Запах крови

Черный. Этот цвет везде, абсолютно всё черное. Я - бракованный. У меня нет зрения, нет ни малейшего желания лечить глаза. Джотто говорит, что лучше бы он был слепым и не видел этот гнилой мир, погрязший по локоть в крови. Людская кровь, что может быть лучше? Лучше - только кровь Высшего вампира, но не каждый встречный является вампиром, так еще и не всякий даст своей крови на халяву. Я лежу на кровати, глядя в потолок. Для меня он чёрный, тьфу ты, у меня вроде как кровать с балдахином, насколько я помню из рассказов Такеши. Хотя какая разница? Всё равно, только темнота, что там, что тут, разницы нет. Как это - видеть? Не чувствовать, не ощущать, а именно видеть... Лично я думаю, что если ко мне и вернется зрение, то я буду уже инстинктивно закрывать глаза и идти на поводу запахов и ауры. Я очень благодарен своей судьбе за то, что могу отлично различать запахи, за то, что не вижу всей той грязи, что творится на наших землях. Если бы не мое здоровье, я бы тоже выходил на охоту за пределы своего королевства, туда, где нет ограничений. Мне не на что жаловаться, но все же. Единственные мои ограничения - это моё убогое зрение и отец. Его я уважаю и почитаю, он тот, кто породил меня на свет, тот, кто дал силу, тот, кто дает кров и свою отцовскую любовь. Джотто мой неродной брат, наш общий папа Емицу находился в двух браках сразу. Альфы не хотели его делить между собой, а наш распутный папа не мог определиться с выбором. Так и случилось, что передрались на смерть оба альфы, а это все ради нашего Высшего. В то далекое время было не положено быть сразу с двумя, но мой отец, хм, так сказать, любит ломать систему и перешагивать через правила. Да и он рассказывал, что был молод и достаточно глуп, Примо пошел в него, а я унаследовал от Емицу рассудительность. Что-то долго там Кёя, его запах пропал из этой комнаты, ах да, как я мог забыть, он ведь бета! Если бы он был альфой, то его аромат остался бы на всю неделю. Зачем я взял его к себе? - Хм... Зачем? - разговариваю сам с собой. Нет, я рассуждаю и анализирую, в комнате все равно никого нет. - Я ведомый его пленительным ароматом... Бред! Что я несу?! Переворачиваюсь на живот, руками сжимаю подушку, утыкаюсь в нее носом. Да что со мной? Неужели мне настолько понравилось как он пахнет, что я теперь хочу держать его возле себя вместо освежителя воздуха? Бли-и-ин, это же полный бред, мне, наверное, нужно выспаться и завтра же отменить решение. Я не собирался быть его хозяином, но по другому никак, по другому никаким образом он не сможет находиться рядом со мной. - Дам-пир... - нужно поговорить с ним завтра или сегодня, расспросить как он и вообще, устроить ему маленький допрос. Глаза сами по себе начинают слипаться. Сегодняшняя ночь утомила меня, ну хоть нос перестал чесаться, потому что запах Кёи перебил-таки другие. Зеваю, видимо уже девять утра, пора бы ложиться спать. Я никогда не мог уснуть в гробу, а вот Джотто и папа с легкостью. А мне нужно покрутиться во сне, поизображать улитку, скрутиться в клубок, выкинуть подушки и... Еще куча дел, которые я делаю во сне. Ну где же мой милый беточка? Утонул небось. Тихо посмеиваясь, я встаю с кровати. Как обычно, по памяти представляю себе комнату и иду к двери ведущей в купальню. До меня поздно дошло, что, возможно, беточка там голый, но ничего страшного, я все равно ничего не увижу. Тихо стучусь, открывая дверь, прохожу во внутрь. Смесь запахов окутала меня, запах какао был самым ярким из всех. Горячий пар неприятно окутал кожу, но я, выдержав, прошел дальше. - Кёя? В ответ лишь тишина, пустая и холодная. Мне вдруг стало страшно. - К-кёя? Повторяю его имя снова и снова, будто бы это поможет мне. Что такое? Он вроде должен слушаться меня, ведь я его хозяин. Послышался всплеск воды. Кёя лежал в ванной? Только что я осознал, какую глупость совершил, вот дурак! Он же пошел в купальню с целью вымыться, а тут я неожиданно ворвался. Сильный запах беты ударил в нос и я уж подумал, что вот-вот задохнусь, голова тут же закружилась - то ли от давления температуры, то ли от приятного запаха... Ноги подкосились, я чуть не упал, но был подхвачен мощными руками. Пытаясь выровнять дыхание, я стоял, облокотившись о мокрого бету, его руки крепко вцепились в мои плечи, не давая упасть, я дышал через раз, лбом упираясь во влажную грудь. Он так близко, его запах сводит с ума, если бы мне не сказали, что он бета, я бы точно принял его за альфу. Он настолько близко, у меня такого еще никогда не было, странное ощущение, н-но оно... Приятное?

