Часть 1
19 февраля 2020 г., 15:33
Ночные звонки — что рабочие, что, тем более, личные — никогда не предвещали ничего хорошего, и Артем это прекрасно знал. Выпутавшись из объятий жены, он с трудом дотянулся до телефона на тумбочке и нахмурился, увидев фото Жени, высвечивающееся на экране. Голос друга был напряженным и сиплым.
— Ты можешь приехать? — без предисловий спросил он. — Тут твоя сестрица…
Сурганов тихо застонал, потер пальцами глаза и сел на кровати.
— Марта? — уточнил он. Женька никогда не звонил просто так, и услышав тяжелый вздох и весьма ехидное: — А у тебя что, еще одна есть? — понял, что дело дрянь.
— Скоро буду… — но встать сразу не успел — Вероника, проснувшись, обняла его за плечи, прижимаясь к спине.
— Что случилось? — сонно прошептала она.
— Не знаю еще… — вздохнул он. Жена поцеловала его в плечо, потерлась щекой.
— Утром дети будут требовать тебя и твои фирменные оладьи с шоколадом. Успеешь?
— Не знаю, — повторил он.
Артем никогда не любил ночные дороги — даже в городе, в отличии от Марты, той же Жуковой или Жени, для которых это никогда не было проблемой. Сам он, как и Арбенина, испытывал нечто сродни «куриной слепоты». Темнота одних улиц, меняющаяся искрящимися, ярко подсвеченными другими, раздражала и сбивала, заставляя сильнее концентрироваться на дороге. Мокрый после прошедшего накануне ливня асфальт блестел в отсветах уличных фонарей. Сам город привычно не спал, так что он умудрился вляпаться в несколько хороших заторов.
Женя встретил его в коридоре, растрепанный в одних джинсах с футболкой в руках. На щеке проступали розоватые следы ногтей, а на скуле наливался синяк. Брови Артема поползли вверх.
— Только не говори мне, что… — дальше слов просто не нашлось. Женя вздохнул и коротко кивнул, отступая, чтобы пропустить друга. — Что, блядь, случилось?
— Ты когда-нибудь пробовал забрать у своей сестрицы ключи от машины? Если она очень хочет поехать ночью дрифтовать и при этом бухая в говно?! Я вообще не понимаю, как она в таком состоянии доехала до меня и не убилась к херам!
— Что?! — сказать, что Артем был в шоке после слов друга, не сказать ничего. Марта никогда не садилась пьяной за руль.
Женя наконец натянул на себя футболку и указал рукой в сторону совмещенной с кухней большой комнаты. Марта медитировала над ополовиненной бутылкой водки: взъерошенные волосы и застывшее, ничего не выражающей маской лицо, пустой взгляд в стол. Артем осторожно подсел на соседний табурет и коснулся напряженного плеча.
— Хей…
Реакции не последовало.
— Жень, можешь сделать кофе? — обратился он к зависшему напротив них по другую сторону стойки другу.
— Мою «бурду», как она это называет, Марта пить не будет, — предупредил парень, направляясь к кофемашине, и начал изучать менюшку, чтобы установить самую высокую крепость.
— Я буду… — заверил его Артем и снова попробовал. — Хей, посмотри на меня… — Марта явно нехотя повернулась к брату. — Что случилось? — он коснулся ладонью ее щеки. Девушка несколько раз моргнула, пытаясь сфокусироваться на его лице.
— Меня Лена бросила… — после продолжительного молчания наконец прозвучал короткий ответ.
Артем вздрогнул, понимая, что домой к завтраку он уже точно не вернется, и, видимо, вместо кофе надо просить у Женьки еще один стакан. Остаток ночи обещал быть тяжелым. Повезло, что была суббота
***
Марта задумчиво вглядывалась в окно на подернутые легкой дымкой высотки. Квартира у Жени располагалась в новом районе на двадцать первом этаже. С похмелья в голове была спасительная пустота, во всем теле ощущалась слабость, но к счастью мутило не сильно. Спать после сильных попоек у нее никогда не получалось, и пока брат с Женей еще дрыхли, она прикончила уже третью чашку кофе. Телефон оповестил очередным входящим сообщением. Быстро глянув его, Арбенина младшая выдохнула с явным облегчением. Все… Осталось только купить билеты… Пять минут — и готово. Все к черту, ей надо было уехать, как можно быстрее и как можно дальше. Не думать, не пытаться понять, просто отгородиться от всего происходящего тысячей километров. Да, позорно сбежать… Похер! Первым в комнату выполз бледный Артем, пошатываясь добрел до стойки и рухнул на табурет. — Кажется, так плохо мне было только после того раза, когда мы закусывали бельем… — простонал он, опуская голову на руки. Марта чуть слышно усмехнулась. — У тебя чуть анафилактический шок не случился, тогда тебе явно было хуже… — Твоя правда… — согласился он и несколько минут просто сидел, не двигаясь, потом все-таки поднялся и с трудом переместил себя к кофемашине. Звук перемалываемых зерен полоснул по мозгам, и парень скривился. Через силу, заставил себя найти телефон, чтобы написать жене. Потом подошел к сестре и застыл рядом. Дымка потихоньку рассеивалась, оставляя после себя лишь голубое небо. Артем сделал несколько глотков горячего кофе. Марта чувствовала, что он собирается с мыслями, готовится к тому, чтобы снова спросить… А говорить о Лене не хотелось совершенно. Да и, что было говорить? Поэтому девушка решила пойти на опережение. — Я взяла билеты в Индонезию, — неожиданно оповестила она. — До Сингапура сначала с пересадкой в Париже, потом оттуда на Сулавеси. У меня там знакомый один живет, хакер… Сказал, могу приезжать и жить у него сколько хочу… Думаю, на пару недель зависнуть, а там как масть пойдет… Брат нахмурился, уклоняющийся маневр он просек сразу. Было понятно: говорить о случившемся Марта не хочет и скорее всего — не будет. Пока. Он развернулся, присел на подоконник и внимательно посмотрел на сестру. — И на какое билеты? — На завтра… Вылет днем… — Понятно, заказывай еще один тогда, что уж. Позвоню зав. отделением, попробую взять без содержания… Выпрут меня походу скоро с такими регулярными загулами… Стану альфонсом. — Не