Часть 7: "Перемирие"
20 августа 2021 г., 23:18
Осень в долине прошла практически без происшествий. Ласки уже немного привыкли к своим новым соседям по норам и, частично, к их ритму жизни. Как оказалось, горностаи любили устраивать по вечерам сходки у костров, где частенько распевали песни или слушали рассказы старцев, причём одну и ту же историю они могли с интересом слушать несколько раз подряд. Но, не считая вечерних развлечений, чернохвостые в основном вели такой же образ жизни, как и ласки — предпочитая заниматься, в основном, более серьёзными делами: делая заготовки на зиму, обустраивая свои дома, ежедневно тренируясь и всё тому подобное. Дагур старался подгонять своё племя, чтобы успеть подготовиться к зиме, но и сам не стоял в стороне — он взял на себя временно ещё и обязанность охотника, дабы у других было больше времени на обустройство выделенной им части поселения. И их усилия прошли не зря, холода настали чуточку раньше, чем ожидалось, но горностаи, как и ласки, встретили их уже подготовленными. Ласки, кстати, активно помогали своим новым сожителям с запасами. Благодаря устройству Рави, провианта теперь хватало на всех, поэтому, почему бы и не поделиться?
Холода холодами, а вот снежок выпал точно в срок. Только всё вокруг укрылось белой пушистой простынёй, как площадь тут же из места важных сборов превратилась в площадку для детских игр. Настроив себе горки, одни малыши весело хохоча, друг за дружкой скатывались с них, другие предпочли просто лепить снежных зверей, а те, что постарше, выбрали для себя игры повеселей, например, снежный бой. Во время обстрелов снежками, часто доставалось и взрослым. Одни ворчали в ответ на выходки подростков или просто жаловались на мороз, другие же, наоборот с радостью подключались в игру, впадая в детство. Вот уже и две команды образовалось: ласки против горностаев! Но вмешался Ричи со своей подружкой, в итоге все были засыпаны снегом и пришлось объявить ничью. Зара нашла свою стаю, но, пока она была с ними, ни на миг не прекращала думать о Ричи. Этот кондор попал ей в сердце ещё в первый день их знакомства, да и она ему тоже сильно понравилась. Поэтому после её возвращения в поселение они частенько стали встречаться, иногда проводя время вместе с ласками и горностаями, а иногда в горах, рядом с другими кондорами.
До Нового года оставалось совсем ничего — пара дней! Все спешили запастись подарками для своих близких и друзей, некоторые просто пытались согреться различными способами, однако у одной группы охотников желание согреться случайно перешло свою грань и переросло уже в настоящую, что ни на есть, пьянку. Клод веселился вместе с другими охотниками из своей команды, когда вдруг из ниоткуда появилась Жаклин.
— Добрый день, мальчики! Не против, если я ненадолго украду у вас одного охотничка?
— О, Жаклин, присоединишься к нам?
— Я бы с удовольствием, да ещё дел много. — Пробубнила она, уводя за собой Клода. Отойдя на достаточное расстояние от охотничьего штаба она вдруг резко прижала его спиной к дереву и одарила крепкой пощечиной, от которой он тут же протрезвел.
— Ау! За что? Я же ничего не сделал!
— Вот именно, что ты ничего не сделал! Мы как договаривались? Ты должен был вскружить голову моей дочери, что бы она забыла об Эрасте, а ты тут песни горланишь, пока она с ним проводит дни и ночи напролёт! Ты вообще в курсе, что она больше не ночует у себя дома? Понимаешь, что это значит? Что это будет конец всему!!! — Закончив, она ещё раз ударила горностая по щеке, что бы окончательно привести его в чувства.
— Ай! Послушайте, у нас с Лу-лу ничего бы не вышло. Мы с ней остались друзьями, мне этого оказалось достаточно. За столько лет разлуки, да и после всего, что с ней приключилось, у меня попросту не осталось шансов завладеть её сердцем снова. Она любит Эраста и они счастливы вместе.
— Так ты на что здесь?! Сделай так, что бы они перестали быть счастливы вместе! Это твоя задача и ты обязан её выполнить! Иначе я устрою тебе такую «сладкую жизнь», что вовек не забудешь, каждую ночь в кошмарах будешь это вспоминать! Ты меня понял?
— П-понял. Только как это сделать то?
— Ох… Идиот… И зачем я только с тобой связалась, если опять всё приходится делать самой? Неужели капитан тебя ничему не научил за все годы плавания? — Прорычала она, сильней прижав горностая к дереву, схватив его за горло.
— Всё ясно… будем брать на абордаж… — Прохрипел он в ответ.
— Наконец-то! Пошли, по пути объясню свой план.
— Ааа как же…?
— Не беспокойся, они уже так пьяны, что твоё отсутствие заметят не скоро.
