Глава 24. Баланс страстей
11 июля 2020 г., 18:39
Зал Совета Старейшин озарился красноватыми отблесками лазерной сетки, светящимся контуром выхватив из мрака величественную статую божества Кетану в образе грозного воина-яутжа в чёрных доспехах. Скользнув по острым углам блестящего чёрного черепа, красные лучи блуждающими огоньками перешли дальше на стены, сплошь увешанные многочисленными трофеями великих воинов, посвятивших добычу своему могущественному божеству. Затем призрачный свет изменился в более тёплый оранжевый спектр и озарил центральный подиум, на который из мрака, одна за другой, вышли воинственные фигуры в алых плащах и блестящих доспехах. Следом за ними, неприметно скрываясь в полутьме, вдоль стен появились и арбитры, что бдительно охраняли закон и порядок в Главном Правительственном кругу расы яутжа. На подиуме, в центре, собрались почти все представители Совета. Не хватало только Старейшины Древнего.
— И долго мы ещё будем ждать опоздавшего? — нервно щёлкнул мандибулами Златозарный. — Лидер клана «Стремительный удар» пренебрегает регламентом. Предлагаю ему сделать замечание. А если он и впредь нарушит порядок, то я буду требовать исключить его из Правительственного круга.
— Древний предупредил, что задержится, так как он не находится в системе Яутжа-Прайм. — произнёс один из Старейшин.
— То есть он нас собрал, а сам где-то болтается в космосе? Это пренебрежение к остальным представителям Совета! — гневно рыкнул Златозарный, напряжённо шелохнув мандибулами. Его поддержало ворчание некоторых Старейшин.
— Я уверен, у Древнего есть на то свои причины, и скоро мы о них узнаем, — невозмутимо прострекотал выполняющий роль спикера самый старый яутжа. Его длинные рецепторы, увешанные многочисленными наградами и знаками отличия, давно утратили свой тёмный пигмент. Как и морщинистая серая кожа, сплошь усеянная шрамами, шипами и наростами. Но на вид старец выглядел довольно крепким.
— Старейшина Мудрый, но мы не можем долго ожидать Древнего, — заметил ещё один, помоложе коллеги, представитель Совета. Его терракотовая кожа, с белыми подпалинами, неуловимо сливалась с леопардовой отделкой доспехов.
— Согласен с тобой, Величавый. Но у Древнего есть в запасе несколько минут, — прострекотал Мудрый. И в ответ на его слова в зал вошёл ещё один яутжа в красной мантии.
— Старейшина Древний, ты опаздываешь. Надеюсь, у тебя были на то веские причины? — спросил Величавый.
— Несомненно, — чуть кивнув, ответил лидер «Стремительного удара» и посмотрел на управляющего Наукой и Медициной. — Старейшина Златозарный, ты обвиняешься в пособничестве незаконной лаборатории, где проводились запрещённые опыты над яутжа, — жёстким тоном щёлкнул Древний.
— Это безосновательная ложь! — рыкнул Старейшина с золотыми бивнями.
— Вот неоспоримые доказательства. — И Древний извлёк из наруча информационный кристалл с данными.
Все представители Совета переглянулись, тогда как по молчаливому кивку Мудрого, воин-секретарь взял «флешку» и вставил в прибор воспроизведения. Над круглым подиумом вспыхнула голограмма с серией знаков, которые огнём ярости отразились в глазах Златозарного. Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, Старейшина в золотых доспехах резко рванул со своего места назад. Коротким ударом запястных лезвий он убрал с пути преградившего ему дорогу арбитра и, увернувшись от следующего воина, нырнул за завесу потайной двери. За ним в погоню бросилось ещё несколько арбитров, но внезапно прозвучавший взрыв остановил все попытки преследования.
В зале Советов воцарилась невообразимая суматоха. Старейшины в гневе повыхватывали из ножен оружие, требуя немедленной расправы над Златозарным. А в мерцающем красном мраке помещения появились воины из личной охраны представителей Совета.
— Достань мне эту тварь любым способом! — коротко рыкнул Древний Шелесту. Главный Арбитр кивнул и приказал своим бойцам:
— Перекрыть все выходы из города. Запретить вылеты любых челноков. Он не должен уйти.
