Сборник PWP-миников к фандому ГП

«Сегодня в полночь в выручай-комнате. Долг жизни». Пояснений не требовалось. Долг жизни на нём висел только один. Перед человеком, сильнее ненависти к которому было разве что отвращение. И хотя мысль проигнорировать записку крайне искушала, пойти пришлось. Храбрившийся весь невыносимо долгий день Северус в самый последний момент трусливо застыл перед дверью, пытаясь угадать, чего захочет от него Поттер. Было страшно, мысли в голову лезли одна хуже другой, и на то, чтобы шагнуть внутрь, потребовалось всё мужество.

***

— А, Снейп. Заходи, — Поттер отсалютовал бокалом из глубокого кожаного кресла. Северус, осмотревшись и увидев, что стало с комнатой, побледнел и схватился за косяк. — Ты же несерьёзно? — от панических ноток в голосе накатила дурнота. Огромная кровать под кроваво-красным балдахином, зеркальные стены, свечи в канделябрах. Выручай-комната очень напоминала один из будуаров в борделе Мадам Розье, куда его однажды затащил Люц. Даже не напоминала, а была практически полной копией. Вот только роль шлюхи, похоже, сегодня приготовлена для него. — Поттер, ты больной? — ещё раз неверяще спросил Северус. — Хотя чего это я, конечно, больной. Поттер, у тебя на меня даже не встанет! Подумай ещё раз! Не то чтобы он считал себя совсем уродом, но за то, что воспылать к нему страстью второй после Блэка красавчик школы не мог чисто физически, готов был поручиться своей палочкой. Поттер хмыкнул и показал на два флакончика темно-зелёного стекла, сиротливо стоявших на прикроватной тумбочке. — Встанет, не переживай. После этого у меня даже на Гиппогрифа встанет. — На кой оно тебе надо? — сквозь панику пробилось удивление. — Не замечал за тобой мазохистских наклонностей. — Хочу попробовать. Поттер залпом допил содержимое бокала и встал, потянувшись, будто красуясь. Взъерошенные волосы, развязанный галстук, наполовину съехавшая с плеча рубашка. Расстёгнутая пуговица на брюках. Северус сглотнул и отвёл глаза. Сейчас он очень сильно жалел о том, что Люц так и не развёл его на полноценный секс. — Северус Снейп, — Поттер тем временем подошёл вплотную, — я, Джеймс Поттер, в уплату долга жизни требую от тебя с этого момента и в ближайшие шесть часов позволить делать с твоим телом всё, что я захочу, и выполнять все мои просьбы, касающиеся твоего тела, которые не нанесут тебе непоправимого вреда. О том, что здесь произойдёт, ты никогда никому не расскажешь. По истечении шести часов долг будет уплачен. Магия, став осязаемой, оплела запястья Северуса рунными браслетами. — Дверь в ванную вон там, давай топай. Голову тоже вымой и высуши. Возьми состав с запахом сирени, он мне нравится. Задницу вымой особенно хорошо. У тебя пятнадцать минут, время пошло, — и подтолкнул впавшего в ступор слизеринца в нужную сторону.

