Часодеи. Часовой ключ

      — Глава 16. Эфлара       Василиса приоткрыла глаза и повернула голову. Она лежала на теплом и мягком слепяще-белом песке. А перед ней, куда ни глянь, простиралось бескрайняя водная гладь. Выплюнув изо рта немалое количество этого самого белого песка, Василиса кое-как поднялась на ноги.       — Ох, песок во рту, — поморщилась Захарра. — Одна из самых противных вещей, какая только может произойти.       — Неприятно, но терпимо, — пожала плечами Василиса.       — Это ты просто не пережила момент, когда этот песок попал к тебе в рот, — улыбнулась Драгоций. — А еще не проглотила его.       — Ну вот, — расстроенно произнесла она, оглядываясь.       Волны лениво облизывали берег, оставляя на песке причудливые пенистые узоры. Алый солнечный кружок только-только выглядывал из-за горизонта, окрашивая море в серебристо-розовый цвет.       — Это ж сколько ты там провалялась? — вздернув брови спросил Фэш.       — Очевидно, что не один час, — ответила за подругу Захарра. — Не перебивай меня!       В том, что это было море, Василиса не сомневалась. Много раз она видела его на картинках в книгах. Вид огромного бесконечного пространства поражал великими размерами. Нахлынуло новое, дикое ощущение — чувство полной свободы. Где-то далеко остались страхи, тревоги и неприятности, все казалось мелким и незначительным здесь, на берегу моря.       Солнце, красуясь, поднялось выше, освещая не только море, но и неизвестные горы вдали. Василиса решила просто пойти вдоль берега, она выйдет к какому-нибудь человеческому жилью и там разузнает, что же с ней приключилось и куда она попала.       — Гениально, Огнева, — с усмешкой возвел глаза к потолку Марк. — Ты поговорила с мальчишкой, который дал тебе «код» для перехода и, переместившись, ты УХОДИШЬ с места куда ты переместилась! Тебя в детстве не учили, что если потерялась, стой на месте и жди пока тебя найдут?       — Я не потерялась! — огрызнулась Василиса.       — Да не в этом дело! — аж подпрыгнул Марк. — Очевидно же, что Лазарев будет искать тебя там, где ты упала! Но ты решила усложнить жизнь и себе и ему!       — Не ори на меня!       Марк выпучил глаза и начал молча ругаться, активно жестикулируя руками.       Неожиданно Василиса заметила, что далеко-далеко, почти у линии горизонта, быстро движется яркая светящаяся точка. Она приближалась с бешеной скоростью, перерастая во что-то белое и сверкающее, похожее на… коня?       Да, это был конь. С развевающейся серебряной гривой, мчащийся во весь опор прямо на нее. Он быстро приближался, и вскоре Василиса смогла различить на лбу прекрасного животного тонкий, как кинжал, витой серебристый рог. Что за чудный зверь?!       — Как будто ты ни разу про единорогов не слышала, — усмехнулся Лешка.       — В тот момент я была не в состоянии соображать даже так элементарно, — ответила Василиса.       — Да ты всегда не в состоянии соображать, судя по тексту книги, — фыркнул Марк, заслужив злой взгляд Огневой.       Между тем удивительный конь приблизился и застыл как вкопанный всего лишь в нескольких шагах от Василисы. Девочка замерла на месте, боясь пошевелиться. А конь вдруг склонил ноги в изящном поклоне, как будто приглашая залезть к нему на спину.       Василиса восхищенно замерла.       Но тут произошло кое-что другое, еще более непредвиденное, — возле чудесного единорога материализовался мальчишка. Просто возник из воздуха.       Василиса сразу узнала его: это был Ник.       Теперь она получше разглядела мальчика: среднего роста, смуглый, вернее, загорелый дочерна, а волосы и брови — белесые, выгоревшие на солнце, и те же самые большие карие глаза. На нем была простая белая рубаха с косым вырезом и очень широкими рукавами, сужающимися у запястья, и прямые черные штаны, чем-то похожие на джинсы. Мальчишка был босиком.       — Здравствуй, — улыбнулся Ник. — Ну тебя и забросило! Пришлось Белорожка брать на помощь — он легко чувствует иномирных.       Ник подошел и, остановившись на расстоянии в два шага, вдруг отвесил Василисе низкий поклон.       — Как прошел переход, уважаемая часовщица? — Глаза мальчишки пытливо изучали ее.       — Вот Ник — настоящий джентельмен! — поощряюще провозгласила Диана задрав голову.       Лазарев-младший смутился и опустил голову.       — Да уж, — протянула Захарра и скосила взгляд на брата. — Не то что некоторые.       — А чего сразу я? — обижено посмотрел на сестру Фэш. — Я еще даже не появился.       — А то я тебя не знаю, — фыркнула Драгоций. — Уверена, натворил ты дел.       — Ты даже не представляешь насколько права, — улыбнулась Диана, смотря на надувшегося и обиженного на весь мир Фэша.       Василиса оторопела от подобной учтивости. Возможно, здесь так принято здороваться? Поразмыслив, она тоже поклонилась.       Послышались смешки и Василиса покраснела.       — Ну ты, Огнева, даешь, — с усмешкой сказал Марк.       — В отличие от некоторых, я имею хоть какие-то представления о воспитанности! — прошипела Василиса.       — Ну да, ага.       У мальчишки глаза на лоб полезли.       — Ты не должна мне кланяться, — недоуменно произнес он. — Я же не часовщик…       — Да? — растерялась Василиса. — Ну а я не знаю, точно ли я часовщица…       — Ты же говорила, что из семьи часовщиков!       — Ну это же не дает никаких гарантий! — всплеснула руками Черноключница. — удивился Ник. — Ты смогла вызвать лестницу и переместиться — значит, ты часовщица. Ты же прошла испытание на степени?       — Э-э… ну да. — Щеки девочки превратились в два горячих угля. Она чувствовала себя очень неловко.       Мальчик оглядел Василису пытливым взглядом.       — А почему ты босиком? — спросил он.       — Потому что, — буркнула Василиса. — Не успела взять с собой кроссовки.       — Часовщикам нельзя же без обуви ходить…       — Почему? — удивился Лешка. — За это в тюрьму сажают?       — Хватит! — воскликнула раздраженно Захарра. — Меня. Перебивать! Так тебе действительно угрожала опасность? — Замешательство Ника росло.       — Думаю, что да, — ответила Василиса немного с вызовом, глядя ему прямо в глаза.       — То есть ты не совсем уверена? — Выгоревшие брови Ника сложились домиком. В его взгляде промелькнула подозрительность.       — Послушай, Ник, — решительно начала Василиса, — мы можем где-нибудь нормально поговорить? Мне действительно угрожали, я убежала от собственного отца и ничегошеньки не понимаю, что происходит. Но хочу, наконец, во всем разобраться.       — Да, это можно. — Ник с облегчением вздохнул и улыбнулся. — Поедем к нам в дом. Мой отец — очень хороший человек, и он поможет тебе… ну-у, в любом случае.       — Зачем помогать дочери своего врага? — хмуро пробурчал Фэш.       — На то есть две причины, — спокойно ответил Константин. — Во-первых, дети не в ответе за грехи своих родителей, — Нортон-старший закатил глаза. — А во-вторых, — Лазарев улыбнулся. — мать Василисы — моя хорошая подруга.       На этих словах Белая Королева слегка улыбнулась и опустила голову, чтобы скрыть порозовевшие щеки, а Огнев-старший скривился.       — Хорошая подруга, — передразнил шепотом блондин.       Василиса непонятливо покосилась на него. Попахивает ревностью.       — О, это было бы здорово!       Василиса переступила с ноги на ногу. Ее немного подташнивало от голода, и она подумала, что неплохо бы заодно напроситься на обед к мальчишке.       — Вот это наглость! — протянул Ляхтич, который был на удивление многословен.       — Когда дело касается еды, ни о какой скромности и речи быть не может! — важно заявила Захарра, вступаясь за подругу. Но с этим явно придется обождать: во взгляде Ника осталась недоверчивость. Вроде бы тот немного жалел, что стал помогать Василисе.       — Дааа, было такое, — неловко почесав затылок, начал оправдываться Ник. — Но ты не подумай, это быстро прошло!       — Ой, ладно, — махнула рукой Василиса. — Я не обижаюсь.       И будто в подтверждение ее мыслей, мальчишка произнес делано-радостным тоном:       — Но сначала заедем за Фэшем — моим другом… Он тоже часовщик, причем с очень высокой часовщинкой.       — С чем?       — С часовщинкой. — Мальчик скосил глаза на Василису. — С часовой степенью то есть.       — А сразу нельзя было сказать нормально? — поинтересовался Фэш у друга.       — Да брось ты! — отмахнулся Лазарев. Откровенно говоря, ты такая странная… Говоришь, что часовщица, а сама… послушай, у тебя какая степень?       — Разве можно говорить?       Василиса улыбнулась: уж про это она знала из памятного разговора с Еленой.       Уши Ника стали малиновыми.       — Ну да… Просто, м-м, по-дружески можно ведь сообщать? Вот Фэш мне сразу сказал, да и… Хотя, конечно, ты не обязана…       — У меня высшая степень.       — Что?!       — Высшая, — повторила Василиса, немного раздражаясь. — Это тоже странно?       Мальчик нахмурился. Некоторое время он молча разглядывал ее и, решившись, сухо произнес:       — Послушай, я сказал тебе пароль перехода, думая, что тебе действительно угрожает опасность. Мне за это может серьезно влететь. И если ты будешь врать мне…       — Я не вру!       — Просто ты не была похожа на часовщика с высшей степенью! — снова начал оправдываться Ник.       — Я хоть на кого-то в этой жизни похожа? — зло скрестила руки на груди Василиса.       — Судя по твоей внешности, на свою маму, — улыбнулась Дейла.       — Да. Но… Я не про это. Не про внешность… — чуть покраснела Огнева, увидев как Белая Королева подавляет улыбку и прикрывает рот ладонью.       Однако мальчишка сердито поджал губы и жестом указал на спину Белорожка.       — Поедем на тонкорожке. Он незаметно провезет нас сквозь стены Воздушного замка…       — Как это?!       — Это же тонкорог! — Мальчишка нахмурился еще больше и глянул на Василису с таким изумлением, будто она только что превратилась в дракона. — Ведь тонкорог может перемещаться даже между мирами, поэтому стены для него — вообще не помеха. И если попросить его, он сделает всадника невидимым, а когда почует опасность — делается прозрачным и сам.       — Прикольная лошадь, — расплылся в улыбке Лешка.       — Не лошадь, а тонкорог, — поправил его Фэш.       — Все равно из семейства лошадиных, — отмахнулся Рознев.       После такой речи Василиса не без опаски залезла на спину к Белорожку и осторожно ухватилась за серебристую гриву.       — Обними его за шею, — посоветовал Ник. — И покрепче, он любит скорость… Через пять минут будем в Замке.       Василиса кивнула, мгновенно последовав совету: ухватилась за шею тонкорога, почти зарывшись лицом в мягкое серебро гривы. Ник последовал за ней, осторожно обняв девочку за талию.       — За что обнял? — угрожающе прошипел Нортон-старший, который до этого скучающе упирался кулаком в скулу.       — Успокойся, Огнев, — улыбнулся Константин, смотря на испуганного сына. — Он просто страховал ее. Или ты бы предпочел, чтобы твоя дочь свалилась на полном ходу с высоты и разбилась?       Нортон посмотрел на бывшего друга сощурив глаза, но ничего не сказал. Ник немного расслабился.       Белорожек топнул точеным серебристым копытцем и резко сорвался с места.       Он быстро мчался вдоль берега, словно летел по воздуху, — копыта едва касались земли. Ветер трепал Василисе волосы, зато приятно обвевал лицо. Оказалось, это совсем не страшно — скакать во весь опор на чудесном тонкорожке.       Не прошло и нескольких минут, как впереди показался высокий скалистый мыс; он гордо выступал в море, словно корабль, едва отошедший от пристани. На самой вершине покоился прекрасный замок из белого камня. Его многочисленные башни и башенки с тонкими, острыми шпилями упирались в рассветное небо, исчезая среди розовых облаков.       Раскинувшаяся перед ними картина сверкала удивительными красками, словно открылась страница любимой книги, с изображением дворца доброго и могущественного волшебника.       — Это Воздушный замок! — гордо сообщил Ник. — Мы его так называем, потому что издали кажется, будто он лежит на облаках… Правда красиво?       Василиса восхищенно кивнула.       — Я бы очень хотел научиться строить такие замки, — прозвенел голос Ника за ее спиной. — Но для этого надо быть часовщиком… да и папа хочет, чтобы я стал часовых дел мастером, как он, но я не особо люблю механику. — В голосе мальчика появились грустные нотки.       — А чего не сказал-то?! — удивленно распахнул глаза Константин.       — Не хотел расстраивать тебя, — грустно отозвался Ник.       — По твоему, я похож на того, кто будет через силу заставлять ребенка заниматься тем, что ему не интересно?       — Да, юный Лазарев, ты спутал своего отца с кое-кем другим, — чуть подалась вперед Черная Королева, намекая на Нортона, но не говоря прямо.       Огнев закатил глаза. И ведь не предъявишь, прямым текстом сказано не было.       Василиса хотела расспросить поподробнее, почему надо обязательно быть часовщиком, чтобы строить волшебные замки, но вдруг увидела перед собой крепкую каменную стену.       Не успела она испугаться этого, как стена расплылась, будто рисунок на бумаге, на который плеснули много воды. И вдруг стала какой-то нереальной, словно обрывочное, суматошное видение из сна.       В следующий миг Василиса с удивлением осознала, что Белорожек давно мчится сквозь стены: по бокам то и дело мелькали плотно прилегающие друг к другу камни. Тонкорог пронесся через туманный и неотчетливый круглый дворик с фонтаном посередине, еще одну стену, длинный темный коридор, стену, коридор, лестницу… Вновь стена, опять коридор… Через некоторое время Василисе начало казаться, будто она сошла с ума или видит страшный сон. Но внезапно картинка начала выравниваться, очертания предметов стали более отчетливыми, перестали колыхаться и, уплотнившись, застыли в привычном безразличии неодушевленных вещей.       — Вау, вот крутотень! — воскликнул Лешка. — Вот бы прокатиться.       — Ну, если ты хорошо попросишь… — протянул Фэш с самодовольной ухмылкой.       — После чтения, мальчики, — прервала их Наталья.       Это была маленькая комната в бело-золотых тонах. С красивой, но слишком вычурной мебелью. Кажется, где-то тикали часы.       Василиса легко соскочила, сразу же за ней — Ник. Белорожек, перебирая стройными ногами, нетерпеливо затоптался на месте.       — Вот, подождем здесь. — Ник сдержанно улыбнулся Василисе. — А Белорожек сообщит о нашем прибытии Фэшу, своему хозяину. И все будет в порядке.       — Ничего не будет в порядке! — воскликнул Фэш.       — Да ладно тебе, — улыбнулся Ник. — Все уже хорошо.       — Я не про это, — немного замялся Драгоций.       — А про что?       — Не важно, — уже пробурчал парень. — Узнаете.       Ник подозрительно прищурился, но расспрашивать не стал. Правда ведь скоро узнает. А Фэш нервно заерзал в кресле. Скоро… Он знал.       По-видимому, Белорожек только и ждал этих слов: нагнул среброгривую голову с тонким рогом, коротко заржал и растаял в воздухе.       Василиса внимательно оглядела комнату. После темных коридоров и переходов, мелькавших по дороге, эта маленькая, но светлая комната казалась очень уютной. На широких окнах — белоснежные занавески, вышитые огромными золотыми лилиями, в углу белый резной шкаф с книгами… Посередине круглый стол со стеклянной столешницей, тонконогие стулья и пушистый коврик возле окна.       Василиса не увидела ни одной электрической лампы или бра, зато заметила с десяток высоких золотых подсвечников, расставленных повсюду: наверное, в замке тоже предпочитали живое пламя, как и в доме отца.       — Не то что предпочитаем, у нас просто нет этого вашего электричества, — пожал плечами Ник.       — Замечательно, — закатила глаза Василиса.       — Садись. — Ник подошел к столу. Отодвинул стулья с высокими кружевными, словно увенчанными морской пеной спинками.       — Вот… — начала Захарра, отрываясь от книги.       — Да я понял! — выкрикнул Фэш, обрывая сестру.       — А чего это ты такой нервный? — прищурилась Захарра.       — Ничего, — задвинулся в кресло Фэш.       Василиса злорадно улыбнулась, чем заставила Фэш сильнее надуться. Захарра заинтересованно покосилась на подругу, увидев ее улыбку. Огнева махнула рукой на книгу, мол читай.       Василиса аккуратно присела на краешек стула.       Некоторое время они помолчали, не зная, о чем говорить.       — Послушай, Ник… — решилась наконец Василиса, — а кто здесь живет, в этом Воздушном замке?       — Это замок РадоСвета. Он имеет два крыла: западное, крыло РадоСвета, или крыло часовых совещаний, и Часодейное крыло, или, попросту говоря, школьное.       Ник явно был рад прервать затянувшееся молчание.       — Ты сказал Часодейное крыло? — осторожно переспросила Василиса.       — Да, это школа, где учатся часовщики со всей Эфлары — те, чья степень выше второй. Послушай, разве твои родители не рассказывали об этом?       — Она похожа на того, кому что-то рассказывали? — насмешливо спросил Марк.       Ник ничего не ответил, только нахмурился.       — У меня есть только отец.       — Поправочка, мама у меня тоже есть, — перебила Захарру Василиса.       — А кто она? — поинтересовалась Драгоций.       — Там свои проблемы, — махнула рукой Огнева.       — Да, там свои проблемы, — немного зло повторил Нортон-старший и скосил взгляд на Белую Королеву, которая распахнула глаза и со злостью поджала губы.       Василиса наклонилась вперед, заглядывая отцу в глаза с немым вопросом. Мужчина покачал головой и махнул рукой, как будто отгоняя наваждение. Девочка перевела взгляд на мать, но та со злостью смотрела в сторону и не видела взгляда дочери.       — Вот ведь семейка досталась, — раздраженно цокнула Василиса.       — У меня тоже… — Ник нахмурился.       Василиса не решилась его расспрашивать. Через некоторое время мальчик продолжил:       — Часодейное Крыло делится на половину темных часов и половину светлых часов.       — О, про это я немного слышала, — кивнула Василиса. — Послушай, расскажи мне еще о крыльях — что это?       — Крылья — это крылья! — удивился Ник. И, прищурившись, хмуро добавил: — Слушай, ты меня не разыгрываешь?       — Конечно, нет, — честно ответила Василиса и опять спросила: — Крылья — какой-то часодейный знак, как браслет?       И тут Ника осенило:       — А где же твой браслет, а? Если у тебя высокая степень — должен быть браслет!       — Все претензии к моему отцу! — твердо заявила Василиса.       — Не совсем, — вмешался Нортон. — Там есть некоторые загвоздки.       — У тебя везде есть загвоздки, — прошипела Черноключница.       — Ничего у меня нет. — Василиса окончательно расстроилась. — Может, и вправду — степени тоже нет…       — Так все-таки ты наврала!       — Ничего я не врала!       — Я знаю всех, у кого есть высшая степень, — спокойно сказал Ник. — Всех учеников… Могу перечислить наизусть, потому что их очень мало. Твоего же имени я раньше не слышал.       — Так она же вот только-только посвящение прошла, — усмехнулся Марк. — Как бы ты услышал?       — А то ты не знаешь, — фыркнул Фэш.       — Ой, прям докопаться уже нельзя, — закатил глаза Ляхтич.       — Понимаешь… — Василиса смутилась. — Ну, в общем, я всю жизнь жила у своей бабушки Марты Михайловны, думала, что она моя единственная родственница. Хотя вообще-то она была просто опекуншей, но относилась ко мне куда лучше, чем… — Чувствуя, что запутывается, Василиса мотнула головой. — Короче, вдруг появился отец. Как снег на голову…       — Слушай, ты точно очень странная, — перебил Василису Ник. — Сейчас придет Фэш, и тогда начнешь рассказывать, а то я вообще не соображаю…       Василиса, насупившись, отвернулась к окну. Казалось, небо нахмурилось вместе с ней: на солнце набежали тучи, стало пасмурно.       — Ты точно не умеешь управлять погодой? — поинтересовалась Диана.       — Точно, — уверенно ответила Василиса.       — Ты не обижайся, ладно? — произнес Ник более мягким тоном. — Просто я действительно серьезно рисковал, позволив тебе воспользоваться отцовским паролем перехода. И если кто-нибудь узнает… Но у тебя было такое испуганное лицо.       — Послушай, а твой отец кто вообще? — Василиса поежилась.       — Мой отец — Часовых дел мастер… Я тебе уже говорил.       — Часовщик?       — Нет, Часовой мастер, — поправил Ник, хмуро косясь на Василису. — А еще, с недавнего времени, Глава мастерового цеха… Представляет общину астроградских часовых мастеров в РадоСвете.       — Константин Лазарев, — вспомнила Василиса. — Я слышала про него…       — Ну, хоть про моего отца ты слышала, — прошептал Ник и кинул быстрый взгляд на дверь.       