***
Из мастерской с самого утра слышался стук топора. Однако это не Рави там трудился, а Эраст. Не все поселенцы могли обеспечить себя дровами, что бы согреться, потому ласка разрубал крупные ветки на более мелкие части, что бы потом доставить их старикам или матерям-одиночкам, чьи мужья погибли во время войны. Таких нуждающихся было много, так что работы ему хватало. Сам же мастер делал уже из готовых дров удобные для переноски связки и относил их по нужным адресам. Вернувшись в мастерскую, ласка устало потянулся и обратился к сыну: — Не устал ещё? Может, передохнёшь пока, я могу тебя подменить. — Нет, спасибо. У тебя спина, а тут работы ещё на целый день, лучше я сам. — Тебя не узнать… То бегал от работы по всей долине, а теперь из мастерской днями не выходишь! Что с тобой случилось? — Что, что, повзрослел парень, вот и всё! — Весело подхватил подошедший к мастерской ласка, который помогал Рави относить связки дров нуждающимся. — Нагулялся, героем стал, да за ум взялся, работать вон начал! Не сын у тебя, а сокровище! За такого теперь и дочку не страшно замуж выдать! — А ты уши то не развешивай, здесь семейный разговор. Да и невеста у него уже есть. — Тут же приземлил ласку изобретатель и его помощник, насвистывая себе под нос какую-то простенькую мелодию, тут же скрылся за дверью с новой связкой дров. — Мальчики! — сладко пропела только что вошедшая в мастерскую Луиза и, продемонстрировав им корзинку со свежеиспечёнными пирожками, добавила: — Перекусить не желаете? — Ну, это можно! — улыбнулся мастер, теперь уже с понимающим взглядом покосившись на сына. Наскоро вытерев руки об себя оба голодных ласки потянулись к пирожкам, но строгий взгляд горностайки дал им знать, что так просто это не прокатит. Хорошенько вымыв руки они, наконец-то, смогли насладиться свежей выпечкой или…не совсем насладиться? — Ну как вам? — Ммм… Я бы сказал… весьма необычное сочетание вкусов… — Переглянувшись с сыном и, с трудом проглотив первый кусочек пирожка, ответил ласка. — Папа хочет сказать, что ему очень понравилось сочетание рыбы и диких огурцов. Но, в следующий раз попробуй добавить их чуть меньше, эта рыба сама по себе вкусная. Ладно, милая? — Правда? Я так рада, что вам тоже понравилось! Просто, я хотела немного разнообразить блюда к празднику и поэкспериментировала с начинкой для пирожков. — Тоже? — переспросили в унисон отец с сыном. — Да, я их дала попробовать маме, Дагуру с Ингой — она вообще была в восторге! Ещё по пути сюда дала по пирожку дедушке Орму, Кронку с Элиной и вашему товарищу… всё время забываю, как его зовут, ну да ладно. — Всем привет! Можно к вам? — Привет, Клод! — Мм! А что здесь так вкусно пахнет? — Я пирожков испекла, хочешь попробовать? — улыбнулась горностайка, протянув другу корзинку с угощением. — О, благодарю! — Откусив пирожок, Клод вдруг бросил в сторону ласок растерянный взгляд. — Ну, как? — Это-о… очень… впечатляет! — с набитым ртом прокомментировал горностай и откусил ещё кусочек. Рави аж скривился, наблюдая за этим действом со стороны, но вовремя успел отвернуться, так что девушка не успела этого заметить. — Отлично! Я их сделаю изюминкой на Новогоднем столе! Спасибо всем за помощь! До вечера, любимый. Я сегодня приготовлю для тебя особенный ужин, так что не задерживайся, а то всё остынет. — Чмокнув Эраста в щёку, Луиза весело улыбнулась и вышла из мастерской. — Мда… Я, конечно, многое ел в своей жизни, но от такой комбинации продуктов, боюсь, мой желудок долго не выдержит, особенно на Новый год. Не завидую я тебе сегодня, друг… — Лу обычно хорошо готовит. Правда! Одни её оладья чего стоят! Правда, пап, ты же их пробовал? — тут же поспешил заступиться за любимую Эраст и Рави качнул головой, подтверждая его слова. — Только вот последние несколько дней… Вы не заметили, что с ней происходит что-то странное? — Тебе видней, ты ведь с ней живёшь. — Задумчиво протянул Клод. — Кстати, а как давно вы уже живёте вместе? — Где-то чуть больше месяца, если не ошибаюсь. — Правда? Воу… — выдержав недолгую паузу, Клод вдруг добавил: — Слу-у-ушай, Эраст, а можешь мне помочь в одном дельце? — Смотря в каком. — Насторожился ласка. — Близится праздник, я хотел бы сделать для Луизы какой-нибудь особенный подарок. Она ведь мой лучший друг! Но, проблема в том, что мы с ней долгое время не виделись и я, честно сказать, в замешательстве… С Дагуром у меня не самые лучшие отношения, поэтому я и пришёл за советом к тебе. Зайдёшь ко мне, пожалуйста, когда освободишься? У меня есть несколько готовых набросков. — Мы, в принципе, уже почти закончили. Осталось лишь дорубить оставшиеся ветки, да отнести дрова по адресам, и я свободен. Если поможешь — будет быстрей. — Выручка за выручку? Чтож, по рукам! Дорубив ветки и, отнеся последние связки дров нуждающимся, Эраст с Клодом направились к норке горностая, однако потом вдруг резко сменили направление в лесную чащу. Охотник пояснил это тем, что он просто решил перестраховаться и спрятал наброски не дома, а в лесу в заброшенном крысобеличьем дупле, мол, старая пиратская привычка. Чем дальше они отходили от поселения, тем молчаливей становился охотник, отчего у Эраста вскоре появилось странное тревожное чувство. Остановившись возле большого поваленного дерева, Клод стал внимательно к чему-то прислушиваться. — Кра! — Раздалось так близко, что ласка аж передёрнулся. К счастью или нет, это оказался просто ворон. — Крраа! Крра! — Прокаркав ещё пару раз, чёрная птица шумно слетела с ветки, сбросив с неё снег, и улетела прочь в лесную чащу. — Жди меня здесь, я скоро буду. Сказав это Клод мгновенно исчез среди деревьев. Оставшись один в неизведанной части леса, Эраст поднапрягся. Зимующие птицы не издавали ни звука, лишь изредка слышалось отдалённое карканье ворона. Кругом было темно, будто бы уже настали сумерки, хотя время ещё только приближалось к закату. «Этож надо было спрятать наброски для новогоднего подарка в таком жутком месте» — подумал ласка, выдохнув облако пара, пытаясь согреть подмёрзшие на морозе лапы, и буквально тут же послышался шорох за его спиной, но обернувшись, он никого не увидел. Темнота, которую создавали густосплетённые ветви деревьев в этой части леса, уже начинала действовать на нервы. — Клод? Ты чего так долго? У тебя там всё в порядке? — заволновался парень, но горностай ему