-ххх-

Часы пробили три раза, оповещая жителей замка о приближении утра и о скором сне. Клан Вария поселили в южном коридоре, распределив альф по комнатам. Они приехали в гости к Вонголе всего на неделю. Но и этого хватило, чтобы навести шуму среди юных омег. Они шептались между собой, раздумывая над тем, как бы пробраться к гостящим альфам. Так было не положено, им нужно было знакомиться на балу, некоторым все же удалось привлечь внимание того или иного альфы, но сейчас не об этом. Цуна стоял, ухватившись ручками за бедра дампира. Ногти на кончиках заострились, раня влажную кожу. Кёя даже не дернулся, в упор смотря на мальчика. Вампир не видит его... Голого, стоящего во всей своей красе, величественного, словно чистокровный аристократ. Холодный взгляд обжигал сталью, но Цуна не видел, как смотрит на него Кёя. Как думал сам Савада, то с ненавистью. Хотя на данный момент, он мало что соображал... Истинная сущность вампира зарокотала, чувствуя бьющуюся жилку на шее вкусно пахнущего беты. Хотелось погрузить свои клыки в живую плоть, Цуна ладошками проводил по крепким бокам беты, шумно втягивая в себя запах и так же выдыхая. Приятно... Запах крови, смешанный с какао, ничего лучше и быть просто не может. Возможно, Цуна заблуждался в своих чувствах, но это пускай подождет. Для него сейчас существовал только этот дампир, который целиком и полностью завладел вниманием омежки. Кёю будто бы током пробило, когда омега привстал на носочки, губами касаясь его ключицы. Какого?! Внутренне Хибари забил тревогу, а внешне остался невозмутим, теплые ладони поглаживали бока. Дампир ранее не чувствовал такого, не ощущал к своей персоне столько внимания, ранее не изведанного... Хотелось отдаться мальчишке, а внутри все же бил тревожный колокольчик, что возможно всё пойдет не так. Цуна не видел. Он чувствовал. Запах. И колеблющуюся ауру тревоги?.. Когда вампир потянулся к шее беты, Кёя мигом отпрянул, удерживая мальчика за плечи и заискивающе глядя в глаза. В глаза? Каково это - смотреть в мертвые глаза и не видеть ничего, кроме мутно-карего взгляда, подвернутого еле видной рубиновой радужкой? Кёя мотнул головой и холодно произнес: - Простите, - он отодвинул омегу от себя, а сам отступил на пару шагов назад. Вампиру показалось, что его ударили обухом, желаемое было так близко... и одновременно так далеко оно оказалось на самом деле. Сердце неприятно сдавило невидимыми тисками, это ему.. омеге, только что отказала какая-то бета?! Цуна медленно, но верно зверел. Как, как этот.. дампир, может противиться ему?! Воздух в помещении, казалось, наэлектризовался, Кёя неподвижно стоял, неотрывно глядя на скалящегося мальчика. Личико, покрасневшее от злости, глаза опасно сужены, он хоть и слеп, но сейчас, когда вампирская сущность рвалась на волю, его чутье и инстинкты заострились на одном бете. Хибари вдруг вспомнилась его прошлая жизнь. Там его били, над ним измывались, как это вообще было возможно. За все пребывание там у уже вражеского, для него, клана Бовино, жизнь не была сахаром. Отнюдь, всё было намного хуже, чем первый день пребывания здесь в замке Вонголы. Раньше он беспрекословно слушался хозяев, служил как дворецкий и рядовой солдат, исполнял все, почти все прихоти того клана. Он всегда вел себя спокойно, не показывая агрессии, бешенства и прочих свои качеств, которые сам в себе ненавидел. Его судьба быть дампиром, быть тем, кто подчиняется, не тем, кем ему предназначено быть, а всего лишь жалким ничтожеством, служащим Высшим вампирам. Кёя удивленно распахнул глаза - он настолько погрузился в свои воспоминания, что не заметил, с какой молниеносной скоростью был повален на мраморный пол. Холодно. Пол был холодный, по телу пробежала орава мурашек, заставляя вздрогнуть, внезапное падение выбило на секунды воздух из легких. Вампир тяжело дышал, нависнув над ним, их лица были почти на одном уровне. Хибари сглотнул вязкую слюну. Вы думаете, один Цуна не мог противиться своей сущности? Кёя тот же хищник, дампир, хоть и бета. Цуна не понимал, что вообще творится: вдруг взял и сорвался с места, повалил своего дампира на лопатки. И... Ластился к нему, прогибаясь всё ближе, бедром задевая полустоящий член, шумно втягивая воздух у ушка. Его запах... Цуна чувствовал себя наркоманом. С ним - кайфово, а без него - хреново. У Кёи всё уплыло на второй план, нет, скорее всего на третий, его хозяин гладил его бока, ладошками едва касался затверделых сосочков, теплое дыхание в его же ушко будоражило и пробуждало то, что давно спало. Желание. Необузданные волны... Хибари думал, в лужу растечется от нежных ласк и приятных прикосновений к своему телу. Его явно баловали - он никогда ранее не испытывал такого умопомрачительного состояния. Савада не видел. Не слышал. Вакуум накрыл его полностью, как только он услышал едва слышимый стон с губ беты. Он не видел. Он чувствовал, как тело под ним прогибается, прося ещё и ещё. Пленительный аромат крови, хотелось вкусить запретный плод, но... Рассудок был помутнен: вкусный сладостный беточка обвил руками его талию, прижимаясь теснее... Цуна губами вцепился во влажную шею, несильно кусая кожу и слегка посасывая холодные пальцы, зарывшиеся в каштановые волосы. Савада знал, что на него смотрят. Смотрят с желанием и страстью в глазах. Язычком он пробежался по своей нижней губе. Он был в одной лишь ночной рубашке из черного шелка с длинными рукавами: труда не составило задрать вверх подол одежды. Оголяя при этом ноги, стоящую плоть, плоский животик и грудь с розовыми сосками. Голова кружилась от опьяняющего запаха омеги, не течного, просто от самого сильного запаха, который дампир когда-либо чувствовал, смешанного с мускусом. Мертвые глаза неотрывно смотрели на него, порозовевшие щечки выдавали смущение Цуны: если он не видит, это еще не означает, что Кёя тоже на него не смотрит. Цуна мог вставить ему - бете, но он не знал, как это. Знал, чтобы бета получила удовольствие, ему придется хорошенького поработать ротиком, и то не факт, что сладкому такое понравится. Вампир сидел на бедрах у дампира, иногда терся членом о его, нагибался, чтобы подарить легкие поцелуи, не заходя дальше, за поставленные рамки. - К-кёя? - Цуна потерся попкой о большую плоть, руками упершись в грудь, нагнулся, разминая плечи беты, кончиком носа касаясь желанных губ. - Я ведь могу... поцеловать тебя?... У Кёи перехватило дыхание: он во все глаза уставился на пухлые губки вампира. Он не знал, что делать в подобных случаях. Не знал, как реагировать на подобное. И в довершение, не знал, что ответить мальчику. Чужие руки приносили божественное удовольствие, горячий язык скользил по шее, и вниз, по бусинам сосков, по ребрам, по впалому животу... - Ну же, соглашайся, - словно змей-искуситель, упрашивал Цуна, языком выводя разнообразные узоры на теле беты. Омега внутри урчала, требуя забрать то, что по праву должно принадлежать ему. От одного запаха, который исходил от беточки, хотелось дрочить - кончать. Через голову вампир стянул с себя ночнушку, оставаясь полностью голым, двигаясь грациозно уселся между ног беты. Хибари казалось, что он начнет сходить с ума... может лучше позволить сейчас себе поцеловать хозяина?.. Может это лучше, чем быть оттраханным омегой? Мощным рывком Цунаеши был подмят под Кёю, теперь уже лидировал бета, склоняясь к губам омеги. Смесь приятных запахов: пахло похотью, немного, но пахло... По своей природе омега раздвинул ноги широко: из дырочки уже вытекала тягучая, как сгущенка, смазка. Всего лишь поцелуй. Один. И больше ничего не нужно было на тот момент. Бета целовал глубоко, языком лаская стенки ротика, проникая на встречу юркому язычку. Незабываемые ощущения первого поцелуя, ощущения нежных рук, обвивших шею и талию Кёи, крепко вжавшись в тело партнера, будто бы желая воссоединиться в одно. Дампир придерживал мальчишку за затылок, надавливая, другой рукой сжимая покрасневшую ягодицу, сминая аппетитное полушарие. Савада постанывал в рот Кёи, когда тот оторвался от него, желая вдохнуть хоть каплю воздуха, снова поцеловал мальчика. Нежная страсть между двумя такими разными созданиями. Омега и Бета. Вампир и Дампир. Объединение воедино - Кёя и Цуна.

-ххх-

Они сидели на полу, тяжело дыша, Цуна только сейчас осознал, что произошло. Через каждые пять минут при мыслях о произошедшем он боязливо хи-икал. Он чувствовал сильный запах крови. - Кёя? Ты поранился? - Пустяки, - тихий ответ с придыханием. - Иди сюда, я вылечу. Бета не смел ослушаться, не смел перечить хозяину. Он подполз к незрячему мальчику, разворачиваясь спиной - там была широкая расщелина, которая к слову, уже затягивалась. Как всегда, сначала он облизнулся, а затем Кёя почувствовал его теплый, мягкий, но сильный язык на своей спине. Он зализывал края раны, заставляя ее затягиваться. Слюна вампира творит чудеса, но болезненные. Вся спина беты горела огнем. А Цуна, в наглую воспользовавшись моментом, вкушал его кровь – пряную, но в то же время со сладким привкусом. Кровь была настолько вкусной и так сильно откликалась на его «зов», что Савада чуть не потерял самоконтроль от жажды. Его челюсть свело, и острые клычки слегка прикусили кожу возле раны. Парню так и хотелось добраться до его шеи и осуществить настоящий укус – почувствовать тот экстаз, но более сильный, ведь теперь этот интересный дампир - Его...