Очарование

      Хакс стоял в душе и с сомнением смотрел на свой член. Ну, утро как бы, по его образу жизни, он проснулся пять минут назад. И сегодня у него выходной. Никаких женщин на горизонте не наблюдалось, а член стоял, намекая на внимание, и Хакс думал. Сбросить напряжение сейчас, по-быстрому, или потом, подготовившись просмотром порно и составив конкретную фантазию? Если он сейчас кончит, то пойдёт опять валяться в постель, потому что после оргазма Хакса размазывало просто жёстко. А есть хотелось, желудок урчал, как кит. Блин, ладно, потом.       Он быстро домылся, напялил домашную пижаму, мягкую и тёплую, в красную клетку, и пошёл на кухню. Милли уже крутилась там, ожидая свой завтрак, и Хакс наполнил её миску. Кошка радостно приступила к угощению, помахивая хвостом от удовольствия. Он почесал её за ухом, наслаждаясь видом довольной питомицы, и пошёл к холодильнику. Готовить не хотелось совершенно, но вчера вместе с тортом он прикупил готовый салат. Съест его, а потом закажет пиццу.       Хакс включил телек на кухне, там шла передача про природу другой страны. Это были тропики, и оператор не поскупился на хорошие кадры. Любуясь видами и лениво слушая про тропические растения, которые местные жители используют в хозяйстве, Хакс позавтракал и открыл приложение доставки на телефоне. Солнце уже село, время близилось к девяти, а его пиццерия закрывалась в десять. Надо было успеть заказать до этого времени.       Когда пицца была заказана, Милли сыта и довольна, а сам Хакс, наконец-то, проснулся, он пошёл на балкон. Там валялась пачка сигарет и спички. Пачку эту он купил ещё месяца четыре назад, когда словил на работе психоз. Тогда он сначала зашёл в супермаркет, купил пачку, выкурил штуки три подряд, а только потом записался на приём к психологу. Она служила ему напоминанием, что нельзя перегружать себя и до чего это может довести. В свои выходные он приходил на балкон, где сам обычно бывал не часто, зато Милли тут обожала проводить время, и мог выкурить одну-две штуки.       Закуривая, он вспомнил свой вчерашний провал с Роуз. Вот же… Еле тогда заставил себя выкинуть это из головы, и вот, опять, здрасте. Ну он же не знал, совсем не знал, не думал, что может причинить ей боль. И уж тем более не хотел этого. А бедная девочка, наверное, страдает сейчас. Захотелось позвонить ей, узнать, как она, но Хакс мысленно стукнул себя по рукам. Всё, хватит, наворотил уже, успокойся! Жуй свою пиццу и гладь кошку.       Он попробовал снова выкинуть мысли о сотруднице из головы, но они догоняли его опять и опять. Интересно, а она хорошо питается? Он вообще не видел, чтобы она ела на работе, и в супермаркете, кроме чая и той булочки, ничего не брала. Вид у неё чаще всего уставший. Она сейчас сменила работу, зарплата нескоро, может, экономит? И не доедает? А если она ест только на работе, то чем же в свой выходной она будет питаться? Может, ей заказать еду домой?       Хакс стукнулся головой о балконную раму. Куда ты лезешь, а? Тебе это вообще зачем? Сотрудница хорошая, и ты чувствуешь себя виноватым? Ну так она тебя ни в чём не обвинила, ты сам всё придумал! Может, вообще не виноват. Так, еда, еда… Где этот чёртов доставщик?       Он сумел изгнать мысли о Роуз подальше из головы, дождался свой заказ и засел в спальне перед телевизором, просматривая список фильмов. В конце концов, Хакс начал смотреть какую-то романтическую комедию, в надежде отвлечься от мыслей о коллеге. Перевёл стрелки, лучше не придумаешь! Теперь он думал о своей личной жизни, ведь даже в фильме у главгероя-неудачника случилась любовь, а у него, вполне успешного мужчины, по-прежнему никого! Сменив кино на боевик, Хакс чуть с воем не закопался в подушки: почему во всех современных блокбастерах обязательно есть парочки? Что за странная мода на любовь? К чёрту, надо смотреть порно, он же хотел подрочить от души. Пока смотрел порно, разочаровался в себе окончательно. Почему-то большинство актёров выглядели совсем не презентабельно, с пивными животиками и маленькими членами. И трахали при этом красоток!       