about destiny and fate

Каким-то чудом это происходит только на третий день их совместного путешествия. Никто из них, если честно, и не замечает вовсе, в какой именно момент взгляды пересекаются и они смотрят друг на друга дольше обычного. Никто из них ничего и не чувствует - в один момент Геральт это просто осознает. И ведьмак, поражённый своим открытием, только и может по-глупому смотреть на барда в упор до тех пор, пока тот этого не замечает. - Что-то случилось? - спрашивает Лютик, щурится и обеспокоенно поглядывает в ответ. Блики костра танцуют на чужом лице. - Ты обычно на меня так долго не смотришь. Решил, наконец-то убить меня, да? Позволь мне... Лютик внезапно прерывается, так и не договорив - из головы разом вылетают все заранее подготовленные слова и остаётся только звенящая пустота. Геральт молчит. Потому что Лютику, на самом деле, и вовсе не нужны никакие слова - бард сам все прекрасно видит и понимает: у ведьмака напротив теперь только один глаз золотом блестит в полумраке. Мир вокруг совершенно не изменяется и остаётся прежним: солнце все также медленно и лениво прячется за линией горизонта, птицы в лесу поют слишком громко для такого знойного вечера, а костер, который Геральту пришлось развести из-за вечно замёрзшего Лютика, горит как и прежде ярко. Мир за эти пять минут никак не меняется, но никто из них не знает, как в этом мире жить дальше.