Однако было слишком поздно. Златозарный предполагал, что когда-нибудь его всё же разоблачат, и он готовился к этому моменту. В итоге, пока полностью перекрыли все выезды из столицы, коварный Старейшина был уже далеко от Яутжа-Прайм, уготавливая Древнему очередной жестокий удар.
***
— От Легендарного нет известий? — спросил лидер клана «Стремительный удар», когда вспыхнувшая буря в Совете немного поутихла. — Нет. Последний сигнал пришёл с орбиты планеты берсеркеров. Он сообщил, что они с Мерцающим спускаются на поверхность, — проурчал Шелест. — Там какая-то аномальная зона, поэтому некоторое время связь с ними пропадёт. — Надеюсь, у них всё в порядке, — вздохнул Древний. — Я дал Легендарному маячок. В случае чего — он его активирует. — Хф-ф, если успеет. К тому же, он не привык обращаться за помощью. Сам знаешь. Так что… если такая ситуация и возникнет, то может оказаться слишком поздно, — проворчал Древний, одолеваемый нехорошим предчувствием. Шелест промолчал, вынужденный согласиться со Старейшиной. Его приятель был слишком независим, зачастую подвергая опасности не только себя, но и своё окружение. Но также он знал и за его удачливость, которая не раз выручала Элиту из патовых ситуаций. Оставалось надеяться, что и сейчас Кетану убережёт своего непоседливого воина.***
До лагеря берсеркеров идти оказалось не так уж и мало. Местное солнце приближалось к зениту, когда Охотники осторожно подкрались к грубо сооружённым шатрам из наспех скреплённых больших шкур. Со всех сторон эти первобытные строения окружал не менее дикий и жуткий на вид частокол из небрежно расставленных костей, окорённых стволов деревьев, с причудливой гравировкой, и устрашающе развешанных всевозможных черепов. Были здесь и человеческие, и даже Хищников, узнать которые не составляло труда по развёрнутым в грозном оскале жвалам. Лекс поёжилась, глядя на эту инсталляцию к жуткой сказке братьев Гримм. Портер казался не столь потрясённым страшной картиной, но выглядел немного нервным. Стихию тоже не радовала окружающая обстановка, и только двое Охотников остались не впечатлённые этой демонстрацией трофеев. Мерцающий презрительно фыркнул, посмотрев на череп яутжа, что лежал на большом камне, уставившись пустыми глазницами в небо. Внезапно из-под полы лохматой шкуры шатра с возмущённым шипением выскочило синее нечто. Охотники в унисон заворчали и тут же замерли, уставившись на пришельца, которым оказалась молодая самка берсеркеров. — Так это и есть шестой? — полюбопытствовал морпех, подойдя ближе к мулатке. — Скорее шестая, — поправила уманка, быстро определив биологические отличия объекта. Портер беззастенчиво вытаращился на обнажённую Хищницу, что невольно напомнила ему героиню из голливудского фильма «Люди Х». Кажется, её Мистик звали. Такая же тёмно-синяя, с чешуйчатой кожей, узорами обрамляющей её красивое тело. И даже жёлтые глаза, которые не мигая уставились на пришельцев. Более того, у Хищницы оказалась вполне нормальная как для женщины грудь. Правда, ещё рассматривая закованную в доспехи фигуру Стихии, морпех улавливал эту соблазнительную деталь женского облика, но только теперь он мог в полной мере её рассмотреть. Всё же от земной биологии она отличалась своей мелкочешуйчатостью и отсутствием сосков. Возможно, молоком своих детей Хищницы не вскармливали, или методика его выделения была иной. Но на вид эта часть тела самки выглядела вполне сексуально. Берсеркерша даже казалась бы красивой, если б не жуткие жвала. Сейчас самка плотно прижала их к своей пасти, защёлкнув точно моллюск створки раковины. Роста эта дамочка тоже была приличного. Она чуть превышала Мерцающего и лишь чуть-чуть не доставала до верхних зубцов гребня Легендарного за счёт своей более сглаженной головы с вычурным паучьим узором чёрного цвета. Возрастом самка выглядела немногим старше Стихии. Но вот мандибулы Суперхищницы дрогнули, и она, угрожающе раскрыв