скальпель

Большая светлая комната окутана солнечными лучами, проникающими сквозь стекло, которые игрались на белой простыне. Блондинистые волосы растрепано раскинулись на светлой подушке, греясь под жаркими лучиками. Черные ресницы слегка подрагивают, пробуждаясь от сна. Ладонь Юнги возвышается перед закрытыми глазами, укрывая от солнца. Он расплывается в улыбке, смотря на уже полуспящее лицо светловолосого. Мин бы вечно смотрел на прекрасное лицо своего любимого парня, он готов каждое утро просыпаться и укрывать его от назойливого солнца, которое будит с раннего утра в единственный выходной. Глаза Чимина сонно открываются, он морщит нос, пытаясь проснуться. Видя руку Юнги, он слегка улыбается, ведь Мин может быть милым, если захочет этого, Чимин знает об этом. — Лишаешь меня фотосинтеза? — с хрипотцой произносит Чимин, жмуря глаза. Юнги убирает руку, кладя ее на талию Пака,и улыбаясь,он наклоняется к лицу парня, чмокая его в пухлые и сухие губы. — Пытался уберечь твой сладкий сон, — шепчет в губы Юнги, прикрыв глаза. Юнги каждый раз наслаждается присутствием Чима, ему на душе становится спокойно и легко. Чимин словно дополняет его, и если его рядом не будет, он определено забудет, как дышать. — Мой любимый, — улыбается Пак, его руки ложатся на плечи Юнги, притягивая к себе, после чего он мягко целует того в губы, проникая язычком в рот, растягивая один кислород на двоих. Мин поглаживает ладонью бедро Пака, отвечая на тягучий и сладкий поцелуй. Чимин не отрываясь от поцелуя, садится на чужие бедра, чувствуя утреннее возбуждение своей задницей, и ухмыляется в поцелуй, ерзая на бедрах. Юнги вовсю бродит руками по всему соблазнительному телу Чимина, прижимая к себе за его ягодицы. — Мой малыш хочет поиграть с утра? — шепчет в поцелуй Юнги, слегка укусив того за нижнюю губу. Чимин задирает домашнюю футболку Мина, оглаживая пальчиками голый торс. — А ты против? — хрипит Чимин, продолжая свои действия, от которых у самого становится тесно в штанах. По телу пробегают мурашки, когда Юнги тянет футболку вверх, и проводит пальцами по твердым соскам. — Как я могу, — ухмыляется Мин, стягивая с Чимина нижнее белье. *** Чонгук осматривает пациентов в отделении интенсивной терапии и дает указания первогодке. — Доктор Чон, с вами все в порядке? — спрашивает младший, видя, как Чонгук немного шатается, гляди упадет сейчас. — Да...— отвечает Чон, у него в глазах темнеет, а силы покидают тело, голова кружится. Чонгук падает на пол, задев столик со всеми медицинскими приборами, которые с громким грохотом падают вместе с врачом. Младший начинает паниковать и кричать медсестер, поднимая того на ноги не без помощи других врачей, его отводят на свободную койку, подключая к аппарату жизнеобеспечения. — Позовите Доктора Кима, — сказала медсестра новичку, ставя капельницу. Младший молча кивает и убегает искать врача. Спустя минут пять, он заходит в комнату отдыха, где спокойно и расслабленно лежит Тэхен. — Доктор Ким, там Доктору Чону плохо, он упал...— запинаясь от недостатка кислорода, говорит первогодка, тяжело дыша от бега. Тэхен вмиг подскакивает с места и бежит следом за младшим. — Какие показатели? — спешно спрашивает Тэхен, подбегая к койке Чонгука. — Пульс 100 на 60, температура тела 39. Тэхен прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу Чонгука, ощущает жар, сердце пропускает несколько беспокойных ударов. У него в голове уже строятся самые страшные теории о том, что случилось, почему он себя так чувствует. Внутри все сжимается, от этой картины, где сам Чон Чонгук лежит на больничной койке без сознания. Доктор Ким кусает губы от нервов, ему слишком страшно за состояние Чона. В последнее время он замечал, что Чонгук много работает, что он и не присядет и не отдохнет, а с Тэхеном не разговаривал после той беседы в коридоре. — Наблюдайте за его состоянием, если что, то я рядом, — Ким делает глубокий вздох, чтобы не выдать свое чрезмерное беспокойное состояние. Голос предательски дрожит, а отставлять парня совершенно не хочется. Но выбора нет, не может же он просидеть