Запах крови

Каково было удивление Такеши, когда он увидел своего хозяина спящим под боком новоявленного дампира. Всё это казалось странным. Почему Цунаеши-сан так легко подпустил к себе ничем не приметного бету? Так еще и ,судя по всему, отмыл, ублажил и уложил спать возле себя. Вампир стоял в дверях. Несмотря на то, что сейчас уже день, ему не спалось. Цуна обычно тоже ложился позже, но на данный момент сопел как младенец, доверчиво прижимаясь к дампиру, закинув ногу тому на живот. По всем признакам это противоречило законам и не только им. Нельзя было иметь интимных связей с кем попало, а Кёя был именно "кем попало". Если статуса нет, значит он никто, тем более, его присвоил себе вампир-омега. Что-то родное чувствовал в нем Цуна, поэтому и забрал под свое крыло, хоть и раненное. Дворецкий вышел из покоев младшего принца так же тихо, как и зашел часом ранее. Всё было относительно хорошо. Ему, как и другим слугам, полагалось идти отдыхать, ведь завтра предстоит сложный день. Надо же было хозяевам пригласить этих чокнутых альф в свою обитель. Похоже, это больше всего и не нравилось Ямамото, был и у него миловидный омега, в котором он души не чаял. Но рядом с альфой тот мог потеряться и сглупить, как Джотто на балу. Старший сын был и вправду глуп. Глуп до невозможности. Взял и дал своей крови Занзасу. Занзас явно не имеет видов на принца клана Вонголы: подумаешь, кровь ему дал, а тот взял, тем самым опозорив Примо. У вампиров есть границы дозволенного, но не все их соблюдают. Эти границы нарушил Занзас, сделав из непорочного омеги Примо порочного, всем дающего. Он не поставил ему метку. Не присвоил этого омегу себе. Он лишь насладился пряной кровью и всё. Джотто сидел в своих покоях, не смея выходить и показываться на глаза гостям, друзьям, жителям всего замка, а самое главное, отцу и братику. Что они скажут? Как он посмотрит им в глаза? Примо беспомощно сжимал кулаки. Сидя на карнизе, он думал обо всем. В конечном итоге все мысли приводили к Демону с вишневыми глазами. Слезы текли по бледным щекам - надо же было так... Любовь с первого взгляда всегда была и будет заканчиваться крахом. Один любит, а другой? Позволит ли любить себя Занзас? Примо, кусая губы, раскачивался из стороны в сторону. Тишину нарушил стук в дверь и его друг зашёл в помещение: - Ты еще не спишь? Почти день, странно, что солнца нет. Видимо не судьба тебе умереть, - хмыкнул Арчерри, подходя ближе. Он был охотником, слыл самым недоступным альфой, который даже шлюх не снимал. Они дружили с самого детства - хотя нет, когда Джотто был еще ребенком, Джио был уже мужчиной, который обожал детей. По рассказам охотника, Примо был милым мальчиком, а сейчас вот вырос в непонятно кого. - Что ты здесь делаешь? - хрипло произнес Джотто, запахивая плащ: солнце вот-вот выглянет из-за хмурых туч, а сгореть он хотел раньше, не сейчас. - Спасаю одного мелкого полудурка, - фыркая, альфа стянул Примо с окна и задернул шторы. - Ты ведь знаешь, что это опасно, так зачем дразнишь смерть? - Шел бы ты отсюда. И так настроение ни к чёрту, а тут ты ещё припёрся. Недовольным со стороны казался Джотто всегда, когда поблизости был Джи. И чего он преследует его вечно и спасает? Примо плюхнулся на диван и стёр дорожки слез с щек. Стараясь не смотреть в глаза альфе, он скинул с себя плащ. - Настроения нет? - ехидно, - А почему же его у тебя нет? Ах да, ты ведь дал крови этому Скайрини, - вспомнив своего давнего соперника, Джи осклабился, подходя к замершему омеге. Джи был на балу, но предпочел остаться в стороне и просто наблюдать за происходящим. Он думал, чnо придушит этого треклятого Занзаса, который смел посягнуть на его собственность. Ревность душила, заставляя рычать от безысходности, от инициативы омеги. Тот лип к альфе, с которым познакомился лишь несколько часов назад, строил глазки, прижимался, даже на танец пригласил сам! Джотто еле сдержался, чтобы вновь не зарыдать в голос - было очень обидно, что его давний друг так отзывается. Да, он виноват. Но не стоило так говорить прямо в лоб, а хотя, как иначе? Сам виноват. Примо корил себя, чувствовал неприятную тяжесть на сердце. Спазм, словно змея, сжимал горло. Жаль, что время нельзя было повернуть вспять. Прошло немного времени, но Джи был рядом, никуда не ушел, не оставил Примо одного. Он сидел рядом, обнимая и успокаивая тихо плачущего омегу. - Ты еще такой ребенок, Джотто, - зарываясь носом в растрепанные волосы, которые так вкусно пахли, прошептал Джи, покрепче обнимая принца, который удобно устроился на коленях альфы.

