Двенадцать записей в дневнике

«Дорогой дневник, полагаю, что с появлением Кокичи в моей жизни я больше никогда не узнаю, что такое спокойствие» — Саихара-чан! Саихара-чан! Саихара-чан! Ну пожалуйста! Сходи со мной на вечеринку! Ну один разочек! Саихара-чан! Не будь таким жестоким! Тебе тоже будет полезно развеяться! Саихара-чан! Шуичи тщетно пытался закрыть уши подушкой, слушать музыку в наушниках и даже пытался прятаться в шкафу. Спасения от урагана по имени Кокичи Ома не было нигде. Даже стоя под дверью, он продолжал ныть, пытался манипулировать и давить на совесть. Саихара пытался читать книги, смотреть фильм, но все без толку — брат не замолкал. Шуичи подумал о том, что не отказался от пульта управления этим демоном, чтобы если не выключить, то хотя бы убавить звук. — Саихара-чан! Ну, пожалуйста! Ну, что тебе стоит? Это же так весело! Наверняка, такой девственник как ты ещё ни разу не был на вечеринках! Ну, давай! Будет весело! Саихара-чан! Шуичи вздохнул. Ну почему его собственная мать обрекла на него это проклятье? С того самого вечера он ходит за ним по пятам, буквально вымаливая согласие. Кто бы мог вообще подумать, что Кокичи на такое способен. Хотя нет, по нему сразу видно, что он любитель вынести всем окружающим мозг. Привычное раздражение по отношению к сводному брату вернулось, казалось, что даже с удвоенной силой. Ну откуда в таком маленьком человеке столько раздражающих факторов? — Саихара-чан! Ну, Саихара-чан! Я же обещал Амами-чану, что приду! А без тебя меня не пустят! Саихара-чан! Ты вообще слушаешь? А как тут не слушать если маленький гремлин стоит под дверью и орет? Сколько же в нем энергии и сил? Откуда все это вообще берется? И сдалась ему эта вечеринка. Шуичи тяжело вздохнул, чувствуя как начинает закипать. Вена на его виске опасно дернулась, являясь показателем крайней точки раздражения юного детектива. Ещё немного и у него начнет дёргаться глаз. — Мооой люююбиииимыыыый Саааааиииихараааа-чааааан!!! Ответь мне, наконец! — Ладно! Хорошо! Твоя взяла! Я пойду с тобой, только отстань от меня! Я хочу побыть в тишине… — Шуичи распахнул дверь своей комнаты поначалу выкрикивая это все в лицо сводного брата, но постепенно успокаиваясь. Кокичи рассмеялся своим фирменным странным смехом и удалился в свою комнату. Наконец-то блаженная тишина. Шуичи облегчённо выдохнул, закрывая дверь своей комнаты. Он потянулся, чувствуя себя морально вымотанным и пройдя до кровати, буквально рухнул на нее, собираясь проспать столько, сколько получится. Ома не трогал его до следующего вечера, на который и была назначена вечеринка. Саихара так и не понял в чей конкретно дом они идут, но из болтовни брата выяснилось, что это очень крутая и очень веселая девушка. Музыку было слышно издалека, а подойдя ещё ближе, они услышали весёлый гомон. Шуичи почти сразу же потерял Кокичи из виду, чувствуя себя неловко в незнакомой обстановке. Брат оказался прав и на таких вечеринках он не бывал. Просто они не вызывали у него интереса. — Йо, Шуичи! Он обернулся, замечая Кайто, который судя по всему уже успел выпить. Для него это не стало удивлением, потому как его друг был частым гостем на подобного рода тусовках. — Эм, привет. — Ты что тут делаешь? Обычно тебя сюда не затащишь — и не дожидаясь ответа: — Ты не видел Маки? Я должен ее найти. Момота ушел, оставляя его одного среди малознакомых людей. Парень не заметил, как в его руке оказался стаканчик с неизвестным содержимым.* Так закрутился хоровод из музыки, улыбчивых лиц и бесконечных стаканчиков. Некоторые напитки он пил, другие только делал вид, смотря кто ему предлагал. В конце концов Шуичи нашел сводного брата, сидящего в кругу небольшой компании. Они все играли в бутылочку. Крутишь бутылку, на кого укажет, того и целуешь. Ничего особо сложного. Но, возможно, немного глупо. Саихара уселся на диван, который стоял рядом с играющими, желая немного отдохнуть, как он себе это объяснил. Детектив смотрел на Кокичи, который беззастенчиво целовался со всеми на кого указывала чертова бутылка, больше пил и чувствовал, что теряет самообладание. Не выдержав, он спустился с дивана к играющим, под одобрительное растянутые гласные пьяных подростков. Волей удачи или же нет, но сыграв лишь один раз, ему выпал шанс поцеловать Кокичи. Несмотря на то, что тот был не совсем уверен в этом, цепляясь за относительно трезвые части сознания, Ома с сомнением смотрел на сводного брата. Тот в свою очередь лишь сократил между ними расстояние и поцеловал его. Казалось, что это длится вечность, но