Виски

      Стоило им прибыть обратно в Суну, как Гаара вновь стал пропадать в пустыне целыми днями, отрываясь от своего загадочного времяпрепровождения только ради миссий. Он все еще был предельно собран во время заданий, однако, стал в разы гуманнее, чем был до этого, предпочитая вырубать противника, и если тот представлял какую-то ценность, то заставлял делать крюк и сдавать их на ближайший пост шиноби, как это делала сама Наруто.       Куноичи из Листа много разговаривала с ними, рассказывая забавные моменты с миссий. Рядом с ней незримой и молчаливой тенью всегда присутствовал Учиха, что с подозрением относился к их тройке, но держал свои мысли при себе, хотя было прекрасно видно, что происходящего он не одобрял от слова совсем. Но Наруто будто не замечала этого и продолжала весело щебетать, не отрывая взгляда от Гаары.       В обычной жизни Гаара мог подолгу сидеть, уставившись в стену, даже не сразу замечая, что напиток его давно остыл, а в комнате есть кто-то еще помимо него. Темари раньше вообще не замечала у Гаары пристрастия к какому-либо из напитков, но все чаще ловила его на кухне ночью с кружкой заваренных трав, а также ее младший брат полюбил пить кофе с утра, как это любила делать Наруто. За такой короткий промежуток времени он будто перенял некоторые привычки аловолосой, и будто бы стал человечнее.       Свои комментарии блондинка держала при себе, и успевала вовремя наступить на ногу Канкуро, чтобы тот тоже прикусил язык, и не сбил настрой младшего, который мог просидеть в таком состоянии несколько часов, вертя меж пальцев кулон, подаренный Наруто. Это было только его время, в которое даже отец не осмеливался окликнуть младшего сына, если появлялся дома, конечно же.       Лишь однажды она вмешалась, когда Гаару всего скрутило от боли, а на руках стали появляться нехарактерные следы, будто по брату попало молнией, но они уже несколько дней находились дома, да и мало кто в стране Ветра владел Райтоном. И дом Казекаге был защищен со всех сторон, до джинчурики никак не могли дотянуться извне.       — Наруто. — хрипло выдохнул Гаара, с трудом снимая кулон. И Темари уже хотела поднять его, но пальцы обожгло буквально до волдырей.       — Что вы, Биджу вас задери, натворили! — она впервые на своей памяти повысила голос на младшего. Неужели они обменялись чакрой, эти малолетние идиоты! Но Гаара, видя взгляд старшей сестры отрицательно покачал головой.       — Это чакра Нару, — то, с каким трепетом Гаара произносил ее имя, больно кольнуло под лопаткой, и она не могла понять, от ревности, что ее младшего брата так ненавязчиво отнимают у семьи, или из-за того что она переживала за аловолосую. — С ней что-то случилось.       — Гаара, все хорошо, только успокойся. — песок бесновался на полу, вторя настроению джинчурики, и Темари с опаской прикоснулась к его плечам, прекрасно отдавая себе отчет, что младший брат не особо-то и любил прикосновения, и мог атаковать ее в любой момент, потому что не контролировал свое состояние во время вспышек боли. Но песок моментально успокоился и перетек обратно в тыкву, пока джинчурики пытался отдышаться. — Давай напишем письмо и узнаем, все ли с ней хорошо.       Ответа ждать долго не пришлось. Короткая весточка от Хокаге что Наруто на миссии, а Пятую не стоит волновать по таким пустякам. Ее младший брат стал напоминать загнанного в угол зверя, и как только настала пора отправляться на экзамен, он ушел самым первым, не дожидаясь никого, и им троим пришлось постараться, чтобы догнать младшего. Ну и откуда у него такая скорость! Ведь казалось, что младший самый хрупкий из них, и такие физические нагрузки для него смерти подобны!       Но Наруто в Конохе не было уже достаточно давно. Какие-то проблемы с миссией, и команда вернется не раньше через через два дня, и Гаару определенно взбесило это, пусть он старался и не показывать подобного. Их определили в гостиницу, и теперь младший напоминал не зверя, а скорее собаку, что ждала своего хозяина. От такого сравнения ей стало не по себе, потому что Шукаку все же был енотовидной собакой, если на то пошло, и джинчурики будто неосознанно копировал поведение своего Биджу.       