прибедняйся… В твоем распоряжении наш совместный счет, на который до сих пор капают деньги от наших матерей, и которым мы в юности почти не пользовались. Ты баланс по нему давно смотрел? — Ага! — расплылся в ехидной улыбке Артем. — Потому что у кого-то всегда были деньги, полученные от темных делишек! — поиграл он бровями. — Эй! — возмутилась Марта и пихнула его в плечо. — Я не помню, чтобы раньше тебя это особо волновало! Сборы были короткими, так как Марта предпочла остаться у Жени. Ее багаж включал в себя вещи, в которых она приехала, телефон и неизменный ноутбук, плюс пара выклянченных у него футболок. Смену белья, зубную щетку и шорты, купила уже по дороге в аэропорт, решив, если что понадобиться еще, то приобретет на месте. Миссия по забору загранпаспорта была поручена Артему. Неожиданное заявление мужа, что он с сестрой улетает в Индонезию минимум на две недели Вероника, на удивление, восприняла спокойно. Она лишь потерла переносицу пальцами, вздохнула и попросила не наделать глупостей. — Я тебя знаю, — тонкие изящные пальцы взъерошили ему волосы, — сам ты вряд ли во что-нибудь вляпаешься, а вот с Мартой… Вдвоем вы можете. Я порой не знаю, мне радоваться, что ты так любишь свою сестру и горой за нее стоишь или злиться, что на пару с ней ты подписываешься на всякую херню. Сурганов потупился — она была недалека от истины, коротко, но страстно поцеловал жену в губы и подхватил рюкзак. — Ник, — неожиданно замер в дверях он, быстро вернулся к женщине и крепко ее обнял, поцеловал волосы, пахнущие полынью и летом, закрыл глаза, жадно вдыхая уже ставший таким родным аромат. — Я очень тебя люблю, очень-очень… — Я знаю… И я тебя. Давай, проваливай, а то тебе еще к Жуковой за паспортом заезжать, — улыбнулась она. — Детей за меня поцелуешь? — Обязательно, — пообещала женщина…***
Любимых мам о том, что они улетают, двойняшки поставили в известность за пару часов до самолета. Марта настаивала на сообщении без особых объяснений, но Артем прикинул, что в таком случае они рискуют быть снятыми с самолета, а скандал в Пулково с участием солистки «Ночных Снайперов» плохо скажется на имидже группы и позвонил Свете. После достаточно продолжительного разговора, он наконец отключился и откинулся на спинку кресла в зале ожидания. — Мама скажет маман, что мы улетели, но можно ей еще скинуть сообщение… попозже… думаю перед самым взлетом. Марта многозначительно хмыкнула и залпом осушила миниатюрную бутылочку водки из магазина. — Мама не в курсе, что вы с Леной… ну… — он неопределенно развел руками. Сестра отрицательно покачала головой и зажевала алкоголь острыми чипсами. — Если только ей Лена не сказала… — добавила погодя. — Что ты наплел маме? Сурганов достал бутылку воды из рюкзака, с ходу ее ополовинил. — Сказал, что у тебя там дружок есть по хакерской братии, и он написал алгоритм, что-то наподобие программы распознавания лиц, только помимо обычного распознавания лиц его программа определяет по фенотипическим признакам склонность к насилию… И он попросил тебя приехать, оценить и возможно как-то совместно доработать. А так как одну тебя отпускать может быть чревато, то я увязался следом… — Вау… — после заявления брата, Марта осталась под впечатлением. — Ты в курсе, что он мог просто прислать мне код этой программы? Хотя нет, не прислал бы даже через даркнет — Руся тот еще параноик, плюс у нас он в Федеральном розыске — мы с ним только там и общаемся, в отдельно созданном им чате с защитой лучше, чем в Кремле. Никаких следов. И кстати, интересная мысль, как выявление гена убийства… Сам придумал? — Не думаю, что мама будет особо заморачиваться этими тонкостями… В кино видел. Как мы с ним связываться будем на месте? Явно не по телефону же… Марта хихикнула, согласно закивала и полезла за очередной бутылочкой. — Не ссы, у нас есть способы… — Бля, такое чувство, что ты ограбила мини-бар, — скривился Артем, мельком заглянув в ее рюкзак. — Иди в жопу, — ласково парировала сестрица.***
Спустя двое с половиной суток они вышли из самолета в аэропорту города Манадо. Дорога заняла бы меньше времени, если бы Марту не прибило прошвырнуться по Сингапуру — в основном конечно сестру интересовали бары. Но выбор, на удивление, пал на пивоварню «Level 33», расположенную на крыше финансового центра Сингапура. С открытой террасы открывался невероятный вид на небоскребы Марина Бей. Они заказали фирменное пиво и огромную тарелку с морепродуктами. После второго бокала Артем рискнул еще раз. — Ты не собираешься сказать мне что все-таки произошло между вами? Сестра хмыкнула и отвернулась в сторону залива — брат действительно был Сургановым, его природная упертость совершенно точно была помножена на двое фамилией. — Какая уже разница? Мне сказали уйти… — сестра задумчиво покрутила кольцо на пальце, почти такое же, как она подарила Жуковой, только без гравировок. — С разводом, думаю, возни много будет… Хотя можно и не заморачиваться — дома наш брак все равно не имеет никакой силы. Артем завис и нахмурился, в этом была определенная проблема Марты, она всегда мыслила слишком рационально и наперед, выбирала самый оптимальный по всем параметрам вариант. Вот и сейчас, видимо, еще и в качестве защиты от эмоциональной встряски, она выбрала наиболее легкий и понятный путь — побег, развод. — Ты уверена, что она имела в виду… — осторожно начал он, мысленно матеря директора «СиО»: давать Марте прямую установку было верхом идиотизма. — Темыч… — предупреждающе зарычала сестра, и он послушно заткнулся, прикладываясь к бокалу. Мартин приятель встретил их в аэропорту: загорелый до черноты, хорошо заросший, в бермудах и поло цвета хаки, и оливковых мокасинах. Руслан, как рассказала Марта, занимался разработкой компьютерных игр, специализировался