жвала, предупредительно зарычала. Ответ синешкурая получила только от Стихии, которая заворчала на оппонентку не менее вызывающе, тогда как Охотники равнодушно промолчали на эту демонстрацию агрессии. Спрятав клинки назад в наруч, Легендарный кивнул Младшему на палатку, и тот, миновав настороженную Хищницу, скрылся за меховым пологом. Берсеркерша проводила его взглядом, но с места не сдвинулась. Вскоре молодой Охотник вышел с арсеналом холодного оружия. Перекинувшись парой трелей со своим старшим напарником, они отправились дальше обследовать лагерь, не обращая внимания на застывшую на месте синешкурую самку. Стихия бросила на оппонентку малоприязненный взгляд и поспешила за своим самцом. Следом за ними направились и уманы. Взглянув напоследок на необычную инопланетянку, Портер догнал Лекс и спросил у неё: — Чего это они не прикончили того Хищника, как остальных? — Потому что это самка. Разве не заметил? — сыронизировала уманка, приостановившись рядом со следующим шатром, который обследовали Охотники. — Заметил, и что? — фыркнул Портер. — Яутжа не трогают самок. За исключением редких случаев самообороны или защиты своих близких. Кодекс Чести не позволяет, — ответила мулатка. — У этих монстров есть Кодекс Чести? — удивился капитан, покосившись на Мерцающего, что вместе с Легендарным и Стихией снова выбрались из-под шкур шатра наружу. — Представь себе. — Ну, я смотрю, твоей компаньонке плевать на этот Кодекс. — Портер кивнул на учёную. — Она едва не бросилась на ту синюю. Лекс улыбнулась. — Стихия – самка. Для неё ограничений Кодекса не существует. А здесь она защищала свою… э… стаю. Или команду. — Ага, скажи лучше самца. Я видел, как та синяя бестия вытаращилась на её избранника. — Неудивительно. Легендарный – доминирующий самец. К тому же, убил предводителя берсеркеров, который, скорее всего, был партнёром синей самки. Та отлично это поняла, определив по запаху. Вот она и обратила на него внимание. — Чтобы отомстить? — Возможно. Или как на потенциальную замену прежнего избранника. — То-то я вижу нашей самочке это не понравилось. Лекс хмыкнула. — Стихия – собственница. Но и той самке лучше придержать свои инстинкты при себе, иначе добром это для неё не кончится. — Не думаю, что маленькая самочка сможет победить ту синешкурую громадину. Она же на голову выше её. — У Стихии есть оружие, против которого эта берсеркерша не сможет устоять. Больше никого не обнаружив, яутжа собрали всё вооружение, что нашли, и направились к выходу из жуткого лагеря. Но неожиданно самка берсеркеров их догнала, насторожив весь отряд. Медленно она сделала шаг по направлению к Легендарному и, опустившись на колени, протянула вперёд сложенные вместе руки, одновременно склонив голову. — Чего это с ней? — спросил Портер у Лекс. — Без понятия. Наверное, сдаётся, — предположила мулатка. — Хм, а больше похоже, как будто она предлагает себя. Лекс хмыкнула. — Портер, у тебя больная фантазия. Морпех пожал плечами. — Какая есть. Легендарный молча отвернулся, проигнорировав самку, тогда как Стихия снова зашипела на неё. Но Ликвидатор, положив руку на плечо учёной, увёл в сторону свою маленькую агрессивную избранницу. Кивнув Младшему следовать за ним, Элита направился прочь, тогда как самка берсеркеров снова поднялась на ноги, глядя вслед удалявшемуся отряду.***
Солнце приятно припекало и, разомлев в его лучах, Легендарный начал понемногу дремать, позволив себе расслабиться. Да и чего ему сейчас было опасаться? Стихия рядом, где-то плещется возле берега. Он даже слышал её мерное пофыркивание. Берсеркеры уничтожены. Не считая их самки, которая вряд ли представляла для них угрозу. А в аномальной зоне их маленький отряд никто не выследит. Можно было и немного отдохнуть после тревог и напряжения последних дней. Чем их команда и решила заняться, взяв тайм-аут до утра. В запасе было ещё полдня, и Младший со своей мягкотелой напарницей пошли «прогуляться», как