-ххх-

"Там будет скучно, но возможно? будет интересно" - именно так сказал Занзас еще до прибытия в Вонголу. Они не хотели ехать с самого начала. Но разговор с Тимотео вразумил их, похоже, старик и сам хотел поразвлечься. Да кто ж ему даст? Емицу его больше чем на пару метров от себя не отпускал. Скайрини потягивал виски, сидя на широкой постели и рассматривал причудливо расписанный потолок. Ночь выдалась насыщенной и запоминающейся. Этот день в его памяти точно сохранится. Увидел дампиров, а для него они - диковина. Поимел в каком-то смысле одного из сыночков Вонголы. Хотя один факт его расстроил. Младшенький. Сладкий омега оказался слепым, скорее всего, по этой причине он и не заметил альфу. Хотя... Когда омега, ведомый чем-то, уверенно подошел к дампиру, к грязному существу, как считал Занзас. Как он заметил этого провонявшего бету? А когда еще начал гладить того по щекам и спрашивать отца, сможет ли забрать его, у Скайрини в руке стакан лопнул, а челюсть свело от злобы. Что омега нашел в этом мусоре? Дампир весь грязный, в крови, как собака, слушающийся своего хозяина до последнего. Это было унизительно для клана Бовино - прикрываться каким-то дампиром в качестве защиты. - Цу-на-еши Са-ва-да... - откинувшись на подушки, Занзас закинул руки за голову. - Ты будешь моим.