на хоррор-квестах, уехал уже лет десять как, а точнее — сбежал. Почему — сестра не распространялась. Одно время жил в Тайланде, потом надоело, пару лет тусовался на Бали и в конечном итоге осел в Индонезии. А познакомились они, как это не удивительно, на гонках, где он оказался случайно, и после крайнего выигрышного заезда решил докопаться именно до Марты, необходимо было узнать об ощущениях водителя в процессе — ему заказали непривычный для него формат игры. Артем слушал их болтовню в полуха, рассматривая пролетающий за стеклом авто бурлящий жизнью город. Достав телефон, проверил сообщения. Ника успела написать много и даже скинула несколько фотографий близняшек. В общем семейном чате сообщения были только от мамы. Быстро настрочив ответы, он дотянулся до сестры. — Позвони маман, а то потом не переслушаем… — Давай сам… — буркнула Марта. Артем тяжело вздохнул, объясняться с Дианой не хотелось совершенно, но выбора ему любимая сестрица не оставила. Дождавшись, когда они доберутся до места обитания Руслана, он первый выбрался из машины и сразу двинулся в сторону моря. Мысленно настроившись, Сурганов набрал матери. — И что это за херня? — без предисловий рявкнула Арбенина в трубку. — Хакерская стрелка, — тут же нашелся он. Повисла продолжительная пауза. — А ты в качестве кого там? — Конвоира… — усмехнулся парень, стягивая кроссовки вместе с носками и зарываясь босыми ступнями в горячий песок. — Хотя, наверное, все-таки дуэньи. Если Марта пойдет вразнос, ее и отряд не удержит… — Я не верю в эту чушь. Надолго? — На пару недель… — неопределенно ответил он. — Пойдете по бабам — не спалитесь потом перед Светкой, она вам голову открутит. — посоветовала «заботливая» мать и отключилась. Артем даже не успел возмутиться на такое предположение. Хотя за Марту он поручится не мог, сестра была в таком настроении, что вполне могла пойти в отрыв. Постояв еще какое-то время на берегу, вглядываясь в бесконечную даль, плавно вздымающегосч моря, он повернул обратно. В бунгало его уже ждало легкое подобие перекуса — открытая бутылка пальмового ликера и «Тинутуан» — каша, в которую входили как минимум тыква, рис и маниока с приправами. Сурганов подозрительно принюхался, но потом все-таки решил попробовать. — За встречу! — широко улыбнулся Руслан. Двойняшки тут же поддержали.***
Первые дни их пребывание на Сулавеси были ленивыми. Марта спала до обеда, пока Артем шарахался по местным рынкам, плавал в море. Потом он готовил легкий, незатейливый обед, который приходился сестре завтраком. И ближе к вечеру, когда наконец просыпался и Руслан, они в обязательном порядке отправлялись в один из многочисленных пляжных баров с цветными, сложными коктейлями в изящных бокалах и хитрым украшением. В редкий вечер Марта уходила оттуда, не подцепив очередную отдыхающую. Руслан всегда восхищенно, с примесью легкой зависти присвистывал. А Артем лишь вздыхал и поджимал губы в истинно Сургановской манере. В тот день они по наводке хакера отправились на пляж, принадлежащий одному из отелей поблизости, с огромным бассейном, видом на океан и шикарным баром. Солнце нещадно палило, но на берегу не ощущалась жара. Сурганов быстро урвал себе шезлонг между двух лохматых пальм и развалился на нем, напялив на нос темные очки. Накатывала сонливость и умиротворение: птичьи разговоры вдалеке, прохладные ветер, тихий шорох пальмовых листьев. Он только слышал, как сестра приперла ему кокос с трубочкой. — Чтобы не зажарился совсем, — усмехнулась она и удалилась. Во время пляжного ленивого отдыха ощущения притупляются, и Артем, не был уверен, сколько дремал. Не открывая глаз, он протянул руку нащупывая рядом с лежаком кокос с коктейлем. Все также, с закрытыми глазами, втянул в себя ледяную сладость «Эс Келапа Муда». «Вернемся домой, надо будет попробовать сделать, только где найти молодые кокосы в Питере… Девчонкам бы понравилось. Всем троим». При воспоминании об оставленной в Питере семье, сердце слегка екнуло. Несмотря на ежедневные длительные разговоры, он безумно скучал. Иногда хотелось махнуть на проблемы сестры рукой и сбежать с этого экзотического теплого острова с парным молоком вместо воды и белоснежным, похожим на муку песком в вечно хмурый Питер с его свинцовыми водами Невы и непредсказуемой погодой. Но взялся за гуж — не говори, что не дюж. Совсем рядом раздавался слегка нетрезвый голос Марты. «Опять какую-то туристку очаровывает… — лениво подумал Артем. — И не надоело же еще…» И уже было снова приготовился погрузиться в дрему, как его перебил резкий голос, что-то вопящий на французском, звук пощечины, который заглушил даже монотонный гул отдыхающих. Сурганов подскочил на лежаке, опрокинув на себя коктейль, зашипел, потому что по сравнению с нагретым телом ледяное содержимое кокоса просто обжигало, и завертел головой в поисках сестры. Невольно вздрогнул, найдя ее — для повторной пощечины Марте поднимала руку… Жукова! Блять, как она их нашла? Но хорошенько приглядевшись, парень понял, что это просто интуристка, возмутительно похожая на директора «СиО». Марта перехватила ее руку, что-то ответила по-английски, лучезарно улыбнувшись, невозмутимо сползла с высокого барного табурета и, слегка покачиваясь, побрела в сторону брата. Плюхнувшись рядом с ним, она, задумчиво ухмыляясь, смотрела, как ее неудавшаяся добыча удаляется из бара, таща за собой на буксире субтильного мужичка. Артем закатил глаза: — Систер, тебе что, баб мало? За последние две недели ты перебрала все, что более-менее соответствует твоему вкусу в радиусе двух километров. И ни разу не повторилась. Какого хрена ты полезла к этой? У нее же на роже метровыми буквами написано: «Я гетеро»! Я понимаю, что у тебя обострение фирменного арбенинского блядства, но не до такой же