Once upon in the hospital

      Марк Шеппард казался весьма милым начальником, если судить по прошедшему собеседованию. А если брать в общих чертах, то главврач мелкой больницы в заднице города оказался тем ещё зверем.       Джаред, со своей-то натурой настоящего альфы, неплохо так обосрался перед напором сурового беты, который зачитывал ему правила местной больницы, словно приговор перед смертной казнью выносил. Падалеки только и успевал, что кивать и тихо угукать, не задавая вопросов. Впрочем, они и не нужны были, настолько все подробно Шеппард разъяснил для нового работника. Главврач поставил Джареда перед фактом, что приходить на свою смену нужно заранее и в конце скупо пожелал удачи на новом рабочем месте. Из кабинета начальника Джаред вышел со смешанными чувствами: с одной стороны хотелось быстрее погрузиться в работу, а с другой было пиздец как страшно. Облажаться в первый день отчаянно не хотелось, но Джаред себя знал слишком хорошо, поэтому без мелких казусов не обойдётся. С двухметровым неловким альфой по другому не бывает.

***

      Джаред шёл на работу с пониманием, что ближайшие 24 часа ему нужно будет рвать жопу, чтобы не облажался. График, конечно, не очень удобный, целые сутки впахивать и всего лишь двое суток отсыпаться, но для начала «грандиозной» карьеры доктора подойдёт. Тем более, что ночью в отделении реанимации и неотложной помощи уснуть точно не получится. Хоть Остин и был маленьким городком, количество несчастных случаев поражало.       Без двадцати десять Джаред уже заходил в двери больницы и спешил в ординаторскую. Пришёл раньше, как и приказал главврач. Не успел Падалеки перейти порог помещения для врачей, как услышал громкие женские крики, а в ответ им глухая брань мужчины. Отлично, приключения начинаются уже сейчас.       — Алекс, сука, так сложно было немного прибраться? У нас, между прочим, новенький! — яростно верещал женский голос, пока Джаред подходил к дверям в ординаторскую.       — Может мне ему ещё и букет надо было в вазочку поставить? — раздалось в ответ.       Джаред вошёл в помещение, когда девушка прорычала что-то на подобии «надо было», а парень уже набрал в легкие воздуха для нового потока брани. Но оба замолкли, когда дверь глухо захлопнулась за новым работником.       — Привет, — коротко поздоровался альфа, рассматривая, видимо, своих коллег.       Рыжая девушка, что вероятнее всего кидала претензиями в бедного «Алекса», на секунду застыла в гневном положении с сжатыми в кулаки руками, а потом словно растаяла, ее взгляд за секунду потеплел.       — Здравствуй, дорогуша, — пропела она, и ее голос чертовски отличался от того гневного тона, которым она отчитывала молодого врача, — Ты же новенький, да? Добро пожаловать.       Джареда слегка удивила резкая перемена настроя рыжей, но особого вида он не подал.       — Я Фелиция, можешь звать меня Фел, — добродушно улыбнулась девушка, омега, как понял Джаред по запаху, и протянула тонкую руку для рукопожатия. Падалеки не смог ей отказать в таком мирном жесте, — А этот мудила — Александр. Зови этого лузера Алексом.       Так называемый мудак и лузер лишь устало выдохнул и потёр переносицу двумя пальцами, сидя в уютном кресле в углу ординаторской. Джаред улыбнулся, сразу в голове подмечая забавную парочку рыжей омеги и уставшего беты, как потенциально веселых коллег из разряда "Мы не дадим тебе скучать, потому что будем сраться каждые пять минут".       — Я Джаред. Джаред Падалеки.       Джаред убрал руку из цепкого захвата Фелиции и ещё раз оглядел ординаторскую. Честно говоря, он не думал, что не почует здесь хотя бы ноток запаха альфы. Падалеки понимал, что больница маленькая, многие отделения попросту соединяют в себе два, а то и три самостоятельных. Его отдел сочетал в себе одновременно отделение реанимации и пункт неотложной помощи. Да и работников в такой маленькой больнице не должно быть много, но чтобы не было альф? Да такого быть не может.       — Это все? В смысле, это весь состав нашей смены? — решил задать назревший вопрос Джаред.       — Нет, ещё Миша, — мгновенно отозвалась Фелиция, присаживаясь на узкий диван недалеко от кресла Алекса, — И да, ты единственный альфа в нашем потоке.       Как Фелиция смогла узнать суть его главного вопроса, Джаред решил не уточнять. Мало ли, какие суперспособности у этой омеги.       — Странно, — отозвался Джей.       — Ничего странного, — наконец-то заговорил Алекс, до этого тихо сидевший на своём месте. Голос его был раздражённым, — Все альфы со временем перебираются ближе к центру, в столицу. Потому что в больницах на окраине городов делать нехер, а самоуверенные альфачи всегда готовы попытать счастье в каком-нибудь Нью-Йорке.       Значит, альфы тут все таки были. Алекс достаточно нелестно о них отзывался, Джаред аж поежился. Ведь у него был именно такой план, какой описал бета.       — Не обращай на него внимание, он всегда такой, — очень миролюбиво проворковала Фелиция. Ее ловкие ручки уже обвили локоть Джареда и прижали поближе к себе, прямо к груди. Падалеки сразу учуял сладкий запах омеги, невольно сводя брови. Он никогда особо не любил клубнику, а тут этот аромат застелил его чуть ли не полностью, — Задай мне пока вопросы, пока у нас ещё есть немного времени перед сменой.       Джаред тактично не обратил внимание на чрезмерную навязчивость новой знакомой, но жалобный взгляд на Алекса все же кинул. Тот тихо хмыкнул и пожал плечами, мол ничем помочь не могу.       — Расскажите мне, как вы тут вообще работаете. Кто, как, с кем, к кому лучше не лезть и всякое такое, — Падалеки специально обратился к обоим коллегам сразу, чтобы хоть как-то привлечь Александра в разговор.       — О, это ты по адресу. Фел у нас главная сплетница всей больницы, — бросил Алекс. С отсутствующим видом он встал с кресла, прошел к уголку, в котором находилось что-то на подобии кухни, и принялся делать себе кофе.       Алекс дал Джареду понять, что больше разговаривать он не хочет и на ментальном уровне послал его нахуй. Может у него закончился запас слов на утро, или ещё что, Падалеки так и не смог разобраться в этом бете. Ну и ладно, больно нужен был.       — Ну смотри, — Фелиция уже отцепилась от руки альфы и начала активно жестикулировать, — Наш коллектив, как семья, ты быстро вольёшься. Нас не так уж и много, так что много имён запоминать не придётся. Меня знаешь, этого ботаника тоже, остался Миша. Милый бета, с ним ты сдружишься, думаю. Он хороший парень, правда опаздывает всегда и получает за это пиздюлей от заведующего нашим отделением. Кстати, о нем.       Рыжая подозрительно замолчала, театрально вздыхая. С кухонного уголка послышалось уставшее фырканье и Джаред понял, что заведующий либо невыносимая язва, либо тиран, карающий нарушителей внутреннего распорядка самыми жестокими пытками.       Как оказалось, все сразу.       — Дженсен Эклз тот ещё мудак, — весьма красноречиво начала описание их главного Фелиция, — Честно тебе говорю. Он не терпит ошибок, делает все идеально и от нас требует того же. Это нереально, понимаешь? Он часто берет сверхурочные, пашет как лошадь, короче я думаю, что он одинокий волк и трахается только с работой. А мы как будто его рабы и гоняет он нас так, как ему захочется, — она перевела дыхание, — Но черт бы его побрал, делает он свою работу, как бог. Он лучший врач не только в отделении, но и во всей больнице. Я бы выдвинула его на роль лучших во всем городе, — тут Фелиция смущенно улыбнулась.       