В день, когда Хокаге объявила им о личном полигоне для шиноби Суны, в кабинет вломилась Наруто, растрепанная, уставшая, с залегшими тенями под глазами, но живая. Темари буквально перекосило от страха из-за манеры общения Хокаге и джинчурики, а также от летающих предметов, которые лишь чудом не попадали в людей. Но шиноби Конохи реагировали на это до неприличия спокойно, от чего у блондинки нервно дернулся глаз.       — К слову, не забудь, что тебе еще нужно составить брачный договор, — на этих словах спина Гаары стала неестественно прямой, а Наруто отсалютовал двумя пальцами Пятой, прежде чем скрыться за окном. И кто бы сомневался, что Гаара остановит ее, чтобы последовать за аловолосой.       Темари изнутри жгло такое любопытство, что она просто не могла оставаться на месте. Сенсором она была посредственным, но чакру брата чувствовала хорошо, ведь раньше от этого зависела ее жизнь, поэтому как можно тише и незаметнее направилась за ним, стоило получить разрешение покинуть кабинет Пятой. Она не могла сказать зачем последовала за этими двумя, просто чувствовала, что может пропустить что-то очень интересное, если сейчас не догонит их.       Конечно, то что она собиралась делать как минимум не красиво, но глубоко в душе Темари нравились эти сопливые романтические рассказы, от которых большинство куноичи расплывались розовыми лужицами, пока старшая дочь Казекаге лишь презрительно фыркала, нарочито показушно. Но эти романы ей нравились, и она с упоением зачитывалась каждой новинкой, все так же продолжая играть во взрослую куноичи, которую не интересуют подобные глупости. И сейчас один из таких романов разворачивался в жизни, буквально на ее глазах. Могла ли она упустить такую возможность? Нет, конечно же, поэтому она ускорилась чтобы догнать этих двоих.       Они остановились у самой кромки барьеров, к которым у Собаку Но был доступ еще с Нового года, но Темари все еще шла на достаточном расстоянии, поэтому слышала лишь обрывки разговора, да видела как эти двое не прекращают держаться за руку с тех пор, как покинули кабинет. А потом Наруто возводит глаза к небу, и наклоняется к ее брату, чтобы поцеловать того в щеку. Темари усилием воли подавила удивленный писк, видя, как оба подростка заливаются краской, и Нару пытается скрыть свое смущение за разговорами, и как хорошо, что красноволосая почти смотрит в ее сторону, и у куноичи есть возможность прочитать по губам ту часть разговора, что она не слышит.       “Мое солнце пустыни”. Темари вновь чуть не взвизгивает, на этот раз уже от умиления. Рядом с ней опускается Канкуро, который хотел уже что-то сказать, но она не глядя наступает брату на ногу, чтобы тот заткнулся, и не мешал ей лицезреть наимилейшую картину своими глазами. О Рикудо! Это даже лучше, чем в тех самых романах!       Ох, Наруто считает Гаару милым! А ее брат называет ее Принцессой! Неужели Темари спит и видит один из лучших снов в своей жизни?! Несмотря на тяжелый характер, у ее младшего брата есть человек, что смотрит прямо на него, и видит не монстра, не джинчурики, не сына Казекаге, а просто Гаару. Блондинка все еще старается держать себя в руках чтобы не начать радостно визжать, и во все глаза смотрит на то, как оба подростка, все еще красные, продолжают вести диалог, а куноичи ловит каждое слово, чтобы ничего не упустить.       А вот и вопросы о помолвке. Нет, было и так понятно что их братско-сестринские отношения с Саске, который не приходился ей родственником, будут вызывать вопросы, и помолвка между ними двумя - самое логичное решение этой ситуации, в которой никто не пострадает. Но вот только Гаара не умел делиться. Пусть он и не считает Нару вещью, но уж точно не позволит кому-то другому тянуть свои лапы к тому, на что засматривался сам. Тем же страдала и сама Темари, и её средний брат, а так же отец, что до сих пор повторно не женился после смерти их матери. Тем более, что молодой Учиха категорически не нравился ее младшему брату, и Темари уже предчувствовала тихую войну между этими двумя, пока Нару не видит.       Только вот интересно, кто успел рассказать Гааре о ханакотоба? Рядом довольно хрюкнул Канкуро, и Темари еле сдержалась, чтобы не ущипнуть брата за бок как можно больнее. Зараза. Темари хотела сама все рассказать и посмотреть на реакцию младшего брата, однако марионеточник ее опередил.       — Я тебе это еще припомню, — угрожающим шепотом произнесла куноичи, стараясь не отворачивать головы от двух подростков, продолжая бесстыдного “подслушивать” их разговор, читая по губам.       