весь день у койки, люди неправильно поймут. Есть прекрасные медсестры, которые неплохо справляются и без Тэхена. Его руки слегка дрожат, когда он приставляет два пальца к пульсу на шее, считая. Он дает еще некоторые указания, и нехотя отходит от постели. Еще минуты две смотря на бессознательное лицо Чона. — Доктор Ким, там ребенок, — уведомляет врач, который выбежал из отделения неотложной помощи, слегка запыхавшись. — Выпил бутылку ибупрофена, не реагирует. Тэхен быстрым шагом направляется в неотложку, все мысли заняты Чонгуком, беспокойство за него. В то же время, он понимает, что он просто переутомился, отдохнет и встанет, ничего страшного, но сердце все равно ноет, желая сидеть рядом с ним и держать его руку. О работе нельзя забывать, и поэтому, Ким пытается отбросить все лишние мысли и сконцентрироваться на других пациентах. Спустя пару минут, Доктор Ким осматривает пятилетнего мальчика, его мама которого стоит рядом, и заливается слезами, беспокоясь о своем сыне. — Показатели нестабильны... У него высокая температура и тошнота из-за простуды, — негромко комментирует рядом стоящий врач. — Когда мальчик кричал от боли, ему давали ибупрофен. Тэхен внимательно слушает, слегка хмуря брови. — Запустите панель запуска, включая уровни электролита, — указывает Доктор Ким, на что получает кивок от медсестры. Тэхен подходит к матери мальчика. — Противовоспалительные препараты, как ибупрофен, необходимо вводить в контролируемой дозе, иначе это будет смертельно для маленького ребенка. Из-за лихорадки его органы уже не функционировали нужным образом, наркотик в его организме препятствует работе печени и почек, также есть риск внутреннего кровотечения в желудке, — неторопливо, твердым голосом, произносит Тэхен. Женщина кусает губы, закрывая лицо руками и неосознанно садясь на пол, она начинает громко плакать. — М-мой мальчик... — стонет она, глотая собственные слезы. — Прости маму... — она бьет себя по грудной клетке, не переставая лить слезы, жмурит глаза от внутренней боли. Тэхен смотрит на нее, тяжело вздыхая. Не первый раз видит такую сцену, сколько уже было таких мамочек, которые гробили жизнь собственных детей, сами того не подозревая, а потом плакались врачам, молясь, чтобы они спасли жизнь их дорогого ребенка. — Госпожа, не волнуйтесь, с вашим сыном все будет хорошо, он поправится, слышите? — Тэхен опустился на одно колено, положив ладони на хрупкие плечи, выдавливая из себя улыбку. — Все будет хорошо. Да, Тэхен всегда так говорит, чтобы успокоить, даже когда уже ничего не поможет. Но тут правда, мальчика еще можно спасти. Он поднимает женщину на ноги, и говорит, чтобы она не переживала так сильно, ребенку помогут и будет все хорошо. Только бы больше не пичкала бездумно таблетками. Тэхен еще дает некоторые указания врачам, стоящие рядом с кроватью ребенка, и направляется в сторону стойки медсестры. Рядом со стойкой стоит девушка, которую ему совершенно не хочется видеть. — Подготовьте мне все документы про ребенка Су, — сказал Тэ, облокотившись локтями на белую поверхность. — Тэ, можно с тобой поговорить? — Со Ён подходит ближе к Доктору, положив свою ладонь на чужую руку. — Говори, — коротко бросает Тэхен, даже не взглянув на нее. Внутри Тэхена начинает бушевать злость, не на девушку, хотя на нее тоже, больше всего злит собственный отец, который послал ее, якобы следить за ним. Как будто Тэхен маленький мальчик, не способный к самостоятельной жизни. Он всегда сомневался в способностях сына, принимал его за слабого ребенка. Но это не так. Тэхен очень сильный и самостоятельный. Жаль, что отцу никогда этого не понять. — Не здесь, — отвечает она, кинув взгляд на медсестру, которая посмотрела на них с недоверием. Тэхен глубоко вздыхает, и без слов движется в сторону комнаты отдыха. Девушка сразу кинулась вслед, бросив недовольный взгляд на медсестру. — Ну, чего тебе? — Тэхен разворачивается лицом к девушке, которая захлопнула за собой дверь. — Отец сказал, чтобы ты вернулся в Италию, — скрестив руки на груди, произнесла она. От милой девушки, которая только