Двенадцать записей в дневнике

«Дорогой дневник, бога не существует, иначе как он мог допустить, чтобы самый противный и лживый придурок на свете стал моим братом?» — Привет, мудила. — Кокичи без стука вошёл в комнату Шуичи, тут же осматриваясь. — Я не мудила — парировал в ответ парень, продолжая переписывать необходимую информацию для доклада. — Все мудилы так говорят — протянув это, Ома плюхнулся на кровать Саихары. — Эта грязная свинья Миу говорит, что ты выглядишь как извращенец, когда надеваешь свою кепку, нишиши. Что-то в этом есть. Ну, Саихара-чан, ты же подглядываешь за девчонками? — Слушай, что ты от меня хочешь? — Шуичи повернулся в сторону раздражителя. — Я? Ничего, но тебя мама зовёт. Шуичи недоверчиво посмотрел на брата, но все же вышел из комнаты и спустился вниз. Он позвал родителя, но не услышал никакого отклика. В гостиной, как и на кухне было пусто. Странно, что-то тут… — Черт, — выругался парень и рванул обратно в свою комнату. Там около его стола стоял Кокичи и пытался открыть его блокнот с замком. Некоторое мгновение Шуичи с ледяным ужасом наблюдал за манипуляциями, а потом к нему вернулся дар речи: — О-Ома-кун, положи это на место! — Это ещё почему? — он отскочил с блокнотом к окну, весело размахивая им и смеясь. — У тебя есть от меня секреты, Саихара-чан? Или ты мне там поэмы пишешь, мм? Не собираясь препираться, Шуичи попытался отобрать важную вещицу, однако Кокичи, будучи намного ниже, шустрее и проворнее, проскочил к двери и был таков. — Пусть он пока побудет у меня! — Радостно воскликнул он в ответ, скрываясь в своей комнате. Послышался щелчок замка. Саихара захлопнул дверь своей комнаты, прекрасно понимая, что теперь не сможет вернуть свой дневник. Он прижался спиной к двери и осел на пол. Было безумно обидно, до слез и неприятного комка в горле. Он всхлипнул, утыкаясь лицом в колени. Зачем этот придурок всегда старается довести его до крайней точки? Испорченный ребенок, обманщик и манипулятор. Постепенно комнату начали заливать лучи уходящего солнца. Шуичи поднял голову, услышав, шаги в коридоре. Глаза немного щипало из-за слез, которые так и не стекли по щекам. Выглянув из комнаты он увидел спину брата, который явно собирался куда-то уйти. В голове тут же возникли все прошлые разы, когда Саихара замечал, что Ома покидает дом примерно в одно и тоже время. Первой мыслью было зайти тайком в комнату Кокичи и забрать свою вещь, однако что-то ему показалось странным. Ома действительно был чем-то расстроен? Поколебавшись секунду-другую, он тихо прикрыв дверь своей комнаты, направился за братом, одолеваемый любопытством. Стараясь не привлекать внимания он следовал за ним на расстоянии, пока тот не вывел его к городскому кладбищу. Поначалу Шуичи задавался вопросом зачем Кокичи нужно было сюда приходить, но когда тот остановился напротив одинокой плиты с белыми лилиями, Саихару пронзила догадка. — Привет, мам. Он не видел лица брата, спрятавшись за ближайшим деревом, однако судя по голосу тот улыбался и Шуичи мог только догадываться какой была это улыбка. Радостной? Облегченной? А может быть вымученная, полная боли? Парень подумал о том, что никогда действительно не задумывался о прошлой жизни Омы. Тот так внезапно появился в его жизни и начал портить буквально все вокруг, что Саихара лишь раздражался из-за его поведения. Раньше они не особо замечали друг друга в школе, но тем не менее все ученики знали о том, что Кокичи Ома — лжец и прохвост. Поэтому ни одна эмоция и ни одно его слово не воспринимались за чистую монету. Но сейчас… Неужели он, Шуичи Саихара, станет свидетелем чего-то скрытого от посторонних глаз? — Я знаю, что сегодня должен был прийти раньше. Прости меня. Осторожно выглянув из-за дерева юный детектив заметил, что Кокичи сидел скрестив ноги и смотрел прямо на плиту. Лёгкий ветер лениво трепал его и без того торчащие в разные стороны фиолетовые пряди волос. Сидя под деревом, Шуичи слушал мягкий и спокойный голос брата, который рассказывал в пустоту обо всех своих приключениях, волнениях и тревогах. -… я, наверное, снова обидел Шуичи. Я не хотел этого, мам, но его реакция всегда такая забавная, что я просто не могу удержаться. Я думаю, что он мог бы стать мне хорошим братом, но… я не хочу, чтобы он был моим братом. Слушая своеобразную исповедь, Шуичи понял, что окончательно запутался, пытаясь понять этого человека. Был ли Кокичи искренен сейчас или же заметил, что Саихара за ним наблюдает? Была ли в нем честность или же он просто привык притворяться и врать? Каким был Ома на самом деле? Что Шуичи должен теперь чувствовать? Как он должен относиться к нему? Вишневый закат озарял кладбище, его плиты и деревья, пригревал лишь немного, создавая в некоторых местах причудливые тени. Двое парней сидели в нескольких метрах друг от друга до глубоких сумерек. Но один из них так и не узнал в тот день, что был не один.