так и не ответил. — Вечер добрый, дружок! Заплутал? Хе-хе-хе! — вдруг отозвался незнакомый хриплый слегка севший, как от простуды, голос. Из темноты показался силуэт волка с горящими жёлтыми глазами. Он весь был чёрный как ночь, одно его ухо было до половины изодрано в клочья, а глаза сверкали огненными искрами. Эраст не успел опомниться, как вдруг почувствовал сильный удар по голове. В мгновение ока мир вокруг погрузился во тьму и парень упал без сознания в сугроб. — Отлично сработано, мальчики! Я знала, что на вас можно положиться! — Куда его теперь? — Это уже не твоя забота, Клод. Ты свою задачу выполнил, теперь твоя цель — Луиза. — И всё же, я хотел бы знать, ты же не собираешься убить его? — Грррр! Какая тебе разница? Может быть и убью, тебе то что? Он твой соперник и мы его должны устранить так, что бы быть уверенными, что он не сможет вернуться и помешать нам вновь! Лучше думай, как сообщишь Луизе и его бедным родственникам о трагедии, что случилась с их ненаглядным Эрасткой. А вы, — Жаклин обратилась к двум пиратам, что всё это время сидели в засаде, выйдя оттуда лишь после того, как ласка упал. — Свяжите его покрепче и сбросьте в Пещеру смерти, как того предателя — отца близняшек, которым удалось от нас сбежать. Так будет надёжней… — Как прикажете, мисс! Хитро переглянувшись, пираты тут же крепко связали парня по рукам и ногам. Склонившись над Эрастом, что бы завязать ласке глаза, Жаклин шепнула ему на ухо: — А ведь я тебя предупреждала… Теперь ты понял, как бывает, если не знать меры в своих желаниях? Жаль, конечно, что пришлось прибегнуть к таким мерам, ведь ты начинал мне нравиться… — Завязав ему глаза, горностайка ласково провела ладонью по его щеке и, лукаво улыбнувшись, чуть громче добавила: — Сладких снов, ласка! Надеюсь, плавать ты умеешь иначе можешь захлебнуться. Громко захохотав, змееловка отступила от Эраста, позволив горностаям забросить его на спину волку. Оседлав хищника пираты не медля направились к указанному месту. Приказ Жаклин был выполнен в точности. Привязав к лапам несчастного тяжёлый камень, его сбросили в Пещеру смерти. Ударившись о воду, ласка резко пришёл в себя, но не на долго. Парень пытался выпутаться из оков до последнего, но даже если бы он это сделал, выплыть на поверхность он не сумел бы, ведь плавать он так и не научился… Наглазная повязка слетела с него ещё, как только он упал в воду, поэтому последним, что он увидел, когда драгоценный воздух начал заканчиваться, были причудливые пейзажи дна озера, усеянного костями чудных рыб и, возможно, даже таких же несчастных, как он. Ещё был свет… такой вязкий, но такой манящий к себе таинственный свет, который своими лучами будто бы пытался дотянуться до него сквозь водную толщу… На грани потери сознания, память вдруг нарисовала перед Эрастом силуэт Луизы. Улыбнувшись воображаемой возлюбленной, он вновь потерял сознание. Как вдруг нечто огромное схватило ласку и потащило за собой к поверхности. Спустя время что-то сильно ткнуло парня в грудь. Зайдясь в кашле, Эраст наконец-то смог прийти в себя и выплюнуть воду, которой успел наглотаться. Однако легче ему от этого пока не стало… Увидев перед собой огромную зубастую морду динозавра, он чуть было снова не потерял сознание. Но длинношеий ящер, хорошенько обнюхав ласку, вскоре потерял к нему интерес и вновь опустил голову к воде, утоляя жажду. Чуть отдышавшись, Эраст выпутался из размокших верёвок и поспешил осмотреться. Место, где он оказался, было совершенно не похоже на его родной лес. Здесь было другим всё: растения, обитатели, небо… Кстати, а ведь неба здесь совсем не было видно! Испугавшись, что он сошёл с ума или, чего хуже — уже умер, парень закрыл глаза и ущипнул себя. Однако, открыв глаза, он увидел всё те же чудаковатые пейзажи. Самое страшное, что отсюда не было видно ни одного выхода! Ни малейшего просвета! Огромные зубастые ящеры устремили на чужака своё внимание. Парня охватила паника. Лапы сами ринулись бежать. Но где спрятаться, если здесь абсолютно всё кишит странной живностью и неизвестно какая из них захочет тобой пообедать? Засмотревшись на бегу на огромного динозавра, ласка не заметил выпирающую из земли корягу и, споткнувшись об неё, упал в грязь. Из всей этой ситуации его пока радовало одно — боль от удара была настоящей, а значит он всё ещё жив. Как вдруг коряга шевельнулась. Эраст поднял свой взгляд и обомлел… Он споткнулся о хвост ещё одного динозавра. Ящер оскалился, глядя на чужака, и тут же звонко клацнул зубами перед самым его носом. Ласка успел отскочить в сторону, но взбесившийся анкилозавр не собирался прощать наглеца, ворвавшегося на его территорию. Издав рык, он выпрямился во весь рост и снова клацнул зубами. Эраст в испуге помчался к ближайшей пещерке, в надежде укрыться там. Но преследователь его быстро нагнал. Загнав зверька в тупик, ящер грозно зашипел, задрав над собой хвост-молот и, хотел было уже нанести удар, но внезапно раздавшийся где-то вдалеке рёв ещё одного динозавра его остановил. Анкилозавр встревоженно приподнял голову к потемневшему куполу и, издав недовольное урчание, поспешно ушёл прочь. У Эраста аж сердце в пятки ушло в этот момент. Ещё бы чуть-чуть и его бы точно превратили в лепёшку! Осев на землю, он обхватил голову руками и постарался успокоиться. Постепенно страх отступил, а в памяти всплыли рассказы Бака о таинственном Подлёдном мире. Осознав, где он оказался, парень вспомнил и то, что отсюда есть выходы. «Только вот где их искать? Сколько времени уйдёт, что бы найти дорогу домой?» — тут же задался он вопросами. «А что если меня тоже будут искать? Или уже ищут?» — следом промелькнула новая мысль. «Ну, Клод, держись… Выберусь отсюда и ты ответишь за то, что заманил меня сюда! Только попробуй обидеть Лу, пока меня нет!». После длительного размышления Эраст решил заночевать в ближайшей от его нынешнего места нахождения пещерке, а утром вернуться к озеру и тщательно там всё осмотреть. Вдруг найдётся выход? В конце то концов он сюда же как-то попал, значит и выбраться сможет! Кроме вопроса, как вернуться домой, ласку терзал ещё один: кого же так испугался тот здоровяк с молотом на хвосте? Стоит ли и ему бояться того таинственного монстра? С этим парень решил разобраться чуть позже, ну а пока что, кое-как устроившись в прохладной пещерке, защищённой от глаз хищников густыми зарослями плюща, он постарался как можно быстрей уснуть, чтобы не начать думать обо всех кошмарах, населяющих «Подземелье».***
