Марионетка

      — Ну вот, наконец! Готова! Осталось пять минут! — с этими мыслями я сейчас топталась в большом здании аэропорта, переминаясь с ноги на ногу. Всё же, путешествовать в босоножках на каблуке было не самой лучшей идеей, но это мелочи, по сравнению с тем, что подарила эта потрясающая поездка в Йокогаму. То и дело, посматривая на блескучие часы, я обратила внимание, что прошло уже пятнадцать минут, а моего рейса всё ещё нет. — Как же так? — растерянно произнесла я, оглядываясь в поисках помощи. — Объявлена посадка на рейс по маршруту Йокогама-Лондон, — произнес гнусавый голос тётеньки-контролёра, зазывающей торопливых пассажиров.       Мимо моего носа пронеслась целая толпа элегантно и чопорно разодетых англичан, негромко говоривших между собой. Ну вот, их посадка уже началась. А где ж моя? Ход моих растерянных мыслей прервался сразу, как только перед глазами возникла маленькая фигурка японской стюардессы, проходившей сейчас мимо. — Прошу прощения, постойте! — воскликнула я, рванув к ней на каблуках, которые тут же больно вонзились в притомившиеся ноги. — Приветствуем вас в аэропорту Йокогамы, леди. У вас что-то случилось? — спросила японка, мило улыбаясь. Всё-таки поразительный народец! Такие милые лица и вежливое обращение. Не то, что у нас! В России давно пинка бы дали и летел бы ты перелетным гусем на свой рейс, под аккомпанемент ядрёных матов. — Вы, случайно, не знаете, когда будет посадка на рейс Йокогама-Санкт-Петербург? — спросила я и японка призадумалась, нырнув в откуда-то взявшийся в её руках блокнотик. — О, простите… Я сейчас еще раз уточню, но мне кажется, что она уже завершена, — с озадаченным лицом вдруг заявила японка. Я пошатнулась на шпильках, уцепившись за чемодан. — Что? Завершена?! — ощутила, как тревога змеей оплетает сердце. В этот момент моя собеседница удалилась, словно сбежав от разговора. Я принялась озираться и искать её глазами, но натыкалась пока только на новых и новых туристов, среди которых, вероятно, были немцы и турки. Я попыталась немного успокоиться, разглядывая турков. Нет, всё же это не турки. Наверно тайцы или балийцы, их язык отличается большей мелодичностью. Да и ведут себя скромнее. Мои попытки вернуть себе прежнее умиротворение разбились о голос той самой японки, которая сейчас возникла у меня за спиной. — Эмм… извините, леди… — донесся её голос из-за спины. Я развернулась и наткнулась на её растерянное выражение лица. — Простите, что с моим рейсом? — робко спросила я, сжимая крепче ручку чемодана в руках. — Очень сочувствую, ваш самолет улетел двадцать минут назад, — вздохнула она, после чего я так и села на свой чемоданище, ощутив, как горло перехватило чувство паники. — Ч… Что?.. — прошептала я, чувствуя себя самым беспомощным существом на планете. — Извините, мне очень жаль, но самолет по рейсу Йокогама-Санкт-Петербург улетел двадцать минут назад. Посадка закончилась где-то часа два назад, — вздохнула японка, сама, кажется, растерявшаяся от такого поворота. Но её тут же спасла коллега, позвавшая её куда-то очень срочно. — Твою ж мать!!! — воскликнула я на зал всего аэропорта, с такой силой долбанув ногой чемодан, что каблук босоножки жалобно треснув, надломился. — Чертова практика! Чертов рейс! Чертова Япония и проклятая Йокогама!!! — именно с этими словами я сейчас тащилась по огромному залу аэропорта с чемоданом наперевес. По лицу скользил пот, слёзы уже были готовы реками плеснуть из глаз, а всё тело предательски трясло.       Вот и съездила на практику! Дура! А ведь получилось заработать целое состояние по меркам русского студента. Три недели работала на измор в местной частной школе искусств, ездила на торжественные вечера в ресторанах, и что?! Теперь всё заработанное на обратный билет?! А что я матери скажу… Как раз в этот момент мой недавно включенный мобильник ожил, и я увидела контакт «Фурия», что буквально разрывался от нетерпения. Как бы я не раздумывала, Фурия настойчиво звонила всё время, напоминая о своем существовании.  — Да, мамочка… — заулыбалась я, изо всех сил стараясь убрать дрожь из своего голоса. — Привет, ну как ты? Уже долетела, я надеюсь? — произнес взволнованный женский голос. Я замялась. Ну не говорить же, что опоздала на самолёт?! Или же сказать… — Ну, у нас, кажется, задержится рейс и… — начала я судорожно врать, как мать всполошилась. — В смысле, задерживается? Дейдра! Ты почему сразу не сказала? — голос матери с каждым словом повышался на тон, набирая немалые обороты. — Всё в порядке, его могут перенести, если что, на завтра, — принялась я плыть дальше на своем потоке лжи, ощущая с каждым разом, как табун мурашек за спиной увеличивается в размерах. — Вот что… Ты обязательно всё узнай и напиши мне, — после моего «хорошо», сквозь взволнованные речи, связь оборвалась и я в растерянности посмотрела на телефон. Что же делать? Может, надо было всё-таки правду сказать? Ведь завтра рейса возможно, может и не быть. Может, вообще только через четыре дня или неделю его дождусь. Теряясь в догадках, я решила посмотреть все расписания перелетов в Санкт-Петербург. Изучив информацию, я поняла, что мне пиздец! Рейса до моего города и вовсе не было, а местные работницы сказали, что будет, возможно, в конце следующей недели, и я со стоном плюхнулась на скамейку. На вопрос «Что делать дальше?» в голову пришли сумбурные, но, всё же, вполне сносные мысли. Можно сначала снять недорогую квартирку и попробовать вернуться в школу искусств, где я недавно стажировалась. Может, они меня примут ещё ненадолго? А вот маме можно сказать, что рейс отменили и перенесли на следующую неделю. Врать, конечно, неприятно, но иного выхода у меня просто нет. И вот, руки быстро набирают номер такси, а я двигаюсь в сторону выхода из аэропорта, будь он неладен. Там свежее. Всё-таки начало весны, да и весенний воздух быстро отгоняет стресс.