что стояла у стойки, ни осталось и следа. Ее голос звучит грубее и тверже. Тэхен распахивает глаза, смотря на нее с огромным возмущением. — Зачем? — Тэхен начинает беситься, он сжимает кулаки, кусая внутреннюю сторону щеки. — Не знаю я, позвони и сам спроси, — язвит она, подходя ближе к Тэ. Девушка обвивает своими руками талию Кима, и оставляет на щеке легкий поцелуй. Тэхен грубо отталкивает ее, смотря разъяренными глазами. Внутри вскипает злость, ненависть, непонимание, разочарование. Все эти чувства смешиваются воедино, лицо сменяет одну эмоцию на другую. — Оставь меня, — грубо и злобно говорит Тэ. Он обходит Со Ён, и выходит за дверь, злость из него так и хлещет. *** Президент Пак сидит на своем дорогом кожаном кресле, грызет ногти, обдумывая свой план действий. — Господина Чхве госпитализировали, — негромко начинает говорить Пак Мин Гун, он сидит на диване, раскинув по привычке свои ноги, смотрит на своего напряженного отца. — Операция через два дня. — Мы не должны проиграть, слышишь? — грубым голосом говорит старший Пак, ударив кулаком по столу, от чего издается глухой звук, расползающийся по тихому кабинету. — Я сделаю все возможное, — Мин Гун скрещивает руки на груди, а на лице играют желваки. — Постарайся уж, — твердо отвечает тот. — Не разочаруй меня. *** Время десять часов вечера, Тэхен, закончив все свои дела, уже сидит у кровати молодого доктора. Он не знает, просыпался ли Чонгук, но когда Тэ пришёл, он спал. Ким вслушивается в тихое и ровное дыхание Чона, смотрит на его красивое лицо. У Гука слегка подрагивают черные ресницы. Тэ проводит большим пальцем по щеке, поднимаясь к волосам. Его черные волосы раскинулись на подушке, создавая слегка небрежный вид. Ким гладит по чужим волосам, внутри него до сих пор беспокойство, а сердце стучит в разы быстрее, рядом с этим человеком. Он кусает губу, и берет в свою руку чужую, нежно и заботливо её поглаживает большим пальцем. Когда тебе нравится человек, трудно скрывать свои истинные чувства, особенно когда он вот такой в данный момент, беспомощный, как маленький котенок под дождем. Тэхен выстроил толстые стены вокруг себя. Между ними. Чтобы никакие чувства не сумели завладеть разумом. Но с каждым днем становится все труднее и труднее держаться. Тэхену поначалу даже было забавно наблюдать за непониманием этого ребенка. Как он смешно злился, и грозился чуть ли не убить. Но всему приходит конец. Тэхен понимает, что сделал больно этому человеку. Он ненавидит себя за это, ненавидит свою семью, которая, можно сказать, разлучила их пять лет назад, ненавидит и сегодняшний день, слишком много сегодня всего неприятного произошло. Тэхену плевать на указания отца, плевать на Со Ён, которая следит за каждым шагом своего мужа, самое главное в его жизни спит сейчас на больничной койке. Он смотрит с заботливой улыбкой на спящее лицо, оставляет короткий и нежный поцелуй на тыльной стороне ладони Чона. Сейчас только важен он. Тэхен принял решение, он не повторит ту ошибку, которую совершил пять лет назад. Он не станет идти на поводу у отца, Тэхен останется со своим человеком, которого действительно считает важным. С которым ему хочется остаться подольше и не отпускать. — Тэ...— слышится хриплый и сонный голос Чонгука. Тэхен вздрагивает от неожиданности, Чонгук буквально вырвал его из своих мыслей, вернув в реальность. — Как ты себя чувствуешь? — интересуется Тэхен, склонив голову к лицу Чона, он проверяет тыльной стороной ладони температуру. — Нормально, — отвечает он, поднявшись на локтях, он опирается спиной к подушке. Тэхен садится на кровать, продолжая беспокойно смотреть на парня. — Ты чего такой нервный, я же не умираю. — Беспокоился просто...