Скажи: «Я люблю тебя»

— Я отмотала время на год. Стоя посередине комнаты, девочка не знала, что делать и просто легка на расправленную кровать. Смотря в потолок, она думала, как все это исправить и что делать дальше. В голове образовалось много вопросов, но основные: что если Отец узнает? Или кто-то из братьев и сестер? Может стоит попробовать ещё раз изменить время? Немного успокоившись, Виви снова вспомнила слова отца о том, что нельзя пользоваться силой в неконтролируемом состоянии, иначе, случится что-то серьёзное, а что именно, не знает даже он. Поэтому Отец всегда учил их быть безэмоциональными, особенно Пятого, Шестого и Восьмую. Их силы были больше всех не подвластны контролю отца, хоть он и находил изощрённые способы контроля: цепи и утяжелители для Пятого, железный пояс -для Шестой и разные снотворные для Восьмой. Это было рискованно и страшно для всех, кроме Отца, ведь, если переборщить — мгновенная смерть. Они не зря боялись, ведь у каждого бывали случаи, когда до гибели оставались считанные мгновения. Вспомнив все эти страшные ощущения, Восьмая резко бросила подушку в стену и тихо прошипела, с силой потянув свои волосы, чтобы заглушить воспоминания. Спустя какое-то время, её отпустило. Она открыла глаза и наконец огляделась. Виви увидела ещё старые обои светло-голубого цвета в тонкую белую полоску, под которыми всё ещё должны быть рисунки Восьмой, которые та в тайне рисовала, будучи маленькой. Вивьен вспомнила, как раньше её тревожил цвет обоев в комнате и невольно улыбнулась. Она часто задавала вопросы Отцу: почему у всех девочек розовые обои, а у меня голубые, как у мальчиков? В ответ всегда была только улыбка, которая пробуждала ещё больше интереса. Отец всегда хорошо относился к Восьмой, и может поэтому она была единственной, кому он рассказал, что их могло быть девять. Реджинальд Харгривз нашёл в их городе ещё одного ребёнка рождённого 1 октября, но оказалось, что этот мальчик был запланированным и практически обычным. У мальчика был брат близнец, который родился мёртвым. Вероятнее всего, что именно его брат имел сверхспособности, но комната к тому времени была готова, и поэтому досталась Восьмой. А насчёт обоев, летом их поменяли, в качестве награды за отлично выполненное задание по спасению детей из горящего детдома. Но, так как обои сняли, все увидели работы Восьмой и долго смеялись над ней, а вот Отец наказал, заставил выучить наизусть том книги «Война и Мир» за неделю и рассказать, не пользуясь силой. Улыбнувшись, Виви встала с постели и посмотрев на обстановку в комнате, решила действовать, а не сидеть и дрожать, как испуганный кролик. Восьмая собралась с мыслями, повторяя себе под нос: «я смогу, я смогу», она хотела обнять свою любимую мягкую игрушку — белый кролик с лупой в лапках и с шапочкой сыщика. Виви назвала его «Мистер Кролик», он был её тайным лучшим другом, который для неё всегда был опорой и мог выслушать, но сейчас его не было и только тогда Вивьен вспомнила, что он появился только летом. — Ладно, мне он мне не нужен, — пойдя к своему старому шифоньеру, Восьмая переоделась в бледно-голубую пижаму, смешав свои вещи с другими, точно такими же. Посмотрев на своего брата, который уже долго стоит на одном месте, Вивьен оторвав листок из блокнота написала записку следующего содержания: «встретимся сегодня у меня и будем решать, что дальше будем делать». Аккуратно сложив бумажку и положив её в карман шорт Пятого, она чмокнула его в щеку и легла спать. — И снова мне 12, — с этими словами запустила время Восьмая, ожидав точно такой же год, как и тогда. Обычная жизнь Вивьен Харгривз: ссоры с Третьей, дружба с Первым и Седьмой, и уже любовь с Пятым. Ох, как же она крупно ошибалась на этот счет.

