Спящие в морознике

Промелькнувшая под носом тень была последним, что увидела Сара, прежде, чем сквозняк из раскрытого настежь окна наполнил комнату. Подойдя ближе, девушка услышала только то, как кто-то спрыгнул вниз и побежал прочь. Посреди слабоосвещенной улицы было сложно разглядеть неизвестного, отчего он успешно скрылся в темноте, и на улице вновь наступила мёртвая пугающая тишина. Из-за комендантского часа и случаев исчезновения людей, сейчас мало кто осмеливался гулять в такое время. Даже пьяные отморозки, периодически оравшие под окнами, куда-то запропастились. Но сейчас Сара была бы рада даже им, а не очередным своим кошмарам и чертовщине. — Боже, я смогу когда-нибудь нормально выспаться?! — в сердцах воскликнула Сара, потянувшись за очередной таблеткой снотворного. Но всё желание спать резко улетучилось после того, как девушка увидела, что творилось в её комнате: дверки шкафа были настежь открыты, и оттуда выглядывало перевёрнутое и разбросанное бельё. Часть его лежала на полу, словно вор спешно всё выкинул, разыскивая какую-то очень важную вещь. Полки комода тоже были выдвинуты, а в ранее убранной комнате сейчас творился самый настоящий бардак. Судорожно проверив тайники с ценными вещами, О’Нил облегчённо выдохнула: они остались целыми и нетронутыми. Отодвинув половицу, девушка обнаружила, что игла из лавки миссис Хилл осталась на месте. Плюхнувшись на кровать, Сара безразлично смотрела на белый голый потолок, боясь закрыть глаза. Она непроизвольно ожидала того, что вор вернётся, но время шло, рядом только тикали стрелки на будильнике, а сонливость постепенно брала своё. Прижав к себе плюшевого слоника, стоявшего на краю кровати, девушка обняла его и снова провалилась в сон. Убирать весь этот бардак сейчас попросту не было сил. С трудом продрав глаза после настойчивого звона будильника, девушка про себя ругала и школу, к которой она сейчас была не особо готова, и ночного гостя, устроившего в комнате хаос, и сны, которые одолевали с самого приезда в этот чёртов город. Заставив встать себя с постели, О’Нил тихо начала собираться в школу, чтобы не разбудить мать, если та уже вернулась. Но судя по стоящей тишине, Сара была совершенно одна. И от этого ей стало не по себе. Девушка думала, что хотя бы дома она будет в безопасности, но ночной визит вора разрушил и эту последнюю надежду. Подозрительным было то, что незваный гость ничего не украл, но тщательно шарился в её вещах. Как будто что-то резко спугнуло его, не позволив завершить своё дело, совсем как в тот раз в лавке. Ничто из антиквариата или картин не пропало, только стоял такой же беспорядок. Сара ощутила неприятное ощущение, словно за ней кто-то следил и преследовал: этого человека не было видно, но его взгляд и присутствие хорошо ощущались, и от этого становилось крайне некомфортно. В одиночестве странная атмосфера этого города, словно давила на неё, заставляя чувствовать себя сумасшедшей. Или же это и, правда, было так? Отбросив неприятные мысли, Сара переоделась и собралась выходить. Спустившись в гостиную, девушка увидела лежащую на столике возле дивана банку соли, отчего невольно улыбнулась. «На самом деле, мне не так уж и нужна была эта соль», — невольно всплыли в голове слова Джона. Молодые люди отлично провели вместе вечер, не считая странного побега. Возможно, Холл резко что-то вспомнил и поспешил домой или же попросту застеснялся? Почему-то эта мысль, изначально казавшаяся дикой, сейчас всплыла в голове у Сары. Да, Джон вёл себя скромно и вежливо, явно не позволяя себе лишнего, но неожиданное признание о том, что он всё же считает Сару красивой, несмотря на то, что в кафе предпочёл отшутиться, заставило девушку невольно покраснеть. Почему-то оно сильно тронуло её, хоть и не было замысловатым. Спрятав банку в сумку, О’Нил отправилась в школу. Времени ещё оставалось много, отчего можно было не спешить. Улицы сильно опустели после первой пропажи ребёнка, и девушка подумала, что фраза мамы о том, чтобы идти вместе с кем-то до школы, была крайне разумной. Чувствовалась витающая в воздухе тревога, а висевшие повсюду объявления с лицами пропавших, только сильнее подогревали её. Наткнувшись на одно из них, откуда смотрел Бобби, девушка невольно