-ххх-

День медленно, но верно уступал свои права ночи. Ночь - время вампиров. Цуна проснулся в липком поту от кошмара. Сон был не страшным, нет, но довольно таки необычным?... Слева от него лежал теплый беточка, который согревал его своим теплом всю ночь. Тот еще до сих пор спал. Вампир наклонился к нему и втянул воздух у кромки ушка. Похоже, что Хибари спал к нему спиной. Решив не шуметь и встать раньше обычного, чтобы привести себя в порядок, Цуна встал, опираясь на тумбочку. Голова немного кружилась - он слышал, как кто-то скребется в его дверь. - Ури, скорее всего, - вслух сказал вампир, перешагивая через подушку и направляясь в ванную. Ури всегда скреблась к нему с утра, это означало, что через час придет Гокудера с завтраком на подносе. Из купальни вышел Цунаеши, более-менее бодрый, прошел к кровати и сел поближе к спящему дампиру. - Вставай, Кёя-я-я, - протянул Савада, дергая за легкую простынь. Хибари с неохотой приоткрыл один глаз: взор был ещё мутным после сна, но он знал точно, что перед ним его хозяин. Он сел на постели. Усталость ломила тело. - Встаю, - тихий, но отчетливый голос Хибари ласкал слух. - Иди в купальню, потом вернешься сюда, тебя оденет Такеши, а затем пойдем к дяде Шамалу, - улыбаясь, протянул вампир - Шамалу, а кто это? - вырвалось из уст Кёи. Он сел по-турецки, прикрыв нижнюю часть свое тела покрывалом. Хоть мальчик и был слеп, Хибари еще не очень привык к такому отношению к своей персоне. Где он жил раньше, не позволялось такое поведение, а если вспомнить, где он спал... Лучше и не вспоминать. Савада задумался, а стоит ли говорить, кто он? А чего скрывать? - Это наш местный лекарь, вампир с прибабахом, но в своем деле он хорош, - он вытянулся, как морской скат. Кёя, ничего не ответив, встал, разминая ноги и руки, а затем направился в купальню. Открыв дверь в купальню, он никак не ожидал увидеть льва, который вот-вот был готов прыгнуть на него и цапнуть за самое святое. Со скоростью звука Цуна пролетел между ними, хватая льва за пасть. Его глаза были подвернуты красным-туманом. Всё же у вампиров реакция была просто отменной, а у Цуне так еще лучше - он спутал Ури со своим домашним питомцем. - Ты прости, - крепче сжимая морду фырчащего льва, извиняющеся улыбается вампир. - Проходи. Он уволакивал за собой огромного льва, чтобы дать пройти дампиру, который был готов принять на себя удар в любой момент, но заметив что зверь приструнился с хозяином, сначала оторопел, но потом вздохнул и прошел к ванной. Теперь, когда одно дело было закончено, Цуна откопал в ворохе разной одежды на кресле рубашку, ощупав, понял лишь то, что она длинная и вполне себе повседневная. Натс вольготно развалился на хозяйском диване, широким языком облизывая свою лапу. Лев лениво смотрел своими карими глазами на слепого мальчика, который пытался надеть одежду правильно, частенько путая рукава с горлом. - Кхм, господин, простите, что без стука, доброй ночи. Вас зовет отец к завтраку и у него к вам разговор, - Такеши появился внезапно, заставив Цуну вздрогнуть от неожиданности. - Хорошо, только Кёя сейчас выйдет. Одень его, не ходить же ему голым, - на этих словах Цуна зарумянился, кусая губу. - Потом все вместе пойдем. - Слушаюсь, Цунаеши-сан, а я как раз принес одежду вашему... - Такеши хотел сказать "рабу", но кашлянув, исправился. - Хибари Кёе. Как раз в этот момент из купальни вышел объект разговора, вытирая мокрые волосы и тело от капель воды. Он холодно смотрел на бету, сузив серебряные глаза. Будто бы с презрением, дворецкий доброжелательно улыбнулся ему, внутренне покромсав катаной. Цуна, сидящий в комнате, совсем растерялся, в комнате витало напряжение, которое расторг вампир. - Ямамото, помоги Кёе одеться, - отдав приказ, сам мальчик забрался с ногами на диван, пристроившись перед мордой Натса. С неохотой, дворецкий все же помог бете одеть рубашку, кожаные штаны и сапоги, напоследок вручив плащ до колен. - Господин, всё готово, можем идти, - нервно произнес дворецкий. Цуне показалось, что он нервничал - обычно он шутил и смеялся по утрам, а тут сразу к делу и тащит их в столовую. - Можем, - поднимаясь и толкая Натса с дивана, вампир, погладив того, прошептал что-то на ушко льву и взял в руку трость. - Кёя, иди сюда. Стоявший до этого парень осматривал комнату: было очень много подушек, похоже для того, чтобы падать было мягче, решил бета. Услышав свое имя, он повиновался и подошёл к мальчишке, который протягивал руку вперёд. - Возьми меня за руку, вдруг я упаду, - соврал Цуна, улыбаясь. Такеши думал, что рассмеется в голос, насколько он знал, его господин, если и падал, то только с лестницы и то, излечивался довольно быстро. Хибари послушно взял маленькую ладошку в свою руку. Он очень часто задавался вопросом: почему кожа у Цунаеши теплая, а у него холодная, разве не должно было быть наоборот?... Такеши открыл перед ними двери. Они медленно шли по замку. Запах Кёи притуплял все остальные запахи вокруг Цуны, поэтому он немного путался с личностями встречаемых ими по пути в столовую вампиров. Всё казалось блеклым на фоне вкусно пахнущего беты. Но тем не менее Цуна улыбался, был доволен вчерашним утром, проведенным с новеньким дампиром. - Кёя, а что ты раньше ел, кровь? - не оборачиваясь, спросил Цуна, идя за руку с бетой за дворецким в столовую. - Эм, обычную еду. Я не питаюсь кровью, - он совсем не ожидал такого вопроса. Там, где Хибари жил, раньше не спрашивали. Давали, что есть и приходилось съедать, чтобы не падать в обмороки. - Травоядное, - Цуна тихо засмеялся, но дампир не обратил никакого внимания на брошенное им слово. - Цунаеши-сан, мы пришли, вас объявить? - Не