попытался встать. Таисия схватила беднягу за руку и, обернувшись, сказала Кире: - Помоги, надо его поднять и отвести в комнату, там при свете посмотрим. Кира схватила Ваню за вторую руку, и вместе девушки помогли подняться и доковылять жертве итальянцев флигеля. У входа, привалившись к стене, стоял Женька и, материв весь свет, держался за лицо. Видимо, он выскочил на шум и тоже успел поучаствовать в драке, и ему досталось не меньше, чем Ваньке . Тася и Кира затащили шатена в комнату и аккуратно опустили на кровать. Блондин зашел следом, постоянно держась за стену, и лег на свою кровать. Он непрерывно матерился или мычал что-то нечленораздельное. - Сбегай на кухню и принеси все, что у нас есть в морозильнике, - скомандовала Тася. - И аптечку захвати, там, по-моему, у Микки на полке. Из разбитого носа и губ у Вани продолжала сочиться кровь, Тася схватила полотенце, стерла кровь, а затем ощупала лицо и нижнюю челюсть. - Ванечка, ты как? Дышать носом можешь? Говорить? Шатен попытался сказать, но внятно ничего не вышло, и он просто замотал головой. - Так, лежи не двигайся. - скомандовала Тася, задрав майку несчастного и стала ощупывать ребра. В этот момент во флигель вернулась Кира с тазиком замороженного мяса и аптечкой. В след за ней вошла Микки, которая выглядела одновременно удивленной и напуганной. - Мальчики, мальчики, - бормотала она. - Мальчики... - Кир, дай Женьку к глазу приложить холодное, - продолжила командовать Тася. Сама она взяла кусок замороженного фарша и приложила Ване к переносице, а другой кусок к губам. Микки продолжала стоять на пороге, бормоча и всхлипывая. - Микки, подойди, подержи тут, я обезболивающее поищу. - рявкнула Тася. Иван тем временем несколько пришел в себя и попытался отстранить руку Таськи с куском, прижатым ко рту. Дышать с разбитым носом было очень тяжело, а кляп из куска замороженного мяса заметно уменьшал шансы на выздоровление. Микки подошла и стала держать кусок на переносице, а шатен перехватил второй кусок и держал его у подбородка, не предпринимая попыток заговорить. Тася копалась в аптечке, ища какие-то таблетки, когда в комнату, шатаясь, ввалилась Эмилия. - Обона, а где пацаны? Куда Вилли мой запропал? - пьяным голосом осведомилась она. - Я боялась, что он тут вас уже шпили-вили вовсю. Светловолосая тем временем, не обращая внимания на Эми, протянула Ивану две таблетки и кружку с водой. - Приподнимись Ваня, надо проглотить, - ласково сказала она. Микки помогла шатену приподняться, а Тася положила в рот таблетки и поднесла кружку. Эмилия, между тем, продолжала свой недовольный монолог: - Эй, блин, подруги, это шо за дела? Вы че, все оптом оглохли? Где пацаны, я вас спрашиваю, вечеруха только началась, все так ладненько получалось, еще винца с водичкой и норма... Неожиданно Кира оставила Женьку и, резко развернувшись, подскочила к рыжеволосой, схватив её за ворот платья. - Ах ты сучка чертова. - неожиданно резко заговорила Кира. - Это твоя веселая вечеруха? Ты этим ишакам наобещала с три короба, думала мы, как ты, бухнем и ножки врозь? Среднего роста Эмилия нависала над более миниатюрной, по сравнению с ней, Кирой, однако, бордововолосую это совершенно не смущало, казалось, она сейчас оторвет соседку от земли и встряхнет, как следует. - Ну, вы же сами хотели, ты с Лау гуляла, дело к тому шло, медузка-то просит грибочка... Кира резко и мощно стукнула кулаком Эми по лицу. - Закрой свою пасть, дура. Если бы я попыталась сопротивляться, то они бы, как Ваньку, меня раскрасили! Какое тебе дело, куда что шло, и кто с кем гулял?! - Ай, больно, ты чё, взбесила... - Эми возмутилась и попыталась вырваться, но тут же получила еще пару ударов в лицо. - Пойдем, выйдем! - яростно выдохнула Кира и быстро выволокла Эмилию во двор. - Так, хватит, девочки стоп, стоп! Воу стоп!! - опомнилась Тася и бросилась за ними следом. За окном некоторое время слышались гневные