Джаред поднял брови в удивлении. Если Эклз действительно так хорош, как о нем говорят, да ещё и умеет так ставить людей, чтобы те неуверенно отводили взгляд при упоминании его имени, он должен был работать в месте куда лучше, чем эта лачуга. Серьезно, больница была не самой лучшей, он практику и то проходил в заведении солиднее, чем это. Но, признаться честно, статистика говорила об обратном.       После глубокого вздоха в голову Джареда пришёл ещё один вопрос. Ведь судя по описанию Эклза, по его характеру и поведению, он должен был быть альфой. Но в ординаторской, куда по идее часто должен был захаживать заведующий отделением, на запах другого альфы и намека не было. Падалеки, конечно, повидал достаточно суровых бет в своей жизни, взять того же Шеппарда, который за несколько секунд запугал альфу Джареда так, как никто не сумел за последние лет пять в медицинском университете, но верилось в это с трудом. Может этот загадочный врач притворяется бетой и в бешенных дозах пьёт подавители? Джаред не знал, но ему было пиздецки интересно.       — Так, что еще... О, точно! Шеппард! Этот зверь по злости может сравниться только с Эклзом, но надо отдать ему должное, наш отдел он обожает. Он в местные проблемы не вникает особо, так что главное ему на глаза не попадаться и не бесить. А так он может быть весьма милым мужчиной, — рассказывала Фелиция, полностью углубляясь в свой рассказ. Она забавно махала руками, улыбалась на некоторых словах и прелестно хмурила носик. Джаред даже подумал, что эта омега не такая уж и противная, какой показалась в первые минуты их знакомства. Просто характер такой, да манера поведения странная.       Падалеки кивал на все ее слова и объяснения, по пути снимая верхнюю одежду. Без подсказок он добрел до хлипкого шкафчика, где заметил одиноко висящий медицинский белоснежный халат. Новоиспеченный врач повесил свою куртку на вешалку и тут же напялил на себя униформу. А Фелиция все продолжала и продолжала говорить.       К началу рабочего дня Джаред узнал много интересного. Хотя, интересными простые слухи вряд ли назвать можно было. Если вкратце, то один санитар-бета активно катит яйца к симпатичной медсестричке, но та его постоянно отшивает, ведь сама по уши влюблена во врача из приемного отделения, а нелюдимый парниша с терапевтического отделения уже как года два сохнет по своему заведующему. Сама же Фелиция давным давно положила глаз на одну из работниц хирургического и слабо намекнула Падалеки не лезть к "занятой" альфа-самке. Джаред на это странно посмотрел на Фел, а та ответила что-то в духе "Да черт вас, этих альф, знает".       Теперь все самые свежие сплетни были в распоряжении Джареда, но что делать с этой бесполезной информацией он не знал. Нахрена ему это нужно было? Единственной более менее стоящей информацией оказалась описание приемного отдела, где, собственно, находился центр всей больницы. Там, как понял Падалеки, за стойкой дежурного врача работники обычно могут получить задания, направления и какие-то сообщения от руководителей. В общем, ничего сверхъестественного или необычного, все как везде.       День проходил на удивление спокойно, новых пациентов не поступало, Джаред только и делал, что выполнял простенькие поручения и проверял больных. Ну а чего еще можно было ожидать от первого рабочего дня? Фелиция смеялась и говорила, что все так радужно, пока Эклз не вышел после выходных. Их, кстати, впихнули ему почти насильно, Шеппард много орал и злился, но все таки отправил лучшего работника на заслуженный отдых.       Даже скучный день, проведенный на работе, умел вытрясти все силы. Свою роль сыграла и непривычка к 24 часам без сна, так что, только переступив порог своей скромной квартирки недалеко от больницы, Джаред вырубился, успев только одежду стянуть.