***

Задержаться дольше разрешенного времени не вышло: магия контролировала выполнение приказа и не позволяла своевольничать. Вместо исчезнувшей одежды пришлось надеть висящий на двери халат. И теперь Северус, источая нежный запах сирени и кутаясь в красный шёлк, по которому рассыпались чистые смоляные волосы, как идиот стоял и ждал, пока крутящий в руках флакон с зельем и крепко задумавшийся Поттер обратит на него внимание. — Ого, — его наконец заметили. — А ты неплох, оказывается. Похож на японскую гейшу, если в лицо не смотреть. Может, и не придётся ничего пить. Он мгновенно оказался рядом, оглаживая застывшее под нежной тканью чужое тело. Северус дёрнулся. — Запрещаю пытаться причинить мне вред, отталкивать меня или вырываться. Делаешь, что я говорю, в остальное время послушно ждёшь. Понятно? — пальцы сквозь шёлк слегка царапнули соски и скользнули ниже. — Я спрашиваю — ты отвечаешь. Понятно? — Да, — Северус судорожно стиснул зубы. — Хорошо… Поттер резко распахнул халат и позволил ему стечь с плеч, обойдя слизеринца по кругу. — Задница у тебя ничего. А вот на остальное без слёз не взглянешь. — Ну, так не смотри, — огрызнулся Северус, чувствуя, как краснеют от стыда уши. — Я на самом деле не понимаю, на кой я-то тебе сдался? Трахни Блэка, раз так любопытно. Вся школа знает… — Заткнись! Щёку обожгло болью. — Не смей упоминать в этом смысле Сири! Что до тебя, мне интересно, как это — трахать парня, но я хочу, чтобы мой интерес остался тайной. К тому же мы враги, и это будет что-то вроде древнего обряда подчинения, когда победитель трахал побеждённого. Прямо на поле боя. — Не дождёшься, — прошипел Северус. — Жопа у всех устроена одинаково, — ухмыльнулся на это Джеймс Поттер, с силой крутанув соски и заставив насильного любовника зашипеть уже от боли. — Хотя я никогда не видел мужскую. Повернись спиной, расставь ноги, чуть согни в коленях, наклонись, прогни спину и максимально разведи ягодицы. — Ублюдок, — магия заставляла слушаться беспрекословно. — Запрещаю тебе… Хотя нет. Ругайся. Грязные словечки в кровати лишь заводят. Ну, что у нас тут… Северус почувствовал, как жёсткие пальцы обвели по кругу анус и слегка сдавили мошонку. — Волосы мы уберём, если ты не против. — Я против! — краска стыда залила уже не только уши. Люц тоже намекал на то, что от лишних волос нужно бы избавиться, но их отношения не перешли ещё на ту стадию, когда это имело значение, и Северус делал вид, что не понимает намёков. Кожу обдул горячий воздух. Сначала анус, потом мошонку и пах. На мгновение стало нестерпимо горячо, но тут же отпустило, оставив после себя приятное покалывание. — Ну, вот, — Поттер повторил движение пальцев, вернувшись к анусу. — Чистая, как у младенца. Полезное заклинание, правда? — Иди в жопу! — привычно огрызнулся Северус и застыл, осознав, как это в данной ситуации прозвучало. Поттер рассмеялся. — Я и так туда собираюсь, но спасибо за приглашение. Ещё одно очень полезное для нас заклинание. Видишь, я готовился к сегодняшнему вечеру. Приставленная к анусу палочка, пара слов шёпотом, и полное ощущение, что в задницу засунули шланг, выкрутив по полной вентиль и пустив по кишке под напором тёплую воду. Секундная волна ударила в яйца острым возбуждением и член заинтересованно дернулся, что не осталось незамеченным. — Нравится? Любишь давать в жопу, да, Нюнчик? — Поттер обхватил член рукой и сделал пару движений. — А сам-то? — Северус в долгу не остался. — Любишь трахать крепкие мужские попки? Что же стыдишься своих пристрастий? И в Хогвартсе бы очередь стояла, и у мадам Розье, говорят, любую экзотику получить можно. Но тебе же стыдно, и поэтому придется трахать меня. Как у тебя там, кстати, встало? Сможешь мне вставить? Пара секунд тишины. Шаги. Северус настороженно замер, прислушиваясь. Стоять в раскорячку, прогнувшись и выставив на обозрение самое сокровенное, было некомфортно, но Поттер, сволочь, приказа не отменял. Северус начал себя убеждать, что ничего страшного не происходит, и это не самый плохой способ скинуть ненужный долг, который можно было взять чем угодно, хоть убийством. В конце концов, он уже понял, что по мальчикам, и что ведущим в паре ему быть не хочется. Так что самоощущение с психикой ему этот козёл не сломает. Плохо лишь, что Поттер будет первым. Эх, и почему он, дурак, так долго динамил Люца?.. Размышления прервал ввинтившийся в задний проход тонкий и жёсткий предмет. От неожиданности Северус вскрикнул и попытался уйти от проникновения. — Замри! — в голосе Поттера звучала злость. Проняло-таки. Несмотря на боль и распирание в анусе, Северус злорадно улыбнулся. — Нравится? Нравится тебе? Никогда не думал, что свою палочку можно использовать и таким способом? Так дарю идею. Наслаждайся! Палочкой? Ну, спасибо хоть, что смазал, иначе порвал бы. Палочка у Северуса была толщиной с большой палец, сужающаяся к концу, и потому было не сильно