стоит, мы так зайдем. Массивные двери из дуба отворились, впуская во внутрь дампира и его хозяина, в зале уже все собрались. В центре столовой был длинный стол, во главе которого сидел Емицу, по правую сторону сидели Занзас, Тимотео и весь остальной отряд Варии. Лишь одно место было свободно, по левую руку от Емицу. - Хибари, - мальчик сжал ладонь и сглотнув, спросил: - Сколько мест свободных и куда мне сесть? Сначала было шумно, но как только младший принц за руку пришел с дампиром в обеденный зал, все резко замолчали и неотрывно смотрели на них. Кёе было неприятно такое внимание к своей скромной персоне, он этого ненавидел. Что касаемо Цуны, он чувствовал кожей взгляды - неодобрительные, больше всего его волновал взгляд Занзаса, от него по телу мурашки бегали, а пальцы на ногах поджимались. Будь у Савады хвост, он бы его скорее всего поджал. - Да, есть одно, пойдемте... «Хм... одно?» - Цуна расплылся в улыбке. Сейчас он поездит своим поступком на нервах у всех. Когда они подошли, глаза Кёи встретились с глубокими вишневыми, пробежала искра. Омеги-друзья поприветствовали принца и отец с варийцами. Цуна загадочно улыбался им. Он всех чувствовал, даже Джотто был тут. Кёя все еще держал его за руку, другой он отодвинул стул. - Хибари-сан, садитесь пожалуйста, - шутливо поклонился мальчик. Хотел бы он видеть лицо отца... у кого-то даже вилка упала, а кое-кто закашлялся. Бета вздрогнул, его испепеляли взглядами, но Цунаеши было хоть бы хны, пришлось сесть. - Сына-а-а, - протянул Емицу, стуча ложкой по тарелке. - Ау? - усаживаясь поудобней на коленки Кёи. - Ты что-то хотел? Хибари рефлекторно обвил руки вокруг худой талии омеги, невольно прижимая к себе. Вариец, сидящий прямо напротив Цунаеши, грыз стакан от злости, пытаясь убить взглядом дампира. Тот не обращал на альфу абсолютно никакого внимания, хотя иногда кидал ответные взгляды. - Кхм, ладно, поговорим об этом после завтрака в моем кабинете. Цуна кивнул и пятерней убрал челку назад. Значит, сейчас завтрак, а затем серьезный разговор с отцом и, судя по всему, не только. В зал начали проходить слуги с подносами - они расставляли блюда. Тихо, почти бесшумно скользя, Они раскладывали еду по тарелкам. Клан Вонгола могли бы выпить крови, но завтрак проходил всегда именно так, только за завтраком собирались все без исключения, а потом уже каждый расходился по своим делам. Завтрак проходил в молчании, омеги иногда перешептывались, так как не имели возможности так же неотрывно смотреть на своего принца, как альфы Варии. Тимотео тоже смотрел, но больше он кидал взгляды на Емицу. Звук столовых приборов, глотки из бокалов, тщательное пережевывание пищи... Цуна слышал, как вздыхал его папа и чувствовал взгляды альф, а их было семеро. Младший сын,аккуратно сел вполоборота лицом к отцу, спиной к омегам, сложив руки на коленках, головой прижался к дампирской груди. - Покорми меня?... - Цуна закрыл безжизненные глаза, вдыхая запах беты. Хотелось привязать к себе Кёю на веки вечные, чтобы тот был только его и не смел подходить к кому-либо слишком близко. Кёя оглядывался. Раньше ему не приходилось питаться с помощью столовых приборов, были лишь палочки и... руки. Посмотрев, как вилкой незнакомый ему альфа тыкает в салат, взял вилку в руку, подозрительно осмотрел ее, обнюхал, Емицу не донес ложку с жиле до рта, с открытым ртом уставился на Кёю обнюхивающего вилку. Его сын сидел сложив ладошки на коленях и счастливо улыбался, ждал, когда Хибари освоится с едой и приборами. Подстегнув с тарелки салата, он взял за подбородок Цунаеши, тот послушно открыл рот и сам потянулся за едой. Надо было видеть глаза Высшего вампира... Тимотео показалось, что они вот вот выкатятся и укатятся под стол. - Давай теперь ты, - прожевывая, попросил Цуна, выхватил вилку из рук беты. - Открывай ротик, а-а-а, - фыркнув, Кёя открыл рот и сразу же поглотил салат из каких-то сочных кусочков мяса с сыром. Послышался деликатный кашель, который тщательно маскировал смех Джотто, рядом с ним сидел Джи и точно так же откашливался. - Же-е-есть, - протянул маленький омега Фран, самый наглый из всех. Он смотрел на принца из полу-открытых век. Теперь закашлялись все омеги, некоторые непорочные даже раскраснелись, что-то интимное было между простым дампиром и их принцем. Фран часто язвил, игрался с принцем, учил его, хоть и сам был еще ребенком. Был немного пугливым, не показывал никаких эмоций, он жил при дворе, его оставила в этом замке мать, старая подруга Емицу. В замке хоть и жили вампиры, вроде бы хлоднокровные и устрашающие, но омежья сущность была сильнее, из-за чего вампиры здесь были более одомашненными. Маленький Айроне не показывал своих эмоций, чаще всего он проводил все свободное время в главной библиотеке в башне замка. Он уже знал о своей участи: с одной стороны было все равно, но с другой хотелось бороться за свободу и свободу выбора. По его подсчетам, через пару месяцев либо он поедет к своему альфе, либо он сам приедет и заберет своё, то есть его. Было страшно, очень, он даже не знает ничего об этом вампире, хотя нет, тот был Принцем-альфой из соседней страны. - Спасибо, - первым из-за стола вышел Емицу. - Идемте. Кивнув, Тимотео встал и потянув за собой злого сына, потащил за омегой, за ними встали Джотто и Цуна. - Хибари-сан, посиди пожалуйста здесь и покушай как следует, - поблагодарив всех за завтрак, Цуна осторожно поднялся и взял за руку своего брата, оба скрылись за красной дверью, завешенной настенной картиной. Кёя ощущал себя не в своей тарелке, но вспомнив, что сказал ему омега, приступил к еде, не обращая внимания на заинтересованные взгляды.

