Хрустальное Сердце. Торжество: Обещание и Сердце

Глава 3 Подсказки

      

Клеопатра Маклейн!

      Поздравляю Вас с наступающимиНочью снов и Вашим Днём Рождения! К этим двум событиям я подготовил небольшой подарок. Как мне известно, от Вашего отца, уважаемого ГовардаМаклейна, Вы любите читать, а в моём поместье есть библиотека с довольно любопытными экземплярами. Приглашаю Вас на чай в первую субботу января. Библиотека для Вас открыта круглый год.       

С наилучшими пожеланиями,

      

Мистер Г.Д. Бист

             Эту записку принесла в дом Маклейнов невысокая рыжеволосая девушка с непроницаемым лицом. Клео уже видела её в особняке Биста, и тот её тогда не представил. Как и женщину, с которой играл в сенет. Клео знала, Бист хороший игрок, живущий на этом свете достаточно долго, и что у него есть свой собственный план, но что именно ему надо от окружающих – неизвестно.       Принесла накануне рождественских каникул, а точнее двенадцатого декабря за день до отбытия Маклейнов в очередную экспедицию. Джек и Айнсли остались дома, собирались навестить деда в Шотландии, а Говард и Клео наполняли походные рюкзаки необходимыми вещами для двухнедельной поездки в Африку. Клео как раз проверяла палатку и предметы первой необходимости, когда в дверь позвонили.       В записки шла речь про Ночь снов. Клео помнила, что скоро состоится зимнее солнцестояние – самая долгая ночь в году. Неужели в мире «зрячих» отмечаются подобные праздники? Тройняшки и Габриэлла Картеры упоминали некоторые праздники, но тогда Клео как-то не удосужилась связать их с астрономическими явлениями.       Но Бист приглашает Клео после экспедиции к нему на чай.       «Подозрительно», — подумала Маклейн, перебирая в руках заржавевшие колышки.       Ей не особо понравилась та информация, которую собирала покойная мать тройняшек и Габриэллы. Выходит, Хранитель догадывался, что Глэдис Маршалл приблизилась к разгадке его происхождения, но почему он хочет это ото всех утаить, ведь даже если раскроется правда, всё равно нет способа его уничтожить.       «Или есть? И приглашение на чай следует принять?»       Так рассуждала Клео, уже на борту Боинга, уносящего её из холодной Англии в жаркую и душную Африку.       Впервые за долго время Хранитель не объявлялся. О нём ничего не было слышно с самого лета. Это дало Клео больше времени на тренировки и учёбу. Как и прежде она бегала по утрам по лесу в компании фейри, или в паре с кузиной Мэр пробовали на себе новые способы атак.       И впервые за долгое время Клео не обращала на культуру другой страны никакого внимания. Она вела внутри себя дебаты, пыталась логически рассудить, разработать план действий, но всё сводилось к низменному чувству, которое, как думала девушка, давно было у неё утрачено – любопытству. Удивительно, что оно заставляло Клео склонять чащу весов в пользу приглашения Биста.       Говард отнёсся с пониманием к рассеянной дочери, обвинив во всем современное образование, поскольку предполагалось, что на каникулах школьники-выпускники продолжат ходить на дополнительные занятия для успешной сдачи экзаменов. И только с личного присутствия родителя ученик освобождался от занятий. По сути, Клео это было не нужно. Она и так хорошо знала школьную программу, а иногда и помогала Мэр, но и на неё распространилось условие, несмотря, что две её тётушки работали в этой самой школе. Говард, собирался заскочить на пару минут в кабинет к классному руководителю Клео миссис Трейси, но столкнулся с долгой и нравоучительной бравадой. Сандра и Бэт в это время были заняты теми, кто сдавал профильные предметы, поэтому физически не успели на помощь к родственнику. Говард стоически вынес полчаса лекции на тему воспитания детей, полчаса лекции о необходимости посещения дополнительных занятий и ещё минут двадцать о будущем Клео. Почему-то все учителя решили, что она выберет какую-нибудь близкую их предмету профессию, но Клео решительно оборвала речь миссис Трейси, заявив, что собирается стать историком, как отец, а для этого стоит приобщаться к культурам разных стран, чтобы выбрать направление изучения, а для этого её нужно на каникулах уехать в Африку. Миссис Трейси парировала Клео, пока не вмешался Говард.       — Вы не слышали, что сказала моя дочь? — громко спросил он. — Она собирается поехать со мной в экспедицию в Африку, потому что хочет стать историком. И прошу освободить её от дополнительных занятий, чтобы это не считалось прогулом. Вот и всё. Зачем вы мне говорите, как воспитывать детей? Я вполне успешно воспитал двоих. И они более самостоятельные, чем вы, когда были в их возрасте. Наш разговор закрыт. Идём, Клео.       Это не в первый раз, когда нервы Говарда не выдержали, и он ответил учителю своего чада именно так. В последний раз подобный разговор состоялся в Испании, когда его вызвали в католическую школу, куда зачислили Клео, поскольку данное учебное заведение было самым близким к их дому.       Темнокожий мужчина на фоне пустыни вырезал фигурки животных из дерева, а рядом с ним сидел темнокожий дряблый старик с седыми проволоками волос. Ему хватило лишь одного взгляда, чтобы что-то затарабанить на своём. Клео подошла ближе, стараясь понять, о чём шла речь. Мужчина, вырезавший фигурки, заговорил с Клео на ломанном английском:       — Ты умирать в тьме! — сказал он и указал на старика. — Он так сказать. Говорить тебе.       Старик ухватился за запястье Клео дряблой рукой и продолжил тарабарить, глядя ей в глаза, а мужчина продолжал переводить:       — Ты умирать в тьме. Мёртвой ходить по белым холмам. Забыть себя. Память стать дерево. Зелёный дерево. Много зелёного.       Мужчина пытался вспомнить какое-то слово и показывал тонкую веточку какого-то растения, видно хотел показать наглядно, поскольку не знал этого слова по-английски.       — Листва? — уточнила Клео и попыталась высвободить руку, но старик лишь крепче сжал запястье.       — Да! — обрадовался мужчина. — Память стать листья. Камень говорить правду тебе. Говорить верно.       Мужчина и старик, который, наконец-то отпустил руку Клео, подняли руки и словно вознесли молитву к небу, а затем на коленях поклонились.       — Мама твоя, бабушка и дедушка твои. Родители твои. Прошлое твоё! — говорил мужчина.       — Предки? Те, кто был до меня. Мои родные из прошлого? Предки? — спрашивала Клео.       — Небо, спасибо предкам твоим! Не стань мёртвой, когда жива. Белая!       Кто-то из отцовской команды ухватил Клео за локоть и отвел от этих мужчин прочь.       — Не обращай внимания, — сказал коллега Говарда, молодой человек лет двадцати пяти. — У местных культ поклонения белой богине. Удивительно, что из толпы они выбрали именно тебя, а не блондинку…       Но Клео понимала, что не случайно: такое постоянно повторялось, где бы она ни была. Ей предсказывают одно и тоже. И Клео прекрасно понимала, почему — пророчество невероятно быстро исполнялось слово за словом, а это значит, её собственная смерть близка.       — А во что ещё верят местные? — спросила Клео.       — В бога-паука, — ответил мужчина и стал серьёзным, а затем и вовсе растворился в толпе археологов.       В эту ночь Клео не уснула. До самого рассвета она искала информацию о местном божестве. Узнала очень мало, только то, что имя божества Ананси, его истинная форма – огромный паук, а главная черта – бесконечные знания и мудрость. Местные жители постоянно повторяют, что он живёт где-то в местных пещерах.       Утром Клео предупредила отца, что отправиться на прогулку по окрестностям. Каменистая пустыня, скалы, высохшие деревья… — унылый пейзаж, но Клео продолжала идти. Ей казалось, что она уже была здесь раньше, и точно такое же впечатление возникало в Египте, когда её провел господин Бомани Галеб к тайному убежищу.       Одно-единственное дерево с зелёной кроной, растущее возле самой скалы, заставило Клео обратить внимание на него. Она подошла ближе и отодвинула ветку, затем пробралась через густые заросли кустарников и вышла в небольшой грот. Здесь царил запах сырости и пыли. Клео прошла дальше, а затем запустила шаровую молнию для освещения пространства вокруг. Впереди располагались высокие стеллажи с книгами. Наследница Богинь осторожно осматривалась по сторонам. Она искала что-то, что должно было дать ей знак для дальнейших действий. В самом крупном зале, загромождённом высокими стеллажами, битком забитыми пыльными книгами. На самом верху, сидя на деревянной лестнице и шурша страницами, Клео встретил худощавый парень в очках. Выглядел он как подобает библиотекарю. Бледный со всклоченными волосами в помятой одежде – белой рубашке и джинсах. Он бросил на вторженца взгляд, а затем продолжил читать.       — Кто вы? — громко спросила Клео.       — Это я должен спрашивать – не в ваш дом пришли незнакомцы, — отозвался незнакомец, перелистывая страницы.       — Мне сказали, что здесь обитает чудовище, — произнесла Клео.       — И что? Пришли убить? — с безразличием ответил парень.       — Почему сразу «убить»?! В данном состоянии я не могу действовать на эмоциях и порывах, поэтому просто вежливо спрашиваю.       — Про хладнокровных я слышал, но не про хладноразумных. Очень интересно! — парень захлопнул книгу и взглянул на Клео. — Кто вы, мисс?       — Клео Маклейн, — представилась Богиня.       — А-а-а, понятно. Меня предупреждали о вашем приходе, Ветон, — ответил парень, закинув ногу на ногу и посмотрев куда-то в сторону.       — Интересно кто? — нахмурилась Клео.       — Я, — ответил женский голос позади.       Клео обернулась. Из лабиринта стеллажей вышла женщина, обладающая строгой красотой: с легким румянцем на белой коже, полными губами и большими светло-зелёными глазами и чёрными-чёрными волосами. Одета она в серое платье в пол с длинными рукавами-накидками, отделанными кружевом, по форме напоминающие крылья.       — Моё имя Вайолет Сайлентс-Дубмон, я – Богиня Тишины и Спокойствия, известна так же как Вайолет Тихая. Слышала обо мне? — спросила она.       — Бабушка? — нахмурилась Клео.       — О, это имя мне слышать непривычно, но я польщена, — сдержано улыбнулась Богиня.       — Лучше сразу скажи, — буркнул парень.       — Ананси, я вас прошу, — сдержано попросила Вайолет, обратившись к парню. — Клео, ты ведь пришла сюда за информацией, так?       — Да.       — Ничего не бывает даром, — вставил своё слово Ананси, не отрываясь от книги.       — Разумеется, — Вайолет кивнула на замечание, — всё имеет свою цену, Клео.       — Подожди! — Клео отступила на пару шагов назад и выставила руки перед собой, готовая в любой момент атаковать или защищаться. — Я не собираюсь просто так делать что-либо.       — А сделка с Бистом? Разве ему не нужна твоя сила? Разве он хочет просто так обучать тебя? — упрекнула Вайолет.       С хлопком закрыв книгу, Ананси привлек внимание на себя. Он встал с вершины лестницы и спустился вниз.       — Разве ты не знаешь, сколько в этом мире существует официальных миров? — спросил он, и, не дождавшись ответа, продолжил: — Волнующая безмятежность, мир смертных, мир-«тень», Палая вершина, мир чудищ и Бездна. Когда этот мистер Бист отправит тебя в мир чудищ, он, разумеется, не скажет тебе, как оттуда вернуться назад. Да и сама ты точно не догадаешься, хотя ответ будет у тебя под носом, если ты про него не забудешь.       И Ананси выдержал театральную паузу, чем и воспользовалась Клео. Благодаря Ричу, она точно знала об особенностях перемещения в пространстве и правилах использования подобной способности. Многие неумелые «зрячие», перенося себя в другое место, не рассчитывали его особенностей, и меньший вред себе при удачном исходе – это быть оглушенным, налетев с магического «разбега» на какой-либо предмет. Бывали случаи и смертельного исхода, например, кто-то оставлял половину себя в одном месте, а другая часть переносилась. Или же люди оказывались запертыми в стенах. Поэтому в начале обучения Рич очень долго изучал окрестности, прежде чем переносить себя на пять метров в саду поместья. Да и сама эта способность есть только у тех, чья сила довольно огромна.И чтобы научиться таким «прыжкам» нужно как минимум лет пять. Однако…       Клео дотронулась до шеи…       — Колье! — воскликнула она.       Ананси искренне удивился, так же посмотрел на шею Клео, где висела подвеска с вырезанной из камня розой, и произнёс сконфужено:       — А ты умнее, чем я думал.       — Я её уже использовала как-то раз. Тогда, правда, не особо поняла, как именно, — призналась Клео. — Стояла посреди пожара и думала о воде, так и перенеслась в реку…       — Да, но в этом-то и проблема, — заметила Вайолет. — Ты перенеслась с одного места в другое в одном пространстве. А будучи в другом мире, тебе нужно перенестись из пространства в пространство. Здесь одного желания маловато.       — Когда окажешься в другом мире, думай о доме, — подсказал Ананси. — Проходы между мирами нередко принимают форму того, что нам дорого. К ней перенестись с помощью цепочки труда не составит.