степени! Арбенина младшая, не обращая внимания на раскаленный песок, растянулась рядом с лежаком брата и фыркнула: — Тривиально. Банально. Скучно. Неинтересно. Не успеешь и рот раскрыть, а они уже на тебе висят. А тут охота, братец… — она приподнялась на одном локте. Зеленые глаза впервые за последние две недели загорелись опасным огнем готовой к решительному прыжку пантеры. — Всего пара дней, и она моя. — Тоже мне, Шарик — охотничек нашелся, — съязвил Артем. — Лучше бы вон с Русланом что-нибудь замутили, один как амеба и вторая не лучше. Ноутбуки стоят, пылятся. — А мы уже замутили… Марта плюхнулась обратно на песок, закинув одну руку под голову, другой задумчиво пропуская между пальцев белоснежную пыль. — Я ему пару новых идей подкинула, и он теперь в глубокой задумчивости: как бы бабла огрести, и что бы при этом домой не выслали и не посадили. Заметь, твоя сестра из отчаянного хакера превратилась в скучного высокооплачиваемого программиста. Сурганов недоверчиво хмыкнул. — Ну почти… — хихикнула Марта, подняла лежащий рядом с ней кокос, потрясла его и тут же заныла: — Темыч, я пить хочу… Артем сделал вид, что заснул, но сестра продолжала гнусавить до тех пор, пока он, кряхтя, не сполз с лежака и, бурча под нос, что он нанимался дуэньей, но никак не официантом, уныло поплелся к бару. — И пива возьми! — проорала Марта ему вслед, ухмыльнулась и закрыла глаза, разрабатывая план своих дальнейший действий и не задумываясь о том, что не будь эта француженка так безумно похожа на Лену, она бы ей нахрен не сдалась… Прогулявшись до бара и обратно, Сурганов понял, что его сестра медленно, но верно выползает из коматоза, и теперь ее безудержная энергия попрет через край. В Питере она могла ее выплеснуть на своих любимых гонках, а здесь… Артем даже поежился, представляя, какое здесь поле для деятельности Марты: погасшие вулканы на близлежащих островах, опасные серпантины дорог, поход в джунгли Суматры и миллион других не менее опасных авантюр… С другой стороны, уж лучше это, чем бесконечное потребление спиртного или отдых в Манадской тюрьме. Спустя некоторое время, возвращаясь назад, к этому моменту он бы с удовольствием предпочел кишащие ядовитыми гадами джунгли, нежели те слова, что произнес, вернувшись к лежаку, балансируя в руках пару кокосов коктейля и упаковку пива: — Слушай, Март, ты как-то хотела сходить на пару дней на рифы. На подводную рыбалку. Твой Русланчик предлагал свою яхту и себя в качестве провожатого… Арбенина младшая выпала из задумчивой нирваны и даже подскочила на песке: — Когда? Давай прямо сегодня… Но в тот день у них не получилось. Поскольку Руслан вел исключительно ночной образ жизни, то днем он отсыпался. С трудом растолканный воодушевленной Мартой хакер пробубнил, что «надо проверить акваланги, заправить баллоны и вообще, такие вещи с кондачка не делаются. Только костюмы нужны». На вопрос: «Какое необходимо подводное снаряжение для охоты? — он отмахнулся: «У меня все есть!», — перевернулся на другой бок и снова захрапел.***
Ранним утром следующего дня при виде изящной двадцатиметровой белоснежной моторной красавицы, гордо посверкивающей металлом в лучах яркого солнца, Артем присвистнул, а Марта удивленно открыла рот: — Русик, ты кого хакнул? Абрамовича или Березовского? Руслан любовно погладил металлические поручни палубы. — Я эту красавицу выиграл в «Смертельную битву» у одного мажора на Бали. — Ты же никогда не любил файтинги! — вскинула брови Марта. Руслан многозначительно ухмыльнулся. — Вернемся, надо будет зарубиться с тобой! — Ой, ты хоть помнишь, как играть то?! — съехидничал он. — Я тебя порву, как Тузик грелку! — пообещала сестра, ударив его кулаком в плечо. Сурганов закатил глаза, доставая из рюкзака пиво. День обещал быть отличным. Оглядевшись, он многозначительно хмыкнул: такая яхта стоит состояние и проиграть ее в компьютерную игрушку… Ладно бы в карты, хотя, если вспомнить, как Марте досталась ее «Камаро»… Яхта, вальяжно покачиваясь на ряби, неторопливо разрезала темно-синие воды моря Сулавеси. На вопрос Артема: «Долго еще?» — Руслан, не отцепляясь от штурвала, зевнул, вяло пожал плечами: — А мы куда-то торопимся? Сурганов подзавис, похлопав глазами. Действительно — куда? И отправился на поиски сестры. Марта нашлась на носу, на кожаном диване. Она, уткнувшись подбородком в согнутые колени, смотрела на бескрайний водяной простор, сливающийся в единую голубизну за линией горизонта. — Март… — Артем присел рядом и легко тронул ее за плечо. — Поговори со мной… Сколько еще это может продолжаться? Давай вернемся домой, а? Но та только дернула плечом, стряхивая руку брата. — Вперед… Самолеты летают… Но тот не отставал, надеясь раскрутить сестру на откровенность — в конце концов, не вечно же им тут болтаться. Артем тяжело вздохнул, сел рядом и включил мамсветину настырность: — Я тебя одну здесь не оставлю. Может, все-таки объяснишь причину происходящего, а? До меня не доходит, как Лена могла сказать такое. Она еще недавно вены себе резала от страха потерять тебя. И тут вдруг — уйти! Но Марта по-прежнему безучастно пялилась в океанские волны, категорически отказываясь хоть как-то объяснить. Сурганов слегка покосился на нее и принялся тихо гундеть, вроде как, рассуждая сам с собой: — Налево сбегала? Арбенина младшая даже не дрогнула. — Лена слишком мало уделяет тебе внимания… ее работа… Лия… После упоминания имени дочери, сестра, резко повернув голову, уставилась на него, и Артем понял, что все кроется именно в ней, но не успел сказать и слова, как к ним спустился Руслан. — Прибыли… — доложился он и направился назад к гаражу, выгружать оборудование. С небольшой задержкой подтянулись и брат с сестрой. Но погружение решено было перенести. Артем сходил за собранным заранее