голоса, но продолжения драки, видимо, не было, и через пару минут голоса стали заметно тише. Иван почувствовал сильную усталость и внезапное головокружение. Было такое чувство, как будто быстро-быстро скатываешься по склону холма в какой-то овраг и никак не можешь остановиться. Где-то на середине воображаемого холма поглотила тьма, и Иван провалился в глубокий сон. Проснулся он от того, что в лицо светил яркий луч света. Шатен открыл глаза и тут же зажмурился, ослепленный бликом. Раньше у него такого не было, парни просыпались и уходили на занятия раньше, чем солнце поворачивалось таким образом, чтобы свет падал на подушку. Секунду помедлив, Иван повернул голову набок и открыл глаза. Стена, до боли знакомая стена. Он был на квартире, в с Женей в своем жилище. Лицо болело, нос был заложен, как при сильной простуде, хотелось высморкаться и прочистить нос. Шатен повернулся на бок и, щурясь, приподнялся на локте. Женя лежал на соседней кровати, заткнув уши наушниками и закрыв глаза. Трудно было понять, спит он или просто лежит. Единственный здоровый глаз был скрыт огромным, красно-фиолетовым синяком, опухшие веки смыкались, напоминая незаживший хирургический шов. Стало понятно, почему он вчера шел, держась за стену - он попросту ничего не видел. У стола, между кроватями, сидела Эми и, напевая себе под нос, что-то строчила в смартфоне. Нижняя губа у неё распухла, на правой щеке тоже красовался синяк. Постепенно Ивану вспомнились подробности вчерашнего вечера. Он подрался с итальянцами, Женьке тоже досталось, а Эмилии по лицу перепало от Киры. Рыжеволосая заметила движение и сказала с улыбкой: - Очнулся, боец? Чаю хочешь? Ваня кивнул, и черноглазая потянулась за кружкой. - На, вот. Я себе заваривала, но не пила еще, горячий был. Это, Вань, я хотела извиниться, за то, что вчера произошло. Мы с девочками много говорили, после того как ты заснул. Я понимаю, что вела себя как дура и зря все это затеяла. Девочки на пары пошли, а я не хочу показываться в таком виде и Вильяма не хочу повстречать. Эми снова улыбнулась и протянула Ване кружку. Тон и поведение были совершенно на неё не похожи, можно было подумать, что это говорил словно другой человек! Шатен осторожно взял кружку, сделал глоток и огляделся. За исключением кроватей, в комнате царил идеальный порядок. Вещи аккуратно развешаны на вешалки, тетради, учебники сложены на подоконнике ровными стопками, а сам подоконник без следов пыли. Стала видна и причина столь яркого солнца, разбудившего шатена, с окон сняли занавески. С кровати было не видно пола, но наверняка он блистал чистотой. - Мне домой надо. – тяжело пробормотал Иван. - Лежи пока. Куда ты пойдешь в таком виде? – возмутилась Эми. – Тебе бы в больницу надо, но в нашу студенческую нельзя, проблемы будут, сто пудов. Ректор, говорят, еще в прошлом году распорядился отчислять всех участников драк, и правых, и виноватых. Может и не отчислят, но разборки по-любасу будут. А тогда и хозяйка узнает, и родители, и вообще скандал устроят, к гадалке не ходи. Оно тебе надо? Ванька пожал плечами. Голова все еще болела, подкатывала легкая тошнота, он практически ничего не соображал. - Успокойся, сейчас девочки придут, и что-нибудь придумаем. Автобус, так-то, еще не уходит. - Тогда надо домой, правда перед этим позвонить, - сказал шатен и попытался подняться. - Лежи, я тебе говорю, - сердито сказала рыжеволосая , хватая его за плечо. – Таська сказала, у тебя сотрясение мозга может быть, не дай бог еще в обморок грохнешься и еще себе что-нибудь расшибешь. - Что там еще вчера было? - Ну, мы с Кирой подрались слегка, потом помирились, потом втроем с Микки допили часть того, что осталось и спать вырубились. Душевно так посидели, я давно так не болтала. А Таська тут над вами полночи сидела, говорит, ты блевать пытался, но только сплевывал, а Женька просто дрых. Она только ближе к утру вернулась и спать вырубилась. Ну, а