— тихо отвечает Тэхен, вновь взяв того за руку. Чонгук смотрит в глаза напротив, видит в них беспокойство, внутри что-то теплое разливается, у него появляется чувство дежавю. Когда-то давно, Тэхен также пришел к нему домой, когда тот заболел, говорил такие же слова. Чонгук мягко улыбается. Но у него до сих пор не укладывается в голове, что у него есть жена. С тех пор прошло четыре дня, Чон, можно сказать, избегал какого-либо контакта с Кимом. Пытался забить себя работой, чтобы ненужные мысли не лезли к голову. Четыре дня назад — Моя жена, — усмехается Тэхен. Чонгук округляет глаза, резко встав со своего места, он смотрит на совершенно спокойное лицо. Сердце вмиг забилось в бешеном ритме, того гляди сейчас выпрыгнет. — Т-то есть? — почти заикаясь, спрашивает Чонгук, смотря невозмутимым взглядом. — Ну, фиктивный брак, — непринужденно отвечает Тэхен, почесав нос. — Выгодная сделка. Чонгук хмурит брови, внутри облегченно вздыхает, по крайней мере, это не настоящий брак. Чонгуку и этого достаточно, чтобы отставить панику. — И на сколько? — спрашивает тот, сложив руки на груди, и выпрямившись в спине. — Если я не ошибаюсь, то осталось полгода, — закусив губу, произносит Ким. — Понятно...— немного с задержкой отвечает Чон. Спустя пару минут молчания, которое слишком давило на голову, он разворачивается и уходит, погружаясь в свои мысли. Сейчас Чонгук поджимает губы в тонкую линию, все эти дни его мысли были только об одном человеке,он забыл, что значит спать и есть. Так и свалился на больничную койку. — А зачем меня в отдельную палату перевели? — хмыкает Чонгук, только сейчас осмотревшись, где они находятся. — Президент так решил, — пожимает плечами Тэ. За окном светит яркая луна, которая проникает лунным светом в палату, создавая красивую и ночную атмосферу. — Чонгук...— говорит Тэ, после минутного молчания и игру в гляделки. — Да? — спрашивает тот, все также смотря в глаза напротив. У Тэхена вмиг забилось сердце в пять раз чаще, внутри все приятно переворачивается, даже когда он слышит голос этого парня. Он садится поближе к Чону, заставляя того выпрямить ноги. — Тэхен... Ты в порядке? — видя, как тот нервничает, интересуется Чонгук. Не в порядке. Очень хочется к тебе. Чонгук берет в ладони лицо Тэхена, у того вмиг распахиваются глаза и его срывает. Тэ накрывает своими губами чужие, целуя нежно и трепетно, боясь сделать еще больнее этому ребенку. Он понял, что этого малыша он будет беречь до конца, и никто и ничто у него его не отнимет. Чонгук прикрывает глаза, отвечая на поцелуй, проникает язычком в приоткрытый рот, исследует его, как в первый раз. Пальцы на затылки Тэ сами зарываются в пепельные волосы, прижимая к себе ближе, тем самым углубляя поцелуй. Это то самое чувство, когда ты долго чего-то хочешь, а потом неожиданно получаешь, внутри по венам растекаются приятные ощущения. Сердце у обоих уходит в пятки, а внизу живота приятно тянет. Это то самое чувство, когда ты любишь человека и наконец, можешь прикасаться к нему и целовать. Это чувство неописуемо. Тэхен, не разрывая поцелуй, скидывает на пол белоснежное одеяло, которым был укрыт Чонгук, и встает меж его ног, спускаясь поцелуями к шее. Страсть и возбуждение берут вверх. Он яро засасывает кожу, чтобы оставить свои метки, показать всему миру, что он его и больше ничей. Спускается к ключицам, похотливо целуя и оставляя засосы. Возвращается к губам, целует сразу же более глубоко и грубее, ловя своим ртом приглушенный стон, когда Тэхен спускается руками по талии к бедрам, оглаживая внутреннюю сторону бедра. — Мы что... это в больнице сделаем? — тяжело дыша, оторвавшись от чужих губ, интересуется Чонгук, смотря в большие янтарные, полные желанием и возбуждением, глаза. — Почему бы и нет, — ухмыляется Тэхен, продолжая гулять руками по всему телу. У Чонгука кожа вмиг становится гусиной, от горячих прикосновений Тэхена. Он буквально плавится от них, как шоколад на солнце. По телу проносится волна возбуждения, от которой еще приятнее. — Это заводит, — усмехается Чонгук, и вновь притягивает к себе лицо Тэхена, увлекая в тягучий поцелуй. Тот в свою очередь, отвечая на страстный поцелуй младшего, расстегивает его больничную рубашку, и откидывает на пол, припадая к затвердевшим соскам, слыша томные выдохи, ласкающие слух. Руки сами тянутся в остальной части одежды, эти ненужные тряпки здесь вообще некстати. Он тянет вниз штаны, Чонгук немного приподнимается, помогая избавиться