Тёмные горизонты

Стук в дверь был как гром среди ясного неба. Сьюзен тут же спустилась вниз, задергивая халат. Спросонья, пальцы толком не слушались и завязать узел получилось не сразу. Мешал шум дождя и распущенные длинные волосы - Сьюзен не любила заплетать их в косу, в отличие от Альберты, которая с растерянным видом смотрела на дверь. - Мы никого не ждём? - спросила она. - Что вы, тётя, - взгляд Сьюзен упал на рукоять зонта в тумбе. - В такое-то время? И, схватив зонт, она открыла дверь с самым недружелюбным видом, на который была способна. - И кого это черти принесли? - Не знаю насчёт чертей, но лично меня привёз поезд. Тот же, что и вас, - дым сигарет, острые скулы и кепка козырьком. - Вы позволите пройти, Сьюзен? "Сьюзен. Зовите меня Сьюзен. Так будет  проще". В груди медленно закипала ярость. Чёртов Шелби, и здесь её достал. - Мисс Пэвенси, не Сьюзен, - ледяным тоном произнесла она. - О, даже так, - ледяной тон на него не подействовал. Лишь сверкнули холодные глаза в тени козырька. - Так мне можно пройти, мисс Пэвенси? Никогда его не понять. Ничем не удивить, никак не исправить... Шум дождя и запах сигарет гипнотизировал и уносил в пустоту. - Сьюзен, кто это там? - опеспокоенный голос тётушки вернул девушку в действительность. - Томас Шелби, - Сьюзен отошла в сторону, давая жестом понять гостю, что проход свободен. - Прямиком из самого Смолл Хилла. "Прямиком из ада". - Шелби? - Альберта вернулась  к своему привычном тону, - никогда не слыхала. Она спустилась с лестницы, и остановилась перед Томасом, скрестив руки на груди. - Так что тебе надо от моей племянницы? - Зато я о вас слышал, - Томас потушили окурок пальцами. - И мы с вами повязаны кровью. Ваш брат, Альберта,  женился на моей тёте, ее зовут Полли. И теперь мы с вами одна такая большая и дружная семейка. - Лично я с вами никак не связана, Томас, - миссис Вред тоном в тон ответила ему, не поведя и бровью, и не сдвигаясь с места. - И потому либо вы отвечаете на мой вопрос, либо уходите из моего дома и никогда в него не возвращаетесь. Моя племянница покинула Смолл Хилл, и лишь в её праве решать когда туда вернуться. И уж тем более, не вам, мистер Шелби, это решать. Голос тётушки прозвучал грозно. Сьюзен замерла, ожидая реакции Томаса. Слова Альберты пришлись ей по душе, она защищала её, нутром почувствовав опасность с его приходом, даже не зная, кто такие Шелби. Сьюзен про них не рассказывала. - Можно присесть? - Томас словно не обратил внимания на её слова. Повисло тягучее, напряженное молчание. - Вон! - отчётливо и грозно произнесла Альберта. Томас не сдвинулся с места, смотря ей прямо в глаза. - Вон! - громче произнесла она ещё раз. Понимая, что они сейчас столкнуться, Сьюзен ничего не оставалось, как встать  между ними. - Тётя! Спасибо, я сама разберусь, - она мягко ей улыбнулась и пожала руки, - пожалуйста. - Ты уверена в этом? - Да, - для пущей убедительности, она кивнула головой. Метнув в последний раз грозный взгляд на Томаса, тётя отступила. - Я рядом, - сказала она и скрылась на кухне. - Чего вам надо? - Сьюзен повернулась к Шелби. - Прошло два года, мы вроде с вашей тётей в тот раз выяснили, что я не хочу иметь никакого отношения к вашей семье! - Увы, независимо от твоего желания, реальность такова, что отношение имеешь. Злость снова стала закипать внутри. - И как это понимать? - Сьюзее сменила тон и скрестила руки. - Так, что нужно быть разборчивей в знакомствах, - нахально улыбнулся краем губ Томас, - не зря тебе тогда бабушка говорила, что с нашей семьёй дела иметь опасно, пусть даже и самые безобидные. Последствия всегда одинаковы. И