Change your mind

В понедельник утром Джерард надевает заранее подобранную одежду, старательно подводит глаза (он учился делать это ровно весь вчерашний день), красит губы блеском, который Берт подарил, а потом еще и жертвует завтраком, чтобы успеть уложить волосы. Мама говорит: «Ты светишься от счастья, Джерард». Она говорит: «Тебе понравилось целоваться?» Джерард закатывает глаза. Он не сомневался, что она будет подслушивать в какой-то момент. Проблема только в том, что ей никак не объяснишь, что Берт просто его хороший друг, и они целовались по-другому. Она уже прокрутила их свадьбу в голове. Так вот, из-за того, что Джерард не успевает позавтракать, мама дает ему денег и говорит: «Сводишь своего друга в кафе». Как только Берт узнает об этом, он хихикает и взъерошивает волосы Уэя, которые тот так старательно укладывал. — На эти деньги я свожу тебя в секонд-хэнд, — заявляет он, — ты бы знал, сколько всего крутого можно там найти! Хорошо выглядишь, кстати. Джерард смущенно улыбается, немного краснея. Это приятно, когда кто-нибудь говорит ему что-нибудь хорошее, потому что он привык слышать только «Уэй педик», но в этой школе все по-другому. В курилке — то есть, туалете — все (буквально) говорят Джерарду что-то крутое, заставляя его смущаться снова и снова. Фрэнк даже чмокает его в обе щеки. Они курят одну за другой, и, когда Джерард случайно стряхивает пепел так, что сигарета совсем тушится, Фрэнк поджигает его сигарету заново своей зажигалкой (она очень крутая — блестящая и с наклейками). — Крутая, — вслух говорит Уэй, затягиваясь снова. — Хочешь, подарю? — предлагает Фрэнк, протягивая зажигалку парню. Так что весь оставшийся день Джерард курит больше, чем обычно, только ради того, чтобы воспользоваться новой зажигалкой. Зажигалкой Фрэнка. Он снова сидит на газоне с ребятами, и Линдси снова здоровается с ним, и она тоже говорит, что он выглядит хорошо. По секрету, Джерард считает количество комплиментов за сегодня (к четвертому уроку их насчитывается восемь!). — Мы идем в секонд-хэнд сегодня, — говорит Берт, открывая ланчбокс (старый ланчбокс Джерарда) и доставая сэндвич, — кто-нибудь с нами? — Я обязана однажды сводить тебя по нормальным магазинам, — Линдси закатывает глаза, улыбаясь, — иначе эти придурки загубят тебя. — Боюсь, у меня денег не хватит даже на один твой носок, — отшучивается Джерард, приподняв руки вверх, и кусает сэндвич Берта. В итоге после школы они идут вшестером: Джерард, Берт, Фрэнк, Линдси, Джамия и Кристин (девочки всегда ходят втроем). Джерард чувствует себя немного неловко, потому что они все идут за одеждой вместе с ним, мог ли он когда-нибудь подумать, что это на самом деле случится? Даже самые популярные девчонки школы идут вместе с ним. В первом же магазине Берт и Фрэнк хаотично носятся от одних вешалок к другим, набирая горы одежды и постоянно показывая Джерарду. Линдси с подругами стоят немного в стороне, слабо улыбаясь и обсуждая мягкие игрушки на полках — самое приличное, что здесь есть. Джерард уходит с целым пакетом одежды, парни буквально заставили его купить эти самые крутые в мире белые джинсы, и черный топ (это Джерарда ужасно смутило — у него видно живот вообще-то), и черную рубашку, и чертовы криперы (он не знает, как ходить на такой платформе). И это еще не все. Они тащат его в следующий магазин, и оттуда он выходит еще с двумя огромными пакетами (на этот раз подключилась Линдси, а за ней Джамия с Кристин). — На самом деле, ты можешь сам немного поколдовать над старой одеждой, чтобы она выглядела совсем по-другому, — советует Фрэнк, — если хочешь, я могу помочь с этим. — У него нет денег даже на секонд-хэнд, так что он просто переделывает одежду из шестого класса, — хихикает Берт, и Фрэнк толкает его в плечо, показывая язык. Джерард неуверенно кивает, сжимая пакеты в руках. Фрэнк предложил ему, типа, сделать что-нибудь вместе? Он невольно вспоминает субботу и бесконечное перебирание гардероба, а потом поцелуи… Что, если они с Фрэнком поцелуются? У него кольцо в губе. И Берт сказал, что Фрэнк круто целуется. На следующий день Джерард приходит в школу в новых черных джинсах (если честно, он еле влез в них, и мама сказала, что он перепутал детский отдел с мужским), футболке со Скуби Ду (Берт все еще не забрал ее) и криперах. Было немного страшно выходить в них из дома, потому что там не будет мамы, которая вызовет скорую, если он вдруг сломает себе обе ноги. Ему пришлось весь вечер проходить в них, чтобы привыкнуть. В какой-то момент он задумывается о том, что было бы прикольно проколоть себе ну хотя бы ухо, но