выразилась Лекс. Уман тоже побрёл в прибрежные заросли порыбачить, хотя на самом деле, он следил за мулаткой. Легендарный же предпочёл остаться в лагере рядом со своей самочкой, что решила просто отдохнуть. Элита не стал уточнять, что именно Стихия имела в виду, тогда как Лекс на её слова понимающе улыбнулась. Но сам Ликвидатор не спешил соблазнять свою «сладкую Воительницу», как он привык её называть. Легендарный опасался отравления её токсичной кровью? Вряд ли. Скорее считал, что сейчас не время для экспериментов. Поэтому он тоже решил расслабиться в «ничегонеделании». Так, погружаясь в полусон, Охотник не заметил, как неподалёку за кустами мелькнула синешкурая тень. Самка берсеркера выглянула из-за листвы, скользнув хищным взглядом по фигуре дремлющего Ликвидатора. В её руке блеснуло лезвие клинка, и Суперхищница незаметно подкралась к своей жертве. Её ловкие движения были рассчитаны до мелочей. Под осторожными ногами не треснула ни единая веточка, не зашелестел ни один листок. Секунда, и её грозное оружие взлетело в резком выпаде, неумолимо приближаясь к выбранной жертве, но в это мгновение Легендарный отпрянул в сторону, и острое лезвие пронзило песок. Самка с гневным рыком повторно бросилась к Охотнику, но тут же оказалась пригвождённой к земле, распластавшись на песке, а её рука с клинками блокирована жёсткой хваткой когтистых пальцев Ликвидатора. Легендарный раздражённо рыкнул на Хищницу, придавив её тело коленом. Его рефлексы сработали быстрее разума, мгновенно среагировав на опасность. Самка зашипела, попытавшись вырваться, однако Охотник только сильнее сдавил её запястья, угрожающе зарычав. Но неожиданно берсеркерша успокоилась и, глубинно замурлыкав, расслабилась в жёсткой хватке яутжа. Её жвала шелохнулись, и тонкий язык в соблазнительном жесте облизнул носовую складку. Легендарный удивлённо замер, уставившись на изменившуюся самку. Эта синяя бестия решила его соблазнить?.. А в следующую секунду позади послышалось обиженное фырканье. Легендарный резко повернул голову и увидел Стихию. Пока Охотник пытался осознать ситуацию, берсеркерша насмешливо заурчала, тогда как учёная внезапно рванула с места и опрометью бросилась бежать. Реакция Легендарного не заставила себя долго ждать, и Элита, оставив синешкурую самку, бросился за Стихией. Суперхищница довольно застрекотала, расслабленно растянувшись на песке. Хоть она не смогла воплотить свой коварный замысел, но некоторых результатов всё же добилась, судя по эмоциональному следу, что остался после мелкой самки. Та оказалась слишком впечатлительной.***
Стихию неожиданно захлестнула волна отчаяния, и она, не разбирая дороги, бросилась бежать, точно стремясь умчаться от самой себя, своих коварных мыслей. Услышав за собой погоню и предупредительный рык Ликвидатора, что требовал остановиться, маленькая самочка только ещё сильнее припустила, ныряя в узкие просветы между деревьями, в которые не могло пройти более массивное тело Охотника. Легендарному пришлось брать напролом возникшие преграды или обходить их стороной, на что затрачивались лишние секунды, и это начинало выводить яутжа из себя. Коротко рыкнув, он увеличил темп, стремительно настигая прыткую самочку. Вот где она только так бегать научилась? Но едва его когтистые пальцы готовы были ухватить свою цель, как Стихия ловко увернулась и юркнула в очередную расщелину. Снова послышался досадливый рык, и Охотник, содрав когтями кусок коры, продолжил преследование желанной добычи, постепенно всё больше распаляясь. Ему, конечно, нравились их игры в догонялки, но не в этот раз, когда отчаяние самочки тяжёлым шлейфом проникало в его сознание, действуя как кислота жёсткотелых. И чем дольше продолжалась эта погоня, тем сильнее становилась боль. Наконец ему удалось настичь самочку и в резком порыве прижать к стволу дерева всей своей массой. Стихия взвизгнула от неожиданности, но больше не пыталась вырваться