Больше чем родитель.

Достав из-под пиджака карточку-ключ от номера, Ойкава одним легким движением шагнул за порог и бросил короткий и незначительный взгляд через плечо.  Минуты две Ушивака осматривал номер по сторонам и не смог приметить ничего необычного. Номер как номер. Пройдя чуть дальше и одолев стену-перегородку, он увидел большую двух спальную кровать — что было странно учитывая данную ситуацию. Если Тоору был тут не один, почему же повёл его в свой номер? Зачем кокетливо ему улыбался? Почему по пути в номер, он жадно облизывал губы и бросал короткие, но острые как лезвие взгляды? В них чувствовалось будто к его шее подставили наконечник кинжала не давая даже сглотнуть. Его тело невольно покрылось лёгкими мурашками.  Когда они пересекали лестницу в холле, Вакатоши успел детально рассмотреть мужчину. Ойкава двигался с удивительной грациозностью, что не могло не привлекать. И все же это было не то. Он пытался найти хоть что-то, что смогло бы зажечь огонёк в его душе, но так и не смог. Тоору был привлекателен, без даже доли стеснения, бросал пылкие взгляды и кидался комплиментами. Но даже так Ушиджима не смог заставить себя хотеть его. Он цеплял взгляд, но не заставлял долго его удерживать. Он был притягательным, но не желанным.  Вакатоши стало искренне стыдно за свой поступок. Не надо было предлагать Ойкаве уединиться. Неужели он хотел воспользоваться его расположением, когда из головы никак не исчезал образ Тендо?  Он долго мог себя обманывать, но делать это по отношению к человеку который этого  не заслуживал, было бы низко. Он прочистил горло, переводя взгляд с кровати на мужчину.  — Этот номер рассчитан на двух людей. Я его не выбирал, забронировал который был свободен. — поясняя, заключил мужчина. Ойкава медленно снял с себя туфли, стянул галстук с пиджаком и свободно выдохнул. Ушивака не удосужился даже сесть, поскорее собираясь объясниться и извиниться, после чего покинуть отель. Однако всё, на что его хватило это короткая, несуразная фраза. — Я не могу.  — Не можешь что? Забыть его? Переспать со мной? — хоть он и скалился, уголки его губ дрогнули. Ушиджима сглотнул. — Ты очень красивый. — у него никогда не выходили комплименты, он не знал как красиво говорить или приукрашивать правду. Он всегда говорил напрямую, что думает. — Ты...очень привлекательный… — Хватит вуалировать, если ты считаешь меня горячим то так и скажи.- Ойкава хмурясь цокнул языком. Лицо Ушиджимы покрылось легким румянцем. Он вновь почувствовал себя тем маленьким мальчиком. Взяв себя в руки он виновато отвёл взгляд. За долю секунды Ойкава сократил расстояние между ними. — Посмотри на себя, такой робкий. Думаешь, так ты его заполучишь? — на этот раз он почувствовал как будто бы его ударили. Непонятное чувство желчи заполнило его тело. Ушиджима свёл брови к переносице. — Давай же, покажи мне. Будь я им, что бы ты сделал? Сбежал бы, как какая-то молоденькая девчушка краснея с ног до головы? — яд сказанных слов резко отдался болью и с ранее скрытой яростью.  — А ты значит, вот так просто дашь мне тобой воспользоваться? Взять тебя как какую-то подстилку?  Плечи Ойкавы судорожно опустились и он затих. Всего одной доли секунды хватило на то, чтобы Ушиджима понял что Тоору плачет. Ему захотелось провалиться сквозь землю.