сейчас они наступили. Сьюзен глубоко вздохнула. Эдит всегда была права, и она, да, она предупреждала  внучку о Шелби. Но та была так впечатлена новыми знакомыми, что не обратила внимания на слова бабушки. И зря, расплата быстро её нашла в стакане виски, подмешанный Грейс. Но Томас... Он всегда говорил с ней так, словно с маленькой девочкой, глупой и ничего не понимающий, словно все всегда знал лучше всех. Это бесило в нем Сьюзен - его снисходительность и беспристрастность, холод и закрытые чувства. И она отразила свои мысли в глазах, прямо взглянув на Томаса. - Не знаю, во что вы там вмешалась на этот раз. Но я в Смолл Хилле больше не появлюсь - все дела я веду через Патрика. - Мы решили расширяться, - он не отвёл взгляда, - и ведём  борьбу за Лондон. Влиятельные люди хотят моей смерти и способ надавить на меня. Ты входила в нашу семью, мисс Пэвенси, яд в стакане это подтверждает. Сабини или кто еще попробует добраться до тебя и ... - Меня это не интересует, - перебила его Сьюзен. - Ваши разборки меня не касаются, больше нет. Полли уже попробовала, не получилось. Грейс решила, что я её заложу, и что я - одна из вас, но это не так. Вы ошибаетесь. - Мои враги так не считают. - Вот именно - это твои враги. Не мои. Их соперничество взглядами. длилось не долго, и Шелби сделал шаг назад первый. - Как хотите, мисс Пэвенси. Я вас предупредил. - Он накинул козырёк и поправил его. А затем его взгляд упал на безымянный палец Сьюзен. - Вам не впервой хоронить своих родных. Я же хочу избежать этого. Думаю, вам стоит пересмотреть свои ошибки. У всего бывают последствия, - он кивнул на след от кольца на её пальце, и вышел за дверь, оставив её одну в полной задумчивости. *** Ярость и боль закипали медленно и неумолимо, она сдерживала их из последних сил, в отчаянии сжимая холодную руку в дорогих перстнях. Прощаясь в последний раз. Стук закрывающийся крышки вывел её из транса, и Сьюзен окинула взглядом окружающих. Их было немного. Пара подруг ещё военных лет, несколько прохожих и она. Даже бывший муж не удостоился прийти и попрощаться. Возможно, она в лучшем мире и уже обнимает сына, отца и мать, брата и сестру. Возможно, что и нет этого всего, смерть всегда остаётся смертью. И смерть Альберты Вред тёмной печатью легла на сердце Сьюзен. Спустя неделю после прихода Шелби, девушка отправилась за покупками в город, а когда вернулась - застала тётушку в кресле с выстрелом в виске и переворошенный дом. Полиция так и объяснила - убийство из-за ограбления, так как пропало много ценных вещей, и закрылось дело. Но Сьюзен знала, кто в этом виноват, и была готова наказать его за это. Похоронив Альберту, Сьюзен быстро продала дом и прочие ненужные вещи. А затем, заложил все средства в банк, она отправилась в Смолл Хилл с одним чемоданом и коротким револьвером в дамской сумочке. Ей будет нужен всего один выстрел, чтобы стереть эту ледяную усмешку с вечно холодного лица. Это из-за его семьи убили последнего дорогого ей человека. Это из-за него у неё пошла жизнь по наклонной. Чёртов Томас Шелби. Она оставила чемодан в доме у Эдит, теперь в ее собственном. Голова была пустой, а движения отложены, мысли потерялись совсем, их заменили боль и ярость. Один выстрел - последний путь. Так пусть она уйдёт по своим правилам. Сьюзен приняла ванну и как следует подготовилась, словно перед свиданием. Ароматные масла и травы, нежное мыло и роскошное белье. Глухое, но кричащее алое платье, чулки и туфли, поверх пальто и кокетливая шляпка. Макияж и красная помада... Сколько мужчин было у её ног? Сколько поэтов писало о её красоте и грации? В Нарнии чуть не