Неожиданная встреча

      И чего только не вытворяют люди в погоне за силой и властью. Придя в себя, я смог в полной мере оценить эту ёмкую фразу. Голова знатно трещала, в глотке пересохло, меня колотило от сырости и холода. Я резко открыл глаза. Меня тут же окутал полумрак подземелий. Неяркий свет газовых фонарей мрачной тенью колыхался на древней кирпичной кладке. Моя некогда естественная среда обитания неприветливо меня встречала. Какая ирония судьбы. Поттер стонал где-то неподалеку. Я увидел его не сразу, а когда имел честь лицезреть исполосованное Сектумсемпрой тело, прикованное массивными цепями; грудь сдавила адская боль. Я дёрнулся, но цепи и меня держали крепко, аккурат на противоположной стене.       — Гарри! Гарри! — тихо позвал я.       Он мне не ответил, только проскулил. Под ним уже натекла изрядная лужа крови. Видимо, мы тут уже не первый час. Меня душил дикий страх. Если он не придёт в себя и мы не залечим раны, выбираться отсюда будет проблематично, а точнее невозможно. Хотя кого я обманывал? Мы уже почти нашли тут своё последнее пристанище. Малфой-мэнор. Кто бы мог подумать?       Сбоку с жутким лязгом скрежетнул железный замок. Ржавая дверь, пронзительно скрипнув, отворилась, и внутрь идеально-квадратной комнаты вошёл бодрой походкой Малфой-старший. Холёный франт в дорогущей чёрной мантии. Всегда он был таким позером. И нравилось ему это позерство до зубовного скрежета… желательно, зубовного скрежета всех присутствующих. Его рубленые, заострившиеся черты лица безжалостно исполосовали морщины, но выглядеть от этого менее привлекательно он не стал. Наоборот, это добавило его внешности статуса.       — Малфой, — не знаю зачем констатировал я этот очевидный факт.       — Северус, мой старый друг. Кто бы мог подумать, что ты окажешься живее всех живых? Ну, ненадолго. Не хочу задерживать тебя среди смертных. Ты и так слишком заигрался.       — Испугался нас, крыса? — выплюнул я, презрительно скривив губы.       Самодовольная ухмылка вмиг сползла с надменной рожи. Он в несколько шагов пересёк темницу и подошёл ко мне.       — Пугаться, мой дорогой, будешь теперь ты! — жёстко сказал он, смотря мне прямо в глаза. — Для начала я помучаю твоего ненаглядного Поттера. А затем примусь и за тебя! Вы чуть не испортили все мои планы! Круцио!       Малфой кинул заклинание даже не глядя на жертву, будто невзначай. Поттер дёрнулся и заорал от дикой боли. От его крика кишки внутри перевернулись и скрутились в тугой узел. Я краем глаза заметил, как кровь из глубоких порезов хлынула с новой силой. Меня замутило. Нет, вид крови меня не трогал, а вот вид истязаемого Поттера поразил до глубины души.       — Нет! — вскрикнул я и, нелепо дёрнувшись, попытался врезать Малфою ногой. Естественно, у меня ничего не вышло. Связанные верёвкой ноги вяло колыхнулись из стороны в сторону, и я вновь повис на цепях. — Ублюдок!       — О-о-о, как ты заговорил, Северус! — Люциус сделал кругообразный жест рукой, снимая проклятье.       Поттер перестал орать, безжизненно запрокинув голову назад.       — Где же теперь твои высокопарные речи? Плохо на тебя любовник влияет.       — Ублюдок, — только и смог беспомощно повторить я. Надо было что-то предпринять, попытаться выудить из Малфоя информацию. Придумать, как выбраться из этого ада, наконец. Но голова была совершенно пустой, и я лишь беспомощно смотрел на истекающего кровью Гарри. Люциус усмехнулся.       — Глупец!       — Зачем тебе Поттер, Люциус? — устало выдавил я, отворачиваясь от кровавой лужи. Меня беспощадно тошнило.       — Я сделаю из него нового министра, — нехотя ответил он.       — Дальновидно, — сухо хмыкнул я.       — Благодарю! Поттер будет идеальным прикрытием, чтобы протащить мои новые законопроекты. Идеальный щит для меня ещё на долгие годы!       — Тогда отпусти его! Зачем мучить?       — Он должен быть покладистым, — промурлыкал Люциус.       — Ты плохо знаешь Поттера! — Я иронично кривлю губы, а сам молюсь, чтобы Малфой не догадался, что я блефую.       — Зато я слишком хорошо знаю тебя!       — Ошибаешься! Ты не сможешь его уговорить!       — Уговорить, Снейп? Откуда эта наивность нежной орхидеи? Я его заставлю!       — Как? Пытая и истязая?       — Нет! — В глазах блеснул маниакальный задор. — Пытая тебя! Просто хотел посмотреть, как ты к нему относишься! Вижу, тебе плохо.       — Снова ошибаешься! Мне плевать на мальчишку! — Я посмотрел Люциусу прямо в глаза. Бесстрашно, даже с вызовом. Но моё бледное, измученное лицо не смогло устрашить бы сейчас даже флоббер-червя.       — В самом деле? А твои нежные объятья в парке рассказали мне совсем о другом! Сектумсемпра! — гаркнул Малфой, усиливая порезы, и кровь с новой силой заструилась по бледному, голому торсу Поттера. Меня стошнило прямо на идеально начищенные лакированные ботинки Люциуса.       — Хлюпик, — брезгливо процедил он. Кинул очищающее на штиблеты и отошёл к Поттеру.       — Сжалься! — выдавил я, с большим трудом подавляя новый приступ тошноты.       — Вулнера санентур, вульнера санентур… — услышал я вялое бормотание и мельком глянул на Поттера. Кровь у него остановилась и раны стали быстро затягиваться.       — Агуаменти! — сказал холодный голос.       Поттера окатило струёй ледяной воды, и тот, мотнув головой, открыл глаза. С длинных растрёпанных волос ручейками заструилась прозрачная жидкость. Он сплюнул на пол кровавую слюну и поднял мутный взгляд на меня. Мерлин всемогущий! Живой!       — Сегодня вечером выйдет статья! — грозно прошипел я.       Малфой усмехнулся.       — Скитер? Ничего не выйдет! Я неплохо ей заплатил, чтобы она держала свой болтливый язык за золотыми зубами.       — А ты всё так же пытаешься купить людей за деньги. А что если однажды это не сработает?       — Это всегда работает, Снейп! Или ты забыл? — сказал он с нажимом и обернулся, заставив заструиться ухоженные платиновые волосы по чёрному бархату.       — Не забыл, но это больше не так! По крайней мере для меня.       Конечно я помнил, как щедро одаривал меня Люциус во времена Тёмного Лорда. Да и сам Лорд за мою исполнительность в долгу никогда не оставался. Только не поняли они тогда, что работал я за идею, за мир во всём мире, за равенство и братство всех волшебников, за мирное существование с остальным, немагическим миром. Ведь именно эти лозунги активно транслировал Волдеморт своим приспешникам. До первой кровопролитной вылазки на немагический Лондон я так думал.       — Глупец!       Ещё какой!       — Поттер, — вдруг обратился Малфой к Гарри, приподнимая его за подбородок и заставляя посмотреть на себя.       Гарри тяжело дышал, с вызовом смотря на своего мучителя.       — Присутствует!       — Юморист! — Губы Малфоя искривились в надменной ухмылке. — Мне нужна твоя помощь, Поттер. Услуга за услугу, так сказать. Я отпущу твоего друга, но ты должен будешь остаться со мной! Если же откажешься, мне придётся его пытать до полной твоей капитуляции.       — Где гарантии, что ты его отпустишь? — прохрипел в ответ Поттер.       — Нигде! Придётся поверить на слово! — елейным голосом промурлыкал Малфой.       Гарри хмыкнул в ответ. Люциус прицокнул языком.       — Знаю, что у тебя есть семья, Поттер.       — Не трогай их, ублюдок! — Поттер резко дёрнулся, видимо с тем же намерением хорошенько врезать Люциусу, но лишь энергично заболтался на цепях.       — Не заводишь ты его, Снейп, — усмехнулся Малфой.       Я скрежетнул зубами, тщетно пытаясь перебороть острые уколы ревности. Чёртов манипулятор! Малфой чуть повысил голос и обратился к двери:       — Введите Уизли.       Снова звякнул железный засов, и в комнату втолкнули рыжеволосую ведьму. Связанная Джинни Уизли-Поттер истошно бы завопила, не будь на ней наложено Силенцио. Бедная девушка захлёбывалась беззвучными рыданиями. Смотреть на неё было невыносимо. Я надеялся, что у Люциуса хватило ума не трогать детей. Магическая кровь, по всем статистикам, в наши времена была на вес золота! Особенно молодняк.       — Нет! Подонок! Отпусти её!       Гарри затрепыхался с новой силой. Но всё было тщетно, и он снова бессильно повис на руках.       Я тяжело вздохнул. Транслировать мысли вот так, без палочки, я никогда не пробовал, но этого вспыльчивого идиота нужно было срочно успокоить. Иначе набедокурить он мог лихо. И тогда худо будет всем. В первую очередь ему.       Я собрался с мыслями и прикрыл глаза. Достаточно легко нащупал его сознание. Видимо, наша новая связь росла в геометрической прогрессии. Мне показалось, что если бы Поттер попробовал, мы смогли бы настроиться друг на друга и вести невербальные беседы. Сейчас это было бы очень кстати.       «Поттер, заткнись! Это провокация! Он старается выяснить твои болевые точки! А ты весь как оголённый нерв! Усложни задачу этому отморозку! Соглашайся на всё!»       Я резко открыл глаза, прерывая поток мыслей. Не дай Мерлин, Люциус заподозрит хоть что-то. Прикончит всех разом, не раздумывая. Поттер ошалело зыркнул на меня. Значит, сообщение дошло.       — Конечно отпущу! Если согласишься на мои условия!       Поттер недовольно сопел, молча испепеляя взглядом противника и стараясь не смотреть на беззвучно рыдающую жену.       — Вот и славно, — заключил Люциус, подталкивая за локоть Джинни обратно к двери. — Рад, что мы договорились! Оставлю вас пока наедине. Чуть позже мы обсудим подробности! Оревуар!       Выходя за дверь, он предусмотрительно наложил на обоих Силенцио. Меня это не испугало, но дало лишнюю пищу для размышлений. Ему важно было наше молчание.