утром я тут осталась, прибралась слегка, даже вон занавески сняла в стирку кинула, вечером постирать. Ты вчера окровавленной рукой мазнул – чисто для ужастика стала занавесочка… - Блин, но в уборную-то можно встать? Я же не инвалид, под себя ходить. - Можно, - согласилась Эмилия. – Только я за тобой пойду, провожу. Все равно подышать воздухом собиралась. Ваня вышел во двор и огляделся. Был погожий, теплый денек, просто классика бабьего лета. Во дворе не осталось никаких следов вчерашней потасовки, только возле калитки было рассыпано немного песка. Видимо, таким образом девочки решили скрыть пятна крови, которой, судя по пятнам на майке, накапало не так уж мало. Шатен поспешил в знакомый угол двора, а Эми остановилась на тропинке. Когда он вернулся, она словно прочитав мысли парня, произнесла: - Ты бы переоделся что ли? Иди в комнату, переоденешься и простынку с наволочкой сними, я к занавескам закину. - Хорошо, спасибо. А пожрать что-нибудь есть? - Борщ будешь? Давай, я тебе подогрею и в ковшике принесу? - Спасибо, будет очень кстати. – обрадовался Ваня. – Но тащить не надо, я и на кухне поем, у меня с головой нормально, только нос не дышит. - Лады. Ты Женьку пни, он тоже голодный, поди. Утром он вставал, но вроде не ел ничего, а потом обратно завалился. – Согласилась Эмилия. – Но ты белье захвати все равно, надо до возвращения тети Кати все в порядок привести. Когда Иван вернулся в комнату, Евгений уже и сам проснулся ( если он вообще спал) и теперь, сидя за столом, разглядывал свое лицо в зеркале. Поврежденный глаз у него по-прежнему был опухшим, и он с трудом разглядывал себя и негромко матерился. - Пошли, там Эми супчику предлагает похлебать, - с порога предложил шатен. – Ты как? - Ух, с удовольствием, - без энтузиазма отозвался блондин. – Ты чё вчера замутил такого, что тебя чуть не угрохали, а мне лицо так расквасили, что я едва сам себя узнаю? - Ну, я вчера Вилу в морду дал, но он первый замахнулся. Я шум услышал и зашел на самом интересном месте, у них, походу, к кексу дело шло. Но Кира сопротивляться начала, как я понял, и вскрикнула, а я зашел на крик. Как-то само собой получилось. - Получилось, етить, - проворчал Женя, продолжая разглядывать глаз. – А я только на шум выбежал, еще не понял ничего, мне сразу по роже – хрясь! Что я родокам про это расскажу? - Давай уж на эти выходные тут останемся, денег займем у кого-нибудь, жратвой, вон, может девчонки поделятся. А на следующие выходные приедем. - Ага, щас прям, - отозвался Женя. – Если я к вечеру не приеду, мои уже утром тут будут с разборками, куда я подевался. - Мои не такие резкие, но тоже надо бы сообщить. – согласился Иван. – Может вечерком настроимся да позвоним? - Давай лучше на вечерней электричке поедем, - предложил Женя. – Хера тут сидеть? Не дай бог, еще на долбаната Вила с дружбанами нарвемся, они нам еще добавят. Злые, небось, мрази, что такой ништяк сорвался. В этот момент во флигель заглянула Эми и скомандовала: - Пацаны, суп на столе, остывает уже. Ванька ты белье снял? Давай я закину. - Сейчас, вы идите, я вас догоню. Когда они вышли, шатен быстро переоделся и снял с кровати простынку с наволочкой. Скомкав это в один узел, он поспешил на кухню. Женя за столом уже во всю орудовал ложкой, и Ваня поспешил последовать его примеру. Эми склонилась над машинкой, возясь с бельем, когда Ваня вскрикнул, едва поднеся ложку ко рту. - Что еще? – встревожено спросила она. - Зуб, блин, - скривился он не в силах продолжить сразу. Зуб на нижней челюсти, которым он ударился то ли о землю, то ли о калитку, обломился почти пополам, обнажив нерв, и теперь отдавал резкой болью при попадании пищи или воды. Эмилия заглянула Ване в рот и уже собиралась что-то сказать по поводу наблюдаемых повреждений, когда дверь открылась, и на кухню вошли Микки и Тася. - О, мальчики, очухались? - бодрым голосом поинтересовалась Микки. Тася, тем