You say we're just friends

      ЧоЧо пришла в себя и просто была рада, что все обошлось. Но ей было неимоверно стыдно за сорванную свадьбу. Но что поделать, это прошло. Шикадай от любимой не отходил далеко, постоянно пытаясь быть рядом.       — ЧоЧо… — проговорил Нара, рассматривая свою любимую с невероятной нежностью, так как его радовало то, что у нее снова хорошее настроение и прекрасный аппетит. — Может, хочешь что-то еще?       — Хочу… Хочу тебя… — та смотрела на Шикадая капризно, а тот… просто покраснел, смущаясь, будто наивности в нем больше, чем лени у его отца.       — Но тебе нельзя… Карамелька… — но этот упрямый и недовольный взгляд заставил его сглотнуть и обнять, поцеловав в ушко. — Давай…       — Ты меня не любишь? — и тот от этой фразы просто сжался, готовый на любые условия…

***

      А что говорить об отношениях Сарады и Боруто, то со стороны девушки они оставались холодными, но дочку ему она доверяла. И сегодня доверила, поэтому она просто отдала Наруко семье Узумаки и отправилась по своим делам.       Боруто игрался с ребенком и понимал, как сильно он ее любит. Ему хотелось до безумства, чтобы Наруко росла в полной семье, где папой был он, а Сарада матерью и его женой. Но отношение Учихи совсем не менялось.       Девочка, которая что-то говорила своим игрушкам, заметила задумчивость отца и подошла к нему, просясь на руки. Боруто не сразу заметил копошение ребенка рядом, поэтому, когда его пнули, немного нахмурился. Он взял ее на руки и поцеловал в макушку.       — И чего это ты папу бьешь? — проговорил парень, погладив девочку по плечу; Наруко мило заулыбалась, явно радуясь вниманию. — Кстати, а как мама себя чувствует?       — Мама хорошо… — ответила наивно девчушка, немного заулыбавшись. — Мама пошла гулять с дядей Каваки…       У Боруто сердце ушло в пятки, пропустив удар, когда дочка сказала ему такое. Он не ожидал, что Сарада будет гулять с кем-то… О Каваки он знал мало, только то, что тот был дипломатом и имел хорошие амбиции, хотя и молод для такого человека. Но Наруто, увидев в парне что-то от себя, помог даже ему.       Сердце младшего Узумаки отяжелело, и он чувствовал, что гнев, нарастающей с прогрессией, начинал овладевать им. Чтобы как-то не повлиять своим настроением на ребенка, Боруто понес дочку к матери. Хината готовила как раз обед.       — И давно… мама гуляет с ним? — он даже не заметил, что этот вопрос у него вылетел с уст.       Девочка наивно посмотрела на отца и конечно же ответила, хлопая глазенками.       — Да… — она заулыбалась. — Мама говорит, чтобы я называла Каваки папой.       А вот это было последней для Боруто каплей. Он без лишних слов отдал Наруко матери и пошел на выход. Надо было как-то выпустить гнев. Хотя как тут его выпустишь, когда в своих мыслях Боруто уже три раза был с Сарадой и он испытывал к ней ужасное чувство собственности, но его мысли и идеи явно не оправдались.       «Да почему этот Каваки?! То отец про него говорил, то это! Взялся как черт из-под земли! — злился Боруто, просто гуляя по городу. — И вообще! Какого хера он?! Жил же себе в столице и не трогал никого! Ненавижу этого мудака! Отец от него в восторге, на фоне этого Каваки я отброс! И как вообще Сарада с ним познакомилась?!»       Но вот только забыл, что настоящим мудаком оказался именно он. Каваки как раз был тем, кто поддержал Сараду и спас Наруко… Она отбежала от мамы, и просто у человека в парке вырвалась бойцовская крупная собака, у которой явно были намерения убить ребенка, но проходивший мимо Каваки смог поймать девочку и поднять ее над головой, когда собака уже почти прижала испуганного ребенка к земле. Конечно выходило, что Каваки очень много времени был в командировках и говорить о нем было особо бессмысленно, но парень он был хоть и грубый, но неплохой. Всегда брал пример со своего кумира, который помог ему, и просто не посмел бы навредить кому-то из прихоти и своего собственного желания.       — Ты сейчас реально? — внезапно раздался звонкий голос Сарады, который был таким из-за недавнего смеха. — Он так и сказал? Какой ужас… Наверное, и правда сложно быть дипломатом!       Каваки держал Сараду за руку и смотрел на нее с любовью и нежностью. Он, правда, был недавно в очередной командировке и поэтому был уставший, но он приехал из столицы сюда и проводил время с возлюбленной.       — О да… — проговорил он, немного хмыкнув; чтобы не было особых вопросов, Каваки был старше на несколько лет Сарады, уже окончил университет и работал вовсю. — Такое посмешище, сомневающееся в нас!       «Только не говорите, что это и есть Каваки?! — Боруто бы его не узнал, увидев без Сарады. — Черт…»       Тот пошел за ними. Каваки и правда возмужал, стал красив, да и явно то, что он работал на такой серьезной работе, тоже сказалась на нем. И видеть с этим красавцем Сараду было невыносимо. Но он просто надеялся, что это страшный сон…       А ведь он завидовал, видя, какая Сарада с ним расслабленная и счастливая. И нет бы отпустить ее, но Боруто продолжил их преследовать. И они не заметили его, увлеченные друг другом.       — Сарада… — Каваки же, как они зашли на террасу в кафе, смотрел на нее более смущенно, чем он мог предполагать… — Я… — и опять замолк, опустив взгляд. — Как всегда? Я закажу?       Она же как-то выдохнула, ожидав другого, но улыбнулась, проговорив:       — Да… — она села на одно из мест и просто стала ждать Каваки, но вот Боруто же, сидевший в парке напротив, сходил с ума. — Знаешь, для меня это такая радость, что ты тогда оказался рядом… Я чуть бы не потеряла Наруко тогда навсегда…       — Да чего ты? — тот выдохнул, подсев к ней и обняв. — Не надо этого вспоминать, а то ты грустить начинаешь… Все же я не смог бы никогда пройти мимо… Да и все живы, так что хорошо. Сарада, ты веришь, что все будет хорошо?       Девушка подняла на него черные глаза, полные смешанных чувств в виде любви с тревогой. Но она правда не могла врать себе, что все настолько ужасно, и довериться Каваки ей хотелось безумно. Утонуть в его глазах и словах, чувствуя безопасность. Это было так странно для нее… Совсем не было опыта в отношениях, только те, как она стала считать, гнилые подкаты Боруто и его ужасное действие по отношению к ней. Поэтому она и терялась, не зная как и быть. Но Каваки относился с таким трепетным пониманием к ней, хотя характер у парня был невероятно сложным и местами невыносимым.       Горькая, нестерпимая ревность сжигала сейчас Боруто, но здравый смысл проскальзывал в его голове и неприятно твердил, что он сам был виновен в том, что происходит. И он не имеет никакого права вмешиваться в эти отношения.       Но сдвинуться с места он не мог, продолжая на них смотреть. В его глазах будто зарождалось что-то недоброе, неприятное. Голубизна куда-то уходила, становясь неприятно грязного оттенка серого. Его гнев рос, но он не понимал, от чего он больше злится: что Каваки появился на горизонте или что он на его месте.       «И что мне делать? — прикусив губу, думал Боруто, но внезапно неприятный голос, полный ехидных нот, проговорил: — А что делать? Или оставить, или убрать соперника…».       Боруто постучал по виску, хмурясь, так как этот голос его выводил из себя и просто не давал думать. Но вот голос этот был все же редким, но настырным гостем в его голове.       «Отвали… Уйди… — Узумаки чувствовал, что ему, лично ему, был ближе второй вариант, второй конец событий. — Ты сам знаешь, что хочешь… что хотим мы».       И снова раздался смех Сарады, давший Боруто по голове слишком сильно. Он увидел, как Каваки нежно прильнул к кончику губы девушки и смотрел на нее игриво, но при этом все еще с тем чувством, которого у Боруто никогда не будет. И он это чувствовал.       «Она расстроится… — но он пытался себя убедить в том, что его желание не принесет пользы. — И? А тебе хочется видеть, как этот Каваки отобрал все внимание отца, взялся из ниоткуда и просто папа все вкладывает в него… Он даже не звонил и не писал, заменил этим… этим… И сейчас наша Сарада так весело и беззаботно общается с ним, как общалась с Боруто Узумаки, своим самым лучшим другом».       Как же эта мысль вколотила его сердце, и он сделал шаг к кафе, не в силах противостоять этому порыву. А ведь правда, по всем итогам Сарада его, только его. Как же этот Каваки был невыносим ему просто своим существованием! Верх идиотизма и эгоизма, если честно… Все поведение Боруто. Будто бы поумнел и вырос, а будто все еще тот самый мелкий идиот.       Каваки, заметив приближающегося к ним парня, вальяжно одарил его непроницаемым и холодным взглядом, создавая чувство, что это не человек идет сюда, а самый настоящий отброс. Боруто в душе это возмутило еще сильнее, он поджал губы. Сарада его не видела, сидя к нему спиной.       «Черт… Ненавижу таких… — подумал Узумаки, немного нервно выдохнув, а вот тот неприятный голос проговорил. — Будто лучшая версия тебя?».       Боруто аж подавился возмущением. С каждым шагом он все был ближе, еще немного и Сарада будет в испуге на него злиться, он схватит Каваки за грудки… Он уже видел, как разобьет Каваки нос… Это кровожадная сторона застилала красной пеленой глаза, желая одного — отстоять свое.       Но голос Сарады его остановил, как и смысл слов.       — Знаешь, Боруто, похоже, и правда изменился… — сердце у блондина пропустило удар. — И Наруко, кажется, рада… Все же родной папа… И, похоже, я тоже рада, — на ее устах была теплая улыбка, которую Боруто не видел, но чувствовал.       Каваки улыбнулся, просто в шутку сказав, чтобы она его не заставляла ревновать, а то ему сердце так разобьет.       «И что я хотел сделать? Все опять испортить?.. — хотя в груди была невыносимая боль; он ушел, а Каваки ему вслед как-то одобрительно улыбнулся, зная кто это и что это было. — Отпустить?.. Но как?..»       Итогом в эту ночь Боруто напился как не свой и просто пытался так утолить пустоту и скрыть боль в груди.