Пепел в ладонях

24 апреля 2018 Утром упал туман. Руфио сдал смену другому охраннику, и теперь его ожидал путь метров в пятьсот через это молочное облако, лежащее прямо на земле, к остановке автобуса. Кутаясь в куртку, он чувствовал себя глубоко несчастным. Жалеть себя за эту неделю стало его любимым занятием. Случай с Аранеей ранил его сильнее, чем Руфио мог себе признаться. Например, та же работа. Руфио действительно хотел стать лётчиком после школы, но его самонадеянным мечтам не суждено было иметь воплощение. После того...мерзкого происшествия с Курлозом Макарой Руфио долго пребывал в состоянии, близком к помешательству. Он никому не говорил, но всюду ему мерещились нападающие на него тени и убийцы, обострились подсознательные страхи. Относительно успокоился он лишь через пару лет, когда выпускные экзамены уже остались за спиной, и оценки в аттестате по большинству предметов были завалены. Короче, с колледжем так и не сложилось. Руфио сперва даже обрадовался, что, пока его сверстники продолжают корпеть над книжками, он уже работает на взрослой работе и получает первые деньги. Сортировщик, парковщик, грузчик. С возрастом же он стал ощущать усталость. Постоянный поиск места получше, утомление, нехватка денег. Это не то, о чём он мечтал. Он даже не может отправить больного сына куда-нибудь отдохнуть и полечиться. Руфио закусил губу. Если б не Хорусс, он бы не смог оплатить операцию Тавроса, и тот остался бы парализованным на всю жизнь. Именно преданный, верный Заххак одолжил ему деньги. Хорусс... Руфио знал, что его друг-здоровяк к нему всё ещё неравнодушен, хотя Нитрам давно уже дал ему понять, что вряд ли что-нибудь между ними будет. Хорусс по-прежнему любит Руфио, даже после того, как был свидетелем на его свадьбе. Неужели он всё ещё ждёт? Руфио почувствовал, что его уши горят. На долгое время он убрал мысли о мужчинах подальше из-за этого психа Макары, но сейчас думал об этом с тем же тайным трепетом. Стоит ему ответить Хоруссу взаимностью, и Руфио начнёт другую жизнь, не в старой, ветхой квартирке своих родителей, а в тёплом, светлом доме Хорусса, ну, Руфио там никогда не был, но какой ещё дом может быть у такого спокойного, мечтательного одинокого мужчины? Нет. Нельзя даже мечтать об этом. Руфио уже раз женился, на матери Тавроса, ради материальных благ. Думал остепениться, устроиться на работу в офисе супруги. В итоге — два года скрытности, обманов, измен. Развод спас их обоих. Руфио только переживал за ребёнка, которого очень любил, но в итоге, когда бывшая жена переехала в другую страну, Таврос всё равно остался с ним. После тех событий Руфио зарёкся заводить серьёзные отношения. А с другой стороны... Аранея заставила его задуматься. Ему уже пошёл пятый десяток, бррр, звучит ещё хуже, чем сорок два. Скоро он станет никому не нужен, кроме Тавроса, которому при плохом стечении обстоятельств будет нужна помощь до конца жизни. А ведь и сам Руфио не вечно будет здоровым и сильным. С этими угнетающими мыслями Руфио дотащился до остановки. Дорога вплоть до самого лесного поворота была пустынной, так что Нитрам кинул свой рюкзак на скамью, сел на него и приготовился ждать. Его нынешнее рабочее место было относительно неплохим. Он устроился ночным сторожем и кассиром в одном лице на заправочной станции. Две через две, зарплата получше, чем у администратора в боулинге, которым он был до этого. Единственное — заправка находится в лесу за тридцать километров от города. Сначала было слегка неуютно торчать в одиночестве ночью в лесу, но со временем привыкаешь ко всему. Наконец-то долгожданный рёв мотора. Руфио вскочил, подхватил сумку и подбежал к бордюру, махая водителю автобуса, чтобы тот остановился. Пробив проездной, Руфио выбрал место и бросил рюкзак на соседнее кресло. Обычно этот автобус был пустым в такое время, но сегодня у противоположного окна сидела женщина с корзинкой продуктов. Руфио уже чуть опустил кресло и настроился вздремнуть до приезда в город, как вдруг услышал своё имя. Он обернулся к женщине и стал её разглядывать. Чёрные прямые волосы, тёмные глаза, небольшой вздёрнутый носик на личике с высокими скулами, бледная кожа... — Д...