Эпилог
1 ноября 2020 г., 19:24
— Младший, не мельтеши и сядь спокойно. Ничего с твоей уманкой не станет, — раздражённо проворчал Ликвидатор.
— Легко тебе говорить, — фыркнул Мерцающий. — Разве сам на моём месте сидел спокойно?
— Нет, не сидел. Я сам принял роды у своей самки, — заметил Легендарный и тут же добавил при виде отвисших мандибул молодого Охотника. — Но тогда ситуация была другая. Поверь, здесь Стихия справится и без твоей помощи.
Мерцающий недовольно запыхтел и отошёл в сторону дверей, сделав перед ними очередной круг почёта.
Появился Древний и, бросив короткий взгляд на нервного сына, обратился к Легендарному:
— Что там?
— Пока ждём. Стихия сказала, что уже скоро.
Старейшина кивнул и терпеливо замер рядом, сохраняя полное спокойствие, в отличие от Мерцающего. Да, здесь молодой Охотник пошёл не в отца. Хотя, возможно, он был просто молод. Наконец за мутной панелью полупрозрачной двери мелькнула чья-то тень, и в открывшемся проёме появилась Стихия.
— Всё отлично. Премиленький малёк, — проурчала учёная.
— К ней можно пройти? — взволнованно щёлкнул Мерцающий.
Самка кивнула.
— Только не тревожьте её.
Молодой Охотник первым заскочил в операционную. За ним последовал Древний, тогда как Легендарный задержался рядом со своей самочкой.
— У наших мальков появился приятель? — мурлыкнул он, привычным жестом приобняв свою пассию.
— Да. И он тоже обладает суперрегенерацией, — в ответ проворковала Стихия, устало склонив голову на грудь Охотника.
Легендарный мягко заурчал, коснувшись пальцами тёплых отростков учёной. Её рецепторы заметно отрасли, и теперь самочка напоминала взъерошенную актинию.
— Помню, ты говорила, что ген суперрегенерации передаётся только моим организмом, — задумчиво отметил Ликвидатор.
Стихия подняла голову, посмотрев в лицо своему спутнику, и в её голубых глазах промелькнуло лукавство.
— Я тоже это помню, — проворковала самочка. — И если б я не была учёной, то обязательно приревновала бы тебя к Лекс.
Элита насмешливо повёл левой максиллой.
— Но ты же у меня не только учёная, но ещё и умная самочка, — в тон собеседнице мурлыкнул он.
В глазах Стихии промелькнул довольный огонёк, и она спокойно проурчала:
— Виной всему мутация Лекс. В ней закрепился ген суперрегенерации, и её детёныш повторил это свойство материнского организма.
— Ну, а ты, на примере той же Лекс, доказала возможность трансформации уманов в яутжа, — подытожил Ликвидатор.
Стихия шелохнула в улыбке жвалами, но тут же в её взгляде появилась озадаченность.
— Вот только эксперимент оказался единичным случаем. Вряд ли его можно будет повторить. Я только корректировала процесс, который возник сам. Ведь его запустила смесь твоей крови с Гибридом, когда ты решил излечить Лекс.
— Но если углубиться дальше, то весь процесс запустила твоя гибридная кровь, — заметил Легендарный, мягко проведя когтем вдоль скулы самочки. — Ведь именно в ней оказались активные компоненты, склонные к мутации. Кстати, об этом сказал Златозарный.
— Выходит, что Лекс – изначально результат работы Златозарного?
— Мы все, в какой-то степени, оказались результатом его работы.
— Так значит, уманы правы, когда говорят, что нет худа без добра, — проурчала Стихия.
— Хф-ф, возможно. Но яутжа говорят, что всё во власти Кетану, — ответил Легендарный и, меняя тему, предложил: — Ну что, пойдём, посмотрим, кого Лекс произвела на свет?
Стихия согласно мурлыкнула, и они вместе вошли в операционную.
Мулатка полусидела на кушетке, ласково прижимая к себе укутанного в белую ткань малька. Тихонько посапывая, он мирно спал, тогда как Лекс с теплотой во взгляде рассматривала его чёрный гребешок с разводами жёлто-оранжевых брызг из мелких пятнышек.
— Он похож на Ночь, — мягко проурчал Древний, глядя на детёныша.
Мерцающий согласно мурлыкнул:
— В нём живут её гены.
— И как мы его назовём? — спросила Лекс.
— Как ты захочешь, — проурчал Древний. Когда-то он спорил с Ночью по поводу имени их младшего сына. В итоге всё равно решила сама самка.
— Он напоминает маленькую ящерку саламандру. Огненную саламандру, — размышляла вслух Лекс. — Мифическое существо, что зарождалось из огня и обладало магической силой.
— Тогда пусть будет Саламандра, — сказал Мерцающий и уточнил: — Ночная Саламандра. В память про Ночь, которая его спасла ценой своей жизни.
Лекс посмотрела на малька, что сонно зевнул, раскрыв тёмно-коричневые нежные перепонки без клыков. Они вырастут позже, превратясь в грозное оружие и довольно чуткий аппарат, исполняющий дополнительную функцию пальцев. Удивительная деталь на лицах Хищников, одновременно делающая их устрашающими и притягательными.
— Ночная Саламандра, — повторила Лекс. — Мне нравится, — заключила она, ощущая, как её душу переполняло безмерное счастье.