-ххх-

В кабинете их отца свет шел только от огня из камина, дрова потрескивали, Емицу подкинул еще дров. Тимотео и Цуна устроились на диване, Занзас стоял у окна, смотря на полную луну, Джотто, облокотившись на спинку дивана, склонил голову на бок. Емицу сел в кресло и заговорил: - В связи с тем, что Джотто уже больше 180 лет, ему нужен альфа, - Примо непонимающе смотрел на отца, а Цуна не слушал: все его мысли и чувства сейчас крутились у беты, которого он оставил в столовой одного, по сути дела, с чужаками. - Да-да, Джотто, сколько можно находиться здесь, я хочу внуков, хочу, чтобы ты был счастлив! - Откуда ты можешь знать, с кем я буду счастлив? - перебив отца. - Я хочу выбирать сам! - Ты уже два столетия выбираешь и никак выбрать не можешь, а вчерашний поступок так вообще ужасен. Примо прикусил внутреннюю сторону щеки. Черт, вот надо же было дать своей крови Занзасу, тот и глазом не повел, как стоял, пялясь в окно, так и стоит. Его вина полностью на его же плечах, кашу заварил, а отец расхлебывает. - Помолчи, - массируя виски, - Мы с Тимотео решили, что нам давно пора породниться, так что если за Занзаса не выйдешь ты, это будет мой милый Цунаеши. - Что? - в один голос сказали Цуна и Джотто. Два брата замерли. Цуне показалось, его оглушили, что он должен сделать... в случае?... Нет, это неправильно. Может, он ослышался? - Па, ты ведь шутишь?... - Нет, - незамедлительный ответ. Конечно, он бы хотел своего альфу, но не Занзаса, нет. Он уже вкусил запретной крови его брата, вот пусть на нем и женится, а его оставят в покое, у него есть замечательный беточка, вкусно пахнущий, который сводит его с ума одним лишь присутствием. - Я про... - Джотто хотел отказаться, но посмотрев на чуть ли не плачущего брата, исправился: - Я... могу подумать, да? Занзас в шоке. В шоке. Просто в шоке. Вот, значит, о чем вчера трындели эти старикашки?! Шоковое состояние переходило в неминуемую ярость. Без его ведома его же практически женили. Хотя... Скайрини вдруг задумался. Если Джотто откажется, то он сможет развлечься с младшеньким... - Да, хм, думаю, месяца тебе точно хватит. - А как же мы? - подал голос до этого не произнесший ни слова Тимотео. Ему было интересно, как отреагирует его сын. Похоже, скандала ему не миновать. - А вы оставайтесь на два месяца, поживете у нас, а то совсем скучно, - подмигнул Емицу. - Раз все уже решено, можете быть свободны, и, да, кстати, Цуна? Ты уже водил дампира к Шамалу? - Э? А! Нет еще, вот сейчас заберу его и пойдем, - Цуна крепче вцепился в руку брата, который вел его из комнаты. - Ладно, - махнул рукой омега. - Тимотео и Занзас, останьтесь оба, пожалуйста, у меня к вам разговор. Альфы остались с Васшим наедине, омеги уже вышли.

-ххх-

- Фуф, во папа отжег! Ты же выйдешь за Занзаса? - И не собираюсь, - хмыкнул Джотто. Вчера ему Джи прочистил мозги до такой степени, что теперь старший сын питал лишь отвращение к Скайрини. - Как это?! - вскрикнул Цуна, резко остановившись и больно сдавив руку брата. - Ты что, жизнь мне хочешь разрушить?! - Нет, прости, но я не хочу жить с вампиром, которого не люблю. - А я, получается, хочу жить с этим альфой, которого "люблю"?! - Цуна думал, что придушит Джотто, как он так может в конце-то концов?! - Ты ему сам вчера крови дал, а значит, тебе придется жить с ним! Он отпихнул от себя брата. Личико от злости раскранелось, он не знал, что делать в таком экстренном случае, но он решил позже еще раз переговорить с отцом. Ведомый запахом беты, едва уловимым, он шел вперед, оставив стоять брата позади. - Кёя! Иди сюда, нам пора! - Крикнул Цуна, потому что не мог найти бету. Кёя, услышав, как его позвали, встал со своего места и направился к принцу. - Я здесь, - бархатный голос будоражил и привлекал. Цуна обернулся, кинулся обнимать бету, носом вжимаясь в живот. - Я не отдам тебя, они не отнимут меня у тебя, Кёя, - шептал Цуна чуть ли не плача, сейчас он осознавал, насколько велик риск на то, что его выдадут за Занзаса. И конечно же ему придется жить не здесь, как прежде, а в незнакомом ему месте, там не будет его друзей, любимого папы и его дампира. - Идем, скорее всего, Шамал уже у себя. Узнаем твою половую принадлежность, для беты ты слишком привлекательно пахнешь, - втянув в себя запах, Хибари уткнулся носом, Кёя спокойно стоял, слушая вампира, неловко приобнял за хрупкие плечи мальчика. Занзас чуть ли не заржал в голос от слов Цуны. Он стоял в метрах трех от них, вампирский слух позволил расслышать все, что шептал вампирчик. В голове гудело, будто бы церковные колокола забили, невыносимо! Джотто стоял почти возле него, но Занзасу он был совсем не интересен. Примо оказался давалкой, то он с ним, то с Джио, кто следующий? Кёя?...