Темари уже чувствовала, к чему все идет, и можно было бы и покинуть свое убежище, однако, ее душа требовала подтверждения. А уж цветок для Нару она поможет выбрать. Такой, у которого тоже будет интригующее значение, и желательно так, чтобы эти двое не знали о нем.       — Настолько чудесный, что ты готова выйти за меня замуж? — Темари на мгновение показалось, что она услышала игривые нотки в голосе младшего, и похоже, не ей одной, потому что Канкуро подавился воздухом.       Конечно же, Наруто нравилась Темари, и она прекрасно понимала желание Учихи называть ее сестрой. Она и сама бы не отказалась от такой младшей сестренки, что станет опорой Гааре, а также хорошим стопором для их отца, что порой забывал о том, что он не только Казекаге. Наруто вообще весьма органично впишется в их семью, учитывая как легко она изменила их всех в лучшую сторону.       Но каков хитрец! Темари никак не ожидала таких решительных действий от, казалось бы, безэмоционального брата, однако, по всей видимости ситуация с помолвкой очень сильно задела младшего, поэтому он впервые в жизни решился действовать импульсивно, потому что Темари сомневалась в том, что Гаара хоть секунду обдумывал свои слова, прежде чем произнести их.       А Наруто так и стоит, все еще красная до самых кончиков ушей, и румянец уполз уже далеко под ворот водолазки. Столько еле сдерживаемой радости, она явно тормозила себя чтобы не начать обнимать Гаару, и Темари пыталась сдержаться, лишь бы не начать подбадривать их обоих.       — Да, Гаара. Единственный человек, за которого я согласна выйти замуж, это ты. — куноичи не сдержала вздох облегчения, и на глаза навернулись слезы. Канкуро недовольно сопел, и блондинка вновь наступила ему на ногу, отчего марионеточник напряженно засопел.       Она что-то там лепетала по поводу того, что джинчурики никто не отпустит, но слова Гаары расставили все по своим местам. Пусть порой он и казался отрешенным, но если ему что-то надо, он будет добиваться этого, как было, например, с преемственностью поста Казекаге. Да, Канкуро он особо-то и не нужен был, но и Гаара не собирался просто так получать эту должность, просто потому, что больше некому. И у самой Темари были все права на правящее кресло, но она также не стремилась к подобному, считая зеленую шляпу не более чем обременительной хренью, которая сожрет ее последние нервные клетки.       Но помимо них были и другие зрители, в виде Белого Змея Конохи, который прекрасно видел всю разворачивающуюся сцену, а так же и других наблюдателей, которым они незаметно просигналили, чтобы пришли чуть позже.       — Нет, ну ты видел? — она пихает в бок Канкуро, стоит двух подросткам скрыться за барьером. — У нас появится младшая сестренка.       — Рано радуешься. — Канкуро цокнул языком, смотря на яркий отпечаток чужой ноги на сандалиях. — Никто не позволит им поженится. Хокаге не отпустит джинчурики, а отец не согласится, чтобы один из его сыновей покинул Суну.       — Раз Гаара сказал, что найдет решение, значит найдет. Просто верь в него.       Они будто бы невзначай встретились около гостиницы, и Наруто так кстати завела разговор о растениях, что Темари с радостью ее поддержала. Настало время для небольшой шалости.       — Ну, что я тебе говорила? — Темари довольно ощутимо толкнула локтем в бок Канкуро. — А ты все заладил все эти годы “ничего не получится”.       — Хорошо, я был не прав, довольна? — он лишь мельком взглянул на пару, кружащуюся в танце. — И когда они только успели научится танцевать.       — Тебя только это волнует? Твой младший брат столько прошел чтобы жениться на девушке, которую любит, а тебя интересуют только танцы? — блондинка всплеснула руками.       — Значит, вы все знали. — от холодного тона отца по спине Темари пробежали мурашки. — И как давно?       — Ничего не знали, само получилось, — в один голос ответили дети Четвертого, чуть пятясь назад от разозленного отца. Раса только вздохнул.       — Я почувствовал неладное, как она переступила порог моего кабинета. — бывший Казекаге как всегда выглядел отрешенным, но взгляд его смягчился, стоило посмотреть на танцующих, что легко кружили будто бы над землей. — И как бы мне этого не хотелось, сложно отрицать очевидное. С самого начала все было предрешено и вело именно к этому.