временем, ничего не говоря, шагнула к Ивану и тоже заглянула в рот. - Болит? – сходу спросила она. Шатен кивнул. - Понятно, - деловито отозвалась она. – Нос продышался? - Нет, также заложен. – Признался Ваня. - Ванька, тебе надо в больницу, - строго сказала Тася. – что-то сделать с зубом и рентген носа обязательно, он у тебя сломан, походу. - Может, он так зарастет? – робко поинтересовался Иван. – Гипс-то на нос не накладывают. - Гипс не накладывают, но у тебя может быть кровь в носовых пазухах и вообще. – продолжила наседать Тася. – У меня дядька в районной больнице хирургом работает, много рассказывал. Ты домой не хочешь ехать? Давай через два часа на автобусе в райцентр смотаемся, там травмпункт есть, рентгеном просветят, дальше видно будет. - Ну, давай, - согласился шатен. – Но нам с Женькой надо домой сообщить, если мы не приедем, чтобы предки не переживали, мы сначала настроимся да позвоним. - Нечего с такими физиономиями по универу рассекать, слухи лишние пойдут. Слышали же про ректорское распоряжение о борьбе с драками. Двое с такими повреждениями не подойдут под отмазку – «просто упал». Шатен продолжил трапезу, аккуратно заливая суп на одну сторону челюсти и пережевывая с особой осторожностью. В принципе, есть можно было, только очень неудобно. Позже он вышел на улицу и решил позвонить маме..Зайдя обратно в дом, он наткнулся на Киру: - Вань, ты как? Нос сильно болит? - Да не особо. А вот зуб сильно, особенно, когда пытаюсь есть. - Тебе в больницу надо, чтобы запломбировали, - сочувственно вздохнула она. - Я поеду с ним, на следующем автобусе, - отозвалась Тася. - Я хорошо знаю, где там больница, мы с дядькой заезжали как-то, у него там однокурсник работает. Как зовут, не знаю, но это неважно, в травмпункте всех принимают. - Можно я с вами? - робко поинтересовалась Кира. - Вдруг помощь понадобится... - Нет, я сама справлюсь, - резко ответила светловолосая. - Нечего толпу создавать. Лучше с бытовухой разберись, а то из Эми хозяйка...оторви да выбрось, сама знаешь. Рыжеволосая на это заявление ответила на удивление спокойно, только пожала плечами, мол, какая есть. Два часа спустя Ваня и Тася с трудом втиснулись в автобус и отправились в травмпункт. Там сделали рентген и констатировали перелом носа без смещения. - В принципе, само зарастет, ничего страшного. - сообщил врач, разглядывая снимок. - Так вы, говорите, упал? - Да доктор, на лесенке поскользнулся и лицом о ступеньку, - торопливо залепетала Тася. - Доктор, а вы не подскажите, что нам с зубом-то делать, он у него болит сильно, даже говорить больно, вы же сами видите? - Ну, с острой болью, могут у нас в стоматологической поликлинике принять, - задумчиво произнес врач. - Это там, во втором корпусе от угла, с торца вход. - Спасибо, доктор, большее спасибо. Вы нам с братом очень помогли! - заулыбалась Таисия и, подхватив у врача листок с рекомендованными препаратами, вытащила шатена из кабинета. Просидев довольно длинную очередь, они попали на прием к стоматологу, который осмотрев зуб, сказал, что пломбировать там нечего, можно только протезировать или удалять. Ввиду почти полного отсутствия денег, Иван согласился на удаление, но доктор все равно потребовал оплатить анестезию. По счастью, средств Таисии хватило, и Иван, расставшись с обломками зуба и способностью говорить, поехал с кареглазой обратно в университетский городок. - Эх, надо было тебя накормить получше перед поездкой. - вздохнула Таисия, глядя на перекошенное лицо Ивана. - А то, когда теперь поешь. Иван лишь уныло кивнул и снова уставился в окно. В набегающих сумерках замелькали огни домов, по стеклу автобуса скользнули капли мелкого осеннего дождя. Тася неожиданно взяла руку Ивана и ласково провела по ней ладонью. Шатен обернулся, думая, что она хочет что-то сказать, но кареглазка только улыбнулась и откинулась на спинку кресла, продолжая крепко держать его руку в своей.