Ну, приехали, братец

      В комнате было чертовски душно, а уж обмотанный во все одеяла младенец и вовсе чувствовал себя, как на углях. Поэтому, его пронзительный вой не оставил никого равнодушным.       Раз уж я младенец и пока сам позаботиться о себе не могу, то надо подтолкнуть взрослых. Вот только…       Саске сквозь слёзы наблюдал за копошением мужчины вокруг, поправления одеялка и попытки взять отпрыска на руки. Но едва не выронил, когда Саске отчётливо дал понять, что никуда с мягкой кроватки он не собирается. Фугаку поморщился от громкого писка.       — И где застряла только твоя мама? — проворчал Учиха, несколько хмуря брови. Саске казалось, что в этот момент он взвешивает свои слова в роддоме. Не погорячился ли? Ведь, одно дело наблюдать за младенцем со стороны и не принимать активного участия в смене пелёнок и подтирания соплей. Другое — самостоятельно окунуться в это, по глупости брякнув, что может посидеть с ребёнком, пока жена сходит прогуляться в магазин. И, видимо, там она и осталась.       От мыслей отвлёк скулёж и хлюпание. Саске даже как-то неловко стало. А вот отец обречённо возвёл глаза к потолку, кажется, мысленно вопрошая, за что это ему. Вывернул сына из одеяла, за подмышки на расстоянии вытянутых рук понёс в ванную и усадил в тазик. Приказал:       — Жди здесь! — и ушёл. Саске удивлённо хлопнул своими маленькими глазёнками. Эм. И куда он ушёл? Кто меня мыть будет?! Видимо, тело младенца подарило Саске ещё такую же хрупкую психику, и он уже собрался снова разреветься на весь дом, как в этот момент в ванную влетела мама. С губ сорвалось довольное «А-а». Что расшифровывалось, как «мама»…       То ли прошлые радости семьи сыграли, то ли младенец вообще наглухо отбитый, — в общем, пополз Саске к своей цели, не видя преград. Под давлением на бортик таз накренился, расплескал всю воду и накрыл собой опешившего Саске. Микото скорее побежала к месту падения и сняла таз, отодвинула в сторону. И со снисходительной улыбкой подняла сына на руки.       — Ну, чего ты разошёлся? Всё хорошо, мама рядом, — сказала она ласково, включая кран и набирая воду в таз, куда посадили Саске.       В общем, вышли из ванной комнаты все мокрые и морально измотанные. Ещё только первый день, а Микото даже не представляла себе, что её ждёт дальше. Ибо Саске собирался вовсю отыграться за все упущенные лета. Единственное, что напрягало, это постоянно хотелось спать. Или у младенцев всегда так?       Следующие несколько суток прошли для Саске в каком-то немом кино. Он хотел поговорить с кем-нибудь, дёрнуть их кошку за чёрный хвост, дабы хотя бы она как-то отреагировала. Кошка была с ну уж очень мудрыми глазами и характером, спокойно сносила все выходки братьев. Может, она чувствовала в них что-то детское и из-за этого не дралась с ними в ответ? А может, и в этот раз сможет что-то почувствовать? Ведь Итачи… теперь и не Итачи вовсе. Хотя это бред.       Кстати о кошках.       Ёка села перед Саске, положив лапу на игрушечный резиновый кунай, который недавно побывал в беззубом рту. Начала катать его по полу лапой, заставляя тянуться в след. Она играла с ним! Во дела. А под конец подалась вперёд, лизнула в крошечный носик, прошлась бочком по плечу и удалилась, высоко задрав хвост.       В какой-то момент, спустя неделю такого мирного существования, когда Саске почти смирился со своим перерождением, неожиданно отца вызвали на совет клана. Саске сразу навострил ушки. Его всегда интересовали собрания Учиха, но туда его не брали, считая слишком маленьким. Возможно там решались важнейшие вопросы семьи, в то время, как маленький Саске всё тренировался: охотился на котов и учился метать сюрикены. Проверить гипотезу не представлялось возможным. Хотя сейчас Саске искренне хотел повзрослеть, чтобы хотя бы ходить, а не ползать на карачках.       Так ужасно: понимать, что ты взрослый парень, но в теле младенца абсолютно ничего не могущий сделать!       И вот этот день настал.       В этот день Фугаку предупредил жену, что будет дома очень поздно и чтобы она его не ждала. Саске предполагал, что отец отлучался на более важные дела, нежели работа в полицейском участке. Возможно, эти дела затрагивали куда большие амбиции, нежели простое обсуждение клана о планах на будущее. Хотелось бы увидеть все воочию. В конечном итоге, Саске ничего не оставалось, кроме как с матерью оставаться дома.       Саске беззащитно сидел на полу гостиной, когда это случилось. Большие для него, вооруженные до зубов АНБУ вломились в их дом и окружили младенца. Кошка рядом с ним яростно выгнула спину и зашипела, попыталась задеть одного из незнакомцев острыми когтями. Но животное грубо откинули прочь, из-за чего она ощутимо стукнулась об стену и юркнула под комод. Следующим движением руки один мужчина подобрал недоумевающего карапуза на руки и… замер.       Мать ребёнка стояла в проходе, твердо глядя на похитителя. Лишь дрожащие руки с кунаем выдавали волнение. Даже страх.       За ребенка или себя?       — Уйдите с дороги и мы вас не тронем, нам нужен только ребёнок, — прогрохотал мужчина, вытаскивая из-за пазухи толстенный меч. Двое из его команды скучковались сзади.       — Вы уйдете только через мой труп, — тихо рыкнула Микото, словно потревоженная кошка. У Саске от вида взъерошенной матери волоски на загривке стали дыбом.       — Ну, так и будет, — пожал плечами главный. Саске хотел предупредить мать, что сзади появился ещё один человек, но из горла выдавилось лишь мычание, затем плач. Взгляды тут же сконцентрировались на нем. Но только Микото переменилась в лице и намерении подбежать к сыну и успокоить, её тут же попробовали убрать.       Как-то слишком медленно для АНБУ.       Маленькая кухня сковывала движения. Поэтому увернуться от кинжала вышло лишь наполовину. Длинная рана, которая перерастет дальше в рубец и шрам, теперь рассекала плечо и ключицы. Саске расширил глаза. Вот откуда этот шрам! Я видел его в детстве, когда мама переодевалась. Неужели это нападение — правда, и я действительно проживаю жизнь Итачи?       Женщину оттолкнули, и она, стукнувшись плечом, тихо сползла на пол.       Мама! Почему ты не дерёшься? хотелось закричать Саске. Но, разве он мог? Маленькому Итачи тоже пришлось наблюдать за этим ужасом?       Острое лезвие пролетело в сантиметрах от головы Микото — она уклонилась, и наполовину вошло в стену. А вот бросившему дали подзатыльник. Тоже странно.       — Мы не убивать их пришли. Поторапливаемся.       Сложное гендзюцу сковало мужчину по рукам и ногам. Благо, он так сильно вцепился в пеленки, что младенец при всем желании не выпал бы.       Фугаку, неизвестно откуда появившийся, сверкая тремя томоэ шарингана, медленно вышел вперед и забрал из рук АНБУ-шника своего сына. И точным движением сдавил сонную артерию. Мужчина послушно осел на пол.       — Зачем они их послали? — хрипло прошептала Микото, показываясь из-за спины мужа. Саске не переставал осматривать её еще на предмет повреждений.       — Когда-нибудь, совсем скоро, и тебе тоже придется взять в руки оружие, — Фугаку раздраженно цыкнул и развернулся к жене. С… пренебрежением осмотрел порванную одежду и кровь. Надо ли говорить, что маленький ребенок тоже навострил уши. — Забудь уже своё прошлое и предрассудки.       — Но…       — Теперь у нас есть, что защищать, — уже тише сказал он, привлекая жену к себе. Та уткнулась ему в плечо, подавляя слезы. Затем отстранил и поймал её взгляд. — Пойми, я не всегда буду рядом. В любой момент могут напасть недоброжелатели и навредить тебе или нашему сыну, а то и убить. Затем найти компромат на нас, выставить виноватыми и сыграть на этом. Ты хочешь смерти Итачи или позорной жизни ему?       — Зачем ты мне это рассказываешь? — плача, спросила она.       — Не ты ли обещала мне в день нашей свадьбы быть сильной и способной убить любого, кто встанет на нашем пути?       Брюнетка, застыдившись, отвернула голову и вытерла текущие слезы рукавом.       — Слушай, Мик, — Фугаку перешагнул с ноги на ногу. — Пойми одну истину, пожалуйста. Мы — шиноби. Все, чему нас учили в академии, основная база жизни ниндзя.       — Но Яни… и Коуши… — снова зарыдала Микото, скрыв ладонями лицо. Фугаку устало вздохнул.       Яни и Коуши — бывшая команда жены и просто доселе хорошие товарищи, пока не погибли на одной из миссий. Саске о душевной травме матери совсем ничего не знал. Для него, мама казалась самым светлым человеком на планете, который всегда поддержит, покормит, приласкает и даст разгон, если надо. И такие радикальные изменения для Саске сейчас видеть было чертовски в новинку.       Мама… что же с тобой случилось? Почему ты не могла драться?       Саске твёрдо вознамерился узнать причину. Даже если потребуется вести себя не как младенец, а взрослый, разумный человек. Ведь, так ведут себя взрослые? Взвешивают свои решения и принимают правильное, неся за него ответственность.       В свое время, Итачи тоже принял такое «взрослое» решение «узнать, на что он способен». Но ничего, и до этой истины мы тоже докопаемся.       — Ладно, идём, помогу тебе перевязать рану. О, смотри, у Итачи взгляд стеклянный. Он будто задумался. Эй, Итачи? — в голосе Фугаку слышалось удивление, а Саске очнулся и угукнул. Все выдохнули и ушли в гостиную. А еще через пару минут Фугаку перетащил бессознательное тело на стул, снял маску и побил по щекам. Ноль реакции. Тогда, приоткрыв веко, Фугаку вознамерился использовать на нем шаринган.       — Осторожно… — прошептала мама Саске, прижимая к себе оного, так, что от силы сжатия тот скукожился вдоль. Ведь на вражеском шиноби могут быть печати.       В это время отец уже закончил. Отстранился, вытер испарину.       — Это не АНБУ. Обычные отступники, которым поручили задание на нашего сына.       — Но кто?       — А это уже следующий вопрос. Я обязательно додерусь до истины. Микото, обещаю! все будет хорошо. Я найду их, найду!       — Да… только искупай ребёнка, переодень и уложи спать, а то я не могу, — попросила Микото с улыбкой. Глава семейства, хмурясь, пошел выполнять поручение жены. Саске довольно задрыгал ногами.