разразился война с Тархистаном из-за очень пылкого царевича,  в Англии её осыпали комплиментами и предложениями о замужестве... Так что она имеет теперь? Высохшую душу и разбитое сердце. Пустой дом с большим наследством и заглушающее все одиночество. Стоило только поезду сойти с пути, как она потеряла все. А теперь - потеряла все окончательно. Жизнь - это не сказка. Так почему же счастье в Нарнии существует, а здесь, в этом мире - его нет ни капли, стоит только повзрослеть? Зеркало отразило её боль, и Сьюзен усилием воли привела себя обратно в пустоту. Не сейчас, не время. Она все выскажет Томасу перед тем как отправить его на поклон к Эдит и Альберте... Улицы Смолл Хилла встретили её холодным воздухом и темнотой, озаряемой тусклый фонарями. Кто-то изобрёл электричество и пошло-поехало. Сьюзен не удивиться, если, однажды, кто-то, с его помощью, отправит человека летать в небо... Дом Шелби был рядом, память не подвела, и вот она уже стоит перед их дверью и стучит размеренным ритмом, нервно сжимая в сумочке револьвер. Дверь открыл какой-то светловолосый юноша, чертами лица похожий на покойного Юстаса. Сьюзен подумала, что не успела и Шелби уже переехали. - Томас Шелби здесь? - спросила она, стараясь не выдать дрожь в голосе. - А кто его спрашивает? - юноша сузил глаза. - Он меня знает, я - Сьюзен Пэвенси, - она гордо подняла подбородок. - Томас! - он оглянулся внутрь квартиры и девушка поняла, что тот находится здесь. Сейчас или никогда. Военное искусство, изученное в Нарнии, пригодилось как нельзя кстати. Сьюзен резким и сильным пинком открыла дверь, достала револьвер, тут же отдавая силу в локоть, чтобы ударить по носу того юнца и припечатать его коронным ударом в пах. Путь оказался свободен и она без препятствий вошла в гостиную, где собрались остальные Шелби, держа оружие в одной руке. - Всем сидеть и не двигаться! - голос прозвучал властно, и, на удивление, расслаблено. Режим "Королева" - включено. На лицах собравшихся - шок и непонимание. Артур застыл с коньяком около камина, Полли выпрямилась в кресле, а Джон закрыл собой свою новую жену-цыганку. А Томас... Томас застыл в кресле, чуть приоткрыв рот, из которого выпала незажженная сигарета, а глаза, на целую секунду, рассматривали Сьюзен в полном изумлении и неузнавании. - Сьюзен? - неуверенно нарушил тишину Артур, - что это на тебя нашло? - Альберта умерла, - она сделала вид, что не услышала вопроса, направив дуло прямо в сердце среднего из Шелби. - Её застрелили утром из револьвера, пока я была в городе. Разумеется, пропало несколько вещей и полиция обставила дело об ограблении. Скажи мне, Томас, это нормально, что людей убивают после твоего прихода? - Альберта... - Полли в ужасе прижала руки к лицу. - Я предупреждал тебя, Сьюзен, что будут последствия, - Томас уже пришёл в себя, и снова принял неприступный и всезнающий вид. - Последствия, - девушка смакнула это слово. Взгляд тут же зацепил действия Джона, и, не оборачиваясь, процедила, - не советую, Джон. Я пришла только по душу одного из вас. Если хотите - можете уйти, но только не мешайте нам. - Сьюзен, - тут же начала примирительно Полли, - но та оборвала ее взглядом. - Эсме, - настороженно начал Джон, обращаясь к жене, - уйди, пожалуйста. - Но, - начала та, но муж грубо оборвал её. - Эсме! - Ты тоже уйди, Джон, - глядя только на Сьюзен проговорил Том, - и ты, Артур, и ты, Полли. Все уйдите. Этот разговор касается только нас двоих. - Я останусь здесь, Томас, - Полли выпрямилась в кресле. - Полли, прошу тебя, - настойчиво ответил ей племянник. Обещаю, со мной все будет хорошо. Это рассмешило Сьюзен. - Ты