Спящие в морознике

Лёгкий ветерок пробежал по лепесткам чёрного морозника, полностью покрывавшего поляну и превратившего её в ярко-фиолетовое покрывало. Несмотря на наступающую осень, цветы по-прежнему оставались свежими и не тронутыми первыми заморозками, оставшимися инеем на траве и пожелтевших листьях. Казалось, даже осень избегала этой странной поляны, неровным пятном выделявшейся среди потускневших красок леса. Пролетавшая мимо мелкая птичка села на раскинутые лапы деревянной статуи Фавна, стоящей посреди странной поляны. Тревожно чирикнув, птица незамедлительно полетела дальше, словно, почувствовав какую-то опасность. Но ей не стоило бояться: Король Леса не трогает своих детей. Ему нужны другие жертвы, и скоро, когда наступит восход Кровавой Луны, когда несколько юных душ должны быть принесены ему. В древности это делали сами люди, проводя целые обряды с праздниками и песнопениями, отчего Фавн одаривал их хорошей дичью и плодородным урожаем грибов и ягод, если те угождали ему. Если же нет… ведомые Королём Леса дикие звери нападали на охотников, буквально изгоняя тех с привычных мест. Сейчас времена изменились, люди познали технологии, потеряли всякое уважение и истребили его собратьев. Они позабыли про последнего Фавна, отчего для поддержания собственной жизни ему приходилось действовать другими методами. — Вильям… — послышался еле слышный голос среди порывов ветра. Словно, сама природа пыталась кого-то позвать. — Вильям! — зов становился всё четче и строже, а среди неровной поляны ярко-фиолетовых цветов уже можно было разглядеть мирно спящего молодого человека, чьи тёмные волосы беспорядочно лежали на нежных лепестках морозника, словно, те были очень мягкой и приятной постелью. Казалось, как будто он ненадолго прилёг отдохнуть: таким безмятежным и свежим было лицо незнакомца, казавшегося утонувшим среди губительного аромата колдовских цветов. Это подтверждало ещё то, что буквально несколько минут назад, на необычной поляне ещё никого не было, впрочем, как и следов примятых цветов. Услышав зов, молодой человек медленно поднялся, открыв глаза. Его взор был затуманен, а ноги неуверенно дрожали, словно, парню было тяжело стоять перед возвышавшейся перед ним деревянной статуей. — Я к вашим услугам, господин, — тихим, похожим на сонный, голосом ответил Вильям. — Ты знаешь, что делать, а теперь иди, — приказал ветер. Парень молча поклонился, а затем переоделся в лежащую перед ним одежду и без колебаний отправился в столь знакомый и в то же время чужой город. Вильям не знал, сколько времени он проспал, но прекрасно понимал, что если Фавн его разбудил, то настало время нового жертвоприношения, и необходимо было привести нескольких детей, чью кровь и жизненную силу тот поглотит. Дурман от цветов постепенно слабел, отчего Вильям медленно отходил от оцепенения, пытаясь сообразить что делать дальше и как себя вести, чтобы не вызывать подозрений. У него было не так много времени до восхода Кровавой Луны, что ещё больше усложняло задачу. Пока что он ни разу не подводил своего господина, но парень знал, что Фавн не простит его ошибку и точно не исполнит заветного и столь давнего желания. Оглядев необычную и ранее невиданную одежду на себе, парень сфокусировался, попытавшись услышать лес, чтобы хоть немного узнать о данной эпохе. Деревья, как и вечные силы природы видели и слышали всё, и благодаря магии Фавна, Вильям мог понимать их. Из полученной информации он узнавал о людях, живущих в эту эпоху, их привычках, традициях и нравах, отчего становилось легче сливаться с толпой и выполнять своё нелёгкое задание. Люди, как и сам Сентфор, несмотря на стремительно проходящие эпохи менялись, оставаясь при этом прежними внутри, отчего некоторые старые методы по прежнему оставались действенными, но этого было недостаточно. Для завершения ритуала и окончательного воскрешения Фавна требовалась специальная игла, которую ещё необходимо было достать. Ветер обещал помочь ему в этом, а сейчас, сосредоточившись и прислушавшись к окружающей природе, Вильям буквально растворился в своих ощущениях, полностью слившись с лесом и прочувствовав то, что тот пережил за последнее время. Парень очень любил такие моменты, потому что он всем сердцем прикипел к этому городу и почти нетронутым глухим лесам, окружавшим его. Часто возникало желание просто побродить по ним, наслаждаясь природой и посмотреть на меняющиеся поколения людей, но Фавн будил Вильяма только в те моменты, когда необходимо было очередное жертвоприношение, отчего как безмолвный слуга он безропотно исполнял его волю, приводя в лапы чудовищу невинных детей. Поначалу Вильяма одолевали сомнения и муки совести, но позже, когда Фавн серьёзно карал за оплошности и мягкотелость, а также прямо говорил, что не исполнит никакого желания, если прислужник будет плохо стараться, они ушли далеко на задний план. Только сильное желание вернуть ранее погибшую мать и гнев господина ужесточили душу парня, отчего в последние разы Вильям делал это без колебаний, успокаивая себя тем, что от пропажи нескольких маленьких детей ничего не изменится. Имея облик семнадцатилетнего юноши, Вильяму было проще затеряться среди предполагаемых жертв, отчего первым его шагом стало поступление в единственную во всём городе школу.