сорвала его, словно не желая осознавать того, что один из её немногих друзей пропал без вести. Невольно оглядываясь по сторонам, Сара надеялась пересечься с Дереком или Кэнди, с которыми после вчерашней беготни не успела договориться о встрече, но ребята уже не в первый раз ходили все вместе, отчего О’Нил знала, что может заглянуть к кому-нибудь из них. Дом Никсонов находился ближе, и Сара решила зайти к Дереку, чтобы продолжить путь вместе с ним. Почему-то среди этой темноты и тишины, девушка чувствовала, что за ней как будто кто-то следил, отчего ей становилось ещё страшнее. Невольно всплыла мысль о том, что в будущем можно попросить Джона, учитывая то, что тот как раз живёт где-то неподалёку и, наверняка, будет не против её компании. Она даже не подозревала о том, что новенький может таить в себе какую-то опасность и, вообще, как-либо связан со всем этим делом. Он же выглядел таким дружелюбными приятным парнем. Подойдя к дому друга, О’Нил постучала в дверь. Поначалу там было тихо, но вскоре послышались торопливые шаги, после чего у порога показался Дерек, резко захлопнувший за собой дверь. Судя по задумчивому виду и напряжённым скулам, вчера его, наверняка ожидал неприятный разговор с отцом, но парень старался не показывать своего плохого настроения. — Тебя ругали? — вместо приветствия поинтересовалась Сара. — Ерунда, — отмахнулся, Никсон-младший, — у нас с отцом часто такое бывает, так что не бери в голову. — Ещё и я потащила тебя к этим Драконам, — ответила девушка, почувствовав себя виноватой из-за того, что невольно подставила друга и втянула его во всю эту ситуацию, но и сам сын шерифа, с самого первого дня, как пропал Бобби, не находил себе места и хватался за любую возможность отыскать друга. — Всё в порядке, Сара, он не знает, что мы там были, — с улыбкой ответил Дерек, — отец, вообще, сейчас меня не слушает. Последнюю фразу парень добавил с еле скрываемой грустью, которую О’Нил прекрасно почувствовала, потому что в последнее время её отношения с матерью были, практически такими же. Неизвестно, где мать вчера была, и вернулась ли уже домой, но обнаружив бардак в комнате, она точно будет ругаться. И рассказывать о том, что ночью кто-то залазил, выглядело бы, как самая глупая отмазка собственной неаккуратности, ведь в итоге же ничего не пропало, значит, и воровства никакого не было. — Ты, кстати, тоже сейчас какая-то обеспокоенная, — продолжил Никсон-младший, взглянув на свою подругу, — похоже, пребывание в Сентфоре даётся тебе очень нелегко. — Не выспалась, — утаив часть правды, произнесла Сара, — делала допоздна уроки, а потом снилась какая-то дичь. Я уже и забыла о том, что такое нормальные сны. Говорить о том, что у неё в гостях вчера был Джон, как и о ночном переполохе девушка не стала, не желая ещё больше напрягать Дерека, которому и так было сейчас нелегко. Он, конечно, был хорошим другом, но слушать сейчас скептичные замечания про своих новых знакомых, как и доставлять лишнее беспокойство сыну шерифа, О’Нил не хотела, так как знала, что у него сейчас были и свои проблемы. Если честно, и звать к Драконам она изначально его не собиралась, но Стефани не отпустили родители, а Люк вежливо открестился, сославшись на какие-то свои неотложные дела. Одна соваться в логово бандитов Сара опасалась, отчего отправилась к Дереку, который, выслушав её историю про нападение и наркотики, без лишних вопросов отправился вместе с ней. О’Нил могла полностью доверять ему, потому что это был самый надёжный из всех её знакомых, но ей уже было стыдно обращаться к нему за помощью. Да, парень отказался участвовать в поисках Писадейры, считая всё это не более, чем городской легендой, но после того, как всё всплыло на чистую воду, он уже стал внимательнее относиться к подобным вещам. — Привет, ребята! — разрядил мрачную обстановку радостный голос догнавшей их Кэнди. — Думала и не дождусь уже вас. Сара улыбнулась своей подруге, даже хмурое лицо Дерека немного смягчилось, в то время, как одноклассница радостно обняла их. Сейчас она была единственным человеком в их компании, сохранявшим хорошее настроение, лучиком света, не позволяющим окончательно рухнуть в уныние. Казалось, не Кэнди воровал жуткий монстр и не её держал