Его сокровище

На следующее утро Ара проснулась в одиночестве. В ее старой квартирке было тихо и непривычно пусто — она успела отвыкнуть от этого за месяцы жизни с Намджуном. Школьница потянулась в кровати, глядя в потолок, и попыталась собрать мысли в кучу. Вчерашний скандал всё ещё отдавался в груди неприятным осадком. Она не жалела о том, что сказала, — каждое слово было правдой. Но жалела о том, как именно это вышло. Кричать при всех, унижать его перед друзьями, уезжать, хлопнув дверью… Это было неправильно. Они должны были поговорить наедине. С другой стороны — когда он давал ей такую возможность? Когда слушал, а не давил своим авторитетом? Телефон завибрировал на тумбочке. Сообщение от Юнги: «Он едет. Будь готова». Ара глубоко вдохнула и выдохнула. Значит, разговор состоится раньше, чем она планировала. Что ж, может, это и к лучшему. Она быстро привела себя в порядок, надела домашнее платье и заварила кофе. Две чашки. На всякий случай. Звонок в дверь раздался через двадцать минут. Ара открыла — и замерла, глядя на своего мужчину. Выглядел он паршиво. Под глазами залегли тени, волосы были взъерошены так, будто он всю ночь запускал в них пальцы, а в глазах плескалась такая смесь страха и надежды, что у школьницы сердце сжалось. — Привет, — прошептал он. — Привет, — ответила она и посторонилась, пропуская его внутрь. Они прошли на кухню. Намджун заметил две чашки на столе, и в его груди что-то дрогнуло. Она ждала его. Несмотря ни на что — ждала. — Садись, — Ара указала на стул, а сама села напротив. — Кофе будешь? — Буду, — он взял чашку, но пить не стал. Просто грел ладони о горячий фарфор. Молчание затягивалось. Первым не выдержал Джун. — Я был неправ. Я вчера это написал — и написал правду. Но этого мало. Я должен объяснить. Ара молча кивнула, давая ему возможность говорить. — Когда я услышал про подавители, у меня будто тумблер в голове переключился. Я представил, что ты тоже можешь захотеть… разорвать связь. Уйти. Исчезнуть. И меня накрыло. — Он поднял на неё глаза. — Я знаю, что это не оправдание. Я повёл себя как последний мудак. Орал на Тэ, давил на тебя, решил, что моё мнение — единственно верное. А это не так. — Не так, — подтвердила Ара спокойно. — Я хочу, чтобы ты знала: я не считаю тебя своей собственностью. Ты не раба, не вещь, не игрушка. Ты — мой соулмейт. Моя вторая половина. И если я когда-нибудь даю тебе повод думать иначе… — он запнулся, подбирая слова, — то я идиот. И мне нужно об этом говорить. Прямо. Без криков. — Вот как сейчас? — уголки губ школьницы дрогнули в намёке на улыбку. — Как сейчас, — подтвердил он. — Я тебя слушаю. Я правда слушаю. Ара помолчала, обхватив свою чашку ладошками. — Джуни, я не планирую от тебя уходить. Ни с подавителями, ни без них. Ты — мой человек. Мой соулмейт. Я выбрала тебя не потому, что судьба так решила, а потому что ты… Это ты. — Она встретилась с ним взглядом. — Но я не могу жить под колпаком. Не могу, когда ты решаешь, что мне можно знать, а что нельзя. Я не ребёнок. Ну, почти не ребёнок. — Почти, — согласился Намджун, и в его глазах мелькнула тёплая искра. — Я хочу быть с тобой на равных. Не просто «девочкой Намджуна», а твоим партнёром. Тем, кому ты доверяешь свои страхи, а не только приказы. — Я доверяю, — тихо сказал он. — Просто не умею показывать это иначе. Меня не учили. — Тогда учись, — Ара протянула руку через стол и накрыла его ладонь своей. — Я тоже учусь. Мы оба учимся. Главное — вместе. Ким посмотрел на их переплетённые пальцы, и что-то в его груди наконец отпустило. Та тугая пружина, что сжималась с того самого момента, как за Арой закрылась дверь, начала медленно расслабляться. — Я больше никогда не буду решать за тебя, — пообещал он. — Если мне что-то не понравится — я скажу. Объясню, почему. Но приказывать и запрещать — нет. Никогда. — И не будешь орать на друзей, когда они делятся своими проблемами? — Не буду, — он усмехнулся. — Тем более что я уже извинился перед Тэ. И мы договорились помочь его сестре. Ара просияла. — Правда? Вы поможете ей? — Да. Джин уже ищет информацию. Мы вытащим её. Обещаю. Школьница вскочила с места и, обойдя стол, бросилась Намджуну на шею. Он поймал её, прижал к себе, зарылся носом в волосы, пахнущие ванилью. — Я скучал, — прошептал он. — Всего одну ночь, а уже скучал. — Я тоже, — ответила она, уткнувшись в его плечо. — Не делай так больше. — Не буду. Клянусь. Они просидели так ещё какое-то время — просто обнимаясь, просто дыша в унисон. А потом Намджун вдруг хмыкнул. — Что? — Ара отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо. — Ты знаешь, что Мин сказал про тебя? — Что? — Что ты великолепная. И что он готов поставить тебе золотой памятник с табличкой «Укротительница дракона». Ара расхохоталась — звонко, свободно, от всей души. Намджун смотрел на неё и думал, что ради этого смеха готов учиться чему угодно. Хоть всю жизнь.