***

— Знакомьтесь, это Джон. С сегодняшнего дня он будет учиться в нашем классе, — учительница представила нового ученика, на которого было направлено множество любопытных взглядов. — Какой красавчик! — восхищённо шепнула Кэнди своей подруге, но учительница шикнула, заставив всех замолчать. — Джон, если хочешь, можешь рассказать пару слов о себе, — продолжила учительница, а парень заметно растерялся, не привыкнув ощущать на себе столько внимания. — Эм… — замявшись начал он, — я в Сентфоре совсем недавно, и никого здесь не знаю, но надеюсь, это ненадолго. — Уверена в этом, присаживайся, — доброжелательным тоном продолжила учительница, после чего начался урок. Парень сел на свободное место и почувствовал на себе чей-то взгляд, а также уловил еле заметный запах знакомых цветов, тех самых, в которых он проводил столетия сна. Повернув голову, Джон столкнулся взором с голубыми глазами сидевшей на соседнем ряду девчонки, которая задумчиво смотрела на него, но вскоре мягко улыбнулась и повернулась к себе, продолжив слушать учительницу. Новенький усмехнулся, после чего тоже решил последовать примеру соседки, но после анабиоза новая информация воспринималась в разы труднее, особенно, перебиваемая мыслями о своём задании. Одна жертва уже была на месте и мирно спала среди цветов, дожидаясь своей участи, оставалось найти ещё три. И именно школа была тем самым идеальным местом, где можно достать информацию. Наверняка у его нынешних одноклассников были младшие братья и сёстры или другие знакомые дети. Позже, когда Вильям выполнит свою миссию, лес покорно сотрёт его следы, как и факт существования такого человека, как Джон Холл, чьё имя он взял в этот раз, а сам снова погрузится в глубокий сон до следующего ритуала. Внимательно наблюдая за окружающими, Джон, практически ни с кем не общался, стараясь держаться в стороне. Некоторые девчонки пытались строить ему глазки, но они не интересовали парня. Он старался больше узнать о той, чей знакомый запах цветов почувствовал ранее, так как знал, что не каждому человеку известен секрет заколдованного чёрного морозника, превратившегося из лекарственного средства в сильный яд, когда на него попала кровь Фавна. Да, Джону были известны жертвы химического вещества, синтезируемого из данных цветов, но эта девушка была другой. Она тоже подверглась действию морозника, подобно ему, Эйре и ещё одному человеку, о котором Джон не любил и не желал вспоминать. Подобного поворота событий Вильям явно не ожидал, и это заставило его крепко задуматься. Неужели цикл повторяется, и кто-то в будущем займёт его место? Слабая надежда на освобождение забрезжила в разуме, но тут же потухла, заменившись чёткой целью проследить за данной девушкой и, возможно, втереться ей в доверие, но не отвлекаясь от задания, естественно. Кто-то из парней толкнул новичка, на что тот лишь ответил колючим и неприятным взглядом тёмных глаз. Вильяму было непривычно такое большое скопление людей, отчего он чувствовал себя, мягко говоря, некомфортно, но знал, что сможет быстро адаптироваться, потому что подобным было каждое пробуждение. Сейчас же запах морозника сбивал его с мыслей, и когда учёба закончилась, Вильям увидел эту странную девчонку, идущую вместе со светловолосым одноклассником. Он помнил, что на уроке учительница дала им совместный проект, отчего лишь молча проводил их взглядом. Сейчас были дела поважнее. Натянув свою бело-синюю куртку, Джон решил прогуляться по улицам Сентфора до наступления темноты. Вспомнить знакомые улочки и, возможно, заметить какие-то новые детали, появившиеся со времени последнего пробуждения. Было интересно наблюдать за ростом и изменениями родного города, который за триста лет вырос из небольшой деревеньки. Правда, от этого Джону становилось и немного грустно: он был оторван от жизни