в плену, не она лежала в больнице, боясь закрывать глаза, и не она судорожно держала подаренную миссис Хилл куклу, которая, по словам владелицы лавки, защищала от сверхъестественных существ. Для пережившей незабываемый период ужаса, Кэнди держалась очень хорошо и находила в себе силы улыбаться. Несмотря на то, что Нильсен на первый взгляд казалась ранимой и легкомысленной девчонкой, она смогла отойти от недавних проблем, либо же просто не показывала этого и старалась не затрагивать неприятную тему. Ещё одним болезненным местом для подруги был Люк. Хоть она и говорила, что отношения с ним были несерьёзными, а также пыталась отшучиваться, когда кто-то спрашивал про них, Сара чувствовала, что для Кэнди это было больше, чем просто кратковременное увлечение. Вот и сейчас, когда того начали подозревать в пропаже детей, О’Нил ловила грустный, полный боли взгляд своей подруги, обращённый на Люка. Несмотря на то, что та пыталась выглядеть равнодушной и весёлой, у неё это плохо получалось. Кэнди держалась из последних сил, будучи готовая сорваться в любой момент. Дерек мило улыбался ей и дружески обнимал за плечи, словно отгоняя все эти неприятные мысли, отчего Сара невольно подумала о том, что из этих двоих могла бы получиться неплохая пара, но каждый из них витал в своих собственных мыслях, являясь второму лишь хорошим другом. Дерека, казалось, не интересовали какие-либо отношения, и он словно ёж, выставлял свои иглы недоверия, с трудом открываясь новым людям. Даже с Сарой они подружились далеко не сразу, и то благодаря усилиям Кэнди. Сама же Кэнди попросту не воспринимала своего старого друга как парня, потому что они слишком давно были знакомы, знали свои грязные секреты и некоторые вещи, которыми не принято делиться. Казалось, что могло сдружить между собой милую девчонку из богатой семьи и сурового, недоверчивого сына шерифа? На данный вопрос не было ответа, отчего Сара невольно почувствовала себя третьей лишней, слушая, как друзья начали обсуждать между собой какие-то темы, не знакомые ей, людей, которых она ни разу не видела и смеялись над шутками, понятными только им двоим. Вскоре показалась школа, и гул голосов, доносившийся оттуда, немного вывел ребят из тревожного состояния. Там люди и там безопасно. Но Сара помнила, как вечером пришла на «дополнительные занятия» к миссис Бейкер, закончившиеся смертью уборщика. И тем же самым вечером учительница сидела у них дома и обвиняла О’Нил младшую в пропуске занятий и плохую успеваемость, а мать верила в это. «Старая сука!» — невольно подумала про себя девушка, проходя по знакомым коридорам, где на стенах висели всё те же плакаты с пропавшими детьми, которыми была увешана улица. Паника проникла и сюда. Она витала в кажущихся отвлечёнными разговорах школьников, в их взглядах, движениях. Паника въелась в саму повседневность, незаметно нарушая её привычный ритм. Теперь Саре стало понятно, почему Чёрные Драконы и их главарь Аарон, с которым девушке повезло ранее встретиться в лавке миссис Хилл, всё же согласились помочь с поисками. В другое время эти бандиты бы и пальцем не шевельнули и вряд ли бы так просто отпустили любопытных школьников, посмевших заявиться к ним на собрание. Сейчас же тревога объединила всех, а первыми подозреваемыми в исчезновении людей и распространении ранее неизвестного наркотика являлись не кто иной, как Драконы. Эта группировка долгое время орудовала в Сентфоре, но сейчас переживала не лучшие времена, отчего возможность снять с себя лишние обвинения была для них хорошим шансом продолжить деятельность. С Джоном девушка пересеклась только в классе, где парень что-то усердно писал в тетради. Завидев свою соседку, он улыбнулся и в качестве приветствия махнул ей рукой, после чего снова вернулся к своему делу. «Наверняка, тоже не успел доделать домашку», — усмехнувшись, подумала Сара, занимая своё место, после чего украдкой заглянула к нему. Так оно и было, потому что парень спешно дописывал конспект, но его почерк, ровный и каллиграфический сразу же привлёк к себе внимание и заставил О’Нил забыть о том, что она хотела дальше сказать. Подобный стиль она видела в старых письмах своей прабабушки, чудом сохранившихся дома. Идеально ровные буквы сливались