из этих горячих объятий, ощутив, как по её телу молнией пробежал электрический разряд. — Я же просил тебя остановиться, — выдохнул Охотник, опаляя кожу самочки, однако хватки своей не ослабил, ощущая, как его разум начинал туманиться от такого близкого расположения её трепетного тела, в каждой клеточке которого бился ускоренный пульс. — Мог бы себя не утруждать погоней, а прохлаждался бы и дальше с этой синешкурой, — фыркнула самочка, отведя взгляд в сторону от соблазнительных жвал яутжа. — Мр-р, никак моя маленькая уманочка ревнует, — мурлыкнул Охотник, зацепив максиллой её рецептор. Однако Стихия упрямо дёрнула головой и неуверенно попыталась вырваться, чем только спровоцировала Охотника усилить хватку, совсем уж откровенно приникнув к её телу. Самочка прерывисто вздохнула, ощутив, как её окатила волна жара. — Во-первых, я не уманочка… — щёлкнула учёная, с трудом владея собой. — А во-вторых, — продолжил вместо неё Элита, — эта самка берсеркера хотела меня убить. Она специально подкралась с клинком. — И ты решил ответить на её вызов, как и подобает самцу яутжа? — упрямо противостояла Стихия, посмотрев в пылавшие манящим янтарём глаза Охотника. — Как самец яутжа, я готов ответить только на твой вызов, моя сладкая Воительница. — И Легендарный склонился ниже к её лицу. — Не боишься, что я могу оказаться не против? — дерзко заметила учёная. — Надеюсь на это, — со сдержанной страстью прошептал Охотник, не сводя глаз с самочки, и Стихия ощутила, как её тело предательски затрепетало. Этот коварный искуситель знал, как укрощать строптивую избранницу. — Но не сейчас, — внезапно добавил Элита и, отпустив учёную, пояснил: — Нужно поскорее вернуться в лагерь, так как если эта синешкурая бестия переключится на Младшего… — Беспокоишься, что он не устоит? — спросила Стихия, ощущая ноту неудовлетворённости. — Нет. Не хотелось бы ещё и Лекс потом разыскивать по всей округе. Хотя, — тут же исправил себя Элита, — она сначала поравняет Младшему мандибулы, а потом сцепится в драке с самкой берсеркера. — Фх-х, Лекс может, — согласилась Стихия, невольно чувствуя смятение из-за собственного малодушия. — Тогда поспешим. — Усилием воли скинув с себя расслабляющее оцепенение, самка собралась идти обратно к лагерю, но неожиданно Легендарный подхватил её на руки. — Чтобы больше за тобой не пришлось гоняться, я лучше тебя понесу, — проурчал Охотник. — Но ведь тебе это нравится, — с ноткой лукавства заметила Стихия, проведя ладонью по груди яутжа. — Нравится. Но ведь мы спешим? Учёная молча согласилась, и Легендарный направился с ней назад к их стоянке.***
В охватившем её эмоциональном порыве Стихия так далеко убежала от лагеря, что на обратную дорогу пришлось потратить некоторое время. Уютно устроившись на руках своего спутника, самочка чуть слышно довольно мурлыкала, а её пальцы рассеянно поглаживали тёмные пятнышки надплечья Охотника. Его запах кружил ей голову, вызывая чувство защищённости и умиротворения. Стихия легко прикоснулась к шероховатой коже кончиками жвал, и Элита склонил голову к своей непоседливой партнёрше. Его массивные мандибулы скользнули к максиллам самочки, в ласковом жесте их чуть погладив. Стихия приподняла лицо, позволяя его грозным бивням осторожно двигаться дальше, нежно касаясь её кожи. Жмурясь от удовольствия, самочка в ответ пробежала кончиками клыков по внутренней стороне перепонок самца, плавно перейдя на его верхние жвала. Со стороны могло показаться, что они контактировали друг с другом наощупь, и было что-то трогательно-завораживающее в этом лёгком тактильном общении. Ласкающие жесты, тихое мурлыканье и лёгкий трепет от соприкосновения грозных жвал – так они на ходу наслаждались друг другом, попутно следуя к лагерю. Но если Стихия с полной расслабленностью млела в объятиях своего партнёра, то Легендарному приходилось сохранять бдительность, чтобы удачно выбирать дорогу. Можно было увлечься и слететь