города и являлся кем-то, вроде призрака и безымянного героя городской легенды, которым многие пугают детей. Закат заливал родные улицы, отчего Вильям понимал, что совсем скоро наступит время для поиска подходящей жертвы. Загулявшиеся в темноте дети были тем, кто нужен. Необходимо только заманить тех ближе к лесу, а дальше будет уже проще. Магия природы, окружавшая это место, поможет с выполнением задания. Проходя мимо одного богатого особняка, Джон вновь почувствовал едва уловимый знакомый запах древности, отчего решил заглянуть туда, в надежде узнать что-нибудь интересное. Имея большой опыт проникновения в различные помещения, парень с лёгкостью преодолел ограждение, и незамеченный никем притаился в тени высокого дерева, растущего возле окна. Вильям напряг свой и без того обострённый слух, что позволило ему уловить обрывки разговоров, из которых он понял, что эта семья в Сентфоре совсем недавно, занимается коллекционированием разного антиквариата и, в особенности, картин. И ради одной из них эта семья приехала сюда. Возможно, именно здесь и находится то, что ему нужно. Размыслив о том, как и в какое время лучше залезть внутрь, Вильям невольно заглянул в одно окно, и увидел там знакомую парочку своей новой одноклассницы и её светловолосого товарища. Они были увлечены выполнением задания, отчего не замечали того, что за ними кто-то наблюдает. Вильям тем временем зловеще улыбнулся, так как в его голове зародилась одна мысль, которая могла заметно упростить всё дело. Если этот парень и его семья так любят древности, то совсем скоро они будут иметь к ним самое прямое отношение. Вернувшись за ограду, Джон спрятался, чтобы его никто не смог увидеть, благо на улице было уже достаточно темно, после чего стал выжидать, когда его знакомые выйдут на улицу, потому что наверняка этот парень будет сопровождать свою подругу. Ну не отпустит же он её по темноте домой? На его месте Вильям бы ни за что её не отпустил, прекрасно зная, что может таиться за углом. Так оно и вышло: сухо попрощавшись с родителями одноклассника, парочка вышла на улицу, где вскоре они разошлись по разным сторонам. Вильям был в недоумении: как этот парень мог спокойно отпустить свою знакомую или подружку, не проводив её до дома, когда вокруг исчезают люди? Впрочем, это не его забота. Сейчас надо было найти очередную жертву, чтобы Повелитель не гневался и смог вовремя восстановить свои силы. Решив поймать этого светловолосого парня, который непроизвольно раздражал Джона и мог подойти по возрасту, прислужник Фавна продолжил незаметно следить за ним, чтобы выждать подходящий момент и без свидетелей завести его в лес. Одноклассник, видимо, решил прогуляться, но был предельно осторожен и не покидал широкой освещённой улицы, словно что-то подозревая, пока не встретил низкорослого мальчишку в очках, который выглядел немного младше и больше заинтересовал Джона. Собеседник светловолосого был напуган и явно куда-то спешил. Перебросившись парой фраз, мальчишка в очках попрощался с товарищем и быстро направился прочь. Выждав, пока его новая цель останется одна, Вильям вышел на дорогу и словно случайно столкнулся с парнем. — Извини, — коротко бросил он, в то время, как мальчишка в очках недовольно на него посмотрел. — Чего так поздно гуляешь, Джон? — спросил Бобби, узнав своего нового одноклассника. — Скоро настанет комендантский час! — Проблема в том, что я немного заблудился, — грустно ответил новичок, — непривычно мне тут после переезда, вот и пытаюсь найти короткий путь домой. Бобби недовольно вздохнул, но всё же спросил: — И где ты живёшь? — Трейлерный парк где-то на окраине города. — Тогда пошли вместе, мне как раз в ту сторону. Лицо Бобби просветлело, потому что в компании пусть и малознакомого, но одноклассника, ему было всё же спокойнее идти к