Луиза уснула так и не дождавшись возлюбленного к ужину. Этой ночью она спала очень плохо. Её мучали кошмары и, кроме того, без Эраста даже под одеялом было прохладно. Утром его тоже дома не оказалось. Волнение горностайки возрастало с каждым часом. Даже толком не позавтракав, она отправилась на его поиски. Поселенцы говорили каждый своё: кто-то видел Эраста прошлым днём, когда тот разносил дрова, кто-то говорил, что вовсе его не видел. Запутавшись окончательно, девушка решила проверить мастерскую. — Доброе утро! Не отвлекаю? — А, это ты Луиза? Нет, нет, заходи! — Рави, а Эраст, случайно, не у вас? — Нет. А что? — Он не пришёл вчера на ужин и не ночевал дома… Я подумала, может быть, он у вас остался на ночь? — На него это не похоже… Хм… Помнится, Клод просил его вчера о помощи. Они как ушли, так я их обоих больше и не видел. — Клод? — удивилась девушка, — Сколько я его помню, он скорее морской капусты наестся, чем будет просить кого-то о помощи! Они с Эрастом, конечно, неплохо подружились, но что бы так… Как то подозрительно это всё. — Вот как значит… В таком случае, мне это уже не нравится. — Нахмурился мастер. — Где он живёт? — На окраине с нашей стороны поселения. — Чтож, давай наведаемся к нашему дружку в гости. Придя к дому Клода они ни его, ни Эраста там не обнаружили. Дверь была открыта, поэтому Луиза даже мельком заглянула внутрь. Судя по беспорядку, охотник явно не любил делать уборку, да и какие-либо признаки, что он здесь ночевал, отсутствовали. Выйдя ни с чем, горностайка печально вздохнула. — Его там нет. — Ничего, найдём. Предлагаю пока разделиться: ты ищи их в поселении, а я поспрашиваю у охотников с патрульным и постараюсь подключить к поискам ещё кого-то. Встретимся через час на площади. — Спасибо, что помогаете. — Пустяки. — Слегка улыбнулся ласка ей в ответ. Разделившись, они продолжили поиски к которым вскоре подключились ещё и Мия, Бак с Шегом и ребятами из их команды и Ричи с Зарой. Поспрашивав у патрульных, которые дежурили прошедшей ночью, Рави смог выяснить не много, лишь то, что Клод и Эраст вместе выходили за пределы поселения и назад ещё никто из них не вернулся. Собравшись через час поисков на площади никто из поисковой группы не смог похвастаться даже малюсенькой хорошей новостью… — Что за собрание? — весело поинтересовался Дагур, подойдя ближе к собравшейся группке. Последние несколько дней он был в удивительно хорошем настроении, то ли в ожидании праздника, то ли ещё по какой-то причине. Но увидев отсутствие радости на мордочках у собравшихся он вдруг и сам забеспокоился. — А чего все такие грустные? Случилось чего? — Случилось… — Эрастка пропал. — Вместе с Клодом. — Уже целый день их ищем… — Ох чует моё сердце, что- то не доброе здесь творится… Луиза в отчаянии прижалась к брату. Приобняв сетру в ответ, молодой вожак оглядел присутствующих и сказал своим привычным тоном: — Спокойно, не волнуйтесь, мы их найдём. Не бывает ведь такого, чтобы звери беспричинно исчезали. Один, кстати, уже сам нашёлся! Сейчас у него на счёт второго и спросим. Горностай указал всем на Клода, что мчался к ним на встречу. Охотник выглядел очень встревоженным и напуганным, что отразилось и на других. — Спасайтесь! Прячьтесь! Они повсюду… Они пришли… Они уже здесь… — Задыхаясь на бегу выкрикивал Клод. — Кто здесь? Что ты несёшь? Зачем народ зря пугаешь? — Остановив его, переспросил Дагур. — Волки… Волки пришли… Они всех нас съедят! По одному переловят… Нужно уходить! — Взгляд охотника был безумным, полный страха и, казалось, что он сам толком не понимал, что происходит. Привести его в чувства, Луизе удалось лишь пощёчиной. — Где Эраст? Почему ты один? Куда ты его дел??? — схватив горностая за грудки, свирепо прошипела Луиза. — Тише сестрёнка, — разъединив их с Клодом, Дагур приобнял Луизу и вновь обернулся к охотнику. — Теперь говори всё по порядку: где ты видел волков, сколько их и куда делся Эраст? Услышав имя ласки охотник вдруг… зарыдал? Вцепившись в шерсть вожака, он упал перед ним на колени, чем вызвал у Дагура не меньший шок, чем у окружающих, и начал взахлёб сквозь слёзы рассказывать: — Это я был винова-а-ат… Я попросил его о помощи… М-мы пошли за материалами д… д-для подарка и… — Тут его речь оборвалась и он зашёлся в рыданиях. — И что? Ну же, говори! — Отцепив его от брата, спросила Луиза. От волнения она даже слегка нарычала на него, но для извинений сейчас было совсем не подходящее время. — Н-на нас напали волки. Их была целая стая! Я ничего не успел сделать… Эраст хотел увести их от поселения, а мне сказал бежать сюда, ч-что бы предупредить вас… Я хотел ему помочь, н-н-но… было уже поздно… — Что ты такое несёшь? Что с Эрастом? Где он? Он ранен? — снова вцепившись в Клода, продолжила выспрашивать информацию горностайка. — Он погиб. Прости, светлячок… я не смог ему помочь… — К-как т-ак, погиб…? — Не веря в услышанное, девушка отступила назад и растерянно пробежалась взглядом по толпе. — О нет… — Ёлки зелёные, что ж творится то… Все присутствующие замолкли и, понурив головы, погрузились в свои мысли. Услышав весть о гибели сына, Мия сильней прильнула к мужу и залилась горькими слезами. Щёки мастера тоже вскоре стали мокрыми от слёз. Ричи тоскливо опустил на белоснежный снег крылья и, казалось, тоже вот-вот заплачет. Лишь Бак всё ещё не мог поверить в услышанное. Слишком уж подозрительным ему показалось всё то, что сказал Клод. А вот Луиза восприняла данную новость сильно близко к сердцу… В следующую же минуту горностайка потеряла сознание. Благо Дагур успел её поймать до того, как она упала бы в сугроб. Привести сестру в сознание ему самостоятельно не удалось, поэтому пришлось нести её как можно скорее в медпункт, где дальше уже ею занялась Инга. Целительница провозилась с Луизой довольно долго. Всё это время Дагур и все остальные, кто участвовал в поисках, ждали снаружи, продолжая допрос Клода. Когда же Инга наконец-таки вышла из медпункта допрос временно прекратился и всё внимание устремилось на неё. Но целительница подозвала к себе лишь Дагура. — Как она? — Состояние очень не стабильное. Я такого уже давно не встречала… Жар я пока сбила, но это не на долго. Было