перекусом в виде сендвичей с тунцом. После, когда Руслан с Артемом еще вяло потягивали ледяной кофе, Марта уже оперативно нырнула в темно-синий костюм и нависла над парнями. — Ну? — переминаясь с ноги на ногу, поторопила она их и подхватила акваланг. Руслан вздохнул, залпом проглотил кофе и поднялся. Уже полностью готовые, они повернулись к Артему. Тот многозначительно оглядел гору вооружения, предоставленную хакером и, не желая лезть на неизведанную глубину, отрицательно мотнул головой: — Рыба с вас. С меня уха… — выдвинул он рациональное предложение. Оба хакера переглянулись и довольно закивали. — Можешь взять водный мотоцикл и покататься, — предложил Руслан, Артем склонил голову, задумчиво приложил палец к губам. — Я подумаю, — улыбнулся он, постоял еще какое-то время на краю борта, наблюдая, как сестра с напарником, подняв кучу брызг при спуске, медленно уходят на глубину. Надеясь, что огромный опыт хакера в подводной охоте и мало-мальский — сестры, а также ее чувство самосохранения (если еще таковое осталось) не позволят наделать Марте глупостей, и вообще, пребывание под водой не закончится каким-нибудь геморроем, Артем направился к дивану… …Парень испуганно подскочил выдернутый из сладкой дремы, когда, загудев металлом палубы, прямо у его ног, плюхнулась метровая рыбина. Следом нарисовалась все еще возбужденная Марта. Она, бросив гарпунное ружье на диван рядом с братом, выдернула из рта загубник и стянула маску на макушку: — Красавец, правда? — гордо поинтересовалась сестра. Тунец судорожно разинул рот, расщеперил спинной плавник, дернул хвостом и застыл. Последним на палубу взобрался Руслан. Он одобрительно хлопнул девушку по плечу: — Азартная, уважаю… Обойдя вокруг дивана на другую сторону, он стянул с себя акваланг и верх костюма. — Классная у тебя сеструха! — восхитился он. — Завидую… Руслан сгрузил оборудование в кучку у стены рубки и двинулся в салон. Без сиесты он уже не мог, понимаешь ли. Сурганов, все еще хлопая глазами на добычу сестры, пробубнил что-то невнятное вроде: «Ох, нечему тут завидовать, живешь, как на пороховой бочке», — и тут же схлопотал легкий подзатыльник от Марты. — Так, короче, как договаривались, с меня мамонт, с тебя обед, — оскалилась она. Скинув накопившийся за эти дни адреналин, Арбенина младшая мгновенно сдулась, приятная усталость расслабила мышцы. Хотелось просто побыть сонной амебой. Сгрузив снаряжение рядом с Руслановым, она с трудом стянула с себя костюм. Оставшись в одном купальнике и почти засыпая на ходу, Марта согнала брата с дивана и завалилась на него со словами: «Матриархата на вас нет». Затем натянула на лицо широкополую соломенную шляпу, мгновенно вырубаясь. Артем почесал затылок, соображая, что ему теперь делать с — прикинул он вес — двадцатикилограммовой рыбиной. Еще раз почесал затылок, спустился на камбуз, припер самый большой нож (почти тесак), что ему удалось найти, прихватил по дороге легкое покрывало из салона. Уже укрывая сестру, услышал, как она, по-детски почмокав губами, всхлипнула, усмехнулся и процитировал любимого мамой Светой Высоцкого: — Эх, бедолага… Ну спи, Серега… Особо не заморачиваясь, Артем решил приготовить рыбу на гриле. Изрядно помучавшись с разделкой тунца, он отобрал самые аппетитные куски, и скоро по яхте и окрестностям расползся умопомрачительный запах жарящейся рыбы. На него подтянулась сонная Марта, попыталась стянуть с поддона уже готовый кусок, но получила по рукам. — Иди овощи порежь, — Арбенина младшая недовольно надулась, но все-таки ушла. — И Русика буди… Хватит дрыхнуть! — крикнул парень ей во след. Вернулась она спустя минут десять с полным блюдом нарезанных овощей и парой бутылок пива. — Руслан сказал начинать без него и перевернулся на другой бок, — хихикнула Марта. — Это надолго… Обед проходил в неторопливом молчании. Брат с сестрой, любовались красотой давно заброшенного людьми вулканического острова, у берегов которого и была пришвартована яхта. Неторопливый отлив мягко покачивал ее. С одной стороны борта, фактически в нескольких метрах, сквозь бледно-лазурные воды просвечивались коралловые рифы, и можно было с легкостью любоваться игрой стаек мелких рыбешек самых причудливых форм и окрасок среди молочно-белых и бирюзовых каменных кустов. Неторопливо распускали свои ярко окрашенные лепестки-щупальца актинии, сворачивали и разворачивали свои веера ажурные конструкции полихет. С другой — скалы острова резко обрывались в густо-синюю бездну, в глубине которых мелькали обтекаемые хвостатые тени. Более пологий склон острова заканчивался белоснежным, в несколько километров пляжем, плавно переходящим в лазурную отмель. — Хорошо-то как… — первой нарушила молчание Марта, ставя пустую бутылку на палубу. — Я, наверное, здесь, на Сулавеси останусь. Поживу пару лет, там посмотрю… Русик приютит на первое время… Она подняла глаза в небо. В его синеве, тревожно крича, метались стаи местных птиц. Неторопливо шевеля кончиками крыльев проплыла пара альбатросов. Они сделали несколько кругов, но не опустились на воду, а только еще больше набрали высоту и вскоре исчезли с глаз. Артем подавился куском рыбы. — Ты рехнулась? А как же Лена? Лия? Мамы, в конце концов? — Лия… что Лия… — девушка подняла на него прозрачные зеленые глаза, в глубине которых бултыхалась безумная боль. — У нее Ленка есть. И бабушки! А мамы… — она усмехнулась: — Это ты у нас маменькин сынок. — Март… — Сурганов, зная вспыльчивый характер сестры, осторожно положил руку ей на плечо. — Может, скажешь, что все-таки случилось? — Ничего, — кривясь в горькой усмешке, Марта стряхнула руку брата. — Надоела я ей — вот и все. Артем покусал губы, пытаясь сообразить, как убедить страдающую фамильной упертостью сестру не совершать ошибки, возможно даже