это до чертиков страшно. Представлять себя с сережкой это, конечно, здорово, но представлять, как игла протыкает твою кожу и прорывает ткани, — нет. Джерард замечает, что сегодня на него смотрят еще больше человек, чем вчера, и это так непривычно… То есть, на него и раньше все смотрели, но только потому что считали его неудачником. Теперь, наверное, по-другому. — Ты когда-нибудь пил прямо в школе? — спрашивает Фрэнк в столовой, закидывая ногу на ногу, и Джерард хмурится и удивленно мотает головой. — Отлично! У меня для тебя пиво, ты идешь с нами. Он даже не успевает ничего сказать. Но, наверное, и не нужно. Ребята лучше него знают, как здесь все работает, наверняка, они делали так сотню раз. — Однажды я сидел на геометрии накуренный, — рассказывает Берт в туалете, сидя на подоконнике и болтая ногами. — Нихуя не понял, но было очень интересно. Он хихикает и отпивает свой яблочный сидр, предлагая Джерарду попробовать, и тот, конечно, пробует. Должно быть весело. Особенно если закурить после. На химии Джерард чувствует себя слишком расслабленным. Он хихикает с дурацких шуток, рисует смайлики в бензольных кольцах и кладет голову на плечо Берта. Преподаватель — все еще ни капли не симпатичный — замечает это, но почему-то никак не реагирует. Берт говорит, это потому что Джерард ему понравился и он отреагирует после урока. — По-моему, я не ради него учился целоваться, — шепчет Уэй, снова хихикая, и опять рисует что-то в тетрадке (прямо ручкой, но ему все равно, это же при-коль-но). После урока его действительно просят задержаться, когда все уже уходят, и Джерард метает взгляд на Берта, будто спрашивая, что делать, но тот просто кивает и присаживается на парту, болтая ногами. — Мистер Уэй, — начинает преподаватель, кашлянув и посмотрев на Берта, как бы намекая, что лучше бы ему тоже уйти, но тот только улыбается и прикрывает глаза. — Разрешите поинтересоваться, куда вы поступаете? Ваша специальность, случайно, не связана с химией? Джерард вскидывает бровь и пожимает плечами, бормоча что-то о том, что он еще не определился. — Я бы рекомендовал вам обратить внимание на предмет, у вас имеются определенные способности… Берт слезает с парты и подбегает к учительскому столу, приобнимая Джерарда за талию (тот обязательно бы вздрогнул и покраснел, если бы не был пьяным). — Зато я определился, понимаете, моя специальность очень тесно связана с химией, — он подсовывает какую-то бумажку и, хихикая, уводит Джерарда за собой, срываясь на бег в коридоре. — Что ты написал? — интересуется Уэй, закуривая сигарету в дальней кабинке туалета, стоя слишком близко к Берту, потому что кабинка была реально маленькая. — Адрес парикмахерской, — Берт смеется и крутит колесико зажигалки, — и сердечко. Джерард закатывает глаза и улыбается. — Грубо, не думаешь? — спрашивает он, выдыхая дым прямо в лицо друга. — Он же придет туда с букетом. — А ты думаешь, ему помешает сходить в парикмахерскую? — Берт вскидывает бровь. — Кстати, не хочешь немного поменять имидж, а? Ну, знаешь, я умею делать все с волосами, а Фрэнк сам колет пирсинг дома, мне кажется, тебе бы пошло тоже колечко в губе, знаешь, как круто с ним целоваться? Или, может, язык… Уже после уроков Берт буквально тащит Джерарда к себе домой, отказываясь заходить в магазин за краской — у него дома все есть. Джерард немного удивляется, когда видит комнату Берта. Здесь настоящая помойка, но почему-то это выглядит так, будто в этом состояла задумка. Это подходит Берту. Он усаживается на кровать и наблюдает за тем, как его друг носится с пластмассовой мисочкой, кистями, осветлителем и еще чем-то. — Доверься мне, это будет круто! — обещает он и падает сзади Джерарда, начиная расчесывать его волосы. Только через полтора часа Берт разрешает Уэю посмотреть в зеркало, чтобы увидеть результат, и тот шокированно выдыхает. Передняя часть волос оставалась черной, но сзади все было ебучего цвета крови — прямо как пряди друга. Берт довольно улыбается и достает маленький тюбик черной краски для бровей. — Теперь тебя будет знать вся школа, — уверенно заявляет он, чмокая Джерарда в висок, вдыхая запах краски. — Я хочу проколоть ухо, — вдруг говорит Джерард, с вопросом глядя на парня, — но я ненавижу иголки, мне кажется, я бы потерял сознание. — Спроси об этом у Фрэнка, он расскажет тебе столько всего, что ты будешь умолять его проколоть тебе что угодно. Берт достает ручку и записывает номер Фрэнка прямо на руке Джерарда, от чего тот смущается. Если мама заметит, она точно не отстанет. Хотя, кажется, ей уже не будет до этого дела, когда она увидит его волосы.