в какую-нибудь пропасть или зацепиться об корягу. Но нет, Охотник, как на автопилоте, обходил все преграды, балансируя на зыбких камнях и минуя опасные расщелины. Одновременно он то в нежных ласках скользил максиллами по скулам самочки, то не спеша спускался мандибулами по шее Стихии, улавливая её сбивчивый пульс. Конечно, он мог остановиться и дать волю своим эмоциям, но Легендарному нравилась эта опасная игра, что представляла ту же тренировку повышенной сложности. Он должен уметь сохранять бдительность даже в невозможных условиях. При этом не подавляя свои чувства, как это делал ранее, а представляя с ними одно целое, развивая интуицию. Стихия даже не ощущала излишнего напряжения его мышц, настолько легко Легендарный удерживал её в своих руках. Самочка поняла его игру и тут же в неё включилась, отвлекая Охотника своими искусительными действиями. Она неторопливо прошлась коготками по его плечам, массируя упругую кожу как довольная кошка, а затем тонкой мандибулой подцепила один из рецепторов, скользнув по нему языком. Охотник заурчал от этой откровенной провокации, в ответ чуть сжав когтями её тело. Игра принимала опасный поворот, увеличивая в крови дозу гормональных активаторов. Однако Охотник и не думал останавливаться, решив дополнительно усложнить маршрут. Неожиданно Стихии пришлось сменить позицию и самой обхватить ладонями яутжа за шею, тогда как он одной рукой поймал гибкую ветку и взобрался на дерево. — Может мне лучше тебя не отвлекать? — с лёгким беспокойством мурлыкнула самочка. — Продолжай, — выдохнул Охотник в её рецепторы. Его состояние граничило с безумной эйфорией, а тело полностью подчинилось интуиции, демонстрируя свою небывалую ловкость. — Ну смотри, если мы сорвёмся… — Не сорвёмся, — успокоил её Элита, легко перелетев на следующее дерево. Стихия крепче прижалась к его груди, машинально спрятав лицо ему под жвала. Её романтическое настроение начинало приобретать оттенки беспокойства. Легендарный насмешливо заурчал и лизнул округлые зубцы гребня самочки. Стихия робко приподняла голову, с трепетом ощутив, как дерзкие жвала яутжа уверенно обхватили её лицо. Язык Охотника бесцеремонно пробежал по мягким изгибам перепонок самочки, обойдя все впадинки, и устремился за преграду острых зубок, увлекая свою партнёршу в страстный поцелуй. Стихия мгновенно позабыла обо всём на свете. На несколько секунд Легендарный на одной руке повис со своей ношей среди пурпурнолистных ветвей, точно гигантская летучая мышь. Довольно рискованный шаг. — Ты просто сумасшедший, — выдохнула Стихия, когда его жвала наконец-то её освободили. — Ты только узнала? — мурлыкнул в ответ яутжа и добавил: — Когда ты рядом, я всегда теряю голову. — И он неожиданно отпустил вторую руку, отправив их тела в свободное падение. Стихия не сдержала испуганного крика и плотнее приникла к своему партнёру, в наивной надежде, что он всё же не даст им погибнуть. Однако вопреки тому, чтобы поймать какую-нибудь опору, Легендарный сильнее обхватил свою партнёршу, не позволяя ей даже шелохнуться. Впрочем, Стихия и не думала вырываться из этих смертельных объятий, обречённо приготовившись к неминуемому удару. Каково же было её удивление, когда их сплетённые тела неожиданно прорвались сквозь снопы брызг, стремительно нырнув в бездонную глубину водоёма. Теперь тело Охотника пришло в движение, и Легендарный с гибкостью дельфина поднялся со своей перепуганной спутницей на поверхность озера, именно того, где был разбит на берегу их лагерь. Стихия даже не заметила, как они к нему приблизились. Стряхнув с рецепторов воду, Ликвидатор посмотрел на свою ошеломлённую спутницу. — Нет, ну ты точно сумасшедший, — фыркнула самочка, но интонации её голоса были нежными. — За что ты меня и любишь, — в ответ мурлыкнул ей Легендарный. — Возможно. Но в этот раз ты меня действительно напугал. — Готова была умереть вместе со мной? — Я всегда готова с тобой