фатальной. И, добавив сургановской стали в голос, тихо, но твердо произнес: — Сейчас ты здесь не остаешься. Вернемся вместе. Вот обсудишь все с Ленкой, тогда и решишь. Хоть сюда, хоть в Антарктиду… — Я… — Арбенина младшая открыла было рот, но в этот момент по днищу яхты заскребло острыми гранями скал. — Блять, ненормальный отлив какой-то… Пойду Русика разбужу, да с якоря сниматься надо, пока не продырявили его корыто окончательно. — Марта, радуясь, что есть возможность оборвать неприятный для нее разговор, сорвалась с места и исчезла в рубке. — Ну-ну, корыто… Трусиха… — хмыкнул Артем. — Ничего, мы еще поговорим на эту тему… — пообещал он в пустоту. Спустя минуту выскочил взлохмаченный Руслан. Он полубезумным взглядом оглядел постепенно обнажающееся побережье и вгляделся в горизонт, прикрывшись ладонью. — Твою мать! — взвыл он и бросился в рубку. Марта с Артемом нервно переглянулись и ломанулись следом. — Что происходит?! — воскликнула девушка, застывая возле парня, пальцы того летали над приборной панелью. — Цунами! Сейчас все побережье накроет! Чем дальше от берега окажемся, тем больше шансов выжить! Блядь! Якорь не поднимается! Следи за горизонтом и держи штурвал, — приказал Руслан. Она кивнула и переместилась на его место. — Если что, медленно переводи этот рычаг до значка «full». Поняла? Марта еще раз нервно кивнула. — Ты куда? — очнулся Артем, когда Руслан ломанулся назад. — Освобождать якорь! — вылетев из салона и почти не сбавляя скорости, хакер спрыгнул в воду. Время будто застыло. Брат с сестрой напряженно всматривались в постепенно надвигающуюся стену воды. — Господи… — пробормотал Артем. — Где он?! — и не выдержав, выбежал из салона. — Артем!!! — в ужасе взвыла сестра. — Блять! — Руслан вынырнул из воды, отфыркался. — Якорь, сука, застрял в камнях! — Что делать?! — взвыл Артем, цепляясь за поручни, когда яхта начала кренится на один бок. — Что делать? Что делать… Топор! Артем метнулся вниз, в гараж, где стояли два водных мотоцикла, подскочил к стенду с инструментами, сорвал топор и быстро вернулся назад. Передал его хакеру. Тот удобнее перехватил его. — Уходи назад! — Сдурел?! — Иди! — рявкнул Руслан и снова нырнул. Артем завис, он, как завороженный, смотрел на многотонную громаду воды, которая уже фактически нависала. Вдруг в сознание ворвался истошный вопль Марты. — Артем!!! — и он бросился обратно. Неожиданно яхта дернулась. Хакер смог вынырнуть, но не успел ухватиться за поручень, как яхта сдвинулась с места вместе с уходящей водой. И почти в ту же секунду волна накрыла судно, завертев его, как кораблик из старой газеты в весеннем водовороте, сминая металлические борта и никелированные поручни словно бумажные. Артем успел влететь в салон и последнее, что он увидел, прежде чем на них обрушилась волна — это смертельно напуганные глаза сестры, ее белое лицо в обрамлении спутанных влажных волос. И захлебываясь в этом, раздирающем горло солью водовороте, он цеплялся за какие-то углы, ни на секунду, не надеясь на спасение. Резкая боль пронзила висок, и прежде, чем мир исчез, в сознании промелькнули лица самых дорогих ему людей. «Девчонки… мама…»***
Сознание возвращалось медленно. Слишком медленно. Горели легкие, долгое время лишенные кислорода, горло раздирало от горечи соленой воды, но понимание того, что он жив, свалилось на него мгновенно и, закашлявшись, выплевывая остатки воды, Артем открыл глаза. С трудом подняв голову, он понял, что яхты, как таковой, больше не существует. Узел управления был фактически уничтожен, приборная панель не подавала признаков жизни, штурвал вырван с корнем. Потолок давил сверху. Вся мебель, что находилась в рубке, кроме огроменного дивана, превратилась в хлам. Откуда-то из угла, заваленного какими-то обломками, донесся тихий, едва различимый стон. Марта!!! С трудом, почти ползком, на ощупь, отодвигая в стороны наиболее крупные осколки стекол, Артем начал перемещаться на звук ее голоса. Стащив с сестры, видимо, остатки сорванной столешницы, Сурганов нервно сглотнул: если верхняя часть Марты была в относительном порядке — мелкие царапины и порезы не в счет, то нижняя… Правое бедро было рассечено, из него все еще торчал огромный осколок стекла. Нога ниже колена была неестественно подвернута, с местами натянутой кожей — сомнения в нескольких переломах не было. Но самым страшным была то, что вода под телом сестры была алой. «Ты хирург или где?» — мысленно осадил себя Артем. Вспомнив многочисленные дзен практики мамы, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Дождавшись, когда руки перестанут лихорадочно трястись, он поймал плавающее полотенце, разорвал его пополам и аккуратно взялся за осколок. — Раз… Два… Три… — одним резким, быстрым движением он выдернул его из ноги и тут же зажал рану другой рукой. Сестра взвыла, приходя в себя. — Твою мать! — Не дергайся! Держи! Дави! Мало что соображая, она надавила на обрывок полотенца на собственном бедре, зашипела. Сорвав с себя и без того изодранную рубашку, он аккуратно, насколько это было возможно, исполосовал ее на бинты. Заозирался в поисках чего-нибудь, что можно было использовать в качестве шины. — Мы живы… — удивленно прошептала Марта. — Блядь… Мы живы… Руслан? — неожиданно спросила она, оглядываясь по сторонам. Артем стиснул зубы и отрицательно мотнул головой. — Сейчас будет пиздец как больно! — предупредил он. Марта напряженно кивнула, тут же заорала и обмякла, когда он, как можно бережнее выпрямил ногу, фиксируя ее между двумя ножками от стула. Вернулся к бедру, соорудил еще одну повязку. Все… Он сделал все, что мог… Проверив пульс, прикинул, что скорее всего сестра отключилась от болевого шока. Он сел рядом с ней и откинулся на стену, стер с лица, как ему казалось, пот, оказавшийся кровью