бы проще ей помочь, не будь она в положении. — В смысле? Лу беременна? — удивился Дагур. — Да. И, насколько я поняла, отец — Эраст. — Но разве это возможно? — Всё ещё не веря своим ушам, переспросил он, но Инга в ответ лишь растерянно пожала плечами. — В любом случае я хотела бы с ним поговорить. Это очень важно. — Боюсь, что это уже не возможно… Со слов Клода, он погиб прошлой ночью. — Ах! Как так…? — Ужаснулась Инга. — Ох… Бедная, бедная Лу… — Насколько всё серьёзно? — Есть слишком много рисков… Но если она потеряет малышей, это может сказаться на её самочувствии и, к сожалению, в худшую сторону. — Сделай всё, что бы спасти её. — Я очень постараюсь, милый. — Целительница обняла мужа и тот, обняв горностайку в ответ, легонько поцеловал её в лобик. — Ты сильно занят? Просто мне понадобится помощь кого-то из её близких. Кого-то, кто сможет за ней присматривать пока она не пойдёт на поправку. — К сожалению, я сейчас не смогу. Мне нужно убедиться, что волки не угрожают поселению. Но, думаю, мама сможет. Я попрошу её прийти сюда. — Как раз таки ей лучше здесь не появляться. Насколько я помню, у них с Эрастом были не самые лучшие отношения и если она узнает о беременности Луизы, то кто знает, что будет? — Да, ты права… — Возможно я мог бы помочь? — вдруг вмешался Клод. — Я очень сожалею, что всё так вышло… Если бы ни я, то Эраст… был бы сейчас жив. Позвольте мне хотя бы так загладить свою вину перед Луизой. — Хорошо, но сначала покажешь место, где всё случилось. Охотник напрягся, услышав это, но спорить с вожаком не стал. Через некоторое время они уже отправились в путь. Опустив голову, чтобы другие не видели больше его слёз, Клод шёл впереди, показывая дорогу Дагуру и отряду, который тот вёл с собой. Место происшествия ему пришлось немного доработать, чтобы никто не догадался об обмане. Пока пираты выполняли приказ Жаклин, Клод, поймав в лесу небольшую птицу, пустил кровь по ранее взъерошенному чёрным волком снегу в установленном месте и, в придачу разбросал там пару клочков шерсти Эраста. В общем, картина вышла весьма правдоподобной. Чёрный волк постарался на славу, оставив на снегу как можно больше запутанных следов. А вдобавок ко всему ночью прошёл небольшой снегопад, поэтому теперь даже опытный следопыт навряд ли догадается, что их оставила не стая, а всего лишь один хищник. Змееловка продумала всё весьма точно, но Клод всё равно сомневался, что им удастся обмануть самого Дагура! Да и, честно говоря, не слишком уж он хотел вообще влазить во всю эту историю… Но отступать уже было поздно. Или нет? — «Может быть признаться сразу, да и дело с концом?» — подумал охотник, мельком обернувшись на вожака, — «Нет, не поверят. Да и Жаклин подставлять не хочется, она мне почти что как родная мать… А Дагуру она и так матерью приходится, что он подумает, скажи я ему, что это она всё затеяла? Нет, нет, рушить семью я не собираюсь и без того уже дел натворил. Ох… Тысяча тухлых моллюсков, Клод, во что ты опять вляпался…? Чем ты раньше думал? Знал ведь, что служить Жаклин хуже, чем самому Морскому Дьяволу! Теперь жаловаться уже бесполезно. Ты влип, приятель, по самые уши! Верней, я влип. Я же сам про себя говорю! Так, спокойствие, только спокойствие… Я выполню наш уговор и она от меня отстанет. Надеюсь…». — Мы на месте! — уже вслух объявил охотник. — Можно дальше я уже не пойду? Мне больно вспоминать то, что здесь было… — Ладно, оставайся здесь, дальше мы сами. — Ох вы ж, ёжики колючие, это что за поле-боя здесь было то? — Перепугался один из патрульных, получше осмотревшись на поляне. — Да-а, зрелище не для слабонервных… — подхватил второй. — Что струсили? — Отозвался какой-то смельчак. — Ничего не струсили! — Отставить разговорчики! Не забывайте, зачем мы сюда пришли! Если бы мы заметили опасность раньше, то смогли бы избежать случившейся беды. Теперь же нам нужно не допустить её повторения. Мы здесь, что бы выяснить куда дальше направилась стая, что бы быть уверенными, что волки не станут угрозой для поселения, а в случае, если угроза всё же есть — немедленно её устранить, как это делали наши деды и отцы, — На мгновение задумавшись, он добавил, но уже чуть тише: — В том числе и мой отец. Угомонив расшумевшихся горностаев и, напомнив им причину пребывания здесь, вождь и сам принялся осматривать «место преступления». Припав к земле, он внимательно оглядел несколько волчьих следов и вдруг, закрыв глаза, глубоко вдохнул воздух. Оторвавшись на миг от собственных поисков, все заворожённо наблюдали за его действиями. Дагур замер, двигая лишь ушами, пытаясь уловить все посторонние звуки и, шумно выдохнув, встал. Он явно был чем-то недоволен. Повторив свои ритуалы ещё в нескольких местах, горностай недовольно помотал головой и вернулся к Клоду. — Ты уверен, что здесь была стая? — Д-да. Ну, может быть не вся, я откуда знаю? Всё произошло очень быстро, я не успел всех разглядеть. — Хм-м… Надеюсь ты хотя бы видел куда они направились дальше? — Я-я-я растерялся в тот момент… — Шутки вздумал шутить?! Вспоминай! — Рявкнул на охотника один из сопровождающих вожака. Он уже почти обнажил свой клинок, но Дагур его остановил только лишь взглянув на него. — Это не обязательно. Клод, если тебе больше нечего нам рассказать, то можешь возвращаться к Луизе. — Я уже рассказал вам всё, что видел… Откланявшись, горностай поспешил скрыться из виду патрульных. Вернувшись в медпункт, он некоторое время не решался подойти к подруге. Что-то внутри сразу начинало «грызть» его, как только он касался её взглядом. Когда он всё же решился войти в комнату, Луиза в бреду лежала на подстилке практически неподвижно, а Инга снимала примочками у неё новую волну жара. — Ну, как она? — Всё ещё без изменений. Так и не пришла толком в себя за всё это время. Бедняжка… Потерять сначала отца, потом жениха, хоть и не любимого, а следом за всем возлюбленного, ещё и не просто возлюбленного, а отца своих будущих детей… Пережить такое очень сложно. — Я могу чем-то помочь? — Ох, горе луковое, ты уже и так помог. Это ведь ты сообщил ей о случившемся с Эрастом? — Я не нарочно… Откуда мне было знать, что она так болезненно это воспримет? Да и… она рано или поздно всё равно об этом узнала бы. — Ладно, не раскисай, хочешь помочь, поменяй мне воду для начала. Горностай беспрекословно выполнил просьбу