Бесчестный рыцарь

      Быть рыцарем не так уж и легко, как может показаться на первый взгляд. Сражения, битвы и поступки, что нужно совершать по чести.       Сейчас в стране был покой. На престол посадили Хисторию из династии Райссов. Восстания по стране были погашены, можно было выдохнуть и расслабиться, а на крайний случай сходить в трактир и выпить пива с жирными свиными ребрами с чесноком.       Именно так Эрвин и делал. У Хистории он был на хорошем счету, она ему даже дом подарила за его заслуги перед ней. Он, конечно, пытался подкатывать к ней, но она ему тонко намекнула, мол, царица должна править одна. Он не стал настаивать и отступил. Конечно, если бы Хистория не была королевой, то тогда бы Смит поборолся за её сердце, а так его устраивали привилегии, которыми она его осыпала.       Леви ревновал Эрвина к Хистории, но был рад, что та дала отворот-поворот. Со всякими шлюхами Леви ещё мог справляться, а вот с королевой было бы весьма проблематично тягаться.       — Я приготовил ужин. Ты будешь? — спросил Леви, когда друг вернулся домой.       — Нет. Пойдём в трактир пить пиво? — спросил Эрвин.       Леви молча скинул с себя свой фартук и отправился за другом. Опять полночи они пробухают, а утром будут опухшими и красными, как две свиньи.       Но ничего, с кем не бывает.       Майк и Найл сразу так взъелись на Эрвина, видя, что он нравится королеве, а они нет, хотя воюют плечо к плечу за Её Величество. Ездили вместе, подавляли восстания, рисковали своими жизнями, а десять золотых и сто серебряных монет получил только Эрвин. Несправедливо как-то!       — Вызовите его на дуэль или пасти захлопните! — заявил Леви, схватив деревянную кружку с пивом, которую ему принёс симпатичный мальчик лет пятнадцати.       — Мы же друзья, — двояко ответил Майк, не желая драться с Эрвином.       Леви лишь неодобрительно фыркнул, но не сказал больше ничего, лишь молча давился пивом и сушеной воблой.       Городок был небольшим. До королевского дворца всего двое суток верхом на хорошем рысаке. Дома здесь были все двухэтажные, каменные. Хистория дала Эрвину титул графа и приказала построить крепость на границе с морем. Хоть городок был и небольшим, но считался политически важным, а кроме Эрвина никто бы не смог его охранять.       Только…       — Конечно, ты теперь граф! — обиженно сказал Майк. — Ты строишь собственную крепость, а мы… А мы, как обычно, нужны, чтобы быть!       — Пошли отсюда! — схватив Майка за руку, сказал Найл. — Мы больше не нужны ему!       «Господи, спасибо! — подумал Леви, не зная, как избавиться от этих двоих. — Теперь Эрвин будет пить и есть, и спать только со мной!»       Когда друзья Эрвина ушли, ему вдруг стало грустно. Леви ему надоел за два года совместной жизни, а с этими двумя было намного веселее. Леви не любил бани, а эти двое обожали. Осталось построить крепость, выделив самые лучшие комнаты в ней для двух лучших друзей.       

***

             Имир долго не могла выйти замуж. Из приданого у ней был лишь чемодан с личными вещами и два чугунка с ухватом. Ханнес, увидев эту красивую шатенку, понял, что влюбился в неё и женился, привёз в свой дом и был рад.       Только Имир с первых секунд начала показывать свой крутой нрав, но как жена устраивала Ханнеса. Ещё и Эрвин предложил им комнату в будущей крепости, где Имир сможет обзавестись подругами, а то на их улице кроме Карлы Йегер и Саши Браус и нет больше женщин.       С утра Имир выстирала бельё, приготовила овсяные лепёшки, накормила мужа и почитала газету. На пятой страничке увидела объявление о продаже коров. Она давно хотела иметь собственное хозяйство и доить корову, чтобы пить парное молоко, но Ханнес сказал, что у них нет места, где держать корову и обещал придумать что-нибудь.       Гардероб у Имир был небогатым. Платья она шила сама, а штаны надевала очень редко, только когда нужно было ехать куда-то верхом. Вот и сегодня она надела бордовое платье, вышитое розовой нитью, причесала волосы и надела фетровую шляпку, а после вышла из дома, прихватив плетённую корзинку для покупок на рынке. Ей сегодня хотелось приготовить кролика в сметане.       — На рынок идёшь? — Саша тоже собралась на рынок, подбежав к Имир в зелёном платье, вышитом жёлтой нитью. В руках Браус держала такую корзинку, как и Имир.       — Куда я по твоему ещё могу идти с корзиной? — слегка раздражённо спросила Имир.       Саша пожала плечами и подбежала к соседке, идя с ней почти нога в ногу.       Рынок не славился изобилием деликатесов, но живых устриц и форель отыскать можно было. Саша всегда покупала побольше овощей, так как мясо у них было своё. Мать сама часто торговала мясом на рынке. В основном олениной и дичью.       В клетках продавались попугаи и канарейки, в больших тазах плавали рыбы, а в холщовых мешках были фрукты и овощи. В небольших лукошках продавались ягоды.       Имир купила новые ткани для постельного и плотную ткань дня штор. Соседский мальчишка Эрен помогал донести Имир покупки за одну монетку, а по возрасту ровесник Саши, только не такой хозяйтвенный, как она. Ему бы целыми днями бегать по улице и кричать, что он станет рыцарем и поубивает всех врагов королевы.       Имир приготовила обед, а ткани разложила на свой большой стол, чтобы раскроить их позже и обшить оборванные концы.       Ханнес пришёл поздним вечером, поцеловал жену и объявил ей весьма неприятную вещь:       — Мы едем за рабынями в Трост. Думаю, это будет где-то три месяца. Не скучай без меня!       Но Имир уже обиделась. Она, конечно, доверяла мужу, но всё-таки он будет окружён целых три месяца красивыми молодыми девушками… мало ли что?       — Там и оставайся! Что б ноги твоей в нашем доме больше не было! — скрестив руки на груди, рыкнула Имир. — И вообще я съем весь ужин сама! Ни крошки не получишь! И вино тоже выпью сама! Ни капли не налью тебе! — схватив половинку жареного кролика, с ненавистью откусила от него большой кусок и начала жевать его.       Ханнес рассмеялся, чмокнув жену в макушку.       — Хочешь, можешь поехать с нами. Будешь кормить и развлекать меня в дороге!       Имир с недовольством покосилась на мужа.       — Если ты сейчас соврал, я с тобой разведусь!       — Нет, милая, если хочешь поехать, то я не против!       — Хорошо. Я еду! — обрадовалась Имир, и они начали ужинать, а потом полночи собирались к поездке, укладывая в чемодан одежду и продукты.