Хакс пошёл в ванную, разделся догола и осмотрел себя. Никакого животика, всё плоско, даже слегка проглядывает рельеф мышц. И член у него нормальный, не XXXL, но и не те корнишоны, которыми тыкали мужики в своих порнопартнёрш. И почему? Ну почему? Что с ним не так? Может, ну на фиг, перекраситься? Ага, сильно поможет, ещё потом ходи, корни подкрашивай. Хотя, когда он в школе психанул и перекрасился в тёмный каштан, ему шло. Жалко, отец отобрал краску и запретил трогать волосы, а тёмные пряди состригли под ноль машинкой. Обидно было… К тому же, это только на голове он будет тёмным, а во всех остальных местах по-прежнему рыжим! Хакс подумал, что это будет ещё смешнее. Нет, никаких краситься.       Он снова оглядел себя в зеркало. Да нормальное у него тело! Характер говно, недостаточно он мужественный, видите ли! Всем подавай дикаря, который по башке и в пещеру, трахать-трахать-трахать! Он, когда с Анжи встречался, будил её, прежде чем сексом заняться. И её это бесило! Ей хотелось, чтобы он просто взял её! Как?! Он же нормальный человек, он не может присунуть спящей девушке! Даже если ей очень хочется!       Хакс плюнул в раковину и залез в ванну, включая душ. Сейчас он зло подрочит, мысленно трахнет каждую свою бывшую и наконец, блять, успокоится!       Он закрыл глаза, взывая к фантазии. Она работала у него топорно, но иногда получалось погрузиться основательно. Итак, где он будет этим заниматься? Нужно такое место, чтоб все бывшие охерели! Точно, ни одна из них не была у него на работе! Значит, его кабинет, на столе! И света поменьше ― оставит гореть только неоновую вывеску на стене. Итак, всякие малиново-голубые всполохи, минимум света… И кто это на столе у нас? Пусть будет Анжи, память о ней свежее других. Так, пусть ляжет на спину и ноги раздвинет. Нет, лучше на коленях, перед столом, отсосёт ему, а потом уже на стол! Вот, отлично!       Он положил руку на член и легонько двинул туда-сюда. Анжи никогда ему минет не делала, так что долго воображение не продержалось. Пришлось перемещать бывшую на стол. Хакс зажмурился и наяву, и в фантазии. Как-то не вызывал её вид у него желания кончить. Поменять? На что? Или так попробовать, без фантазии?       Пока он думал, а рука скользила по члену, в голове сам собой сменился образ на столе. Но теперь он видел таинственную незнакомку частями. Она лежала животом на столе, длинные тёмные волосы разметались, её мягкая попка очаровательно приподнялась ему навстречу. Вот то, что нужно. Она была уже влажной и готовой, поэтому он легко скользнул в неё. Её упругие бедра идеально легли в его ладони, а когда он потянул её на себя, она тихо охнула. Он вышел и снова вторгся внутрь, где было так мягко и тепло. В реальности Хакс сжал руку посильнее на члене, другой уперевшись в стену.       Двигаться в ней было так прекрасно, она была такой маленькой и податливой в его руках, тихонечко стонала. Он поднял её тело на себя, а колено поставил на стол, изменив угол входа. Её грудь, мягкая и округлая, так идеально легла в его ладонь; он сомкнул пальцы на соске, и девушка протяжно застонала. Её влажная спина соприкасалась с его грудью, пока он вбивался в неё. Неоновый свет сиял на белой коже и путался в тёмных волосах. Он положил одну руку ей на шею и поднял к себе её лицо, целуя мягкие полные губы. Она застонала прямо ему в рот, когда он вошёл особенно глубоко. В реальности Хакс сжал пальцы