целительницы, а после уселся рядом с ней. Инга смочила тряпочку в новой воде и продолжила сбивать жар у подруги. В этот момент в медпункт вошла Зита. Увидев свою новую напарницу за работой, старшая целительница решила ей не мешать, но заметив усталость на её мордашке всё же подошла к ней. — Что с ней случилось? — Упала в обморок на фоне сильного стресса и всё никак в сознание не могу привести… Ещё и жар этот… Уже устала с ним бороться. Большая часть наших снадобий не подходит для беременных, а новых сейчас не сделать. — Для беременных, говоришь… Хм. О, знаю! Можно кое-что попробовать. Ласочка порыскала по полочкам со снадобьями и через минутку вернулась с небольшой колбочкой. Капнув пару ароматных капель в воду для примочек, она хорошенько всё перемешала и сказала Клоду продолжать делать примочки, а Инге пока дала время немного отдохнуть. Через время жар стал спадать и Луиза начала понемногу приходить в себя. — Слава предкам, наконец-то ты очнулась! Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится? Не тошнит? — Забеспокоилась Инга, но Лу в ответ не проронила ни слова, лишь отрицательно покачала головой. — Светлячок, если тебе что-то нужно, ты только скажи. Может быть ты голодна? — Как ты можешь говорить о еде в такой момент? — Сказав это, она отвернулась ото всех к стене и, укутавшись в одеяло заплакала. — Иди, принеси ей чего-нибудь. Мы пока сами разберёмся. Вытолкав Клода за дверь, Инга вернулась к Луизе. Делать нечего, пришлось идти и искать что-нибудь вкусненькое, что бы успокоить подругу. Зайдя на кухню, горностай принюхался и тут его взгляд упал на свежеиспечённый пирог. Заметив охотника, к нему подошла Эмма. Мило улыбнувшись, ласочка спросила: — Уже определился, что будешь брать? — А пирог у вас с чем? — С мясом, разумеется! — Ммм! Тогда беру весь. — Праздник у кого? — Нет. Но случай, можно сказать, тоже особый… В долгу не останусь, завтра мы с ребятами принесём вам новую добычу! — Ладно, охотничек, забирай уже. — Только она начала заворачивать пирог, как на кухню забежало несколько озорных щенков. — Эй, а ну стоять! Вы руки мыли перед едой? Дилан, они опять утащили сырую рыбу! Больше не возьму вас с собой на работу, если вы будете себя так вести! Ох… И так всегда… Извини, мне пора бежать. Отдав Клоду пирог, Эмма ринулась за разбушевавшимися детишками. Улыбнувшись ей в след, охотник поплёлся обратно в медпункт. Только он ушёл из поля зрения поселенцев, как Жаклин уже тут как тут! От неожиданности горностай аж чуть пирог не уронил! — Ты где должен быть? И зачем тебе пирог? — Это для Луизы. Как утешение… Я к ней сейчас и иду. — Чтож, отлично! Только есть ещё кое-что… — Что? — Это! — пиратка продемонстрировала Клоду небольшую колбочку с непонятными мелко перетёртыми листьями внутри. — Ты должен добавить это ей в еду и, чем быстрей, тем лучше. — Что это? — Это решение нашей последней проблемы. — Что ты имеешь в виду? — Ты должен прервать её беременность. — Как ты узнала? — изумился горностай. — Я её мать, мне было совсем не трудно догадаться о том, что она ждёт малышей. И, будь они от тебя, а не от этого ласки, то нам бы не пришлось прибегать к этим мерам. — То есть, ты хочешь, что бы я оборвал ещё даже толком не развившуюся жизнь? — Именно. — Я не стану этого делать. — Да что ты… — удивлённо приподняв брови, прошипела змееловка. — Это уже перебор, Жаклин. Я не хочу причинять ей ещё большую боль. Она не вынесет такой потери. — Да? А как ты думаешь, она переживёт, если потеряет этих малышей после того, как они уже появятся на свет? Такие маленькие и беззащитные… Я думаю, этот удар будет для неё куда больней потом, чем сейчас. — Что ты задумала? — Я лишь хочу помочь. — А мне кажется, что ты уже заигралась. Оставь её, слышишь? И детей её не трожь! Они последнее, что у неё осталось от того, кто её действительно любил и, кого она любила. Нужно будет, я их приму как своих, не зависимо от того станет ли Луиза в дальнейшем моей женой или нет. — Да ты, я гляжу, позабыл, как с тобой относились там, на корабле, а следом и наш уговор? — Обойдя охотника медленной грациозной походкой, она остановилась за его спиной и, чуть наклонившись к его уху, сладко прошипела, молниеносным движением руки приставив к его горлу клинок: — Ты славный парень, поэтому я дам тебе ещё один шанс. Но прежде хочу тебе напомнить, что если ты расторгнешь наш договор, ты вернёшься назад в Гиблые земли. Если, конечно, вернёшься… Думаю, ты прекрасно знаешь, что тебя там ждёт, милый? — Жаклин провела когтём по его спине, усеянной старыми и относительно новыми шрамами от плетей. Горностай по привычке зажмурился, когда она нажала на один из шрамов чуть сильней. — Так что выбирай, либо это сделаешь ты, либо я. Мне не сложно. Пиратка убрала клинок от его шеи и вновь протянула ему колбочку со зловещим содержимым. Он взял её слегка дрожащей от волнения перед предстоящей миссией рукой. Приобняв горностая хвостом, Жаклин слегка погладила его по щеке и улыбнулась. — Умница, Клод. Теперь иди и сделай то, что должен. Спрятав колбочку в одном из своих мешочков, прикреплённых к поясу, горностай пошёл дальше. Вернувшись в медпункт, он на время остановился в проходе, охваченный множеством противоречащих друг другу мыслей. — Ммм! Что это так вкусно пахнет? — Учуяв вкусный аромат, отозвалась Инга. — Клод, ты чего в дверях стоишь как вкопанный? Проходи! — А? — Ты чего такой бледный? Случилось чего ещё? — заволновалась целительница. — Н-нет… Просто задумался немного… — Поставив на свободный столик пирог, горностай разделил его на несколько частей и, чуть улыбнувшись, сказал: — Вы угощайтесь, если хотите, пирога на всех хватит! Раздав целительницам по кусочку, Клод взял по одному для себя и Луизы. Вспомнив о настоянии Жаклин, охотник вновь задумался. — «Правильно ли я поступлю, если сделаю это? А если нет? Ох… Ррр! Как же это всё сложно! Так, спокойно, не думай, Клод, просто сделай это. Тебе нужно выполнить приказ. В конце концов, какой шанс, что эти малыши вообще выживут? Тем более, пока рядом Жаклин им не будет спокойной жизни… она их убьет сама, если я не справлюсь. Глубокий вдооох…». Закончив свои мысленные споры, Клод огляделся и, пока на него никто не смотрел, быстрым движением руки добавил в Луизин кусочек пирога зловещий порошок из перетёртых неизвестных листьев, что ему дала