Светя другим, сгораю...

      Однажды классик сказал: «Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться» *. Но чего бояться в собственных желаниях? Как может твоё подсознательное влечение повредить тебе тем, что оно сбудется? Может тем, что подростки, насмотревшись фильмов об инопланетных вторжениях и апокалипсисе, навлекли беду на Нью-Йорк? Ведь каждый, кто хоть раз наблюдал за иногда комичными и абсурдными действиями главных героев думал: «Будь я на их месте - я бы поступил иначе!» Что ж, получите и распишитесь, вот он – ваш шанс.       Только реальность, как оказалось, суровее любимых фильмов. Если на экране всё заканчивается обязательным хэппи-эндом с не менее обязательным поцелуем влюблённой пары, в течение экранного времени сражавшейся за свою любовь, а все поражения уходили на второстепенный план, то жизнь отрезвит ваши мысли на счёт всего этого. В нынешнем Нью-Йорке существует только страх, паника, бесконтрольные мутации и смерть.

Что нужно делать в такой ситуации? Можно ли вообще что-то сделать?

      Вездесущие звездолёты, разбрасывающие зелёную жижу на прохожих, испорченный воздух и агрессивно настроенные военные никак не облегчали и без того накалённую обстановку. В последнее время работать стало невыносимо. Смены перестали существовать, ведь выходить за пределы госпиталя теперь стало не то, чтобы нежелательно, а буквально опасно. Ситуация регулярно накалялась появлениями мутантов, пытавшихся пробраться в больницу. В прошлом врачи, медсёстры и пациенты, ныне стали заложниками обстоятельств.       – Как побороть то, чего не понимаешь?- Вопрос самовольно слетает с губ при взгляде на то, как неподвижно лежащего на простынях мальчика, руки которого приобрели вид щупалец, из которых сочилась странная слизь, укрывают белой простынёй.       – В нашей работе имеет значение только одно сражение, - пронзительный взгляд карих глаз прожигал насквозь, заставляя всё тело молодой медсестры слегка подрагивать, - воюя со Смертью, всегда будь готова проиграть. Мне очень жаль, Иза.       Слёзы, казалось, стали невероятно обжигающими. Глаза неимоверно щипало и хотелось только жмуриться и безустанно растирать их руками, чтобы убрать противную горечь, мешавшую стойко взглянуть на напарницу. Почувствовав лёгкость на плече, где только что покоилась чужая рука, Изабелла ощутила себя одинокой и до безумия беспомощной перед реалиями жизни, за которую больше не сможет бороться этот малыш.       Это был не первый и явно не последний случай с момента захвата. Дети, старики, да и просто взрослые зачастую плохо переносили генные мутации, вызванные той самой жижей, которую щедро поливали над городом. Стабильных мутантов похищали странные летающие шары, патрулирующие улицы, остальных же либо уничтожали, превращая в застывшие подобия деревьев, похожих больше на кристаллы, либо оставляли скитаться на тех же улицах. Эти блуждающие, иногда покалеченные и раненые, полумутанты заходили в больницу, иногда нападая на персонал и пациентов, но зачастую они просто падали без сил, моля о помощи. Для таких случаев доктор Блум снабдила приёмное отделение средствами индивидуальной защиты, с помощью которых врачи и медсёстры могли бы оказывать помощь, изолируя мутантов в приемном отделении, и перевела оставшихся пациентов в другие отделения больницы, ссылаясь на повышенную опасность в собственном. Теперь всё свободное время персонала было направлено на изучение всевозможных учебников по биологии, анатомии и генетике для поиска хоть какой-то информации о генетических изменениях, с которыми они ежедневно сталкивались. Но земные учебные материалы далеки от инопланетных технологий, сгенерировавших вещество, способное по щелчку пальца переконструировать генетический код, смешав его с другим или просто переставив нуклеотиды местами. В основном мутанты были идентичны, имеющие щупальца вместо рук или ног, они были неразумны, издавали нечленораздельные звуки или просто рычали, но иногда попадались довольно интересные особи, подобные на всевозможные виды, существующие на земле. В таких случаях приходилось искать учебники уже по зоологии и ботанике и возобновлять позабытые с течением времени школьные занятия.       