умереть, — вполне серьёзно ответила Стихия. Охотник мягко заурчал. — Я этого не позволю, — и добавил: — Никогда во мне не сомневайся. Стихия поняла, что это касалось не только недавнего сумасшедшего полёта. — Не буду, — тихо мурлыкнула самочка, пряча лицо у него на плече. Таким методом Легендарный преподнёс своей импульсивной избраннице два урока, что показывали насколько он мог владеть своими инстинктами, и его нельзя было так просто соблазнить какой-то там синешкурой берсеркерше, а главное – что Стихия должна ему доверять. Дальнейший маршрут теперь пролегал вплавь, но Элита по-прежнему не оставлял свою спутницу и, когда они выходили на берег, он неожиданно снова подхватил её на руки. — Ты так и будешь меня всё время носить? — проворковала Стихия, скользнув пальцами на плечи Охотника. — Тебе не нравится? — Да нет… Боюсь привыкнуть. — Разве это плохо? — Смотря для кого, — мурлыкнула самочка и, проведя коготком по железным мышцам Охотника, добавила: — Ты же не собираешься нести меня всю дорогу, пока мы не выйдем из аномальной зоны? — Почему бы нет? — в ответ проурчал Легендарный, на что Стихия тепло улыбнулась верхними жвалами.***
Пока маленькая самочка со своим избранником устраивали забег по пересечённой местности, на берегу реки, которая многочисленными заводями петляла по неровному ландшафту, происходили свои события. Некоторое время морпех бродил среди прибрежных сизых зарослей, подыскивая подходящее местечко для рыбалки. Он видел, как в этом же направлении ушла Лекс со своим Охотником, но потом они исчезли за ближайшим пурпурным перелеском. С досадой хмыкнув, Портер решил сосредоточиться на рыбалке. Если у него и не получится задобрить своих новых компаньонов, то хоть сам голодный не останется. Морпех уже приглядел себе удобное местечко, когда внезапно его отвлёк негромкий плеск воды, точно кто-то нырнул с каменного уступа. Любопытство подстрекнуло Портера проверить, что за дичь плавает неподалёку, и он тихо направился на звук, осторожно раздвигая прибрежные заросли. На его лице появилась масляная ухмылка, когда он неожиданно увидел купавшуюся мулатку. Её мокрая кожа на выглядывавших из воды обнажённых плечах заманчиво поблёскивала в лучах полуденного солнца, распаляя воображение морпеха. Увлечённый подглядыванием, Портер не заметил, как в двух метрах позади него появилась могучая тень. Дёрнув носовой складкой Мерцающий беззвучно оскалился. Мерзкий уман с вожделением пялился на его самку? Когтистые пальцы нервно сжались в кулаки. Захотелось одним движением свернуть сопернику шею. Что ж, Легендарный бы его поддержал. Стихия… скорее просто промолчала, хоть и упрекнула бы в импульсивности. Но Лекс бы очень расстроилась. Нет, была бы в гневе. И как же ему теперь доказать дерзкому уману, что это ЕГО самка? Внезапно сомкнутые в кулак пальцы Охотника расслабились, и он, что-то решив, так же тихо, как и появился, снова исчез в зарослях, оставив ничего не подозревавшего Портера одного. Капитан ещё с минуту беззаботно наблюдал за купавшейся брюнеткой, когда его внимание привлекло появление на берегу нового действующего лица. Мерцающий остановился возле вещей Лекс. Увидев своего избранника, уманка весело помахала ему рукой. Охотник довольно проурчал и неторопливо начал раздеваться. Полностью. — Твою ж дивизию! Культуристы сдохли бы от зависти, увидев этого «мистера вселенная», — проворчал морпех, наблюдая, как Охотник, непринуждённо играя мышцами, направился к мулатке. Лекс улыбнулась своему избраннику, из-за чего Портер презрительно фыркнул, но наблюдения не бросил, напряжённо жмурясь от слепящих солнечных бликов. Зайдя по пояс в воду, Мерцающий нырнул, точно гибкая рыба исчезнув под поверхностью. Его силуэт снова появился уже на середине заводи, чуть в стороне от мулатки. Он не спешил подплывать к своей спутнице, вынуждая её саму к нему приблизиться. При этом молодой яутжа незаметно стал перемещаться к позиции, на