из рассеченного виска. Задумчиво глядя на ладонь, он слышал тихий гул в голове. Последствия черепно-мозговой травмы? Но нет, это тихо все еще тарахтел двигатель яхты. И легкое покачивание — признак того, что они куда-то двигались. Но вот куда?.. Мысли путались, перед глазами разрасталась чернота, и сознание вновь покинуло его… Когда он очнулся второй раз было темно и тихо. Только легкий плеск волн снаружи. Резко дернувшись, он сощурился, пытаясь увидеть сестру в темноте — рядом. Прислушался и с облегчением выдохнул — дыхание у той было немного поверхностным. Дотянулся, посчитал пульс. — Марта… — прошептал он и легонько потряс за плечо. Девушка застонала. — Марта! — Не дождешься, — буркнула она, но бравады в голосе не наблюдалась. — На яхте должны быть аптечка и аварийный пакет… Сестра согласно замычала. — Где они могут быть? — А я знаю? Здесь… или в каютах… или в гараже… Артем кивнул, осторожно поднялся на ноги. — Тем! Ты ни хрена не найдешь… темно… — попыталась остановить его сестра, в страхе вцепившись в ладонь. — Я выйду осмотрюсь… — но там он тоже не увидел ничего кроме бескрайней спокойной глади воды и захватывающего дух своей красотой звездного неба. «Очнутся крылья за спиной…» — не к месту в памяти всплыла строчка из песни мамы. Артем сжал переносицу, судорожно вдыхая морской прохладный воздух. Неожиданно, будто только осознав, в какой переплет они попали, стало страшно. — Подождем, когда рассветет… — оповестил он Марту, снова садясь рядом, притянул ее к себе, обнимая за плечи. Брат с сестрой молчали, каждый думая о своем. Дыхание Арбениной младшей становилось все спокойнее, и Артем уже подумал, что она задремала, сам постепенно впадая в полусонное состояние, как Марта внезапно выпалила: — Это все из-за меня… Сурганов встрепенулся, резко выпадая из дрёмы и пытаясь свести к шутке слова сестры, невесело хмыкнул: — В смысле? Ты столько нагрешила, что вызвала цунами? Та слабо ткнула его кулаком в плечо: — Дурак… Если бы я не захотела покататься на этой долбаной яхте, мы бы не оказались посреди океана, хрен знает где. И Русик бы не утонул… Жалко… Хороший был хакер и парень неплохой. Несмотря на всю свою интровертность, пригласил к себе пожить фактически малознакомую девку с братом. И из-за меня же и погиб… Артем повернул голову, пытаясь вглядеться в лицо сестры, но в темноте тропической ночи он видел только ее лихорадочно блестевшие глаза. — Март, ты здесь не при чем. Если и виноват, то только я. Это была моя идея… И вообще: нам просто не повезло оказаться не в то время, не в том месте… — парень тяжело вздохнул, погладив Марту по скатанным в колтун волосам, — просто не повезло… Давай, попробуй уснуть. Утро вечера мудреней… Арбенина младшая кивнула, поудобнее устраивая голову у него на плече, и вскоре, вроде, задремала. Артему еще долго не спалось. Он пытался прикинуть, как далеко и в какую сторону могло унести яхту, площадь акватории, которую могут прочесывать поисковики. Даже попытался вспомнить уроки географии с их течениями и муссонами. И выводы были неутешительные: шансы, что яхту обнаружат, один к десяти… …Утренняя ревизия показала — они были на плаву, вода не прибывала. Так же ему удалось найти и аптечку, и аварийный набор, и еще упаковку пол-литровых бутылок воды, несколько банок пива, каким-то чудом уцелевшую бутылку местного рома, непонятные консервы и целый схрон протеиновых батончиков. Выпотрошив аптечку, Сурганов скривился — большая часть медикаментов была просрочена на пару лет минимум, но там были бинты. Можно было нормально перевязать Марту, что он и сделал, щедро полив на бедро ромом для начала. — Маман была бы в ужасе от такого… — сквозь зубы процедила сестра, судорожно сжимая кулаки. — Нецелесообразное использование хорошего бухла… — она пыталась хохмить, получалось не очень, но все равно он тоже улыбнулся в ответ. Время тянулось медленно. Припекало солнце, а соленая вода раздражала поврежденную кожу. Постоянно мучила жажда, но воду было решено экономить. Больше всего Сурганова беспокоило то, что рана у Марты продолжала тихонько кровить, да и общее состояние той постепенно ухудшалось. — Знаешь… — голос у Артема звучал тихо и как-то даже равнодушно, он аккуратно, насколько это возможно, закончил менять повязку на бедре сестры, проверил шину от колена до голеностопа и только после этого снова сел рядом, тяжело навалившись на стену. — Сдохнуть никак не входило в мои планы… — влажные волосы липли к его лбу. Марта закрыла глаза на мгновение и судорожно втянула воздух сквозь плотно сжатые зубы, с трудом проглотила подступающую тошноту. — Да, по всем статьям, сдохнуть — херовый план, — сипло согласилась она. — Прости меня… — добавила после продолжительного молчания, когда он уже начал беспокоиться, не отключилась ли она снова, повернулся к ней, касаясь влажной щеки. — За что? — тихо и озадаченно спросил Сурганов, вглядываясь в практически почерневшие глаза. Она была бледной, почти серой с пепельными, сухими, потрескавшимися губами. — За то, что ты сейчас здесь, со мной, и наши шансы выжить процентов десять, и стремятся к нулю, а мои и того ниже… пять-шесть… Там серьезно? — она скривилась и слегка кивнула на свое правое бедро. Брат поджал губы, не зная, что ответить. — Давай правду, Темыч… — тихо попросила она и услышала его обреченный вздох. — Да, — наконец признался он. — Нужно в больницу, нужна операция… Рана на бедре кровит. Перелом закрытый, но обе кости сломаны минимум в двух местах со смещением, голеностоп тоже отек — думаю, трещина… Девушка кивнула и поморщилась, каждое неосторожное движение простреливало болью по всем нервным окончаниям. — Какой самый херовый прогноз, если выстрелят наши с тобой десять процентов? — Можешь лишиться ноги… — Здорово… — процедила сестра