-ххх-

Угробив парочку стаканов, Занзас, злой как черт, вышел из столовой, таща за шкирку брыкающегося Джотто. Скайрини громко выругался, когда омега укусил брюнета за запястье, он тащил его, несмотря ни на что под удивленные взгляды други, в свои покои. - Блядь, не рыпайся, - зарычал на омегу Занзас, сильнее стискивая ворот рубашки так, чтобы перекрыть кислород Джотто. Примо забился, схватившись за горло и хрипя что-то невнятное, по-видимому прося отпустить, его никто не слушал, омеги, проходившие мимо кланялись им и трусливо сжавшись под колючим взглядом альфы, уносили ноги. Что-что, а наводить страх Скарйрини умел мастерски и, пил так же, не морщась, матерясь не хуже сапожника. С ноги отворив дверь в свою спальню, он швырнул омегу в полуобморочном состоянии на пол, громко захлопнул массивную дверь, сразу же прошел к деревянному столику на коротеньких ножках, к бутылке виски. Выкинув крышку, он хлебнул прямо из горла, не морщась и лишь больше распаляясь. Злость еще хуже нахлынула на него с новой силой. Джотто сидел на полу, глаза его слезились, но он из-за природной гордости не позволял себе плакать. Не показывать слабость, ни в коем случае, особенно перед Занзасом. Как он смеет обращаться с ним подобным образом?! Еще больше возмутило то, что за него никто не вступился. Омега чувствовал себя брошенным и никому не нужным, отчасти беззащитным. Гордо вскинув подбородок, он спросил у альфы, который пытался расслабиться, сидя в кресле и пригубляя новую порцию виски. - Что тебе надо? - шипя, как гремучая змея, крикнул он. - Ты уже мне надоел... - Уже? Ну ты и блядь, Джотто, что, уже забыл о вчерашнем инциденте или тебе напомнить? - хищно оскалившись, спрашивает Занзас вставая с кресла. Незаметно для Примо он поправил вставший член. - Иди к черту, - выплюнул Примо, вставая с пола и дергая подол своего плаща. Он перебрался в кресло, напротив которого сидел сам Занзас. - Что, выпил моей крови, теперь всё можно, сука? Принц Варии оскалился, подходя к обнаглевшему мусору. Тот лежал на диване, закинув ногу на спинку и расположил голову на подлокотнике, сложив руки на груди. Взглядом Джотто пытался проделать дыру в варийце. И зачем только он притащил его сюда? Уже и сам забыл, так как телу хотелось плотских утех, желательно вытрахать какого-нибудь омегу в их замке, кого угодно, но не Примо. Этот омега стался противным Занзасу, альфа поморщился от отвращения, неотрывно смотря на омегу, да, запах отменный, но в душе он.. гнилой. Такой не нужен Скайрини. Такой не нужен королевству Варии. - Сука как раз-таки здесь ты, Джотто, даже прикасаться к тебе противно, - сделав последний глоток из бутылки, Занзас кинул бутылку в стену, та разбилась осыпавшись осколками на пол. - Вот и не надо лезть ко мне! Противен да?! Свали с глаз моих, кабель, зачем притащил сюда?! Что, тварь, хочешь меня? а - тон Примо перешел в издевательский и он ухмыльнулся заметив топорщившиеся штаны в районе паха у альфы. - Ахах, да у меня на кресло встало! А на такого, как Ты даже у импотента не встанет, а наоборот упадет еще пуще прежнего, - Занзас откровенно ржал, Примо обиженно насупился, по идее альфа должен был быть благодарен ему за кровь, а тут.. Еще и насмехается в особо грубой форме, вот скотина, - подумалось Джотто. - У тебя встает на мебель? - Да. Примо согнулся по полам от смеха, держась за живот хихикал своим ярким воображением, то, как Занзас приходит в свою комнату, видит такое, ммм, Эротиишное кресло и... у альфы встало! О, Демоны! Омега хихикал, чуть ли не хрюкая, над альфой, у которого до сих пор, каменно стояло, из золотистых глаз брызнули слезы. - Фу-у-ух, Примо ты же вампир, принц, дыши глубже, успокойся, - блондин успокаивал себя, пытаясь отдышаться, но глянув на Занзасу еще громче заржал. - Вот же блядь, заткнуться ты можешь! - кинув стаканом в лоб Примо, рявкнул обозленный Занзас. - Молчу-молчу, - потирая красный лоб, улыбался Джотто, настроение так изменчиво. - Говори, зачем притащил сюда. Скайрини не стал ходить вокруг да около. - У меня к тебе деловое предложение... - Я весь во внимании, - успокоившись Примо сцепил руки в замок, приготовившись слушать варийского принца.