Через год

Прошло уже тридцать месяцев с того момента как Восьмая запустила время в старом мире. Сначала она старалась вести себя естественно, хотя увидеть Третью с карэ было небольшим шоком, ведь у неё очень курчавые и пышные волосы, из-за этого её голова стала похожа на одуванчик. Не удержавшись, Виви рассмеялась над сестрой, что всех немного удивило, ведь по идее Вивьен смеялась над Третьей ещё месяц назад. А после, её удивило задание отца, которое оказалось уж слишком легким: «останови время в аквариуме с рыбками», с которым она быстро и легко справилась, хотя должна была немного попотеть. Вивиьен не думала о последствиях своих действий, пока это не вылилось в неожиданную концовку того дня. По немногу, маленькие изменения в истории, как например: рассмеяться над сестрой, легко выполнить задание, записка Пятому и т.д, незаметно для девочки, полностью поменяли ход истории и конец дня: Вечером Восьмую поймала Третья и воспользовавшись силой, заставила младшую отрезать себе волосы под карэ. Так же, об её рисунках узнал отец, потому что Мама нашла записку в кармане Пятого. Вивьен пришлось думать на ходу, что они оба могли делать вечером, в её спальне. Единственное, что пришло ей в голову: рисунки на обоях, но из-за хорошо проделанного задания Отец её простил. По поводу карэ: почему-то наказали Третью. Поводом было — злоупотребление своих сил. Это было очень странно и Вивьен вдруг осознала, что жить старой жизнью не так просто, как она думала. Ей было очень страшно и тяжело. Если бы не Пятый, то она, наверное, сошла бы с ума. Он успокаивал её и бесконечно поддерживал, стараясь не смеяться насчёт причёски, хотя две — три шутки про неё всё же сказал. Они решили прожить этот год, стараясь не менять ход событий, но тем не менее внося небольшие поправки в тайне друг от друга: Вивьен стала меньше ругаться с Третей, а Пятый же воспользовавшись моментом решил показать весь свой потенциал Отцу. Конечно, Вивьен это замечала, поэтому иногда тормозила его, чтобы Пятый хоть иногда делал ошибки. Восьмая же, в плане тренировок ничего не изменяла, делала те же ошибки, что и раньше. В тайне, сама тренировалась в изменении времени, но после трех попыток поняла, что ничего не изменить. Тем более, итогом её беспорядочного использования силой, всегда были ушибы и раны, а иногда даже потеря сознания. Пятый предлагал, чтобы он попробовал вернуть их обратно в будущее, но Вивьен всегда была против. Ведь они могли попасть не в то время или пострадает тело Пятого. Но, повреждение тела коснулось именно Вивьен, после её резкой перемотки времени. Она долгое время ничего не замечала, пока не настало то злаполучное утро. Это случилось пол года назад, был обычный вторник. По красному календарю ведённый мамой, дни должны были идти у Вивьен. На поднос, предназначенный для девочки, мама поставила лекарства, таблетки обезболивающего и стакан воды. До подъёма оставалось примерно час-два, но Грэйс услышала крики со второго этажа. Поспешив на звуки она зашла в комнату к Вивьен: девочка держалась за живот, а из-под одеяла виднелась кровь. Конечно, робота это немного смутило, но программа решила, что Вивьен просто что-то себе застудила. Поэтому, дав принять лекарства и обезболивающие, отнесла полу живую Виви в ванную. Пока мама прибиралась в комнате, Восьмая лежала в ванне, свернувшись калачиком. Эти минуты давались ей очень тяжело: спина болела, живот тоже, все болело. Спустя какое-то время Ви забрали в медпункт, где девочке дали снотворное, после чего она уснула, все ещё мучаясь в болях. На завтраке и тренировках Восьмая не присутствовала. Всем было интересно, что с ней случило. Одному Пятому было страшно, хоть он этого и не показывал. Боль не прекращалась и тогда уже сам Сэр Реджинальд заподозрил неладное, приказав сделать полный осмотр тела Восьмой, на котором у Вивьен вывели опухоль матки или же рак. Для Восьмой и Пятого это был сильный удар, которого они не ждали. Ей было очень больно узнать об этом, но Пятый сказал, что пока её не было, он решился