кажется даже у вечности есть конец. Шуичи чувствовал как выпитый алкоголь по вкусу смешивается с тем, что пил Кокичи и ему определенно это нравилось. — Оооо, псевдо-инцест, Ибуки нравится — хихикнула девчонка, с разноцветными прядями волос и забавными рожками, что сидела рядом. Кажется она была хозяйкой этого дома. Поцелуй был мягкий, терпкий, с парой укусов, но когда они закончили, оторвавшись друг от друга Шуичи не дожидаясь, пока бутылочку раскрутят по новой встал, начав пробираться к лестнице. Кокичи удивленно моргал, осознавая то, что сейчас произошло и пока пьяные подростки ничего не заметили, он сообщил, что идёт подышать свежим воздухом. Интерес к нему тут же был потерян, а сам он двинулся вслед за братом. Он не успел уследить в какую из дверей чужого дома вошёл Шуичи, но стоило ему пройти до приоткрытой двери, а его тут же дёрнули за руку и затащили внутрь. Теперь уже Шуичи целовал его без свидетелей, прижимая его к двери внутри чьей-то комнаты. Одной рукой сводный брат попытался найти замок и когда ему это удалось, то он запер комнату. Кокичи был абсолютно не против, целуя его также напористо, а затем просто запрыгивая на его бедра. Алкоголь в крови вызывал желание тепла и ласки, хотелось всего и как можно больше. Шуичи не прерывая поцелуй, понес его к кровати, осторожно укладывая и нависая сверху. Он посмотрел в глаза Кокичи, понимая, что останавливаться он точно не собирается. В данный момент ему казалось, что он хотел этого уже очень давно. Нежно целуя его шею, он почувствовал как дыхание под ним становится прерывистым. Огладив рукой бедро Омы, оставил укус на шее, тут же проводя языком, словно извиняясь. Не теряя больше ни минуты, он начал помогать брату снимать одежду. — Нишиши, мой Саихара-чан такой нетерпеливый. — Заткнись. Кокичи послушно замолчал, оставаясь в одном белье, смотря на Шуичи, который вновь начал целовать его шею, спускаясь ниже к ключицам. Он оставил укус, ухмыльнувшись, когда услышал шипение сводного брата. Прокладывая дорожку из поцелуев, он склонился к одному из сосков, проводя по нему кончиком языка, а затем снова прикусывая. Не сдержавшись Ома застонал в голос, краснея и выгибаясь навстречу. Саихара резко опустился, устраиваясь между его ног и начиная целовать внутреннюю сторону бедра, оставляя там багровые метки. Кокичи стонал уже не сдерживаясь, чувствуя как сильно ему жарко от нахлынувшего возбуждения. Снимая последнюю деталь гардероба, Шуичи заметил, что его брат покраснел ещё сильнее. Это только подстегнуло его опьянённое сознание и он провел языком по всей длине эрегированного члена. Стоны стали более томными и тогда Шуичи медленно начал заглатывать его член, беря так глубоко как только мог, даже немного проталкивая в горло. Начиная помогать себе рукой, он надрачивал ему, продолжая посасывать член, уделяя особое внимание головке. Кокичи метался под ним на подушках, стонал и сжимал простынь в кулаки. Чувствуя, что подходит к разрядке он попытался оттолкнуть Шуичи, но тот ему не позволил. Сплевывая семя себе в ладонь, он хотел раздвинуть ноги Омы немного шире, но тот резво сменил позу, разворачиваясь спиной и выпячивая задницу. Детектив в очередной раз ухмыльнулся, используя сперму Кокичи вместо смазки. Он протолкнул сначала два пальца, медленно водя ими, растягивая своего брата, а потом, когда они уже свободно проникали в него он добавил ещё один. — С-Саайхаара-чааан, пожалуйста… — простонал мальчишка, свободно насаживаясь на три пальца. Но и сам Шуичи уже не мог терпеть тяжёлый узел, что скрутился внутри живота, медленно наливаясь каменной тяжестью в паху. Он стянул с себя белье, чуть не разрывая его и отбросил куда-то в сторону. Приставив головку к проходу, он секунду помедлил, а затем осторожно вошёл наполовину, давая Кокичи время, чтобы он привык. Ома сам толкнулся навстречу и тогда Шуичи начал двигаться в нем, попутно оставляя поцелуи-укусы на спине и плечах своего мальчика. Кокичи выстанывал имя сводного брата, иногда переходя на хрип. Саихара скользнул рукой к паху Омы, начиная ему надрачивать, желая вместе с ним прийти к разрядке. Чувствуя, что уже на пике он резко двинулся поглубже, находя заветную точку брата и вырывая из него самый громкий стон, а после кончил на простынь вместе с ним. Лениво скидывая простынь с кровати, они рухнули на кровать, укрывая друг друга одеялом. Кокичи как маленький кот устроился на груди Шуичи на последок мягко поцеловав его. Головы обоих все ещё гудели и кружились, словно они были на каруселях, из-за выпитого алкоголя.