Дамара? Она просияла, встала со своего места и села рядом с ним. Это в самом деле была Дамара, только... В изящном зелёном платье восточного фасона, без яркого макияжа и запаха табака, и вообще... Он уже и не помнил, чтобы её осанка была такой непринуждённой и взгляд таким светлым. Его первая женщина. Господь решил, что иронии в его жизни не достаточно. Дамара вдруг обняла его за шею. Нитрам сглотнул и обнял её в ответ, осторожно, как атомную бомбу. Почему-то подумалось: а не было ли у Дамары сестры-близнеца? — О, Руфио, ты что, не узнал меня? — Ммм...немного. Ты прекрасно выглядишь. Мегидо села прямо и мило улыбнулась. Она никогда на его памяти так не улыбалась! Аранея, конечно, красивее её, по Серкет хорошо видно, что она много времени проводит в спа. Но Дамара стала словно...просветлённая. — Как ты живёшь? — Да вот. Работаю тут...недалеко. — Как Таврос? Уже совсем взрослый, наверное. — Да... Лучше ты расскажи про себя. Дамару не пришлось долго упрашивать, за что он был ей благодарен. На данный момент он был слишком в себе разочарован. Кое-что из этой истории Руфио знал, но не целиком. После той несчастной презентации Дамара вообще бросила школу. — Так это не ты...тогда вставила...ну, тот лишний слайд? С «я люблю тебя»? Мегидо со смехом покачала головой. — Я сама хотела в тот день поговорить с тобой, для того и пришла. Но после того, как это увидела...не смогла. А ты не догадываешься, кто это был? Может, кто-то, кто помогал тебе монтировать презентацию на фильмоскопе? Руфио прикусил губу, а она рассказывала дальше. Мегидо не могла забыть своего Руфио. Ситуация осложнялась ещё и тем, что они жили в одном районе. — Мне жить просто не хотелось. Так что мне было плевать, что со мной делается, где я нахожусь и кто мной пользуется. В результате своих похождений Дамара забеременела. Она хотела сделать аборт, но узнала, что Руфио женился. — Это меня словно пристыдило. Я решила, что стану хорошей мамой для Арадии, во что бы то ни стало. Иначе разве я вообще могла бы претендовать на тебя? Но, как оказалось, ребёнок требует много денег. Дамара устроилась официанткой. Приходилось выходить в любое время, на все возможные смены, чтобы зарабатывать больше. — Я в точности повторила судьбу моей мамы, — грустно сказала Дамара, глядя в молочный влажный пейзаж на окном. — Она тоже вечно вкалывала, чтобы давать мне всё необходимое. Я была предоставлена самой себе. И маме повезло, я каким-то чудом не слишком пострадала от этой...самостоятельности. А вот нам с Арадией нет. Семилетняя малышка на стройке играет в поиски клада. Случиться могло что угодно...и случились упавшие прямо на девочку строительные леса. — Прости, что не пришёл на похороны. — Ничего. Таврос зато пришёл. В тот день все ожидания и попытки Дамары стать достойной Руфио пошли прахом. Она решила, что переезд изменит её жизнь к лучшему. — И вот тут случилось самое важное! — в глазах Дамары вспыхнули огоньки. — Я встретила Его. Сперва Руфио думал, что она говорит о своём мужчине, но по мере продолжения рассказа Мегидо что-то заподозревал. — Я шла через парк и села на скамейке рядом с ним, чтобы поправить ремешок на босоножке. Он так смотрел...Руфио, ты не представляешь. Я спросила у Него время, на что Он почему-то засмеялся. Мы разговорились...