Жаклин. Добавку было не отличить от обычных пряностей. Спрятав пустую колбочку назад в мешочек, охотник глубоко вздохнул и, подавив в себе волнение, понёс пирог подруге. — Светлячок, смотри, что я тебе принёс! Твой любимый мясной пирог! Один запах чего стоит, а на вкус, так вообще объеденье! Я, конечно ещё не пробовал, но уверен, что наши повара плохого не приготовят. — Я не голодна. Уходи. — Раздалось из-под одеяла в ответ. — Ла-а-адно, я оставлю пирог здесь, рядом с твоей кроватью. Когда проголодаешься… — Он вдруг запнулся, подумав о том, что будет потом, когда она это съест. Ему стало не по себе от этих мыслей, потому он поспешил оставить угощение в указанном месте и отойти. Остановившись в паре шагов от подруги, он обернулся к ней и чуть тише сказал: — Лу, я хочу, что бы ты знала, что бы ни случилось — ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Сказав это, Клод вышел из медпункта, что бы подышать свежим воздухом, но почти сразу же наткнулся на Рави. Мастер, чуть сгорбившись, сидел на какой-то старой коряге неподалёку от медпункта и задумчиво вглядывался вдаль. Увидев горностая, ласка оставил свою затею и неспешно двинулся в его сторону. — Как она? Пришла в себя? — Пришла… Только об её состоянии ещё сложно что-то сказать — переживает сильно. — Тихо вздохнув, охотник добавил: — Рави… Я очень сожалею, что так вышло… Может быть…? — Не стоит. Лучше позаботься о Луизе, ей сейчас твоя поддержка нужна куда больше. — Чуть помолчав, он вдруг спросил: — Ты Жаклин случайно не видел? — Т-только мельком на площади. А что? — Да так, ничего… Спасибо за информацию. Легонько похлопав на прощание горностая по плечу, Рави ушёл. Побыв ещё немного на свежем воздухе, Клод вернулся в медпункт. Луиза не меняла своего положения весь оставшийся день. Она ни с кем не разговаривала и категорически отказывалась от еды. Целительницы уже даже растерялись, не зная, что с ней делать. Уговоры Клода тоже не действовали. Благо к вечеру пришёл Дагур и тогда ситуация чуть наладилась. Поговорив с сестрой, вожаку удалось её на время утешить и уговорить поесть. На улице началась метель, поэтому молодому вожаку пришлось отложить выслеживание волчьей стаи. Непогода застала горностаев врасплох так, что они даже не успели толком осмотреть поляну и сколько она продлится, ни кто не мог точно сказать, поэтому Дагур распустил отряд по домам, а сам решил провести это время с сестрой и любимой. Так как он остался в медпункте на ночь, то Клод ушёл к себе домой, пока погода совсем ещё не испортилась и, кажется, сделал это зря… Тем самым временем Бакминстер уже вовсю вёл своё собственное расследование. Слезливым словам Клода он не слишком поверил и хотел самолично убедиться в их правдивости. Потому, уложив детишек спать, он дождался, пока Амина тоже уснёт и, тихонько выйдя из дома, отправился на поиски зацепок. Сначала всё складывалось в пользу горностая, но потом… одно маленькое перепелиное пёрышко с каплей крови подтолкнуло следопыта к месту, где в лесную чащу уходили уже едва заметные одиночные волчьи следы. Эти следы уже почти полностью запорошило снегом, но Бак и без того понял куда они ведут. Изучив их направление, ласка снова отправился в пиратское логово. К тому моменту снежная буря уже начала набирать свою силу, но его она не пугала. Он был настроен решительно и хотел докопаться до правды как можно раньше, пусть даже ему и в прямом смысле может понадобиться прокапывать себе путь через сугробы. Однако Бак даже не подозревал, что направляется в пиратскую деревню не один. Дождавшись сумерек, Жаклин укуталась в накидку, принадлежавшую когда-то её мужу, и незаметно вышла за пределы поселения. Вьюга быстро замела её следы, но кое-кому всё же удалось её обнаружить… — Куда торопимся? — Окликнул змееловку Рави, выйдя к ней из тени деревьев. — Не твоё дело! — огрызнулась горностайка, ускорив свой шаг. — Буря начинается, ты бы лучше домой шла! — Я сама решу, куда мне идти! — сказав это, она вдруг оступилась и, если бы ласка не успел её поймать, то непременно упала бы в овраг. Отойдя чуть дальше от опасного места, она добавила: — А вот ты лучше бы топал назад к своей жене, небось, уже волнуется за тебя. — Интересно с каких пор ты такая заботливая стала? Может быть… после того, как избавилась от моего сына? — преградив дорогу бывшей напарнице, ласка быстрым движением прижал её за плечи к ближайшему дереву. — Я прав? — А ты не потерял хватку! Да, и что? А чего ты ожидал? Если предупреждения не дают результата, приходится прибегать к кардинальным методам. Не смотри на меня так… Я ведь пиратка, Рави… Это у меня в крови. Да и ты наполовину пират. Забыл? Так, что предлагаю разойтись полюбовно. — Она шутливо провела хвостом по бедру ласки и попыталась вырваться из его хватки, но он лишь больше нахмурился и сильней прижал её к дереву. — Ой, да не злись ты так… Неужели будешь теперь мстить мне? Расскажешь всем, какая я плохая? — Ты вообще понимаешь, что ты сделала? Ты ни Эраста, а свою дочь едва не погубила, ещё и с ребёнком под сердцем! — Нет, я дала своей дочери шанс завести нормальную семью! Ласке и горностаю не суждено быть вместе, такова природа. Сам подумай, какой у них с Эрастом был шанс завести нормальных здоровых детей? — Это уже не наши с тобой заботы, Жак. Они взрослые и вполне могут сами отвечать за свои поступки и их последствия. Да и семейное счастье не только на этом строится. — Ох, ты такой наивный… Как и твой сынок. Я теперь вижу в кого он пошёл характером. Эх, а ведь, как ни крути, всё же жалко парня… — Что ты с ним сделала? — Ничего особенного… В худшем случае он пошёл на корм рыбам, но, если ему повезло и те два дуролея, которым я поручила с ним расправиться, опять напортачили, то он, возможно, ещё жив — в чём я, лично, сомневаюсь. — Значит, Клод наврал нам про волков и Эрастка всё ещё может быть жив? — В данный момент у Рави возникли весьма неоднозначные чувства, самым читаемым из которых была надежда на то, что его сын и правда жив. — Браво, умник! Ты уже практически разгадал весь мой план! Да только ты уже ничего не поделаешь, если Эрасту и удалось выжить, я уничтожу его собственными руками за то, что он осквернил честь нашей семьи! Оттолкнув от себя ласку, пиратка отскочила в сторону и торопливым шагом направилась дальше в лес, но сильный поток ветра вдруг чуть