от них, они летят следом за рубашкой. Тэхен довольно ухмыляется, любуется любимым телом. Чонгук тянет свои руки к белому, никому не нужному, врачебному халату, который также летит на холодный бежевый кафель. На этом младший не останавливается, он тянет вверх чужую черную футболку. Оглаживает пальцами соски и спускается ниже, Тэхен улыбается такому желанию парня, помогает ему расстегнуть ремень и снять джинсы. Тэхен выпрямляется в спине, проведя ладонью от груди и до самого низа живота, и зацепляет ткань боксеров, Чонгук ни капли не медлит, сразу приподнимается и помогает избавиться от этой вещи. Тэхен облизывает и кусает свои, покрасневшие от поцелуя, губы. Приятно видеть такого Чона, ими движет возбуждение, от которого обоим сносит крышу. Тэхен подносит палец к маленькому колечку мышц, от чего Чонгук резко дергается. — Я боюсь...— тихо шепчет младший, смотря в глаза напротив. — Я у тебя первый, малыш? — Тэхен поднимается к чужому лицу, поглаживая его щеку своей горячей ладонью, в ответ получает короткий кивок, от которого Тэхен умиляется. — Не бойся, детка, — он горячо дышит в приоткрытые губы. — Я сделаю тебе приятно. Чонгук кусает губу, опять коротко кивнув, Тэ оставляет мимолетный и успокаивающий поцелуй на губах и возвращается в исходное место. Он аккуратно разводит накаченные ноги младшего, все еще любуясь его офигенным телом. Тэхен осторожно вводит один пальчик в колечко мышц, и аккуратно двигает им внутри. Видит, как жмурится Чонгук, он поднимается к лицу, покрывает его лицо маленькими поцелуями, пытаясь успокоить. В ход идет второй палец, еще больше расширяя маленькую дырочку, Чонгук тяжело дышит, тихо издавая стоны. — Я могу остановиться...— шепчет Тэхен на ухо Чонгук, продолжая двигаться пальцами. — Я хочу тебя, — уверенно выдыхает Чонгук, накрывая чужие губы своими, глубоко и страстно целуя. У Тэхена уже не хило так встал, от томных стонов и голоса, от извивающегося тела, от Чонгука. Он удобнее встает между ног, и подставляет головку члена к покрасневшей дырочке. Старший невольно лижет нижнюю губу, и входит наполовину, ловя приглушенный низкий стон. Тэ держит за чонгуковы бедра, не давая никуда двинутся, и начинает не быстро двигаться, кусая от наслаждения свои губы. Чонгук пытается стонать как можно тише, но все выходит из-под контроля, когда член проникает глубже, кожа мгновенно покрывается мурашками, он притягивает к себе лицо Тэхена, и жадно целует в губы, чтобы хоть как-то заглушить стоны. По-началу было больно и не приятно, но с каждым толчком по телу растекается волна возбуждения и желания продолжить, внизу живота приятно тянет, теперь он наслаждается этим, Тэхен не соврал, он действительно делает Чону приятно, от чего крышу сносит окончательно. Он уже сам насаживается глубже на чужой член, разводя ноги шире, стонет от наслаждения, и уже как бы плевать, если кто-то их услышит. Тэхен томно и горячо дышит в чужие покрасневшие губы, из которых льются божественные стоны, которые еще больше распаляют возбуждение. Он двигается глубоко и размашисто, наслаждаясь каждой секундой этого процесса, каждым стоном, каждым поцелуем. Младший извивается под горячим телом, вновь и вновь ища тэхеновы губы в темной комнате, и целует их, долго, глубоко, стонет в них, когда член дотрагивается до чувствительной точки, сжимает его внутри, чтобы слышать животный рык, от которого по телу мурашки. Спустя несколько минут, Тэхен чувствует разрядку, и быстро выходит из младшего, кончая прямо на живот. Старший закусывает губу, видя, как белая жидкость растекается по голому торсу. Чонгук тяжело дышит, облизывая свои губы, притягивает к себе тело Тэхена и крепко обнимает. — Ты больше не уйдешь? — тихо спрашивает Чонгук, посмотрев в большие глаза. — Не уйду, детка, — произносит Тэхен, и нежно целует в губы. Он больше не уйдет. Просто не посмеет это сделать. Оставлять своего мальчика совсем не хочется. Хочется только прижать к себе крепко и никогда не отпускать. Тэхен плевать хотел на все указания в его сторону, для него главное счастье этого парня. И он подарит ему это.