Ползучий пациент.

      Когда человек с огромными крыльями, закрепленными на его костюме взмыл в чёрное ночное небо, Питер понял, что ему крышка. Скорее всего сейчас его со всей силы бросят вниз, а они довольно высоко. Питеру, который болтается вниз головой, все это начинает нравится все меньше и меньше.       У него итак были переломы, о которых сообщала Карен в последние минуты своей работы. Они летели над Бруклинским мостом в сторону одноименного района и Паук понимал, что тут его искать никто не станет. Да и не кому. Как-то странно, но именно в этот момент все те, кто действительно мог прийти на помощь, находились где угодно, но не в Нью-Йорке и даже не в Америке.       Наташа три дня назад улетела на родину в Россию и сказала, что вернется когда-нибудь не завтра. Роуди был на реабилитации после падения. Мэй проводила время с подругой во Флориде. Ванда и Вижн временно подали в отставку и решили немного отдохнуть от всех этих проблем, в тихом пригороде небольшого шотландского городка. Стив, Тони и Сэм улетели на задание. Скотт и Клинт проводили время со своими детьми, по данным Питера в городе был только вечно угрюмый и хмурый, как серые грозовые тучи, Барнс. Но что-то подсказывало паучку, что сержант никогда в жизни не пойдёт спасать его. Оно ему надо? Когда цепкие когти врага разжались и Питер на мгновение почувствовал нечто схожее с ощущением полета, как это часто бывало на патрулях, он вскоре понял, что все не так просто. С грохотом упав на землю, он даже не смог больше пошевелится и лишь краем глаза наблюдал за тем, как мерцает голубой неоновый свет вывески какого-то магазинчика.       Питер не был уверен в том, что попытка подняться будет самым лучшим вариантом. Если все же у него и были переломы, то любое движение могло усугубить и без того плачевную ситуацию. Мало того, что его трепали в воздухе, как тряпичную куклу, оставляя на бархатной коже многочисленные порезы и кровоподтеки, потом сломали ребра, три кажется и ещё адская боль в ноге тоже расценивалась Питером, как вероятный перелом бедренной кости. Дело было дрянь.       Будь цела Карен, то Питер бы решил эту проблему парой голосовых команд, но что там ИскИн, у него даже не осталось запасов паутины и если на него сейчас кто-то нападет, то скорее всего это будет самой худшей финишной чертой из всех, что мог себе представить подросток в сине-красном костюме из спандекса.       — Герои долго не живут, — сейчас он и не вспомнит, кто и когда сказал эти слова, но они как нельзя кстати подходили под сложившуюся ситуацию. Ведь вероятность того, что его обнаружит кто-то, у кого могут быть хорошие намерения, была мала. Скорее всего это будут какие-то отморозки, которые поняв, что брать нечего, добьют его. Все верно, так и будет, ведь кто еще может ходить по окраинам Бруклина в столь поздний час? Ну не Баки же Барнс?       Почему-то, от мысли что в таком состоянии его найдёт именно зимний Солдат, Питеру становилось не по себе. Все дело было в рассказах Сэма о том, что иногда добить раненого бойца, значит, проявить к нему милосердие и гуманность. От того, что Джеймс Барнс, сжимая в своих руках направленный на бедного Паучка пистолет, будет смотреть на него холодным, как колючий сибирский ветер взглядом, ему становилось не по себе.       — Эй, ты живой? — вот же, черт. И зачем только Питер подумал про Баки Барнса? Он что обладает чутьем, находить израненных подростков со сверхспособностями? Это пугает и настораживает.       — Угу, — буркнул Питер и тут же его бок отдался болью, вынуждая парня поморщится.       — Ладно, я сейчас подниму тебя на ноги, но это будет очень больно, — предупреждает Барнс и нутро Питера болезненно сжимается.       — Может не надо… ? — бормочет он.       — Надо, Питер, — Баки осторожно запустил руку под спину Питера и обхватив посильнее, медленно потянул к себе, несмотря на то, что Питера буквально била дрожь от боли и он изо всех сил старался сдерживаться, чтобы не закричать.       Баки подхватил его на руки и взял настолько удобно, насколько это вообще было возможно в такой ситуации. Пришлось нести Питера к себе, так как поездка на машине до базы могла быть опасной. А ещё ему стоит сообщить обо всем Старку и Стиву, так как данная ситуация по меркам Барнса считалась внештатной и каких-то инструкций у него не было.