Саре, вместе с которой они договорились позаниматься алгеброй. Родители были в курсе того, что, возможно, он останется ночевать в доме О’Нил, отчего мальчик окончательно расслабился. — Тоже домой? — поинтересовался Джон. — Нет, с Сарой договорился встретиться, попросила позаниматься с ней по математике, потому что боится завалить зачёт, — Бобби непроизвольно усмехнулся, вспомнив о том, как они вместе с ней, Дереком и Кэнди собирались в заброшенной избушке лесника и весело проводили время. — С Сарой? — переспросил Холл, пытаясь вспомнить, кого же из одноклассниц так звали. — На соседнем ряду с тобой сидит, ты ещё на неё половину урока пялился, — весело продолжил Тёрнер-младший, — но это и понятно, она ведь симпатичная. — Ну да, — согласился Джон, вспомнив соседку с собранными в высокий хвост русыми волосами, обнажающими её тонкую шею, на которой была изображена небольшая и аккуратная татуировка синей бабочки. Соседка мало чем отличалась от других девчонок: неплохо одевалась и уверенно держалась в классе, не давая себя в обиду местным выскочкам, но знакомый аромат морозника и что-то ещё неуловимое непроизвольно привлекли к ней внимание Холла. Казалось, что она имеет какое-то отношение к проклятию и нелёгкой истории их четвёрки. Как будто она знала его секрет и могла запросто раскрыть истинную сущность. С этой Сарой нужно быть осторожнее, потому что подсознательно Вильям чувствовал в ней какую-то опасность. Опасность не для себя, а для дела, ради которого Фавн и пробудил его. Поговорив ещё немного с Бобби, Джон увидел приближающиеся огни домов, отчего понял, что наступил подходящий момент. — Спасибо, дальше я сам доберусь, а ты угощайся, — Холл достал из пакета парочку аппетитно выглядящих фиолетовых конфет. — Никогда не видел таких, — удивлённо взглянул на лакомство Бобби. — Их приготовила мама и дала мне поесть с собой, но я как-то забыл про них, — улыбнувшись, промолвил Джон, в то время, как Бобби откусил конфету, после чего с аппетитом её прожевал. — Знаешь, а это вкусно. Есть ещё? — Тебе достаточно, — ответил Вильям, продолжая улыбаться. Дурман начинал действовать, отчего парень бессильно повис на его руке, и Холл спокойно увёл своего пленника в лес. Ведомый ветрами и волей Фавна он как зомби медленно побрёл в специальное место, где будет спокойно спать до восхода Кровавой Луны. Жертва поймана, но у Вильяма оставалось ещё одно незаконченное дело. Пройдя к старой антикварной лавке, он незаметно пробрался внутрь, потому что там тоже могло быть то, что ему нужно. Ритуальная игла, которой закалывали овец и не только, принося тех в жертву языческому божеству. С её помощью Вильям хотел завершить кровавый цикл и, наконец-то получить то, о чём он так клятвенно просил Хозяина Леса. Легенда говорила, что Фавн — владыка лесов и Мира Грёз умеет исцелять и возвращать к жизни мёртвых, и этой иглой Вильям хотел перечеркнуть всё то, что случилось с его семьёй и, наконец-то вернуться к мирной жизни. Поставить кровавую точку в бесконечных поисках новых жертв. Вильям чувствовал, что устал от подобного образа жизни, но игла и надежда вернуть мать и, возможно ещё, Аннет, заставляли двигаться дальше. Небольшой магазинчик, стоявший на краю города, и оказался нужной целью. Отсюда даже веяло стариной, невольно заставившей Вильяма улыбнуться и вспомнить прежнюю жизнь в хижине посреди леса и старое беззаботное время. Вспомнить те времена, когда мать и сестра ещё были живы. Свет внутри не горел, отчего можно было предположить, что лавка была закрыта, но это и к лучшему. Осмотрев здание, Джон вскрыл окно, через которое успешно залез внутрь. На глаза сразу же попалась висящая на стене картина с изображённым на ней с чёрным морозником. Этот цветок, казалось, везде преследовал его, но сейчас парня интересовала только одна цель. Послышалось