у основания члена, чтобы не кончить раньше времени. Ему так хотелось ещё насладиться столь идеальной фантазией…       Они снова задвигались, и она стонала громче, окончательно откинулась ему на грудь. Он взял её под колено, теперь уже полностью удерживая в своих руках. Она подняла руки и погладила его по волосам. К чёрту. Он развернул её полностью к себе лицом, снова вошёл, крепко обнимая маленькое мягкое тело. Она сладко стонала ему в грудь, а он целовал её пальцы, тонкие и нежные, а потом скользнул своими между их телами, желая доставить ей удовольствие…       Хакс кончил. Он зажмурился, пытаясь задержаться в фантазии, но оргазм вырвал его в реальность. Он провёл ещё несколько раз по члену, открыл глаза и тупо посмотрел на стену со следами спермы. Блять, блять… Как в его фантазию пролезла Роуз Тико? Почему он представлял, как трахает её в своём кабинете? Это всё чувство вины? Это что за вина такая, раз он представляет подобное?       Он наскоро ополоснулся и вышел из ванной, возвращаясь в комнату. Лёг в кровать и закрыл глаза. Она ждала его там, будто никуда и не уходила. Голая, в его кабинете, сидит на его, чёрт возьми, столе. Волосы распущены, и она накручивает своим пальчиком прядь. И смотрит на него лукаво, разве что не манит. Хакс открыл глаза. Нет, это не нормально. Как минимум, это не честно по отношению к Роуз. Её светлый образ не виноват, что его чувство вины и желание трахнуть уже хоть кого-нибудь встретились в воспалённом сознании. И теперь хотелось спать, оргазм, как обычно, слишком расслабил его.       Хакс перевернулся на бок, подсунул подушку под шею и снова закрыл глаза. Теперь Роуз была одета, в его пижаму, ту самую, в клеточку. Она сидела рядом с ним на постели и гладила его по волосам, мягко улыбаясь. А потом легла ему под бок, согревая своим теплом. В фантазии он обнял её и уткнулся носом в макушку, наслаждаясь покоем. В реальности под боком была только Милли.

* * *

      Роуз хмуро смотрела в зеркало в ванной. Сон немного улучшил её внешний вид, круги под глазами уменьшились, опухлость спала, особенно после утренней маски. Но лицо всё ещё выглядело… Ну, так себе. И какого мужика она собралась этим привлекать? На неё клевали, только если она хорошо красилась. Когда она смывала макияж, мужчины казались разочарованными, что под слоем штукатурки скрывалась такая простушка. На своё естественное лицо Роуз ещё никого привлечь не смогла. Это было обидно.       А ещё было обидно, что мозг наплевал на все её принципы и всю ночь крутил ей порнофильмы с её шефом в главной роли. И проснулась Роуз дико возбуждённой и, конечно же, неудовлетворённой, так как в реальности никакого мужика поблизости не наблюдалось. Да что же это такое? Блин, если бы у неё были деньги, она бы сейчас пошла в клуб, нашла бы там какого-нибудь милого мальчика и трахнула бы. И успокоила бы свою взбесившуюся матку. Но денег тоже не было.       Тяжело вздохнув, она выползла из ванной, прошлёпала на кухню и заварила чай. В её холодильнике не то что мышь повесилась, вообще ничего не было. Всю просроченную еду она выбросила, на полке одиноко стояло только молоко, у которого тоже подходил срок. Есть хотелось, но Роуз помнила прекрасный студенческий метод: чашка кипятка и спать. Так что она даже по-королевски заварила себе чай, сыпанула туда сахара и, немного подумав, добавила молока. Чай-латте, практически барный напиток.       С кружкой она прошагала в спальню, устроилась в постели и открыла ноутбук. Так как никаких идей по поводу резкого переворота своей унылой жизни ей в голову не приходило, Роуз решила просто глянуть кинца. Да не простого, а триллер и пожёстче. Чтобы точно расхотелось ебаться с первым встречным красавчиком.       