Плохая компания

       — Не устал, Накахара-кун?        — Требую реванша, сестрица!       Кое хитро улыбнулась и как ни в чем не бывало посмотрела на своего чудовищного демона, готового нанести противнику смертельный удар.        — Славный мальчик, правда? Не будем его мучить.       Золотой демон послушно спрятал оружие в ножны — с некоторой неохотой, как показалось Чуе. А ведь бой был бы куда интереснее, если бы сестрица Кое-дала своей способности полную свободу!        — Я требую реванша, — повторил Чуя, тяжело дыша.       Кое покачала головой и Золотой демон медленно растворился в воздухе. Будто его и не было. Теперь было даже представить сложно, что такая громадина могла хотя бы просто влезть в тренировочный зал, не задев потолка. А ведь только что тут происходило настоящее сражение.       Ладно, не совсем настоящее. Но будем честны: такие игры Чуе были по вкусу.        — Хорошего понемногу, Чуя. Я не собираюсь тебя баловать.       Кое подошла к ученику. Изящные женские пальцы осторожно коснулись подбородка Чуи. «Холодная», — поморщился он. Кое внимательно разглядывала его лицо, словно ей доставляло удовольствие любоваться тем, как кровоточат его ссадины, как в глазах плещется азарт. Она явно видела в нем некое произведение искусства и, разумеется, считала себя его талантливым творцом. Тут и говорить нечего: сестрица чрезвычайно гордилась собой.        — И почему мужчины так любят воевать? Сжалься, Накахара-кун! Еще один поединок совершенно утомит меня.       «Врет», — довольно подумал Чуя. Ему тоже нравилось смотреть на то, как Кое охватывает азарт. Она была превосходным бойцом, но при этом умудрялась держаться как истинная аристократка, для которой сражения и бойни — всего лишь увлечение, призванное бороться со скукой.        — Если будешь и дальше делать такие же успехи, то как-нибудь мы поиграем еще. Мы договорились?        — Я буду ждать нашей следующей встречи, — поклонился Чуя.       Дерзкий и свободолюбивый Накахара Чуя редко давал кому бы то ни было возможность командовать им. Каких-нибудь пару месяцев назад мысль о том, что отдавать приказы ему будет девушка, не намного старше его самого, а он сам будет беспрекословно им подчиняться, вызвала бы у него лишь презрительную усмешку. Но теперь в его жизни поменялось многое. Пожалуй, даже слишком многое.       Портовая мафия не имела никаких шансов на то, чтобы стать новой семьей для Чуи. Даже став частью такого чудовищного механизма, он по-прежнему оставался одиночкой, хоть и не рисковал в открытую показывать это. Его тянуло к Кое. В конце концов… наставника у него никогда не было. Перспектива получения секретов выживания на новом месте казалась невероятно привлекательной. Кое была властной и порой совершенно безжалостной, но не чаяла души в «младшем брате». Правда, иногда ее плотоядный взгляд пугал. Чуя не раз думал о том, что, возможно, подпишет сам себе смертный приговор, если однажды превзойдет наставницу. Первое, чему научила его сестрица, — не доверять никому. По правде говоря, Чуя прекрасно понимал, что сама Кое не была исключением из этого правила.       Сразиться в смертельной схватке с повелительницей Золотого демона. Красиво. Отчаянно. Что ж, в таком случае он хотя бы получит наслаждение от последнего боя в своей жизни.       После их «маленького свидания» (по выражению Кое) она отправила ученика «залечивать раны». «Царапины заживут сами», — усмехнулся Чуя. «Приведи себя в порядок», — строго ответила Кое.       «Ты должен выглядеть безупречно, Чуя-кун. Ага. Как же. Кто-то, кажется, заигрался в старшую сестру».       Он шел по коридору, погруженный в свои мысли. Потом вдруг поднял голову, вздрогнул, повернулся, и быстро зашагал в обратном направлении.        — Чуя-кун! Как прошло твое первое свидание?       «Дьявол. Не обращай на него внимания, просто не обращай».       Он шел, не поднимая головы, все сильнее ускоряя шаг. Преследователь не отставал.        — Как это невежливо с твоей стороны! Даже не поздороваешься?        — Исчезни, — прошипел Чуя. Он по-прежнему не поднимал взгляд, чтобы не видеть хитрую рожу Дазая, который уже шагал рядом и, вероятно, обдумывал свой следующий ход.        — Мы же теперь друзья, — ядовито произнес он, нарочно сделав ударение на последнем слове. — Не поделишься впечатлениями с другом, Чуя?       «Чертов ублюдок. И откуда только он узнал?»        — Не забывай, что я гениален, — ответил на его мысли Дазай.        — Иди ты к черту, гений.       В одном Чуя и Кое были похожи как две капли воды, а именно в своей ненависти к этой сволочи. Чуя с большой, нет, с огромной радостью переломал бы Дазаю все кости. Да вот только золотого мальчика Портовой мафии нельзя было и пальцем тронуть.       Нет, мафия — не семья и никогда ей не будет. Если на Кое в качестве сестрицы он и был согласен, то такого братика, как Дазай, он закопал бы в землю живьем. Жестокий, хитрый и, что самое обидное, действительно гениальный, Дазай обладал всеми возможными и невозможными привилегиями. Почувствовав в Чуе неожиданного соперника, он решил отложить свои попытки покончить с собой. У его жизни вдруг появилась цель. А именно — превратить жизнь Чуи по меньшей мере в ад. Дазай был способен и на большее.        — Признаться, я когда-то, как и ты, был влюблен в нашу драгоценную сестру. Но будь осторожен — она точно разобьет тебе сердце. Не делай поспешных выводов. Женщины коварны. Женщины ужасны. Это мир ужасен.       «Пока в нем существуешь ты».       Чуя вздохнул и, стараясь казаться хладнокровным, спокойно произнес:        — Признаться, я когда-то мечтал свернуть тебе шею. И знаешь, что? Ничего не изменилось.       Дазай просиял.        — Я сочту это за честь! Но, к сожалению, босс не оценит твоих дружеских порывов спасти мою бедную душу.       Чуя остановился. Врезать бы Дазаю по лицу… Но он все еще держал руки в карманах.        — Босс вряд ли оценит, что ты шатаешься тут без дела.       Коварный Дазай усмехнулся. Единственный глаз горел недобрым огнем.        — Залечивай раны, мальчик, — произнес он, точь-в-точь копируя интонацию Кое. Чуя вспыхнул. Нет, нет, нет. Нельзя дать гневу вырваться наружу! Только не снова!        — Залечивай раны, — насмешливо повторил Дазай. — А как закончишь, жду тебя у себя. Это приказ.       — Ты еще не дорос до того, чтобы приказывать! — выпалил Чуя и тут же прикусил язык. Черт. Зачем…        — Ах, не дорос… — казалось, Дазай вот-вот замурлычет, как довольный кот… как мерзкий одноглазый вшивый котяра. — Не переживай, Чуя. Вырасту еще. Жаль, что тебе это не грозит.       И, довольный собой, доведя противника до точки кипения, он гордо зашагал прочь, путаясь в длинном плаще.