-ххх-

Кёя не знал куда его ведут. Не знал, каким, возможно, пыткам его подвергнут, ничего не знал, а точнее не имел ни малейшего понятия. Длинные коридоры, по углам расставлены тумбы и горшки с цветами на них, картины с древними вампирами висели на стенах, дампир заинтересованно разглядывал портреты вампиров Вонголы. Скорее всего, древних предков, когда-то живших здесь, погибли те, скорее всего в бою и никак иначе, так было положено раньше и сейчас точно так же. Они шли по южному коридору, иногда по пути проходили слуги, кланяясь и приветствуя Цуну, Такеши шел тенью позади. Через пару коридоров остановились у железной двери, единственная железная дверь в замке, с табличкой «Лекарь». - А Шамал хоть там или он опять, того?.. - спросил Цуна прижимаясь к руке своего беты, мало ли что там может сказать Шамал, и вампир очень боялся за Кёю. - Что, "того"? - переспросил Такеши улыбаясь и стуча в дверь, их лекарь был до чертиков странным вампиром, запирался внутри от них. - Того, ну, это, по бабам, - развел свободной рукой вампир, принюхиваясь к запаху медикаментов и замороженной крови из открытой двери. - Мой, принц, вы ошибаетесь, сегодня никаких баб, и только лишь проверка милых дампирчиков. Проходите, пожалуйста, - поклонившись Шамал пропустил принца и бет в свой кабинет. Запах, трав всегда витал в этой комнате, полевых цветов, и еще много разных запахов от которого Цунаеши зачихался, рукой сильнее вцепившись в дампира. - Вы, как всегда Цунаеши-сама, - вытирая нос принцу, причитает Такеши. Шамал увел бету к железному столику, натягивая на руки перчатки. Кёя даже не представлял, что будет делать лекарь, ну, нет, представлял конечно, но опасался этого. - Что они делают? - поинтересовался вампир сидя на стуле, по правую руку от него стоял Ямамото, которому довелось лицезреть голого Хибари и бегающего вокруг него Шамала. - Ну, как бы вам объяснить, - Такеши раскрыв рот смотрел как Шамал толкнул дампира на кушетку. - Садись пожалуйста, а теперь раздвинь свои ножки, не зажимайся, - Шамал хлопнул бету по бедру, который упрямо сводил ноги в коленях, не желая раскрываться. - Я не сделаю ничего плохого. - Эй, что вы там творите?! - гаркнул вставший Цуна, опрокидывая стул. - Старый извращенец, не смей трогать его та-а-ам. Савада покраснел аки вареный рак, в носу защипало, в этом кабинете запах Кёи был на чисто перебит, для омеги с чувствительным носом это было насилием. - Тшш, Цунаеши-сама, давайте выйдем, - предложил дворецкий, уводя за руку шумящего омегу. - О, как хорошо, а теперь Кёя-кун, раздвигай ноги по-хорошему, пока я добрый... Это было последнее, что слышал взволнованный Цунаеши, стоящий рядом дворецкий видел волнение хозяина. В отличие от принца, Кёя сидел с непроницаемым лицом, но, увы, ноги перед хрен знает кем раздвигать не хотел. Шамал вовремя схватил за пятку буйного бету, который хотел было заехать лекарю в глаз, укладывая на стол и ремешками прицепляя к стальным кольцам торчащим по углам четырехугольного стола. Руки теперь были связаны, так же как и ноги согнутые в коленях, как на родах. Цуна стоял за дверью, кусая губы и переживая за своего бету, больше всего он надеялся на лучшее. Вдруг Кёя, болен какой-нибудь страшной болезнью и сможет заразить всех в замке? Вампир тряхнул головой, что угодно, но точно не такое, с Хибари все хорошо, мысленно уверял себя омега. Спустя какое-то время, дверь отворилась и из нее вылезла перепуганная мося лекаря. Цуна чувствовал напряжение и страх Шамала, а сам думал: «У Хибари-сана большой, я тоже сначала испугался..» - Цунаеши-сан, я проверил его, - вздохнул лекарь, обмахиваясь белоснежным платочком. - И? - заинтересованно уставился Цуна на источник звука. - Он альфа.. - тихо произнес Шамал, доставая порт-сигар, который тут же отобрал дворецкий. - Нельзя, курить в помещении, тем более в коридоре, - пригрозил Такеши, смакуя в голове новость о дампире. Цуна молчал, от бессилия сжимая кулаки, как так могло было произойти?! Лучше бы Кёя был раз сто болен, чем быть альфой! Хибари Кёя - альфа, плюс ко всему ещё и дампир. Его сошлют из замка Вонголы. В этом Цунаеши не сомневался, он хрипя осел на пол, держась за сердце. - Цунаеши-сан?! - к нему подбежали Шамал и Такеши, мальчик потерял сознание на руках у лекаря. Что теперь, будет с его Кёей?.. - подумал принц, погрузившись во тьму.