Отложив в стопку потрёпанную книгу, Эллен достала телефон и, мельком просмотрев неопределившийся контакт абонента, провела пальцем по экрану, принимая вызов. Отдалённо знакомый голос с другой стороны провода говорил с трудом, будто заставляя себя:       - Доктор Морин! Это Вы? Прошу, помогите, я не знаю, что делать!       - Здравствуйте,- не узнав собственный, внезапно осипший, голос, девушка пыталась минимизировать количество вопросов в голове,- кто это? Откуда у Вас мой номер?       - Это Донателло, мы разговаривали с Вами несколько месяцев назад,- голос периодически прерывался на небольшие передышки,- я друг Эйприл О’Нил, Вашей пациентки. Прошу, помогите!       - Здравствуй, Донателло,- все воспоминания, до этого скрытые недавними событиями, снова заиграли яркими красками, а вопрос, ставший таким привычным, воспроизвёлся автоматически, - чем я могу помочь?       - Прошу, скажите, как обстановка в городе? – девушка нахмурилась, очевидное игнорирование её вопросов начинало раздражать. – В городе ввели карантин, всюду патрулируют какие-то странные звездолёты,- про мутантов пришлось тактично промолчать, дабы не взволновать и без того явно обеспокоенного собеседника ещё больше. Голос тяжело вздохнул и после, видимо, закрыл динамик рукой, поскольку стало различимо лишь едва различимое шуршание и приглушённые шепотки, - Донателло? Чем я могу помочь?       - А? Да, точно. Доктор Морин, тут такое дело…,- сначала такой робкий собеседник совсем стушевался и, кажется, подбирал слова,- я не знаю как сказать, Вам, даже в силу сложившихся в городе обстоятельств, это может показаться довольно таки странным… В общем так вышло, что одногоизмоихбратьевсильноизбилионуженескольконедельлежитбезсознанияиемуничегонепомогает… и я совсем не знаю, что мне делать…       Оторопев от такого потока информации и не до конца осознав всё сказанное, девушка свободной рукой отключила настольную лампу и зажала переносицу:       - Донателло, будь добр, расскажи мне всё в подробностях. Я не смогу помочь, если не буду знать детальную картину,- глаза заскользили по кабинету и столкнулись с лицом Лорен, занёсшей кулак, чтобы постучать по стеклу, для привлечения внимание врача.       Медсестра, увидев, что Морин смотрит на неё, приоткрыла дверь:       - Эллен, в хирургию вызывают реаниматолога**. У них какое-то ЧП. Блум сказала отправлять тебя,- мягкий тембр Донателло, пытавшегося связать слова в предложения, значительно померк, перекрываясь звучным голосом женщины.       - Я перезвоню,- быстро брошенная в трубку фраза завершилась нажатием на дисплей.       Вскочив со стула, девушка отправила телефон в карман, повесила на шею фонендоскоп и выбежала из отделения, направляясь на верхние этажи. По дороге вспоминая давно забытую со времён практики дорогу, девушка взбежала по лестнице, оббегая обвалившиеся в ходе налётов куски потолка. С грохотом распахнув двустворчатые двери, девушка натолкнулась на уже знакомого доктора Брауна и тем самым оттолкнула его к медсестринскому посту, наваливаясь сверху. Когда им, наконец, удалось встать и поприветствовать друг друга смущённым кивком головы, в головах врачей всплыла сцена последней встречи, случившейся ещё в самом начале карантина.