в такие же идеальные строчки, на которые можно было глядеть очень долго. Читать не сам смысл текста, потому что он и так уже был знаком и понятен, а просто любоваться этим красивым стройным рядом. — Любопытство кошку сгубило? — с усмешкой спросил Джон, заметив пристальное внимание своей соседки и прервав написание конспекта. Шариковые ручки были удобнее в письме, чем перья, отчего можно было написать тот же объём текста в разы быстрее, чем раньше. Не требовались дополнительные чернила и промокашка, а также не нужно было ждать, пока всё высохнет, и можно сразу же переворачивать страницу. Удобства — одним словом. — Кошку, может быть и не сгубило, но заглядеться на твой красивый почерк заставило, — с улыбкой ответила Сара, — где научился так писать? — У себя в школе, — и это была правда, потому что в родном времени Вильяма за любую погрешность учителя могли спокойно ударить палкой по рукам. Он был рад, что сейчас уже отошли от этой традиции, но старая привычка писать, как научили, оставалась. Это была одна из небольших черт, связанных с прошлым, от которых Вильям пытался избавиться, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, но у него это никак не получалось. Руки, даже в дикой спешке выводили ровные буквы. Вбитое в детстве знание не исчезло даже спустя долгие годы сна. — Наверняка, у вас там были уроки каллиграфии, — продолжила О’Нил, но Джон снова уткнулся в тетрадь, после чего девушка больше не стала его беспокоить и решила сама подготовиться к уроку. На душе стало немного неловко. Саре невольно показалось, что она навязывается к малообщительному новенькому со своим обществом, но с другой стороны, он тоже из всего класса разговаривал в основном, с ней и они, вроде, как даже подружились. Либо всё это было не более, чем поспешными выводами? Почему-то О’Нил стало грустно от одной мысли о том, что всё их общение может резко закончиться на такой нелепой ноте. В любом случае, в сумке ещё оставалась соль, которую нужно было отдать, после чего уже не будет лишних причин разговаривать с ним, но непроизвольно девушке хотелось побольше узнать Холла, так как несмотря на непродолжительное время знакомства, он заинтересовал её. — Нет, просто повезло с почерком, — через некоторое время ответил парень, закончив писать страницу, после чего закрыл тетрадь, — Сама же знаешь, что в детстве учат одинаково, а пишет каждый по-своему. — В любом случае, у тебя самый красивый из всех, который я видела, — сказала Сара, слегка смутившись. Поняв, что сказала лишнее, девушка резко замолчала. Джон самодовольно улыбнулся, посмотрев на соседку. Он слышал разные комплименты, но то, чтобы кто-то хвалил за то, как он пишет, было впервые. Обычно, до этого никому не было дела, впрочем, интерес Сары ему сейчас даже на руку, отчего стоило ему подыграть. — Хочешь, тоже научу так писать? — игриво спросил Холл, прекрасно зная, что в нынешних условиях это вряд ли получится сделать, но ему так нравилось быть перед кем-то в чём-то хорошим, даже в том, что он считал само собой разумеющимся. Странное ощущение. — Сейчас начнётся урок. И извини, что заглянула к тебе в тетрадь. — Ерунда! — отмахнулся Джон, после чего отвернулся. Одноклассники постепенно заполняли класс, правда, пара мест оставалась пустыми. Сару смутила парта у окна, которая, практически никогда не оставалась такой, так как её владелец, практически никогда не опаздывал. «Интересно, где Люк? Он же никогда не опаздывает», — подумала про себя О’Нил, продолжая смотреть на пустующее место Моринга в немом вопросе. Казалось, Джон поймал её мысли, оторвав взгляд от тетради и резко повернувшись к Саре. «Всё равно он какой-то странный», — подумала про себя девушка, обернувшись на соседа, который продолжал делать вид, что что-то пишет. «Неужели её интересует этот блондин? Она так смотрит на его пустующее место», — с неудовольствием подумал про себя Холл, поймав себя на мысли о том, что сейчас ему должно быть всё равно на чьи-то там взаимоотношения, потому что от Сары ему нужна была только игла. Или же нет? Подобная неожиданная реакция озадачила Вильяма, потому что в своих вылазках он старался не сближаться с кем-то без необходимости, чтобы оставаться для них «невидимкой». Обычно люди редко