больно, но очень неприятно, по большей части из-за резких движений. Посторонний предмет, ходящий туда-сюда в заднице, хотелось вытолкать из себя, но при напряжении эффект получался прямо противоположный. Ладно. Если не получается отбиться — расслабься и получай удовольствие, так вроде советуют? — Поттер, а чего потолще у тебя нет? И не вздумай глубже её пихать — покалечишь нахрен. Взялся трахать, так трахай как следует! Что за детский сад? Поттер застыл. Несколько секунд тишины... — Заткнись! — палочка отлетела в сторону, а сам он, пнув валявшуюся на полу подушку, брякнулся на край кровати перед Северусом и спрятал лицо в ладони. — Блядь. Я не могу. Меня сейчас наизнанку вывернет. Пару минут стояла тишина. Поттер сидел не двигаясь, а Северус его разглядывал. — Поттер? — тот не отреагировал. — Поттер, можно я разогнусь и рядом сяду? Спина затекла. И, получив разрешение, осторожно присел. Внутри саднило и слегка пекло. Вид у Поттера был такой несчастный, что Северусу стало его почти жалко. Да и фарс этот пора прекращать, ясно же, что гриффиндорец себя накрутил, но сам не хочет делать то, что планировал. — Послушай. Или выпей возбуждающее — там оно же? — и сделай что задумал. Но не советую. Потом действие зелья пройдёт, а помнить ты будешь всё в деталях. Или признай, что ты абсолютно гетеросексуален и не хочешь меня трахать. Я не то что тебя не возбуждаю, я у тебя рвотный рефлекс вызываю. И дело не в моей внешности, а в том, что я парень. Какой пикси тебя укусил, что ты решил так над собой поизмываться? — Ты ждёшь, что я тебе сейчас душу буду изливать? — глухо донеслось со стороны Поттера. Рук он от лица так и не отнял. — И как-то ты слишком спокоен для человека, которого только что пытались изнасиловать. — Я не в восторге от этого, но я привык ждать удара в спину от тебя. Привык ждать очередной боли и попытки унизить. И я гей, — на этих словах Поттер замер, — причём позицию предпочитаю нижнюю. Так что мне, конечно, противно всё происходящее, и я бы потом нашёл способ с тобой поквитаться, но концом света этот секс для меня бы не стал. Я как раз решил расслабиться и получать удовольствие, когда ты психанул. И даже если ты сейчас через себя переступишь, я намного легче переживу дальнейший фарс, потому что буду знать, насколько тебя воротит от собственных действий. — Как гей? — Поттер выпрямился и растерянно уставился на него. — Ты же никогда… — А я объявление в «Ежедневный пророк» должен был дать? Нетрадиционная ориентация не приветствуется, но и не является клеймом. Да, я гей, и у меня есть парень. Тебе-то до этого что за дело? Ну, кроме его горячего желания свернуть тебе шею, которое появится завтра. — Ты под обетом, не появится, — Поттер беспомощно улыбнулся. — Так значит, ты и Лили и вправду… — Просто друзья, — Северусу стало смешно. — Она сотню раз тебе это говорила. И если у тебя с ней ничего не выходит, то не по моей вине. — Твою мать же, — Поттер упал на кровать и уставился в балдахин. — Я помню, что возненавидел тебя именно поэтому — она смотрела на тебя и не замечала меня. А потом всё просто слишком далеко зашло. А оказывается, это с самого начала не имело смысла. Ты гей и никогда не претендовал на Лили. Поттер пялился наверх, а Северус обдумывал сложившуюся ситуацию. Вспомнил, как плакала при их последнем разговоре Лили, которой нравился Джеймс, но она не могла принять отношений с человеком, травившем её друга. — Поттер? — неуверенно позвал он. Тот перевёл на него взгляд. — Может, зароем топор войны? Нам никогда не стать друзьями после всего, но ты любишь девушку, которую я считаю лучшим другом. Ей причиняет боль наша война, и ради неё я готов попробовать. Не забыть, нет. Просто не воевать. И не спрашивать с тебя за сегодняшнее — ты так бездарно просрал этот долг, что мы в расчёте. Но учти, что попробовать я готов только один раз. Поттер долго сверлил его взглядом и наконец бесшабашно ответил: — А давай попробуем, и вправду! То-то Лилс удивится. А бродягу вообще удар хватит. — Тогда по гостиным? — Северус не был ещё готов разбираться в своих чувствах, но там явно присутствовало облегчение и желание побыстрей свалить из выручай-комнаты. — Ну уж нет, шесть часов ещё не прошли, — Поттер шкодливо ухмыльнулся и достал из-под кровати бутылку. — Мы сейчас будем пить за зарытый топор и будущий нейтралитет. Только оденься, вещи в кресле. А то мне смотреть на тебя дурно. Блядь, мне нужно срочно забыть, как я дрочил твой член и елозил палочкой у тебя в заднице. И лучший способ для этого — напиться в хлам. — Ну-ну, — подозвав одежду, Северус натянул штаны и рубашку. — Всё же ты законченный гриффиндурок. — А ты гад слизеринский, — Поттер залпом хлебнул огневиски и скривился. — Но это не меняет того, что ты друг Лили. — Не меняет. Давай бутылку. Ты, похоже, и пить не умеешь, а не только трахаться. Кто так пьёт огневиски? — Заткнись, а? — Сам заткнись.