пробраться в кабинет Отца, чтобы найти хоть что-то, что могло бы быть причиной её исчезновения. Он нашёл дело сестры в кабинете папы и узнал об её матери. Оказывается, мать Виви тоже болела раком и родила Вивьен на 2 стадии. Пятый постарался рассказать об этом, как можно мягче, зная о душевном состоянии своей девушки. Восьмая не знала, что делать: она просто боялась. Около часа она просто плакала, а Пятый молча обнимал её. Кроме него, Вивьен, Грэйс и Отца никто не знал о болезни. Восьмая попросила отца оставить все это в тайне. Виви сделали гистерэктомию — удаление матки, чтобы опухоль снова не появилась. В результате, она стала бесплодной. Хоть Пятый и старался найти в этом любые плюсы, будем честны, никаких плюсов в этом не было. Тренировки возобновились через два месяца. Вивьен «училась» останавливать время в маленьких помещениях, что было хорошо для неё: маленькие нагрузки благополучно помогали восстановлению. Все было хорошо: как и в прошлом году. Восьмая практически не делала ошибок настолько часто, что ей позволили останавливать время с Первым, но брат почему-то был очень холодным к ней и даже не разговаривал, а удушал сильнее, чем вообще было позволено. На ум пришла только одна мысль — Третья использовала силу на Первом, так как опять ревновала. Вивьен полностью была в этом уверенна, особенно после того, как Первый сначала накричал на неё, а потом и вовсе чуть не поднял руку. Если бы не Второй, никто не знает, чем могло это кончиться. Он с помощью ножа остановил злого брата и помог сестре встать. Эти изменения сильно растревожили девочку, ей было страшно подумать, что будет с другими, если Первый и Второй поменялись местами, а Третья стала сильнее ненавидеть сестру. Седьмая куда себя не менее странно: практически не говорила с сестрой и стала больше общаться с Пятым. А однажды, Седьмая застала их целующимися ночью, возле комнаты Пятого. Тогда они сознались, что встречаются и попросили не говорить никому об этом. Седьмая пообещала держать язык за зубами, но в дальнейшем стала игнорировать и Восьмую, и Пятого. Вивьен не понимала, почему с ней так обращаются. Хотя, у неё всё же была одна мысль: Седьмая любит Пятого, ну или саму Восьмую, как шутил сам мальчик. Из милых и дружеских, отношения Виви и Седьмой превратились в холодные и ненавистные. Шестой не изменился, как был милым и тихим ребёнком, так и остался. Хотя, почему-то стал уж слишком много проводить времени с Четвёртым, но это не сильно заботило Вивьен. Так как думала, что, возможно, раньше просто не замечала этого. Как, например, аллергию Шестого на пыльцу. Из-за крепкой дружбы мальчиков, Виви пришлось подружиться и с Четвёртым. Восьмую радовало только одно — отношения с Пятым стали лучше. Те же шутки и подколы и те же ночи в компании с горьким кофе и ужасно долго делающимся чаем. Любовь становилась все жарче и жарче. Вивьен все ещё боялась пробовать что-то большее, чем объятия и поцелуи. Все шло и так слишком быстро для Восьмой, она была ещё не готова к такому, поэтому попросила Пятого немного подождать. Он понимал её и согласился быть немного помедленнее. Все шло слишком хорошо. Вивьен всегда ждала какой-то подвох, но его никогда не было, что делало её неким параноиком. Однако, злополучный день настал. День, когда отношения Восьмой с Пятым полностью изменяться. Это случилось…

1 мая 2002 года

Сидя на своей кровати, окружённой разнообразным выбором карандашей и ручек Виви рисовала недавно приснившиеся ей сон: как взрослые Пятый и Восьмая сидят и проводят свой обычный пятничный вечер, с чашечкой кофе и чая в парке на лавочке. Это длилось минуты две, а после девочка проснулась. Всерьёз сон Виви решила не воспринимать, но делать было нечего. После общей тренировки, шли отдельные и у каждого ребёнка свои дни. Сегодня, был у Пятого, поэтому волнение Восьмой было выше обычного. Уж часто у мальчика и Отца случались конфликты. Чтобы успокоиться Ви решила порисовать новыми карандашами, не зря же она попросила их за спасение детей из детского дома. Она