точнее, Он велел мне рассказывать о себе. Потом назначил встречу в дорогом ресторане. Ох, Руфио, я в таком приличном месте даже как уборщица не бывала! И во вторую нашу встречу говорил уже Он. Доктор Скретч открыл мне глаза, Руфио. Он знает всё. Он повторил всё то, что я и так о себе знала, и так же легко раскрыл то, над чем я столько билась. Он говорит, что разные люди предназначены для разной судьбы. И, оказывается, я — Служанка. Я должна прислуживать Высшей Силе. Но я предпочитаю думать, что служу Доктору Скретчу, — тут Дамара хихикнула, показывая на корзинку. — Он велел мне поехать на загородную теплицу и купить свежих овощей прямо с грядки. Но теперь я понимаю, что Доктор хотел просто, чтобы я встретила тебя. Может, это нужно мне для служения? Не знаю. Я не предназначена, чтобы думать. — Ясно. Дамара, этот Скретч не брал у тебя денег? — Я отдала Ему всё, что у меня было. Это очень мало, я была практически нищая. Другие адепты отдают куда больше... Иначе на что бы он содержал общину? — Дамара...я, честно говоря, не знаю, как тебе сказать... — А может, я встретила тебя, чтобы посвятить Высшей Силе? — вслух размышляла Дамара, не слушая его. Потом повернулась с вдохновлённым выражением на лице. — Хотел бы ты познакомиться с Доктором? Вот увидишь, Руфио! Это то, что тебе нужно! Что, если ты тоже призван, чтобы служить? — Я не знаю, Дамара... — пробормотал Руфио, чуть отодвигаясь от чересчур одухотворённой женщины. — Прошу тебя. Её лицо такое печальное и счастливое. Тем ужаснее осознавать, что она в неких железных кандалах. Какой-то мерзавец воспользовался её уязвимостью и сделал чем-то вроде рабыни... Какое же Нитраму может быть до этого дело? Они с Дамарой расстались. А технически и не встречались. Это её придурь, если она после неудачных отношений в детстве не смогла привести жизнь в порядок. Нет. Руфио понимал, что не сможет так просто отвернуться от неё. Потому что это он её бросил. Разбил её сердце ради...ради чего? Ради такой глупости, как школьная слава, ради самолюбия, ради веселья. Нитрам до сих пор не простил себя за это. Он должен помочь хотя бы сейчас...сейчас, когда Аранея дала ему понять, что он никчёмная пустышка, вообразившая себя божеством. Хотя бы что-то Руфио должен сделать правильно. — Хорошо. Запиши мой телефон. 25 апреля 2018 — Дамара много рассказывала о вас, мистер Нитрам. — Представляю, что. Перед Руфио стояла чашка крепкого кофе, перед Дамарой и таинственным человеком в белом — чайничек с жасминовым чаем. Женщина постоянно подливала напиток в чашку Доктора Скретча, чтобы ему не приходилось сильно наклонять чашку. Кофейня находилась в атмосферном, тихом уголке этого небольшого городка по соседству со столицей штата, где Руфио провёл всю свою жизнь. С первого взгляда он, как любой городской житель, был очарован: деревенские дома, очень слабый траффик, даже деловой центр был до невозможности уютным. Это заведение вообще располагалось на самой настоящей пешеходной улице, которых он, кажется, прежде вообще не видел. Но потом вся эта пустынность стала действовать на него угнетающе. Слишком...мирно. И где-то тут находится дом общины этого Скретча. Туда он отказался идти наотрез, и встретился с этим гуру в кафе. «Доктор» оказался невысоким человеком лет шестидесяти, абсолютно седым. Глаза его были уже по-старчески блеклыми, взгляд рассеянный, но Руфио держался настороже. Не то чтобы он был знатоком человеческих душ, но был хорошо знаком с манипуляторами. Они выглядят всегда обаятельно и располагающе. Как вот этот спокойный, вежливый старик. Дамара смотрела на него не отрываясь, ловя каждый жест. Ей даже не надо было напоминать, она и без того услужливо заботилась о том, чтобы официантка почаще приносила свежий чай и мятные конфеты, и всегда была наготове с салфеткой, чтобы подать её Доктору. Одет Скретч был в безукоризненный белый костюм и зелёную рубашку. На фоне его Руфио выглядел оборванцем. — Что вы, мистер Нитрам. Звучит так, будто вы ожидаете, что Дамара могла бы