Кино произвело обратный эффект, очаровав Роуз маньяком и его философией, в очередной раз напомнив ей, что она точно не от мира сего, если ей нравятся всякие ненормальные. Взять того же Хакса. На работе весь такой строгий, вне работы милашка. Какой человек так себя будет вести? Точно не адекватный.       Блин, нет, про шефа так нельзя. Он ничего плохого ей не сделал, наоборот, а если и сделал невзначай, то лишь с хорошими помыслами. И вряд ли у него дома коллекция женский органов, отпиленных по частям в местном парке. Скорее, он аккуратист с тягой к лени, потому что на работе настолько устаёт, что домой просто ползёт. Роуз снова вспомнила, как шеф выглядит в конце смены. Его идеальный костюм перестаёт быть идеальным, сминается под коленями и на локтях. Ворот рубашки уже не стоит так жестко, галстук чуть-чуть съезжает, узел немного ослабевает. Несколько прядей из зачёсанных волос выпадают и чуть-чуть торчат в стороны. Глаза уставшие, но собранные, он всё время держит осанку. Вообще, когда Армитаж Хакс ходит по залу, заложив руки за спину, такое чувство, что двигаются только ноги. Если ему поставить вазу на голову — не уронит. Роуз хихикнула, представив эту картину.       Она открыла сайт «Первого Ордена», нашла фото руководителей. Господин Сноук был дряхлым стариком с очень сморщенным лицом. Как он вообще управлял своей империей? Дальше шло фото Армитажа. Ну хорош, в костюме, с осанкой, красивый разворот плеч, мягкий прищур глаз, лёгкая улыбка. Такой же, как на работе. Роуз немного подумала и сохранила себе его фотографию. Распечатает потом с надписью «нельзя трогать, забудь нахрен» и повесит над кроватью. Шутка шуткой, а зачем она сохранила его фото, Роуз реально не знала. Ну ладно.       Она прокрутила колесико на мышке и увидела Кайло Рена, шеф-повара. Он на фото не улыбался, да и вообще был хмурым, смотрел тяжёлым взглядом из-под бровей. Большое лицо, крупные черты, тёмные глаза. Когда Сноук их отбирал, у него критерием была ещё и внешность? Что ж все их руководители так дьявольски хороши-то? Блин, про Кайло Рена она наслышана. И от кухни, что он дьявол во плоти — ругается как старый пердун, но готовит как бог, и от Рей, той самой подруги, приезжающей раз в полгода.       С Рей они познакомились на первой работе Роуз, в кофейне и очень крепко сдружились. Они часто переманивали друг друга к себе на работу, потому что вместе были классной командой. В последний раз они вообще были сменщицами, и лучшего тандема ресторанный бизнес не видел.       Потом у Роуз закончилась учёба, её позвали работать в другой город, а Рей пошла учиться на повара, и их дороги разошлись. Но они всё равно старались приезжать друг к другу в отпуск. Так вот Рей прожужжала ей про Кайло Рена весь мозг. Якобы, он планирует открыть в их городе свой ресторан и она хочет пойти туда работать на кухню су-шефом, но там очень жёсткий отбор. Кстати, это как раз где-то сейчас и должно происходить. Наверное, поэтому его нет. Надо позвонить Рей.       Роуз глянула на часы. Было только три часа ночи. Конечно её подруга спит в это время. Тогда утром. А пока надо поспать. Роуз отложила ноутбук, укуталась в одеяло и закрыла глаза. Мысли о Хаксе снова выбрались из пучин её сознания. Ей виделось, что он тот самый маньяк, а она его жертва. И он играет с ней отнюдь не в шахматы, как в кино. Сюда же приплёлся недотрах, так что в какой-то момент они занялись жёстким сексом. Роуз открыла глаза. Ей стало стыдно, ещё сильнее, чем после первого пробуждения. Тогда она себя не контролировала, а вот сейчас вполне осознанно шагнула в фантазию. Ну не может она использовать своего шефа в роли объекта сексуализации. Или может?..       Она закрыла глаза. Он был в своём кабинете, в привычном костюме. Сидел на краешке стола, скрестив руки на груди, и хитро смотрел на неё.       — Значит, думаешь обо мне?       Роуз сглотнула. Она сидела в кресле, в рубашке и брюках. Её пальцы дрожали под его взглядом, от его голоса…       — Постоянно, мистер Хакс.       Он поднялся, подошёл к ней и присел на корточки, глядя на неё с насмешкой.       — Такая послушная девочка, да? Всё сделаешь, что я скажу?       Он положил руку ей на колено и мягко провёл вверх. Внутри Роуз вспыхнул пожар, и в реальности, под одеялом, она сунула руку в пижамные штаны, положив влажную ладонь на край трусиков. Хакс в её фантазии подался вперёд и встал на одно колено, оказавшись лицом к лицу с Роуз.       — Сделаешь?       — Да, шеф…       — Встань.       Он резко отодвинулся, и Роуз вскочила с кресла. Она стояла перед ним, подрагивая, продолжая гладить себя по лобку в реальности и задевая пальцами краешек белья.       — Разденься!       Он хоть и был на полу, но смотрел очень хищно. Роуз послушно подняла руки и начала расстёгивать пуговички на рубашке. Он жадно следил за тем, как обнажается её тело, открывая взору нежную кожу. В реальности Роуз стащила с себя штаны вместе с трусиками и снова опустила руку между ног.       — Какая послушная девочка. Сядь. — В фантазии она уже была полностью обнажена и послушно села в кресло, сведя ноги вместе. Её шеф не сводил с неё взгляда, и стоило ей занять место, резко развёл руками её ноги, разглядывая промежность. — Уже мокрая…       Роуз тронула между складками — о боже, она и правда течёт! — и нежно обвела пальчиком клитор. Её шеф двинулся вперёд, провёл носом по внутренней стороне бедра, замер прямо перед ней, опалив дыханием.       — Не стыдно вот так раздвигать ноги перед своим шефом?       Роуз изогнулась на кровати, получив в кровь гремучий коктейль из возбуждения и стыда. Её палец уже безостановочно кружил над клитором, а фантазия резко ускорилась.       Хакс схватил её за бедра и дёрнул на себя. Она съехала по мягкой ткани кресла, её широко разведённые бедра опустились на плечи шефу. Она вздрагивала под его напором, вцепившись пальцами в подлокотники, а он смотрел прямо на её киску, как будто пытался сжечь взглядом.       — Течёшь только от того, что я смотрю на тебя? Какая хорошая девочка…       Он поцеловал внутреннюю сторону её бедра прямо возле половых губ, а потом резко провёл языком между ними.       — Вкусно, — он поднял на неё свой голодный взгляд и, не отводя его, снова лизнул. А потом обхватил губами клитор и втянул в себя.       На кровати Роуз широко развела ноги, теребя пальцами чувствительную бусинку. Она металась по подушке, изгибаясь от каждого движения. В её фантазии Хакс продолжал тщательно вылизывать её, периодически засасывая нежную кожу. Внезапно его язык оказался в ней, а Роуз скользнула в себя двумя пальчиками.       — Какая ты чувствительная, — он вытащил свой язык только для того, чтобы сообщить ей это. Но тут же вернулся обратно, снова облизал её киску и засунул в неё два пальца, оставив губы на клиторе. Роуз откинула голову назад и глухо застонала. Её пальцы меньше, чем у её шефа, так что она использовала третий для компенсации ощущений. И это было именно тем, чего ей не хватало. Она поджала пальчики на ногах, вздрогнула всем телом, спазм прошёлся по её животу, и она выгнулась на кровати, сбрасывая одеяло. Оргазм сотрясал её, пальцы продолжали дёргаться внутри, вскидывая удовольствие всё выше и выше, пока это не стало уже слишком.       Она раскинула руки и ноги по кровати, обдуваемая лёгким свежим воздухом, и чувствовала абсолютную слабость. Такую безумно кайфовую. Роуз улыбнулась, глядя в потолок. Ладно, окей, фантазии с её шефом заводят невероятно, пора признать. Только как ей теперь смотреть ему в глаза на работе?