было не сбил её с ног. — Ты не понимаешь, что делаешь, тебе пора остановиться! Эй! Ты меня вообще слышишь? Жаклин? — осознав, что она его вообще не слышит, ласка направился следом, на ходу продолжая делать попытки остановить подругу. — Не думаю, что сейчас для этого лучшее время! — крикнул ей в след мастер, но она снова даже ухом не повела. — Жак, погоди! Ты замёрзнешь! Нужно возвращаться в поселение, пока не поздно! — Вот сам и возвращайся! А я не остановлюсь, пока не доведу дело до конца! — Осторожно! Рави не успел и глазом моргнуть, как огромная старая ветка, не выдержав навалившегося на неё снега, рухнула прямо на горностайку. Забыв обо всём, что Жаклин сделала, мастер, не медля бросился ей на помощь. Снег был достаточно рыхлым, но сильный морозный ветер то и дело приносил с собой всё больше и больше белоснежных снежинок, которые липли и на шерсть и на деревья, норовили даже попасть в глаза или нос. Ветка была слишком тяжёлой, что бы мастер смог сам сдвинуть её. Поэтому, что бы вытащить подругу, ему пришлось вырыть под ней ямку. Жаклин была без сознания, по всей видимости удар пришёлся ей прямо на голову. Её срочно нужно было согреть и привести в себя, но до медпункта или ближайшей норы Рави бы уже не успел её дотащить потому, что снежная буря всё продолжала усиливаться и их вполне могло засыпать где-нибудь на полпути к поселению. Нужно было искать другое укрытие. Взяв горностайку на руки, мастер пошёл в сторону поселения, ища по пути хоть что-нибудь подходящее для временного пристанища. И вскоре ему повезло. Не высоко от земли в одном из старых деревьев, было пустое дупло. Оно, конечно было не лучшим вариантом, но в нём хотя бы можно было укрыться от ветра. Затащив Жаклин в убежище, Рави натаскал внутрь еловых веток, часть из которых постелил для сна, а частью закрыл выход, что бы ветер меньше задувал в дупло. Постелив поверх веток накидку, ласка перенёс на неё пиратку и сел рядом. Сжавшись в комочек, он стал потирать себя по бокам, пытаясь отогреться, но у него пока ничего не получалось, ведь в дупле было практически так же холодно, как и снаружи. Спустя некоторое время, Жаклин пришла в себя. Попытавшись приподняться она вдруг взвизгнула, поджав под себя левую ногу, и вновь легла на подстилку. Заметив это, Рави чуть наклонился к ней. — Разреши, я взгляну на твою ногу? — Ещё чего! Жены мало? Кобель… — раздражённо фыркнула горностайка, ударив его хвостом по руке. — Даже в мыслях не было! Я лишь хочу помочь, ничего более. Горностайка ещё раз попыталась встать на повреждённую лапу, но новая волна боли не заставила себя долго ждать. Вытянувшись на подстилке, она зарылась носом в накидку Брута и всё же позволила Рави провести осмотр. Прощупав ногу подруги, ласка задумчиво почесал свою бородку и выдал вердикт: — Тебе повезло, это просто ушиб. Сейчас снимем отёк и чем-нибудь зафиксируем. Твой пояс, кстати, для этого вполне может подойти… — Вот ещё! — А ты видишь здесь что-то более подходящее? — Ох… Ладно… Только сделай уже что-нибудь. Сняв отёк плотно скомканным снегом, Рави зафиксировал повреждённую ногу горностайки её пояском. Завершив работу, он прилёг рядом с пираткой, подложив себе под голову обе руки. Между ними настало молчание. — Зачем ты это сделал? — прошептала она, прервав тишину. — Уверен, ты бы сделала так же, окажись я на твоём месте. — И почему ты так в этом уверен? — Пираты своих не бросают, ведь так? А ты… — он вдруг запнулся, — Ты всегда была мне даже больше, чем просто друг… — Перестань. У нас ничего не могло быть, ты сам об этом знаешь. — Но у наших детей всё могло быть иначе. Неужели ты так зла на меня, что даже не позволишь Эрасту быть рядом с твоей дочерью? Как ты не поймёшь… Они же, как неразлучники: им нужно быть вместе, заботиться друг о друге… а если погибнет один, то и другой тоже. — Уже поздно что-то менять… Оттуда, где твой сын, шансы выбраться очень малы. Скорее всего, он уже давно утонул… — Скрутившись калачиком и, обхватив себя за колени, пиратка тихонько всхлипнула. — Прости… Я повела себя ещё хуже, чем наш бывший капитан, когда он бросил тебя за борт… — Закрывшись руками, змееловка снова всхлипнула. — Без Брута моя жизнь стала такой пустой… Я не понимаю, неужели вам с Эрастом было так сложно отговорить его от этого поединка? — Он нас не послушал… Брут хотел защитить тебя и своих детей. Я бы, на его месте сделал бы так же, как и любой другой отец, любящий свою семью. — Но я тоже любила его… и не смогла уберечь, узнав об опасности… А потом ещё и дочь не уберегла. — Глубоко вздохнув, она продолжила: — Мы с Брутом всегда хотели, что бы рядом с ней однажды появился достойный горностай, который полюбил бы её и оберегал так же сильно, как и мы, но в итоге она решила связать свою жизнь с лаской, которого знает то всего два месяца! Ещё и забеременела от него! Подумай только, что бы на это сказал Брут? Он был бы просто в бешенстве! Я столько раз пыталась образумить её, но Луиза совсем меня не слушала. Тогда я подумала, что, если избавлюсь от Эраста, то проблема решится, станет легче… Но почему то чувствую себя раздавленным противным морским слизнем без раковины… И теперь я лишилась не только мужа, но и своих детей. Для полного «счастья», мне ещё не хватает сойти с ума и переехать жить к динозаврам! А что, шикарная перспективка, лучше не придумаешь! Обеспокоенно взглянув на горностайку, Рави не на шутку испугался за неё. — А может быть, я уже сошла с ума? Рави слегка коснулся плеча Жаклин и, обхватив мордочку пиратки ладонями, прошептал, глядя ей в глаза: — Жак, успокойся. Ты не сойдёшь с ума, тебе просто нужно немного отдохнуть и постараться не думать ни о чём плохом. И… попробуй уже примириться с выбором Луизы… Вот увидишь, ваши отношения с ней тогда быстро пойдут на лад. — Но… — Жаклин, пойми, иногда мы просто не в силах уже что-либо изменить, как бы сильно мы этого не хотели. Но мы всегда можем измениться сами. Тяжело вздохнув, горностайка поправила накидку и свернулась калачиком на подстилке из еловых веток, прижавшись к товарищу. Недолго думая Рави обвился вокруг неё. Обычно он не позволял себе таких вольностей, но сейчас у него не было иного выбора. Предновогодние ночные морозы в долине всегда были сильные, поэтому спасаться от них можно было либо, греясь у костра, либо, прислонившись друг к дружке.