***

      Питер приходит в себя когда во всю светит солнце. Он лежит на полосатом диване укрытый толстым колючим одеялом, а его нога плотно заключена в гипсовую повязку, как и рука. Лицо и спину щипет от действия чего-то похожего на антисептик. Но одно радует, боли больше нет, и да, к его свободной от гипса руке, подведен центральный катетер. Ему ставили такой, когда удаляли зуб. Он замечает, что костюм с него сняли и оставили лежать в какой-то безразмерной серой футболке и боксерах.       Из того положения в котором он лежит, Паук видит кресло, такой же масти, что и диван. И ещё кофейный столик на котором куча разных медикаментов.       — Очнулся? — голос Барнса заставил его вздрогнуть и попытаться приподняться, — лежим и не рыпаемся, — строго говорит он и Питер покорно соглашается.       Зимний Солдат стоит в дверном проеме, который ведет в соседнюю комнату. На нем непривычные для взора Питера свитер и джинсы, а волосы мужчины собраны в небрежный хвост.       — Где мы? — интересуется Питер.       — Это моя квартира. В Бруклине, — сообщил Барнс и подошел к Питеру, — как ты себя чувствуешь? — в голосе нет какой-то заботы, как кажется Питеру, скорее суровость и строгость. Но хотя Баки позаботился о нем и сделал все эти медицинские штуки не дав Пауку сдохнуть в подворотне.       — Терпимо, — прохрипел он, так как во рту была настоящая пустыня. Барнс, судя по всему поняв в чём дело, берет со столика стакан с водой и помогает Питеру присесть.       — Небольшие глотки, — просит он и парень послушно кивает, — я написал Стиву и Старку о том, что случилось. И есть две новости…       — Дай угадаю, — болезненно усмехается Паук, — хорошая и плохая?       — Смотря, как посмотреть, — Зимний ставит стакан назад на матовую поверхность столика, — они не слишком сильно сердятся на тебя, но их не будет около недели, может дней десять, как и твоей тети, а значит, все это время мне придется следить за тем, чтобы ты не покалечил себя на смерть.       — Эм… это лишнее, — протягивает Питер, — я могу справиться сам. Стоит только освободить ногу, — его рука скользит по шершавой повязке что тянется от таза до колена и понимает, что дела ещё хуже.       — Ты будешь тут, — строго констатирует солдат, — хочешь ты этого или нет. Ты лежишь тут, а я пока приготовлю тебе анальгетик, — Старк прислал ему некоторые формулы с расчетами дозировок препаратов, чтобы те помогли Питеру с учетом его метаболизма.       Пользуясь тем, что Баки скрылся за дверью, Питер нашарил под подушкой свой смартфон.       «Кому: мистер Старк. Мистер Старк, привет, как дела? Вы не могли бы забрать меня от мистера Барнса? Вдруг он решит добить меня»

      «От: мистер Старк. Не неси ерунды, клоп. Барнс хоть и немного странный, но он отличный солдат и да, с ним не проканают твои сопли. Так что да, вас ждет пребывание в военном госпитале домашнего типа, молодой паукообразный каратель».

      Питеру не становится легче от этого и он понимает, что следующие семь или десять дней пройдут просто в кошмаре. Ведь Старк был прав, Джеймс не сюсюкает с ним, как.это делала Ванда или Скотт, или тот же Стив. Похоже, что выбора у Питера нет.