Василиса поняла, что мальчишка ждет помощи друга и, кажется, немного напуган.       — Ник, если честно, ты тоже ведешь себя очень странно, — сказала она напрямую. — Я попросила у тебя помощи, потому как мне пришлось убежать из дома после этого дурацкого посвящения, вырваться из рук полусумасшедшей женщины и отца, который… я даже не знаю, кто он и чем занимается!       — Если тебя это успокоит, то мы тоже не особо много знаем, — подозрительно миролюбиво улыбнулся Норт.       — Я уже знаю, — без злобы ответила Василиса.       — Ага, — кивнул брат. — Просто решил напомнить. Вдруг сейчас резко расстроишься.       — Ха-ха, — изобразила смех Огнева.       Последние слова Василиса выкрикнула чуть не плача: и вправду, на глаза навернулись слезы. Увидев, что она сейчас разревется, Ник окончательно смягчился и забормотал куда более примирительно:       — Да уж, сестренка, — хихикнул Норт. — Вот слушаю и думаю, а ты оказывается тот еще нежный цветочек.       Василиса обижено скрестила руки на груди.       — Да ладно тебе, — примирительно улыбнулся Норт. — Я ж не в обиду.       — Чего это ты такой добрый? — подозрительно прищурилась Черноключница, но брат не ответил, только пожал плечами.       — Ну да ладно, чего ты… Сейчас придет Фэш и поможет разобраться во всем. Только знаешь, э-э… — Ник запнулся, по всей видимости выискивая наиболее подходящие слова для того, что собирался сказать. — Ты, короче, не говори ему про то, что у тебя высшая степень… Он — человек вспыльчивый. И как отреагирует, не могу знать даже я, его лучший друг. Он же часовщик — еще наэферничает тут, потом расхлебывай.       — Какого хорошего ты обо мне мнения, — фыркнул Фэш.       — Скажи, что я не прав, — усмехнулся уголком губ Ник.       — Ну… частично. Может быть, — протянул Драгоций.       — Наэферничает? — Опять новое слово. — А это что?       Ник отвел глаза: к нему явно вернулась подозрительность.       Но тут занавеска, скрывающая дверь, колыхнулась, пропуская вперед невысокого мальчика.       На вид — лет тринадцати-четырнадцати, с темными, слегка вьющимися волосами и большими голубыми, прямо-таки ангельскими глазами.       — Ммм, — довольно улыбнулся Фэш. — Как красиво я описан.       — А ты и рад, — усмехнулась Захарра.       — Естественно, — серьезно кивнул парень. — Это, между прочим, очень важно! Одет он был несколько странно: черные широкие брюки и такого же цвета рубашка с воротником-стойкой и белыми широкими манжетами. По воротнику и низу одеяния шла серебристая узорчатая кайма с тиснеными арабскими цифрами. Обувь тоже была, мягко говоря, диковинной: тапочки из какой-то темной ткани с чуть вытянутыми, словно у турецких туфель, носками.       Мальчик радостно улыбнулся, отчего на щеках заиграли ямочки.       — Я примчался, как только увидел Белорожка. — Он не сразу заметил Василису, целиком скрытую узорной спинкой стула.       — Целиком? — выпучил глаза Лешка. — Это ты настолько мелкая?       — Там просто стулья очень высокие! — чуть покраснела Василиса.       — Да-да, — покивал Норт. — стулья высокие, как же.       — Ты вообще молчи! — повернулась к нему Василиса. — Тебя не спрашивали!       — Не кипятись, — улыбнулся брат. — Ну, и зачем тебе понадобился тонкорожек? И вообще, что за странная история?       — Фэш… — Ник виновато улыбнулся. — Ты знаешь, тут такое дело… В общем, познакомься.       Только теперь мальчик заметил Василису, и улыбка сползла с его лица.       — Василиса, это Фэш… Фэш, это Василиса. — Голос Ника звучал несколько напряженно. — Она перенеслась с Осталы… э-э… немного с моей помощью.       — Привет! — Василиса как можно доброжелательнее улыбнулась мальчику.       — Это не поможет, — улыбнулась Захарра и тут же вернулась к тексту, так как оставалась всего одна строчка.       Но тот даже не отреагировал на приветствие. Глаза его потемнели, а лицо словно сковало каменной маской.       — Готово, — Захарра довольно закрыла книгу и передала Василисе. — Твоя очередь, подруга.       Василиса взяла книгу и открыла на 7 главе.       — Глава 7. Треуглы