***

       Огромный конференц-зал Бельвью понемногу заполнялся людьми. Врачи и ординаторы, некоторые медсестры и члены административных отделов рассаживались на пластиковых стульях и удивленно перешептывались, гадая, для чего их собрали. На небольшую сцену вышел главный врач госпиталя, сопровождаемый директором и мужчиной в амуниции. Когда включился микрофон, все вокруг затихло в безмолвном ожидании.       – Доброе утро, коллеги, - мужчина средних лет во врачебной униформе развёл руками, приветствуя присутствующих,- мне жаль, что нас собрали вместе такие удручающие обстоятельства, но всё же. Прошу вас выслушать генерала Мейсона, который приехал к нам с серьёзной просьбой.       Уступив место мужчине в амуниции, доктор Джозеф отошёл назад и обвёл глазами аудиторию. Генерал Мейсон поставил шлем на трибуну и начал свой монолог. Его громкий и звучный голос расходился по залу и, отражаясь от стен, усиливался, преумножая и волнение врачей, и без того озадаченных его словами.       – Приветствую вас всех. Как вы все прекрасно знаете, в городе объявлен карантин в связи с критической ситуацией. Обстоятельства сложились так, что нам не хватает сил для оказания сопротивления и сохранения жизни граждан, посему я взываю к вам, уважаемые врачи. В университете многие из вас подписывали контракт на обязательную военную службу при критических ситуаций, так что тех, у кого имеются военные жетоны, я попрошу встать и подойти для внесения в списки.       Люди начали оглядываться, ища глазами тех, кто встаёт или просто, чтобы отыскать знакомых в огромном зале, но никто не встал. Мужчина недовольно свёл лохматые брови и начал вглядываться в лица людей, пока не наткнулся на поднятую руку.       – Прошу       – Контракт был подписан на обязательную службу в случае войны,- Эллен оглянулась и увидела доктора Блум, сидящую на пару рядов выше, которая и обратилась к генералу,- власти и СМИ молчат, а Вы призываете нас бросить работу и пойти непонятно куда, чтобы бороться с чем-то неизвестным. Так не работает, к Вашему сожалению, генерал.       – Если для Вас вторжение инопланетян - не критическая ситуация, то я восхищён, - ухмылка тронула морщинистое лицо.       В первые пару секунд зал оцепенел. Все прокручивали в голове слова мужчины, пытаясь понять, шутит он или серьёзен. Не найдя ответов в собственных мыслях, врачи стали перешёптываться, спрашивая мнение соседей. Из общего гула вырывались отдельные фразы: « Вторжение инопланетян?!», «Что за вздор?», «это не смешно, у меня пациенты ждут, а мы стендап слушаем». Эллен старалась не обращать внимание на гудящих и шепчущихся коллег и медленно дотронулась пальцами до участка фирменной униформы, под которой привычно звенели два именных жетона с краткой пометкой «врач» перед званием. Кто же знал, что давняя мечта и последующее подписание контракта в университете повернутся к ней с такой нелицеприятной стороны. Пустым взглядом вперившись в одну точку, она не заметила как хирург, сидящий рядом с ней, повернулся и с немым ужасом в глазах одёрнул её руку.       – Не смей говорить им, - сквозь шум в ушах послышался близкий шёпот. Опомнившись, девушка повернулась в его сторону и вырвала руку из захвата шершавых пальцев.       – Что? Какое Вам вообще дело? К тому же, если у них есть списки, если мой обман раскроется, то это будет измена родине.       – Ты из Канады, лапуля,- усмешка тронула губы доктора Брауна, и он с удовольствием наблюдал, как быстро сменялись эмоции на лице собеседницы,- и, поверь, мне есть дело до тебя.       – Ты рылся в моём личном деле? - Морин готова была лопнуть от возмущения, заодно отвесив затрещину самодовольному доктору, который читал и, теперь, знал о ней все,- Какого черта, Браун?       – Просто не делай этого, пожалуйста, послушай меня,- мужчина снова дотронулся до руки врача и слегка сжал её,- я знаю о чём говорю.