запоминают тех, с кем их ничего не связывает. Сейчас же он зашёл слишком далеко, открывшись перед этой девчонкой больше, чем нужно, понял, что каким-то образом она смогла привлечь и его внимание, хотя пытался избежать этого. Долгие годы одиночества сыграли своё, и парень попался на эту удочку. Неприятное ощущение беспомощности совершенно не нравилось слуге Фавна. С другой же стороны даже это не помешает ему завершить свою задачу. Проклятие и триста лет сна, прерываемые кратковременными пробуждениями не могут быть разрушены каким-то там увлечением. Это всё сказки для детей, не имеющие ничего общего с реальностью. — Но ты же поверил в сказку про Короля Леса? — спросил какой-то тихий голос, показавшийся реальным. «Хватит!» — раздражённо подумал про себя Джон, стукнув кулаком по парте, что привлекло внимание учителя и одноклассников. — Вы что-то хотели нам сказать, мистер Холл? — строго спросил учитель, холодным взглядом посмотрев на ученика, прервавшего его речь. — Ничего, мистер Дуглас. Простите, — виновато ответил Джон, сделав самое невинное выражение лица. — Хорошо, но ещё одна такая выходка, и я буду вынужден принять меры. Парень замолчал, будучи готовым провалиться от стыда сквозь землю, он чувствовал, как на него уставился весь класс, и это ощущение было не особо приятным. Оставшийся урок прошёл без приключений, а затем наступило время ланча, когда все одноклассники отправились в столовую, либо разбрелись по разным местам, поедать принесённую из дома еду. Пошарив в кармане, Джон нашёл там немного денег, отчего решил тоже пойти подкрепиться. Зайдя в почти полный зал, парень огляделся, в попытках найти себе подходящее место, но, практически, каждый стол был кем-то занят. Кто-то сидел в одиночку, кто-то небольшими группами, по которым можно сразу же увидеть местную элиту, возле которой теснились школьники, пытаясь хотя бы пообщаться с ними. Кто-то сидел на отшибе, не желая контактировать с остальными. Он и сам хотел бы спрятаться куда-нибудь в уголок, пока не наткнулся взглядом на знакомую троицу ребят. Ещё одно место пустовало, но парень догадывался, кто ранее его занимал. Сейчас этот человек благополучно спал среди цветов морозника, ожидая своей участи. — Не хочешь присоединиться к нам? — послышался голос светловолосой кудрявой девушки, которая дружелюбно ему улыбалась, в отличие от сидящего рядом с ней парня. Тот сердито глядел на Джона, внимательно изучая его взглядом, — Мы не обижаем новеньких, особенно тех, с кем дружит Сара. Она много чего о тебе рассказывала. — Кэнди, прекрати! — одёрнула подругу О’ Нил, но та лишь хитро посмотрела в ответ, ничего больше не сказав. Дерек хотел возмутиться, но пока что лишь благоразумно промолчал, чтобы не портить настроение одноклассницам. Он не хотел спешить с выводами, но этот новенький, который так понравился девочкам почему-то вызывал не самые положительные эмоции. Впрочем, из-за своего характера сын шерифа относился настороженно ко всем. Возможно, так сказывались отношения с отцом, который сам мало кому доверял и после смерти матери окончательно замкнулся в себе, но пока что Дерек решил просто понаблюдать за подозрительным парнем, чтобы развеять или подтвердить свои опасения. — С большим удовольствием! — улыбнувшись, ответил Джон, после чего отправился к стойке чтобы взять к себе еды. Удалившись от столика, слуга Фавна почувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд, но решил не оборачиваться, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимания, правда, догадывался о том, кому же он мог принадлежать. «Эта ищейка суёт свой любопытный нос куда не следует», — недовольно подумал про себя Холл, возвращаясь к столику и вновь столкнувшись с неприятным взглядом зелёных глаз, но внешне никак не показал этого, присоединившись к остальным. Противоречивые ощущения раздирали сейчас душу Вильяма: с одной стороны, он снова был рад возможности пообедать не в одиночестве, с другой стороны, за последнее время подобные трапезы проходили только в обществе одного не самого приятного человека, с которым парень старался контактировать как можно реже и только по делу. И невольно подступающее чувство страха, вызванное не лучшими воспоминаниями, было трудно подавить.