сердитое рычание и шипение — собака и кот почувствовали вторгшегося чужака и не собирались пропускать его внутрь, но узнав знакомый запах, немного опешили, впрочем, как и сам Вильям. — Будь ты проклят! — проговорили они, с ненавистью глядя на своего бывшего хозяина. Вильям готов был поклясться, что это были те самые животные, которые некогда держала его сестра. Но как? Обычные питомцы не могли прожить столько лет. Наверное, это была какая-то ошибка. Даже если и так, парень не хотел их убивать. Память о доме и старой жизни неприятно резанула его сердце. Животные не сводили взгляда с незваного гостя, готовые наброситься на него, если тот посмеет сделать хоть одно лишнее движение. Это уже был не их хозяин, не тот беззаботный мальчишка с волнистыми волосами, игравший с ними ранее. Сейчас это был враг, служащий неведомым злым силам. И эти силы решили помочь своему подопечному. Резкий порыв ветра ударил в окно, раскрыв его настежь и пороняв часть экспонатов с полок, заставив животных отскочить, чтобы не быть придавленными. Этого краткого мгновения Вильяму хватило, чтобы достать из сумки пыльцу морозника и бросить её в морду своим бывшим питомцам. Хоть те и являлись необычными зверями, дурман подействовал даже на них, заставив тех распластаться на полу. Погладив питомцев по голове и убедившись в том, что они живы, парень заметил, что не хватало ещё одного — ворона, который очень не любил чужаков и сразу бы напомнил о себе громким карканьем. Возможно, он давно уже умер. Но что здесь делали кот и собака, Вильям не знал. Поражённые магией Фавна животные мирно уснули как ни в чём не бывало, потому что он не хотел убивать их, как и воровать лишнего. Найдёт необходимую вещь и тут же уйдёт. Приобретённые силы позволяли прислужнику Фавна хорошо видеть в темноте, отчего ему не было необходимости включать свет и привлекать к себе лишнего внимания. Пошарив на полках и в шкафах, распечатав некоторые ящики, он нигде не смог отыскать иглу, пока не вышел в другой зал, где его поиски наконец-то увенчались успехом. Спрятав предмет к себе под куртку, вор уже собрался уходить, но услышал звук открываемых ключами дверей, после чего от неожиданности задел стопку книг, с грохотом упавшую на пол. Попытавшись скрыться, Вильям столкнулся с вошедшей девушкой, в которой он узнал свою новую одноклассницу, о которой совсем недавно говорил Бобби и ранее заинтересовавшую его. Только что она тут забыла? Споткнувшись о разбросанные книги, Вильям выронил свою добычу к которой рванула девушка, но неудавшийся вор резко схватил её за руку. — Отпусти меня! — воскликнула одноклассница, схватив свободной рукой лежащую на полу пустую рамку от картины и запустила в обидчика, заставив того увернуться и побежать прочь. Вильям не хотел, чтобы его сейчас раскрыли, отчего поспешил уйти, чтобы вернуться сюда позже, но в более подходящее время. Конечно, он мог убить невовремя зашедшую девчонку, но прислужник Фавна не хотел обходиться лишними смертями, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Вернувшись в лес, парень сел возле алтаря, где два из четырёх углублений уже были заполнены. Он был доволен своей работой и в ближайшее время собирался поймать ещё двоих детей, чтобы к судной ночи всё уже было готово, а Сара, сбежав от таинственного вора, искала укромное место, куда можно было запрятать найденный предмет. Она понятия не имела, какой силой он обладал и для чего был нужен, но свет луны на блестящих гранях хрустальной иглы невольно пробуждал в девушке странные ощущения, похожие на дежа вю. Казалось, что капли кровавого дождя, пару дней назад стекавшие по окнам, имели какое-то отношение ко всему этому. Либо же после тяжёлой битвы с Писадейрой Сара попросту сошла с ума. Ясно было то, что с приездом в Сентфор, вся её жизнь пошла наперекосяк.