спокойно выводил линии на бумаге, когда услышала резкий хлопок от закрывающейся двери. Звук был настолько громким, что Вивьен сразу же поняла, кто и почему так закрыл дверь. Отложив свой альбом и убрав карандаши в коробку, она встала и направилась в сторону входной двери. Все ещё думая над тем, правильно ли будет, что она зайдёт к нему, но делать нечего, поэтому выйдя из своей комнаты, она сделала два шага к противоположной двери и затихла, краем глаза увидев, как Третья и Четвёртый что-то обсуждали, но это уже не волновало Вивьен, главное узнать, что с Пятым. — Пятый, я хотела поговорить с тобой, — приоткрыв дверь с этими словами, она не увидела реакции со стороны брата. Приняв это как знак согласия, Вивьен зашла, закрыв дверь на замок. По логике Восьмой, Пятый снова поссорился с отцом насчёт темы о путешествий во времени. Наверное, на своей отдельной тренировке Пятый снова спорил с отцом насчёт прыжков в будущее. Он уже не в первый раз затрагивает эту тему. Настолько не в первый, что уже изрядно надоел отцу и в сотый раз сказав: «нет», наверняка наказал мальчика. По идее Пятый на месяц отстранён от тренировок и будет учиться по том старой книги. И снова все пойдёт в разрез с тем, что было год назад. Виви быстро отогнала лишние мысли и решила попробовать его успокоить, дать понять позицию отца. Сейчас мальчик сидел за своим письменным столом и пытался что-то писать в своей тетради. Его внешний вид оставлял желать лучшего: растрёпанные волосы, взбухшие от злости вены на руках, мешки под глазами и поднятый ворот рубашки. Сам Пятый был одет в школьные шорты и рубашку, которая была кусками заправлена. Пиджак и галстук лежали возле двери, а жилетка на кровати, которая была до сих пор расправлена, а из подушки торчали перья. Рядом были разбросаны книги, вместе со скомканными листами бумаги с некими уравнениями. Хотя в этой ситуации больше волновало состояние Пятого. — Пятый, ты как? — перешагивая через книги, она подошла к Пятому. Сев на корточки, она положила голову на стол и улыбнулась. — Ви, я сейчас очень злой, — перестав писать, красный от злости Пятый посмотрел на неё. — поэтому, давай позже будешь говорить, что папа прав. — Заметь, не я это сказала, — встав, Ви начала поправлять волосы парня, но в ответ на это, он грубо убрал её руку. Встав, он начал ходить по кругу, бурча себе что-то под нос. — Почему он даже не даёт мне попробовать? — резко посмотрел на Виви, Пятый положил руки на свои бедра. — Пятый, остановка и прыжки во времени это разное, — сложив руки на груди, Вивьен слегка повысила тон. Такое поведение Пятого начинает бесить. — Да ну? Будто я не знаю, — закатив глаза, Пятый развернулся и вновь начал наворачивать круги по комнате. — Да, но о последствиях ты не думал? — решив пойти по другому пути, Восьмая надеялась, что станет лучше, но стало только хуже. — Тело или психика. Я знаю. — И ты не боишься? Пятый, ты же умный, почему не думаешь о себе? Я уже перемещалась и ты видишь, что со мной произошло! — Думай о себе, — пробубнив, он взялся за голову и сказал то, за что он будет карать себя всю свою жизнь. — А то что?! Тоже стану бесплодным, как ты? В комнате воцарилась пугающая тишина, секунды длились как часы. Сердце Пятого ушло в пятки, голос будто исчез: он не мог ничего сказать. Волна эмоций и осознания обрушилась на него вместе с осуждающим взглядом Восьмой. Так плохо он себя никогда не чувствовал, не представляя, что сейчас с его Ви, что она чувствовала и почему молчит. Смотреть ей в глаза было наказанием, её словно кукольные глаза салились слезами, а лицо покраснело и она закрыла его ладонями. Настолько грустной он её ещё не видел. Не успев даже слово сказать, он почувствовал резкую боль. Рассерженная Восьмая не сдерживаясь со всей силы дала пощёчину. В комнате на миг пронеся звук шлепка, а на лёвой щеке Пятого вмиг образовалось красное пятно. Прошептав: «Придурок», Восьмая убежала, хлопнув дверью, а Пятый, стоявший в ступоре, просто смотрел в одну точку. Осознание с новой силой ударило в голову.