уверен? - спросила она и выстрелила немного выше плеча Шелби. Пуля попала в стекляшку и та с грохотом взорвалась. - Я так не думаю. - Полли, Артур, прошу, - отдать должное, Томас даже не дрогнул. Подняв тяжёлый взгляд на девушку, Артур вышел из гостиной хлопнув по плечу брата. Полли задержалась, но под гнетущей тишиной, вышла. - Я сожалею о твоей тёте, - начал Томас, - я видел её один раз, и был восхищён её характером. Не каждая будет так защищать свою кровь. - А после этого её убили, - едко произнесла Сьюзен. - Скажи мне, Томас, да что ты знаешь о сожалении? Ты прошёл войну, видел тысячи смертей, а как вернулся - начал грязный бизнес, став бандитом. Смерть людей для тебя - пустяк! Ты и на трон букмекерский взобрался только потому что умеешь убивать!  У Эйды умер муж, а ты и не сожалел, ведь Торн был для тебя не тем человеком! А моя бабушка? С её смертью изменилось что-то в твоей душе, Томас? Ничего! Так теперь скажи мне, Томас, что ты знаешь о сожалении? - Скажу что, ты ещё не настолько меня знаешь, чтобы иметь право судить меня и мой образ жизни. Торн был неудачником, а у твоей бабушки - слабое сердце. Я сожалел о них также, как и о других, кого на моем веку забрала смерть. Что касается твоей тётушки, то мне действительно жаль. Я приводил свои в порядок перед одним важным событием, и оно ещё не случилось. И я зашёл к тебе, чтобы предупредить о том, что может произойти. К сожалению, ты числишься в друзьях моего семейства, и подтверждение этому - твоё отравление Грейс. И то, что произошло с Альбертой могло произойти с тобой. Сьюзен смотрела на него, и в груди у неё клокотала ярость. Холодный и бесчувственный, сплошной расчёт. И как он мог запасть ей в сердце? Он - враг, и враг страшный. - Я ненавижу тебя, Томас Шелби. - Прямой взгляд она отводить не собиралась, и позволила всем чувствам отразиться в своих глазах. Увы, слез не было, были только ярость, разочарование и боль. В лице Томаса что-то дрогнуло. Он смотрел на неё, и Сьюзен видела в его глазах растерянность. Казалось, он словно не верил в то, что его могут так ненавидеть. - Ты не спустишь курок, - медленно проговорил он. - Сьюзен, ты не убийца. Это её рассмешило. - Когда-то я ответила твоей тёте, что я уже Королева. А знаешь, как я ею стала? Я убила того, кто хотел убить моего брата. А став Королевой, я убивала ещё и ещё, потому что иначе было не выжить. Ты меня не знаешь, Томас Шелби, не знаешь, через что я прошла, и какой путь я проделала за свою жизнь. И запомни, все Короли - убийцы. И она не дрогнула, когда спустила курок. Пуля попала Томасу прямо в плечо, он не вскрикнул, лишь поморщился и схватился за него. - Ты будешь жить, - она опустила оружие. - И будешь помнить, что ты - причина многих невинных смертей. Ведь смерть - это лишь смерть, а жить и знать, и помнить лица всех жертв - это другое, и оно будет разъедать тебя изнутри. - Сьюзен, - проговорил он, - я... - Мисс Пэвенси, - она оборвала его. - А потом мы поговорим ещё раз. Ты мне должен одну жизнь, Томас, а значит, за тобой долг. Она отвернулась от него и вышла в коридор, где встретилась с хмурым Артуром и тем юношей, что открыл ей дверь. - Идите к Томасу, ему нужна помощь. И вышла, чтобы позволить себе снова дышать. Каменная леди, ледяное сердце, а ведь когда-то она была весной... И когда её жизнь свернула не туда, и все пошло не по плану? Может, стоит отпустить все и уйти? И тогда она встретится с родными, и в душе снова будет мир... Все чувства ушли, позволив ей заплакать. Так она и шла, с опустошенной душой и слезами на глазах. Весь мир треснул уже давно, и кто поможет ей собрать осколки?