Цена счастья

Он не выдержал. И ушёл. Вот так вот всё внезапно бросив на волю случая.

Забыл Еву там. Но в конце-концов, не доверив её зверю или кому похуже. На любимую няню. Герману казалось, что няня стала роднее для Евы, чем он. Он вообще был чем-то бессмысленным и ничтожным для всех. Приложением. Всего-то Герман. Не отец, не любимый дядюшка или крёстный. Не муж, не парень и не возлюбленный.

Просто Герман. Просто красивое имя на фоне других более красивых имён.

Несоответствие с действительностью терзало. По щекам дорожками бежали слёзы, такие же жалкие и глупые, как и он сам. В горле образовался такой болезненный, обидный комок. Думать, почему однажды солнце озарило его небо и произошла такая удача, как любовь и семья.. Желания не возникало. Потому что это оказалось очередной выстроенной иллюзией. Всегда, когда жизнь удивительно налаживалась и темнота отходила в сторону, он думал, что его счастье наступило. Но, обретя любовь всей своей жизни, да, он мог теперь так отзываться о Майкле; работу мечты и крепкую семью.. Он её потерял. Линнел умерла после двух лет комы из-за сложных родов, Майк, наверное, никогда и не любил, а для Евы он словно незнакомец.

Герман оказался отчаянно и безнадёжно влюблён, ничего не замечая, кроме своей этой любви.

Не помня, как добрался на своих двоих в ужасно ветреную и дождливую погоду, что сносила всё на своём пути и застилала глаза похлеще слёз, он оказался перед дверью Фреи. Время будто развернулось вспять; он так же морально и физически истощён, как и четыре года назад. И как никогда, он нуждается в поддержке. Крепком дружеском плече. Минуты мчались мучительно долго, он положил руку на дверной звонок и думал. Думал. Что скажет Фрее, как она отреагирует, будет ли рада его внезапному появлению или нет. Думал обо всём, кроме того, чтобы нажать на этот чёртов дверной звонок. Дверь открылась сама. Перед ним предстал Кристофер, на котором повисла Фрея и страстно впивалась в его губы, при этом одновременно успевая поправлять галстук. Они выглядели настолько озабочены своим маленьким личным счастьем, что не видели ни Германа, стоящего прямо напротив них, ни ужасного ливня на улице. - Герман, привет. – Заметил его Кристофер и пожал руку, потом снова повернулся к Фрее, шепнул ей что-то на ушко и поцеловал уже в щёку. – Вернусь поздно вечером, можешь меня не ждать. – тут же снова оказался лицом к Герману, попрощался с ним и вышел из дома. Ребята ещё несколько минут пялились на то, как Крис доходил до ворот, садился в машину, заводил её и после растворился в утренних сумерках и дожде. - О..Герман, доброе утро. Не ожидала тебя увидеть. – наконец, первой из них отмерла Фрея и заметила человека пред ней. - Я не спал, так что нельзя сказать, что оно у меня доброе. – вымученно выдавил свою улыбку тот. Вмиг, она всё поняла. По его усталым опухшим глазам-щёлочкам и погасшим там огнях, бледному лицу, помятой и промокшей одежде. Всё поняла. - Боже, Герман, холодно же. Заболеешь! Заходи. – брюнетка сразу же схватила его за руку и втащила в дом. – Быстренько раздевайся! И иди в душ. Я сейчас достану вещи Криса и положу их на тумбу. Давай – давай, - подгоняла она его к ванной комнате. В этот момент, он подумал, что обратился по адресу. Тогда же, четыре года назад, ему не было места, куда можно пойти, дабы не расстроить своим внешнем видом и состоянием вечно обеспокоенную сестру. Сейчас же.. Он был рад, что у него есть настолько духовно близкий человек, понимающий его с полуслова и не задающий лишних неприятных вопросов.

Хоть в чём-то повезло.