-ххх-

Очнулся Цунаеши еще не скоро, в его комнате собрались почти все. Емицу сновал туда-сюда по комнате, иногда нарезая круги вокруг дивана, Тимотео, нахмурив лоб, раздумывал над новым объектом в замке Вонголы. Примо и Джи сидели на диване, между собой посадив мрачного Кёю, от которого за версту несло дурной аурой. Занзас довольно улыбался, сидя на кровати в ногах спящего Цуны. - Что делать.. что делать.. что же делать.. - повторял Емицу, словно мантру. - Успокойся и сядь, пожалуйста, - нервно процедил Тимотео. - Я придумал кое-что, нужно чтобы Цунаеши согласился. - Говори уже, - махнул рукой омега, плюхнувшись в кресло у открытого окна. - Итак, я хочу забрать Кёю к себе.. - Ишь какой хитрый, забрать дампира, так еще и альфу к себе, - фыркнул Высший. - Дослушай, а потом уже будешь комментировать! - омега послушно замолчал, Занзас удивленно смотрел на отца, как и Примо с Джи. - Я забираю Кёю к себе, чтобы научить его у наших альф ловкостям и тактике боя, в походы у нас походит лет э-дак... сто, а затем я верну тебе его. - Темнишь ты, Тимотео, ой, чувствую. Зачем тебе это? Тимотео не ответил, пропустил вопрос мимо ушей, своих планов он не намерен раскрывать всем подряд. -.. Я верну тебе его, будет у вас в качестве охранника или кого-нибудь еще, только не надо делать из него шевалье, - цокнул альфа, на мгновение его взгляд перекрестился с Занзасом, отец-альфа подмигнул своему сыну, сигнализируя о том, что расскажет о своем плане чуть позже. Кёя сидел, опустив голову, он не слушал и не слышал разговора. Емицу что-то сделал с ним, теперь лжебета чувствовал себя мерзко. Казалось, что он сидел в темной комнате, где не было никого, хотя на самом деле он сидел в комнате Цунаеши. Всё это было искусной иллюзией. Нечего простому рабу слушать, о чем говорят вампиры. Решалась судьба Кёи. И не только Кёи. Емицу, что-то пораскинув у себя в голове, хмыкнул, а это было бы и в правду выгодно. Там, у Варии, дампира обучат бою и всяким примочкам, сюда приедет уже дампир и сильнейший альфа. Из него вышло бы неплохое оружие. - Я согласен, когда его заберете? - Да хоть завтра. - Пап, Цунаеши очень расстроится, когда не почувствует своего бету рядом.. - вставил свое до этого молчавший Джотто. - Об этом мы уже позаботились, - ответил ему Занзас, нагло развалившийся на кровати у омеги. Странно, что его не выгнали из покоев, как особо наглого и позволяющего себе все, что заблагорассудится. Джотто только открыл рот, чтобы спросить, но его прикрыл ему Джи рукой. Омега возмущенно посмотрел на альфу, тот и глазом не повел, обиженно пробурчав что-то, сел на свое место. - Ну что ж, тогда все решено, но я считаю, что альфе, - поморщившись, Емицу продолжил: - тем более, такому как ему, дампиру, здесь делать нечего. Высылайте его отсюда. - Ладно, - уголки губ Тимотео поползли вверх, все шло как надо.

-ххх-

Снова темнота. Вроде бы я у себя в комнате. Где Кёя?! Подрываюсь на кровати и снова падаю назад, в голове будто бы молоточки стучат, черт, нужно позвать Такеши. Стоит только подумать и он приходит. - Звали, Тсунеаши-сан? - Такеши улыбается, это значит, что все обошлось или что вообще происходит?! - Где он?! Где Кёя?! - сжимая простыни, громко кричу, даже встать не могу. Нету сил совсем. - Кёя? Он на обследовании, сейчас вам нужно отдыхать, Цунаеши-сан, завтра мы приведем дампира к вам. - А что отец? Он ведь уже узнал, кто на самом деле Хибари.. - страшно даже подумать, что может сделать мой папа. Надо постараться выкинуть эти дурные мысли и догадки. - Узнал, да.. - И что он?.. - не думать о плохом, не думать... - Кёя останется с вами, мой господин, аха-ха, - нервно рассмеялся дворецкий. Фух, значит все обошлось и я смогу увидеть его завтра ночью, как от сердца отлегло. Хорошо, что все обошлось. - Вам что-нибудь нужно? Лучше ложитесь спать, а то уже обед. - Да, конечно. Мне ничего не нужно. Дверь тихо хлопнула, Ямамото ушел. Что-то все слишком быстро разрешилось, не может же быть все так легко - или может? С трудом верится, что отец позволил Кёе находиться рядом со мной. Ладно, сейчас спать, а завтра ночью разберусь. Зеваю, чувствую запах альфы, приятно... Пьянительный запах.. Стоп, какой еще альфа тут полежал?! Принюхиваюсь к подушкам и одеялу, да тут все пропахло.. Занзасом?! Я взвыл.. Он что, спал возле меня, а потом тихо свалил?! Утыкаюсь лицом в подушку, завтра я ему устрою.

-ххх-

Ночью в покоях у Занзаса сидел один человек, сам же альфа устроился в излюбленном кресле, потягивая виски со льдом. - Ты все понял, что нужно делать, Фонг? - Да, Занзас-сама, - темно-карие глаза вампира опасно блеснули. Охотник выходит на новую миссию. tb