и снова скривилась от пульсирующей боли. В наступившей тишине было слышно, как вода размеренно бьется о борта. Марта опустила голову брату на плечо и закрыла глаза — она чувствовала, что сознание снова ускользает, и цеплялась за него изо всех сил. — Я думала съездить на лыжах покататься на Ленкин день рождения… — пробормотала она. — В Итальянские Альпы, как она любит… Уже нашла уютную семейную гостиницу… У них еще и своя пиццерия при гостинице. Я бы не отказалась от традиционной «Маргариты»… — голос звучал тихо и абсолютно без эмоций. — Я бы тоже, с острым пряным маслом сверху, — в тон ей согласился Артем. — А я хотел с Никой слетать в Братиславу на Католическое Рождество… — Почему в Братиславу? — непонимающе заморгала Марта. — Не знаю… — он неопределенно повел плечами. — Фотографии увидел случайно в Инстаграме. Понравилось… Снова повисла тишина. — Не уверена, что Лена бы поехала без Лии. Она ее обожает… А я… Я все-таки сказала правду… Поэтому и поругались. Ее претензии состояли из: «Я не провожу с ней время», «Я избегаю оставаться с ней», «Я даже не пытаюсь, это изменить» и «Ревную к собственному ребенку». Согласилась со всем. Смысл врать, если все так? А потом призналась — да, я не люблю свою дочь, но она ведь любит ее достаточно… У нее есть бабушки, да даже Женька. Прикинь, он Лене звонил… Мне, гаденыш, ни слова не сказал, а ей звонил, спрашивал, может ли он хотя бы изредка проводить с Лией время. И вообще, он хочет принимать участие в жизни ребенка. Думаю, она как-нибудь протянет без моей любви, я не против, чтобы она считала родной матерью Лену. Так будет даже лучше, зачем травмировать ребенку психику тем, что родная мать ее не любит? Я ведь могу сделать официальное разрешение, что Лена сможет принимать все ответственные решения если что… Артем напряженно слушал. То, что сестру вдруг прорвало, пугало. Он осторожно коснулся ее лба и мысленно выругался — горячий. А Марта даже внимания не обратила, хмурясь. — Только похоже… Мне места с ними уже нет… — она мрачно усмехнулась. — Лена хотела моего ребенка, она его получила. Логично: зачем ей теперь я?.. А в случае моей смерти опекуном станет мать? — она нахмурилась сильнее, прикидывая что-то в уме. — Женя может получить права, если сделает анализ ДНК… и докажет, что она его биологическая дочь… — Марта! — не выдержав, рявкнул Артем, вцепился в ее плечи и прилично встряхнул. — Хватит! Ты рано нас хоронишь! Сестра невесело хмыкнула. — Десять процентов… Тем, я про них помню… — вымучено улыбнувшись, произнесла она после короткого молчания: — Сколько мы уже болтаемся? Прибрежные воды должны прочесывать?.. Артем с облегчением выдохнул. — Третьи сутки пошли… Как далеко нас могло унести? Сестра пожала плечами. Голова была тяжелой, Марта с трудом разлепила глаза, ее знобило, в горле пересохло. Артему удалось пристроить ее на уцелевший диван в салоне, укрыть принесенными снизу, из каюты, покрывалом. Повернувшись, она обнаружила брата, внимательно изучающего то, что осталось от управления яхты. Скосив взгляд вниз, она обнаружила пару бутылок воды — видимо, все что осталось. Мысли путались, но она была уверена, что прошло уже больше четырех суток. Ее выпады из реальности мешали точно посчитать. — Тем… — тихо позвала она, и брат тут же встрепенулся. — Ты как? — он мрачно поднял покрывало и оценил рану: она гноилась, мог начаться сепсис, да и вся голень отекла еще сильнее и имела синевато-фиолетовый оттенок. — Херово… Сурганов дотянулся до бутылки воды, помог приподняться, чтобы было удобнее пить, но она мотнула головой. — Нормально. Не хочу. — Надо… — Не надо! — отрезала она, на удивление сильным голосом. — Чего? — опешил он. Марта вздохнула. — Темыч, мои шансы падают, мне становится хуже, ты это знаешь, и я это знаю… Сколько мы уже болтаемся? Пять дней? У нас осталось две бутылки на двоих или две бутылки на одного — это увеличивает твои шансы… — Ты ебнулась?! — рявкнул он, отшатываясь. — Это температура! — чуть помолчав, решил парень и коснулся горячего лба. — Послушай… — Я не буду слушать этот бред! — Артем! — она вцепилась в его запястье. — Будет шанс, что тебя спасут, и ты вернешься домой… — Нет. Мы либо выберемся оба, либо нет. Как говорит мать: снайперов всегда двое? Ты поняла? Нас двое! — он сел рядом с ее головой и осторожно переместил ее себе на колени. — Марта, я не буду выжившим… — тихо прошептал он. — Ты меня слышишь? Я не могу вернуться один… Как я буду смотреть им в глаза? Что я им скажу? Марта устало закрыла глаза, прерывисто и часто дыша. — Мама этого не переживет… — тихо пробормотала она. Слабость расползалась по всему телу, притупляя боль. Мыслей не было — только тягучая пустота и спасительная темнота. Артем вздрогнул. — Она выдержит… Она сильная, и у нее не будет выбора… Сестра скривилась в усмешке. Артем долго сидел, поглаживая ее влажные волосы. Было страшно. Умирать не хотелось. В голове крутился калейдоскоп из воспоминаний. У Светы действительно не будет выбора. Кому-то придется тянуть на себе остальных: их не совсем стабильную мать, Жукову, которая на сильных эмоциях могла сделать что угодно… детей. Артем улыбнулся. Он был уверен, по крайне мере, ей не придется делать это в одиночестве. Вероника была похожа на Сурганову не только внешне, у нее тоже был титановый стержень внутри. Как бы они не старались, вода закончилась к вечеру следующего дня. Сестра к тому моменту большую часть времени пребывала в забытье, лишь изредка выплывая в реальность, ее лихорадило. У Сурганова было немного опыта, но он боялся, что долго она не протянет: сутки, может, чуть больше. Поднявшись наверх, он уселся на нагретую за день палубу, откинулся на борт и завис взглядом на звездном небе. — Не выгорели наши десять процентов… — мрачно пробормотал он.