***

      Все выходные Джаред провалялся в кровати, не имея ни малейшего желания поднимать свою задницу и делать хоть что-то.       Поэтому на работу он пришел выспавшимся и полным сил со сверкающей на все отделение улыбкой. Фелиция снова пошутила про то, что через несколько часов он будет плакать, даже Алекс тихо посмеялся, а появившейся удивительно рано Миша с чувством похлопал Джареда по плечу. Падалеки решил, что коллеги запугивают его, но блять, как же он ошибался.       Ворвавшийся в ординаторскую Эклз выглядел идеально, Джаред не успел и рта открыть. Зачесанные назад и залаченные волосы, очки в тонкой оправе, твердые черты лица, нос с горбинкой, чертовски острые скулы и легкая щетина, все было идеальным. А глаза! Одним жестким взглядом Эклз посылал всех нахуй и не терпел возражений. Заведующий успел только зайти в помещение, что сделал очень сексуально, кстати говоря, и Джаред уже еле сдерживал себя, чтобы не дай боже спустить в штаны. Падалеки почувствовал, как его собственный запах возбуждения волной прошелся по ординаторской. Фелиция хихикнула, Миша постарался скрыть улыбку, Алекс тактично проигнорировал, а Джаред продолжал пялиться на доктора, словно маленькая девочка на плакат своего кумира. Дженсен принял взгляд нового подчиненного с максимально холодным видом и тем же нахмуренным лицом.       — Член отсохнет, — бросил Эклз вместо приветствия, обращаясь на прямую к Падалеки.       — Что? — встрепенулся Джаред. Ему пришлось легонько тряхнуть головой, чтобы выбраться из омута нахлынувших мокрых фантазий, в которых принимал участие непосредственно сам начальник. А что он в этих фантазиях вытворял, ух, все извращенцы города обзавидуются.       — Говорю, член отсохнет, если продолжишь пялится, — тоном без капли эмоций выдал мужчина, — Завязывай, воняет отвратительно.       Эклз картинно поморщился, после чего прошел вглубь ординаторской. Его медицинский халат был расстегнут, а под ним, твою ж мать, была ослепительно белая рубашка, застегнутая на все пуговицы. Джаред мог поклясться, что видел одно порно, где главный герой был одет так же идеально: вся одежда выглажена, не виднелось ни одной складки, все было чистое, никаких пятнышек или соринок, словно только с полки магазина. Единственным отличием реальности от порнухи было в том, что дальше этого перфекциониста трахали несколько мужиков, но Падалеки отчаянно гнал такое развитие событий как можно дальше. Дженсен тем временем бросил на низкий столик у дивана несколько папок.       — Разбирайте пациентов и не ебите мне мозги до обеда, — отдал указание Эклз. Он гордой походкой прошел мимо Джареда, словно это не Падалеки только что пускал свои феромоны на всю больницу, и завозился в кухонном уголке.       Доктора стояли молча, на просьбу заведующего лишь кивнули. Никому особо не хотелось разговаривать в присутствии главного, особенно после его весьма недоброжелательного приветствия. На самом деле, Эклз даже нормально не представился Падалеки, не просил его имени. Он не соблел хотя бы малейших норм приличия, а значит, правильный доктор Эклз сегодня был не в духе.       Когда Дженсен скрылся за дверьми в ординаторскую с кружкой в руках, Миша тихо произнес:       — Он себе виски налил.       — Нам пиздец, — угнетенный стон вырвался из губ Фелиции, — У него настолько скверное настроение, что он аж с утра бухает.       Только сейчас Джаред смог отвиснуть. Как только он понял, что может свободно двигаться, то тут же вдохнул в легкие побольше воздуха и, какая жалость, ничего не почувствовал, кроме слабого клубничного аромата Фелиции. От разочарования хотелось зарычать. Не мог этот Эклз быть бетой, просто не мог! Вместо рыка вышел сдавленный хрип.       — Джей, а ты че так завелся-то? — аккуратно поинтересовался Миша, пока Фелиция убивалась, хватаясь за голову.       — Да хуй знает, — невесело ответил Падалеки. Он раздраженно зачесал свои длинные волосы назад, чтобы они не загораживали обзор. Пушистые прядки неожиданно стали раздражать.       Резкими движениями Джаред снял с запястья резинку, которую вечно таскал с собой, и завязал непослушные волосы в высокий пучок сзади. Грозный Эклз взбесил и возбудил одновременно, аж до дрожи в пальцах. Мужчина стоял безэмоциональной глыбой льда даже после такого, казалось бы, сногсшибательного знака внимания от альфы. Такой холод со стороны Дженсена весомо пошатнул самомнение Падалеки. Да, не смог сдержаться, да, понравился, но разве так сложно хотя бы не так агрессивно реагировать? Либо Эклз был альфой и воспринял такое бурное внимание Джареда в штыки, либо он просто зажравшийся бета, брызжущий ядом направо и налево. Или Дженсен был омегой с невыносимым характером неприступной крепости, в чем Джей сильно сомневался. Хотя, чем черт не шутит.       — Он вообще кто по статусу? — не выдержал Джаред и задал интересующий вопрос, — Я запаха вообще не почувствовал.       — Запаха не почувствовал, а возбудился, словно в бордель зашел, — фыркнул Алекс вместо нормального ответа, но Джареду на помощь пришла Фелиция.       — Да мы тут всей больницей гадаем. Даже у Шеппарда пытались узнать, но он послал нас далеко и надолго со словами "врачи не имеют пола", — обиженно высказалась омега, после чего перешла на заговорческий шепот, — Но поговаривают, что он омега. Забавно, да?       Джаред был слишком раздражен, чтобы развивать эту тему с навязчивой Фелицией, поэтому пробурчал в ответ неразборчивое "да", схватил первую попавшуюся папку со стола и вышел из ординаторской. Пора работать, а не заебывать свои мозги бесполезными мыслями об Эклзе.       Нормально работать не получилось. Стоит ли называть причину или все итак слишком очевидно?       Заветный Эклз пропадал где-то до обеда, прям как и обещал. Джаред за несколько часов успел обойти практически всю больницу и только в общий перерыв в столовой смог поймать глазами заведующего. Дженсен все в той же идеальной одежде покупал себе бутылку воды, заставляя сидящего в углу зала Джареда задуматься над тем, чем питается его начальник. Судя по рассказам щебетавшей под рукой Фелиции и вовлеченному в разговор Мише, он ел жаренных младенцев и глазные яблоки на закуску к крови девственниц. А ест ли Эклз вообще? На обед он собрался выпить лишь одну бутылку воды, как понял Падалеки. Надо будет обратить на него внимание на следующем перерыве.       В итоге, упрекающий себя за тупые мысли, Джаред только через долгие десять сумел победить свой обед из риса и запеченной рыбы и отправился со всеми в ординаторскую. И какое чудо, там их ждал сам Эклз. Новый доктор снова завис на заведующем, за что получил полный презрения взгляд. Блять.       — Надеюсь, вы отдохнули, — не спросил, а утвердил Дженсен, снова натягивая на себя маску безразличия. Хотя, возможно это безразличие не было маской вовсе.       Где-то сзади рвано выдохнула Фелиция, явно готовясь к худшему. И через пять минут Джаред понял, почему все так опасались Эклза.       Падалеки и предположить не мог, что работая врачом в отделении реанимации и травматологии, можно вымотаться так, словно целую неделю таскал мешки без перерыва. Мешки с дерьмом. Откуда у Дженсена было столько заданий для подчиненных, никто не знал, но он каждый раз каким-то магическим образом давал замотавшимся докторам все новые и новые поручения. Да в больнице столько пациентов не было, сколько Эклз им разной работы раздал. Трое врачей в отделении вертелись, как белки в колесе, не успевая даже нормально поболтать. Миша все говорил, что Эклз просто не в настроении, обычно все проходит не настолько гадко, но у Джареда даже времени не было поразмышлять над этой темой. Наверное, всю эту херню можно было свалить на недостаток работников в богом забытой больничке, но откуда столько работы-то?!       А самое интересное, что сам Эклз тоже работал. Что именно он делал, было непонятно, ведь доктора с отделения реанимации сами пахали чуть ли не за всю больницу, но заведующий точно был занят работой, только Джаред не мог понять какой. Дженсен успевал раздавать поручения, работать сам и доебываться до любой маленькой запинки. Он орал так, что уши в трубочку заворачивались и разворачиваться не хотели. Да, может какие-то недочеты и были, но они не заслужили такого гнева. Простые легко исправимые ошибки врачей карались дикой трепкой, как эмоциональной, так и физической. Эклз их конечно не бил, хотя был в шаге от рукоприкладства, но взамен на недочеты загружал дополнительной работой.       Джаред старался не лажать. У него даже это получалось какое-то время, пока семь часов вчера не наступило и не дало по лицу со всей дури.       — Какого хуя, Падалеки?! — Дженсен поймал доктора на его оплошности, не успело пройти и тридцати минут, — Как ты мог забыть про документы? Или ты думаешь, что бумажная работа не для Его Величества?       Джареда он словил в полупустом коридоре и ругаться на полную мощность не стеснялся. Немногочисленные медсестры, только заслышав грозный голос Эклза, поспешили свалить подальше из больничного крыла.       — Нет ничего странного в том, что я забыл про дурацкий листок бумаги при том, что ваших поручений у меня и так выше крыши, — Джаред старался не злиться, не рычать на начальника, но голос менялся сам. Дженсен все еще выглядел идеально, разве что только его очки теперь висели на вороте белоснежной рубашки.       — Ничего еще ты не забыл? — рычание Эклза не уступало Джареду, — Если ты не можешь запомнить свои обязанности, может тебе еще несколько лет в интернах походить?       Смысл слов заведующего был далек от приятного, но то, как он говорил, выводило Джареда. Он же даже говорит сексуально, как при таком раскладе обращать внимание на его второй пол? Омега, бета, альфа, плевать. Падалеки сносило голову вместе с адекватными ответами начальнику, он еле держался, чтобы не бросится на Эклза прямо в коридоре и не начать срывать с него его бесящую идеальную рубашку. Что за херня с ним творилась, Джаред не знал, да и знать не хотел. Он просто не мог отвести взгляда от Дженсена и это его невероятно бесило.       — Я квалифицированный работник. Если так судить, то мелкие поручения, вроде "отнеси-подай" не в моей компетенции. Я за два дня здесь от силы пару раз нормально обследовал пациента, — Джаред наконец взял оставшуюся часть сознания в руки и решил выяснить отношения с Эклзом.       — Не в твоей компетенции? Милый мой, ты знал, куда идешь, — голос его был наполнен ядом, — Больница не блещет количеством работников. И кто, по твоему никому не всравшемуся мнению, будет выполнять такую работу?       Падалеки кипел изнутри. Какая же Эклз язва, честное слово. Он, похоже, не умеет нормально разговаривать.       Он постарался успокоится, вздохнул поглубже. В воздухе все еще не было ни намека на статус Эклза, однако сейчас не стоило заморачиваться на этот счет. Нужно было разобраться в сложившейся ситуации. Откровенно говоря, Джаред хотел откровенно доебаться до Дженсена так, как тот делает с подчиненными.       — Я прекрасно все понимаю. Но не профессиональней ли было бы распределить мелкие поручения между всеми работниками отделения? Мои коллеги помогают пациентам, а я, извините уж за грубость, ебашу как проклятый по всей больнице.       Глаза Эклза вспыхнули от злости настолько сильно, что Джаред, стоящий в паре метрах от него, смог разглядеть эту ярость. Было видно, как Дженсен старается держать шаткое равновесие под контролем и не взорваться прямо в коридоре. Ноги Падалеки зажили своей жизнью и неуверенно сделали пару шагов назад.       — Я не доверю живого человека какому-то новичку, — довольно сдержанно ответил Эклз. Джаред не ожидал такого проявления самоконтроля.       — Позвольте узнать, почему? Вы, наверное, видели мою анкету, тогда откуда такое недоверие? Я отличный врач, — стоял на своем Джаред. Держал такое упорство перед начальником, что Фелиция на его месте упала бы в обморок.       — Да плевать мне на бумажки, — огрызнулся Дженсен, — Я тебе не доверяю, значит и пациента не доверю.       — А другим доверяете? — прищурился Джаред, внимательно всматриваясь в Эклза.       — Да. Я знаю этих ребят слишком давно и хорошо. Так что, как бы отвратительно я себя не вел рядом с ними, я без сомнений доверю в их руки жизнь человека и буду знать, что они не подведут, — Дженсен осекся, внезапно осознав, что перешел черту откровенности с Падалеки. Взамен на свою заминку он метнул в него злобным взглядом, — Мы не обычные врачи, Падалеки. Мы пункт неотложной помощи и если к нам поступит человек при смерти, то тебя я и близко не подпущу. Не заслужил.       Джаред еле заметно приподнял уголок губ. Эклз совершил стратегическую ошибку, на секунду открывшись перед ним. И это много о чем говорило. Все таки Дженсен не бесчувственная мразь, какой пытался казаться. Со злости он выложил каплю своих настоящих эмоций, чем доказал Падалеки свою человечность. Собственное раздражение Джареда превратилось в тихую радость.       — Я вас понял. Ваше доверие нужно заслужить, — спокойно произнес Джей, а в душе радовался как девица.       Эклз уже развернулся, чтобы уйти по своим делам, как в спину прилетело провокационное:       — А могу ли я вам доверять?       Ответа не последовало. Лишь глухое рычание где-то в конце коридора.       Направляясь к медсестре по поручению начальства, Джаред понял, что хочет добиться Эклза не только ради одной сногсшибательной ночи, но и чтобы наконец-таки открыть этого человека для себя и как следует разобраться во всех его заморочках.