***

Звонок колокольчика мамы означал, что уже время обеда. Все дети отложили свои дела и мирно шли к лестнице, а после в столовую. Одновременно выйдя из своих комнат Пятый и Восьмая даже не смотрели друг на друга, что немного смутило Седьмую, живущую рядом с их комнатами и слышавшую ссору этих двоих около часа назад. Чувствовать себя третьей лишней долго не пришлось, Пятый переместился на первый этаж. Пришлось около двух минут идти с безэмоциональной и потерянной в пространстве Восьмой, которую сейчас лучше не трогать, иначе отплатишь жизнью. Спокойно дойдя до столовой, Вивьен встала возле своего стула и покорно ждала, когда придёт Отец и даст разрешение на приём пищи. Напротив стояла Номер Семь, а рядом с ней стоял Пятый и смотрел опустевшим взглядом на свой стул. Рядом с Восьмой же немного мешался Шестой с книгой в руке. Восьмая оглянулась по сторонам. С другой стороны стола сидел Второй и снова портил деревянную спинку стула, ковыряя её ножом, на него тихо гавкала Третья, рядом стоял Четвёртый и молча улыбался. Сомнений нет, всё как обычно. В комнату зашёл отец, все резко замолчали. Он твёрдым и уверенным голосом сказал садиться. Все радостно принялись поедать свежеприготовленную яичницу с беконом, слушая звон тарелок и обучающую пластинку, что делать, если застрянешь в горах. Все это Вивьен пропускала мимо ушей, не о чем не думая, ковыряя бедный кусок бекона в тарелке. Седьмая только грустно смотрела на неё, а Пятый же, как всегда был на взводе. Он злостно смотрел на Отца, водя ножом по полупустой тарелке. Не выдержав, он со всей силы воткнул нож в стол, чем заставил обратить на себя внимание всех присутствующих. — Номер Пять? — не отрываясь от еды, Реджинальд Харгривз издевательски улыбнулся, прекрасно понимая, о чем сейчас пойдёт речь. — У меня вопрос, — Пятый прищурился, все находившиеся в комнате понимали, что сейчас начнётся очередное шоу. — Стремление к знаниям? Похвально, но ты знаешь правила: тишина во время еды. Ты перебиваешь Хэра Кардосана. — Я хочу путешествовать во времени! — Восьмая уже хотела уйти, но, увидев взгляд сестры, решила отложить свою затею. — Нет, — твёрдым и строгим голосов проговорил отец. — Но я готов! Я отточил скачки в пространстве, как ты и просил! — встав со стула, он переместился к папе. — Видишь! — Скачок в пространстве мелочь, по сравнению с путешествием во времени. Одно, словно скользить по льду, а другое, слепо нырять в глубины ледяных вод, что бы затем вернуться к истоку. — Ты думаешь, что эти пустые слова имеют какое-то отношение к этому? — Отсюда вывод: ты не готов, — Восьмая ухмыльнулась. Она убедилась в своей правоте. Это увидел Пятый, его задело и он решил попробовать ещё раз. — Я не боюсь, — на этот раз ухмыльнулась Третья. — Дело не в страхе. То, как это может отразиться на твоём теле, даже на разуме слишком не предсказуемо. Я запрещаю поднимать эту тему вновь. После этих слов, Пятый почувствовал себя униженным перед всеми, а особенно перед Восьмой. Разозлившись, он выбежал из столовой, игнорируя крики отца. Глава семейства ударил по столу. Все дети незаметно ухмыльнулись и продолжили есть. Каждый из детей был знаком с этой ситуацией и все прекрасно понимали, что будет дальше. Восьмая снова посмотрела на Седьмую и решила просто остановить время, чтобы не устраивать панику. Все здание окрасилось в бело-чёрные цвета. Пора действовать, но сейчас Восьмая спокойно доедала свою порцию, думая, что ей делать: отпустить Пятого и подождать, пока он сам остынет или же погнаться за ним, пока тот ничего не наделал. Смотря на исход прошлого разговора, первый вариант был ближе, но сердце говорило все-таки пойти за ним. Вздохнув и посчитав все за и против, Номер Восемь всё-таки решила утихомирить своего горе путешественника во времени. Встав из-за стола, она медленным шагом начала искать своего брата по всему первому этажу. После не долгих поисков, она его все же нашла. Пятый был возле входной двери и как раз держал ручку, чтобы открыть её. Ещё