***

      - Перейдём сразу к делу, я полагаю,- мужчина подозвал рукой медсестру и забрал из её рук планшет, поворачивая его к Эллен,- пациент, Карл Денвер, 48 лет. Стоит на очереди на трансплантацию печени уже несколько лет, пересадку должны были провести на этой неделе, но из-за карантина, проведение операции осложнилось. Он находится в критическом ситуации, организм не справляется...       - Так... так, стойте, доктор Браун,- девушка легко дотронулась до груди врача,- что конкретно Вы от меня хотите?       - Так вышло, что в Баптистской больнице есть подходящий донор, но…       - Карантин,- заключение, которое звучало приговором, вырвалось из припухших губ вместе с потоком воздуха. Врачи смотрели на планшет, иногда поднимая глаза друг на друга и тут же опуская обратно.       - Почему ты вызывал меня, Оливер? Почему я? – Морин сложила руки на груди и приобняла себя за плечи, - У нас целое отделение интенсивной терапии, в котором имеется около 5 анестезиологов-реаниматологов.       - Может я просто хотел увидеть именно тебя,- легкая усмешка тронула губы, когда врач заметил, как девушка смущённо опустила глаза, краснея       - Ты хочешь, чтобы я поехала туда, да?- внезапная мысль показалась самой логичной вариацией происходящего,- Чтобы я оценила допустимость изъятия печени для пересадки и сопроводила его сюда?       - Честно говоря, да. Я надеялся на это.       - Ты сам отобрал у меня жетоны. Тогда, на собрании, ты запретил мне даже думать о том, чтобы выйти за пределы больницы, а теперь ты же отправляешь меня туда! – шумное дыхание мешало слышать собственные мысли, брови слетелись к переносице, образуя вертикальные складки. Эллен, привыкшая к контролю над своими эмоциями, даже растерялась из-за охватившей её злости.       Мужчина слегка отшатнулся, оторопев от холодного взгляда карих глаз, направленного на него из-под бровей. Пытаясь подобрать в голове правильные слова, он внезапно осознал, что загнал себя в отвратительную ситуацию из которой логического выхода он уже не видел. Девушка перед ним с усилием втягивала воздух через ноздри и швыряла в него электрические молнии, которые наэлектризовывали пространство вокруг врачей.       - У нас гости! – внезапный крик со стороны окон оглушил хирурга и ординатора, разрезая тишину безмолвного спора. -       Надо эвакуировать пациентов, быстро! – Доктор Браун снова стал невозмутимым, обращаясь к медсёстрам своего отделения,- Всех на подземные этажи! Морин, наш разговор мы закончим позже, если...       - Наш разговор уже окончен, Браун,- выделив фамилию молодого человека, девушка рванула к выходу.       На служебной лестнице не были предусмотрены окна, так что понять, что конкретно к ним приближается, ординатор не могла. Оставалось только бежать к собственному отделению, молясь о том, чтобы успеть отвести персонал в туннели до того, как произойдёт что-то непоправимое. Распахивая двери, девушка наткнулась взглядом на выход из отделения, ведущий на улицу, возле которого было свалено некоторое ныне неиспользованное оборудование.       - Доктор Морин! – Изабелла побежала и тряхнула кареглазую со всех сил,- К больнице опять приближается та сканирующая махина.       - Быстро, выводи всех! Где доктор Блум?       - Она убежала в интенсивную терапию,- глаза молодой медсестры опять застилали непрошеные слёзы.       - Иза, пожалуйста, выведи всех,- уже спокойнее проговорила девушка,- я пойду за Амандой. Ты же справишься?       Не дождавшись ответа, она развернулась на 180 градусов и исчезла за дверьми, из которых появилась минуту назад. Слишком много бега за один день: лёгкие начинают гореть, сердце бьётся так быстро, что готово выскочить из груди, а мышцы ноют. Даже старая травма колена, не беспокоившая уже несколько лет, дала о себе знать. Врываться в отделения стало такой же привычной частью дня, как и бег, так что, не изменяя новой традиции, девушка открыла двери и заглянула внутрь. Осознание происходящего сковало её, не давая пошевелиться и хоть что-то сделать.

Так, всё таки, можно ли что-то сделать?

«Удача, паршивая ты сука, куда ты опять слиняла?!»