отзываться о вас как-то нелицеприятно. Напротив, она старалась всячески приукрасить вас в моих глазах, что было совершенно лишним, — он сперва опустил белые ресницы, а потом посмотрел на Мегидо. — Дамара, люди разные, потому у них разные предназначения. Мистер Нитрам — Воин. И когда у него нет врага, он начинает сражаться с собой. — Ох! Руфио, ты слышал? Ты Воин! Я так и думала! О, Доктор, как точно вы это подметили! — чуть ли не со слезами на глазах проговорила Дамара. — Это можно сказать о большинстве мужчин, — сказал Руфио, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, хотя на самом деле его раздражала вся эта метафорическая показуха. Скретч помолчал, глядя на Нитрама с этакой ласковой отцовской улыбкой. После продолжил: — Вы и со мной пришли воевать, не так ли? Дамара удивлённо вскинула брови, переводя рассеянные карие глаза с одного на другого. — Конечно, нет, — машинально сказал Руфио, прокашлялся и проговорил уже более уверенно: — Я пришёл поговорить. Узнать, что именно разглядела в вас моя подруга. — Так она ваша подруга, мистер Нитрам? Судя по рассказам она, скорее...ваша добыча. Которой вы распорядились по своему усмотрению. Что, повторюсь, не зазорно, поскольку ваша натура бойца не подразумевает щепетильности по отношению к вещам. Руфио во время этого монолога чуть кофе не подавился. Он утёр губы рукавом, не отводя взгляда от блеклых равнодушных глаз. — Как и ваша? — Вовсе нет, — Доктор и ухом не повёл. — Я не Воин. Я Наставник. Моё дело помогать людям достигнуть своей наивысшей полезности... — Полезности для кого? — Для Высших Сил. — Пока что я вижу существенную полезность только для вас самого! - он неосознанно стукнул чашкой по столу. — Вы обманули эту женщину, чтобы подчинить её себе, и теперь прикрываетесь своим знанием того, что я однажды тоже поступил с ней плохо? Так вот я этого стыжусь. Я...Дамара вовсе не добыча для меня. Она человек и должна быть свободна. Доктор вздохнул и покачал головой: — Вы хотите освободить Дамару? Мне жаль видеть, как вы прикладываете усилия совершенно не туда. Она и так свободна была выбрать свою судьбу, и Дамара выбрала служение мне. Что есть не худший из возможных путей. Мне нравится её общество, и я наставляю её. — На этих его словах Мегидо снова перестала волноваться, просветлев лицом. Она будто впала в транс. — Найдите себе Сёгуна, Руфио, перестаньте бросаться в...бессмысленные драки. Вы сломаетесь... — Вот только тупого трёпа от...свидетеля Иеговы мне не хватало! Прекрати молоть чушь. Отпусти Дамару. Иначе я её заберу, — Нитрам стиснул зубы, глядя на человека в белом с вызовом. Он ждал, что Доктор разозлится или допустит ещё какую-нибудь ошибку. Однако Скретч отвёл свой безразличный взгляд: — Никогда не любил иметь дело с мужчинами. Дамара, — та вздрогнула и подняла взгляд от пола. — Ты бы хотела пойти с этим джентельменом? Руфио встал, подавая ей руку. Дамара как-то механически подала ему свою и медленно кивнула. — Что ж. Я не держу тебя, как и обещал. Если что, ты знаешь, где меня искать. — Если я услышу, что ты как-то связываешься с ней, то полиция тоже узнает, где тебя искать, — прорычал Руфио.

***

Всю дорогу в электропоезде Дамара спала на его плече. Нитрам искоса посматривал на неё. Она не выглядела расстроенной. Нитраму хотелось верить, что он поступил правильно. Он только теперь начал осознавать, что не знает, что с ней теперь делать. У неё ни работы, ни семьи, ни дома. Невозможно поверить, но Дамара угробила жизнь из-за него. — Наша станция, — тихо сказал он вслух, дотрагиваясь до её волос. Она вздрогнула, приоткрыла ресницы и улыбнулась, зарываясь носом в рубашку Руфио. Он ощутил жалость снова, и на сей раз это чувство его успокоило. Лучше уж жалость будет испытывать сам Руфио, чем опять увидит её в глазах женщины по отношению к себе.