бы секунда и все размышления Восьмой были бы напрасны. Пятый всё ещё был не в духе. Восьмая прикинула в голове, что разговор будет коротким или же сильно эмоциональным. И все же Восьмая не удержалась, немного посмеявшись над. Ему, наверное, было обидно, но эту ошибку она поняла только сейчас. Надо было поддержать его, а не смеяться или же быть спокойнее и не доводить до ссоры. Может надо было дать ему остыть и подойти позже или же просто выслушать. А может поговорить с Отцом насчёт него и как-то уладить с ним вопрос. Сколько вариантов и идей появилось у бедной Номер Восьмой, что стало в эмоциональном плане плохо. Она так паскудно себя повела. Сейчас ей хотелось только извиниться и обнять его, ведь она тоже виновата. — Прости меня, — перестав использовать силу, с этими словами Виви обняла Пятого и уткнулась в его плечо. Он ничего не понимал, почему рядом Восьмая и просит прощения, ведь должен был он. Она хотела помочь, хоть и не совсем понимала его. Конечно, они оба должны были понять друг друга, а не стоять на своём. Но из-за того, что Вивьен первая извинилась и меньше была виновата, сердце Пятого сильно сжалось от вины. Почувствовав себя полным идиотом и эгоистом, не думавшим о чувствах своей девушки, он мягко обнял свою дорогую Ви. — Это я должен извиняться. Боже, как это звучит, — услышав это, Восьмая немного посмеялась. — Ты даже не можешь нормально извиняться, — вздохнув, Пятый обнял Восьмую чуть сильнее. — Я знаю, но лучше останови время, — послышалось цоканье каблуков. — Папа отправил маму искать нас. — Мне сейчас лучше не использовать силу, состояние нестабильное, — Ви подняла голову, посмотрела на Пятого и, взяв всю свою смелость в кулак сказала, — Давай вернёмся? — Что? — не успев договорить, Вивьен начала объясняться. — Если мы сейчас вернёмся, то нас не так сильно накажут. — Я думал, ты хочешь со мной в будущее. — Я хочу, но ты даже не пробовал и может что-то случиться с нами, — Вивьен робко положила руку на щеку Номера Пять и улыбнулась. — Ты в меня не веришь, — он опустил взгляд и положил руку на её запястье, — если не хочешь то и ладно! — Пятый резко убрал руку Восьмой от своего лица и убежал на улицу. Сильный ветер ударил по лицу девочки. Она отвернула голову и, потеряв из вида Пятого, рванула за ним на улицу. Оглядевшись, она наконец нашла его взглядом и на миг почувствовала облегчение. До тех пор пока не поняла, что он делает. Пятый бежал прочь от дома и, открыв щель между настоящим и будущим, прыгнул в неё и исчез. У Восьмой будто остановилось сердце, закололо так, будто кто-то оторвал от него кусок. Виви быстро побежала на место, где только что был Пятый и заплакала. Знала бы она, что ей сейчас делать. Мозг попросту не мог функционировать из-за того количества эмоций. Взявшись за голову, Вивьен попыталась успокоиться, но разрыдалась ещё сильнее. Она думала о разных версиях происходящего, но в голове всё ещё была лишь одна ужасающая идея — отмотать время. От этой затеи или же от её последствий у Вивьен пошли мурашки по телу, но время шло, каждая секунда была на счету и терять любимого ни в коем случае не хотелось. Восьмая все это натворила и поэтому ей же надо со всем разобраться. Ради Пятого. Вздохнув, она закрыла глаза и сконцентрировалась. Из тела начали выходить волны, которые уходили аж за горизонт. Постепенно время начало возвращаться обратно, медленными шагами. Вивьен очень волновалась, но чувствовала изменения. Открыв глаза, она не на шутку испугалась. Перед ней стояла высокая женщина на длинных шпильках: эффектная блондинка в плаще с красной помадой на губах. На ней была маленькая шляпка и круглые солнцезащитные очки. Улыбнувшись, она резко что-то вколола Восьмой в руку. Силы перестали работать. Вивьен перестала различать что либо вокруг себя. Последнее, что помнит Вивьен это то, как она лежит на тротуаре, к ней бегут какие-то люди, а она даже не может подать признаки жизни. Тишина. «Вот она какая, смерть» — подумала Номер Восемь и потеряла сознание.