которой засел морпех. — Может ты остановишься? — выдохнула Лекс, наконец ухватив Охотника за плечо. — Я тебя догнать не могу. Мерцающий развернулся к уманке, позволив той зацепиться руками за его шею. — Решил поплавать? — томно промурлыкала Лекс, полной грудью вдохнув заманчивый для её мутировавшей сущности запах молодого самца. Сегодня он был особо будоражащим. Подчиняясь его властным нотам, Лекс неторопливо поцеловала мандибулу Охотника, на что Мерцающий в ответном жесте лизнул её в губы. Не спеша, с каким-то театральным пафосом. Мулатка засмеялась от щекочущих ощущений. Прикрыв глаза, она расслабленно вздохнула, чувствуя, как дерзкие жвала с поразительной нежностью спустились вниз по её шее. Разум начал затуманиваться, как всегда подчиняясь гипнотическому ритму тихого мурлыканья, и уманка, воркуя точно самка яутжа, губами пробежала по рельефному гребню Мерцающего, поцелуями собирая тёмные крапинки причудливого рисунка. — Я соскучилась по тебе, — тихо прошептала Лекс, и её бархатный взор утонул в золотистом сиянии глаз Охотника. — И я по тебе, — проурчал Мерцающий и внезапно спросил: — Ты будешь моей официальной самкой? Лекс чуть водой не поперхнулась, быстро придя в себя от охватившей её эйфории. — Ты серьёзно? А как же твой статус Кровавого? — спросила она. — Я прошёл испытания и получил этот ранг. Только торжественная часть процедуры была отложена из-за вашего со Стихией похищения, — ответил яутжа, мягко поглаживая под водой нежную кожу уманки. — О, тогда нам нужно отметить твоё повышение, — улыбнулась Лекс, лаская проведя пальцами под жвалами Охотника. Мерцающий заурчал, как довольный кот, подставляя шею под шаловливые ручки мулатки, однако с мысли своей не сбился. — Позже, — щёлкнул он и повторил: — Так ты согласна? — Ну конечно, Лапуля, — прошептала молодая женщина, коснувшись губами острого клыка яутжа. Сверкающая в солнечных бликах вода не позволяла разглядеть все детали, но догадаться было не трудно. Наблюдавший за этой картиной Портер сплюнул, гневно скрипнув зубами и, не дожидаясь завершения откровенной сцены, направился прочь. Однако сделав три шага, он приостановился и нагло усмехнулся. Затем осторожно вернувшись к берегу, морпех забрал экипировку Мерцающего и Лекс. Унеся всё подальше в чащу, он спрятал доспехи под корягами. — Посмотрим теперь как эти ксенофилы будут изображать из себя Адама и Еву, — зло хмыкнул Портер. Он собирался вернуться в лагерь, но передумал, вспомнив, что там остался старший Охотник вместе со своей самочкой. А бравый морпех вовсе не горел желанием вновь ощутить на своём горле железную хватку когтистых пальцев. Поэтому он решил подождать на тропе, когда любвеобильные ксенофилы наконец-то соизволят вернуться на их «туристическую» стоянку. Заодно Портер придумал себе развлечение в виде рыбалки на местных краснопёрок, которых здесь просто кишело. К его великому неудовольствию, Охотник со своей пассией возвращался в лагерь в полной амуниции. Хотя, судя по взгляду Лекс, они догадались, кто спрятал их броню. — Что, капитан, детство заиграло? — съязвила мулатка. — Скорее подростковый возраст, — фыркнул морпех. — После сеанса порнушки. — Ах!.. Так ты подглядывал! — возмутилась Лекс, краснея. — Что ты, нет, конечно. Я вот даже отошёл подальше от заводи, чтобы вам не мешать. — Очень любезно. А что же в лагерь не вернулся? — спросила Лекс. — Порыбачить решил. Рыбки к ужину наловить. — Портер указал на свой краснопёрый улов, что он выудил из бурного потока реки. — Как ты думаешь, наша самочка рыбку любит? — У Легендарного спроси. Он точно знает, что Стихия любит. Портер сдавленно кашлянул, тогда как Мерцающий насмешливо застрекотал. — Да я не думал ничего плохого, — оправдывался морпех. — Я так и поняла, — с деланно-вежливой улыбкой ответила Лекс. — Что ж, пошли тогда готовить твою рыбу. И все трое отправились к лагерю, где в это время развернулись свои драматические действия.
