Виски

Наруто 8       Запускаю очередной камушек в реку, слегка подкидывая еще один, что еще ожидал своей участи. Камушек был овальным и плоским, прямо идеальным для “блинчиков”, поэтому я крутила его меж пальцев наподобие монетки, тренируя подвижность пальцев. Какое-никакое занятие, да и возможно, это пригодится в будущем. Все-таки этот мир был основан вокруг печатей, и от того, насколько быстро я смогу их складывать, может зависеть моя жизнь.       Настроения не было уже несколько дней, и я не понимала причину его отсутствия. Вроде ничего не изменилось - академия, тренировки, встречи с друзьями, но было четкое ощущение, что не хватает чего-то. Будто пустующий кусок снова стал кровоточить, и я не знаю что делать, лишь смотрю на сочащуюся кровь.       Рядом возился Рок Ли, отрабатывая удары по макиваре, которую он собственноручно соорудил и таскал теперь везде с собой, благо Гай подарил тому свиток, что решило многие проблемы, но это не отменяло того факта, что Зеленый Зверь окончательно тронулся рассудком в попытках доказать всем и каждому, что он сможет стать шиноби и без чакры.       Занятие, как по мне, бесполезное - доказывать кому-то что либо. Конечно, для ребенка в его возрасте это важно, но для меня, как для взрослого человека это было что мертвому припарки. Еще и доказывать что-то этим людишкам.       — Ли, а есть смысл в том, что ты делаешь? — пространственно спрашиваю я, наблюдая за легким полетом камушка по воде. Эх, всего три, даже не смотря на то, что я хорошо метаю сюрикены, “блинчики” по воде - выше моих сил.       — О чем ты? — будущий шиноби отвлекается от своей тренировки, сосредотачивая внимание на мне.       — Ну, ты хочешь доказать что сможешь стать шиноби и без чакры, — загибаю один палец, глядя как мальчик воодушевленно мотает головой. — и ты хочешь стать первым шиноби, кто провернет подобное? — голова мальчика затряслась еще активнее. — Но напомни мне одну такую вещь: у Гая тоже нет чакры, но он не менее известен чем тот же Какаши, да и дослужился до джонина.       — У Гай-сенсея нет чакры? — моя ладонь со смачным звуком встречается с лицом.       — Нет в привычном нам всем понимании. Он не пользуется ниндзюцу и гендзюцу потому что у него нет склонностей к этому, поэтому он все вливает в тайдзюцу. Под “нет чакры” я подразумеваю неспособность ей пользоваться, а так, у тебя и Гая хороший запас, поэтому ты можешь выдерживать такие ужасающие тренировки. — легонько треплю Ли по голове, стараясь поднять его боевой дух. — У тебя шикарный запас чакры, который за счет физических нагрузок будет только расти, и ты с легкостью сможешь стать мастером тайдзюцу. Не нужно никому ничего доказывать, люди никогда не оценят твоих стараний, а вот доказать самому себе что ты все сможешь, кто бы что не говорил, это другое дело.       — То есть, ты имеешь в виду что я должен стараться для себя, а не для других? — тяжелая работа мысли буквально отражалась на лице мальчика, что вызвало у меня тихий смех.       — Другим, в большинстве случаев, все равно, жив ты, или мертв. Поэтому в любой тренировке ты стараешься для себя, чтобы защищать себя. Если ты сможешь защитить себя, то можно будет думать и о защите близких. — как можно мягче стараясь донести до ребенка свою мысль, но Ли был сообразительным мальчиком, и понял все сразу.       — Значит, я должен стать сильнее, чтобы защищать тебя! — моя ладонь снова встречается в страстном танце с лицом. Не понял, ясно. Тяжелый случай Силы Юности.       — Я могу сама себя защитить. В конце концов, у меня есть Кьюби, который всегда защитит меня…       “— Я не буду тебя защищать!” — моментально огрызается Курама, явно недовольный таким раскладом.       “— Не строй из себя грозного демона, моя безопасность и в твоих интересах.”       “— Пф.” — только и ответил он. Вот шерстяной коврик!       — … и поэтому, у меня есть силы защитить других. В пределах разумного, конечно. От ребенка вообще мало толку, если так подумать.       — Я понял тебя! Я пробегу пятьсот кругов на руках вокруг Конохи, чтобы стать сильнее! — и не слушая моих возражений, мальчик на всех порах умчался в сторону Деревни, оставляя меня совершенно одну.       — Мда, это уже Зеленый Зверь головного мозга.       Возвращаюсь к своему увлекательному занятию по киданию камней, снова скатываясь в легкую меланхолию. Заняться было категорически нечем: Орочи еще вчера ушел на миссию, Какаши опять занят непонятно чем, скорее всего опять закопался по самую макушку в отчеты, которые должен был сдать еще неделю назад, Саске на тренировке с Итачи, Шисуи отказывается подходить ко мне ближе чем на метр, после того как за компанию получил воспитательных пиздюлей от Хокаге, а все мои друзья были клановыми, и после академии шли тренироваться домой. Таким образом, я осталась абсолютно одна и предоставлена сама себе. Давненько такого не случалось.       Конечно, я почувствовала слежку за собой, но тот АНБУ не спешил подходить и вообще находился на краю видимости, и если бы не интуиция Узумаки, я бы вообще не почувствовала его. Все-таки хорошо быть одной из великого клана, у которого есть подобное наследие. Сенсорика штука удобная, особенно когда ты ребенок которого считают бездарностью и не воспринимают всерьез.       Было откровенно скучно, поэтому меня посетила безумная мысль. От этого АНБУ веяло чем-то теплым, и я была уверена, что он один из Учиха, тем более, этот шиноби не испытывал негативных эмоций в мою сторону, поэтому стоит рискнуть. Ну объективно, чем мне еще заняться, как не доставать окружающих, если скучно?       — Эй, господин АНБУ, не хотите поиграть в карты? — от шиноби повеяло удивлением. Ох, как же удобно, когда тебя недооценивают! — У меня есть карты. А еще шоги, правда, я не умею в них играть.       — Вообще-то, ты вообще не должна была меня заметить. — ну точно Учиха, почти у всех них были птичьи маски из-за клановых призывов. Странная все-таки у них была любовь к пернатым.       — Вообще-то, вы даже разговаривать со мной не должны, не говоря уже про то, что спускаться к объекту слежки, как минимум, глупо. — обиженно надуваю губы. Надо запомнить эту маску, и обязательно сказать Орочи чтобы проверил дисциплину в рядах элиты.       — Эй-эй, ребенок, я по лицу вижу о чем ты подумала. Не вздумай рассказать об этом моему начальству. — он угрожает мне указательным пальцем, от чего на мгновение становится смешно. Какой забавный Учиха! Я бы даже грешных делом подумала, что это Шисуи, да только у того маска была другая, более простой птицы.       — Если научите меня играть в шоги.       — Какая скукотища, — АНБУ разводит руки в стороны, всем своим видом показывая свое отношение к подобным играм. — дети должны играть в активные игры, а шоги удел стариков.       — Ну возможно, обычные дети и должны, однако я шиноби и подобные игры скорее воспринимаются как часть тренировки. — непривычно серьезно откликаюсь я, и все веселье как рукой снимает. — Так научите?       — У меня есть идея получше. — АНБУ легко закидывает меня за спину, молниеносно перемещаться по веткам деревьев в сторону глубокого ручья. — детям - детские игры.       И скидывает меня в самом глубоком месте ручья, заставляя выбираться самостоятельно. И все бы ничего, да только на улице ни разу не лето, а пасмурный октябрь, а ручей этот славился своей холодной водой и глубокими рытвинами с подземными водоворотами. Зашибись игры! Точно сдам Орочи!       — Эй-эй, не злись. — мужчина наклоняет голову на бок, что с его маской неизвестной птицы смотрелось весьма забавно, но я все еще злилась.       — Ты мне не нравишься. — еле как оплевывапаюсь от воды, выползая на берег. Холодно, однако. — Кто вообще додумался поставить тебя на присмотр за мной! Ни субординации, ни навыков, тебя ребенок заметил, а я и не шиноби еще. Тем более, что ты не должен был спускаться ко мне, даже если я тебя заметила!       — Ну так что, в шоги учить играть? — насмешливо произносит АНБУ, выуживая откуда-то теплый плед и сухую одежду.       — А давай.