Гор

Деревенский день был в самом разгаре. Бабоньки хлопотали по дому да по двору, занимались огородными делами, а трудоустроенные работали в общинном птичнике. Детей постарше с утра увезли в соседнюю деревню в школу, а карапузы крутились у мамок под ногами. Мелюзга гоняла по улице и никак не могла определиться – остаться с мамками, где можно получить вкусный пирожок да мелкие поручения в придачу, или помчаться за папками, где будет очень весело, но уж точно голодно. Часть мужчин находилась на выпасе, скрытом от деревни небольшим лесным угодьем, где деревенский староста как раз сегодня решил провести инвентаризацию молодняка. До него дошел слух, что пастухи устроили свой личный бизнес за счет общинных средств – продавали на сторону по-тихому молодых телят. Остальные мужики вышли на ближний сенокос, раскинувшийся сразу за деревней. Обычно сено вальковали за два-три дня при помощи двух тракторов, имеющихся в деревне, сворачивая его в огромные рулоны. А третьим трактором возили эти рулоны к сеновалам, где и закладывали их на зиму. Но часам к девяти совершенно чистое с утра небо неожиданно начало мрачнеть. Туч видно не было, однако оно посерело и стало наливаться свинцовой тяжестью. Так что мужики побросали все свои дела на ферме, пилораме и стройке и ринулись спасать сено. Его спешно собирали в самые обычные копны. Лучше потом растащить и позже завальковать по всем правилам, потратив лишних два дня, чем испортить под дождем такой хороший урожай. Ближе к обеду небо стало темным словно вечером. То тут, то там на нем появлялись странные фиолетовые всполохи, даже отдаленно не напоминавшие отблески молний. Мужики спешили как могли, с опаской поглядывая на небо, впервые столкнувшись с таким необычным природным явлением. Женщины в большинстве своем тоже побросали дела, с тревогой глядя вверх. Именно чувство тревоги одолевало людей при каждом новом всполохе. Беспокойства добавляла и окружающая обстановка: животина в деревне словно вымерла, до того стало тихо. Даже щебета птиц не было слышно. – Мам, мам, – пепельноволосый мальчуган лет пяти подергал дородную тетку за подол платья. – А что это такое движется? – Где движется? – не поняла женщина. – Там! – пухлая ручонка указала на небо. – Да ничего там не движется. – Движется! Такое большое, как наше поле! – Да что ты выдумываешь! – женщина раздраженно отмахнулась. – Иди в дом, а то сейчас дождь как польет, вымокнешь весь до нитки. Лечи тебя потом! Мальчик насупился и засопел словно ёжик, но возражать матери не посмел. Он медленно, с явной неохотой побрел к дому и у самого крыльца обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на необычное явление. И тут же увидел странную вещь, которая заставила его побежать назад. – Мама! Мама! Смотри! Что там такое? – Да что же это за дитё такое непослушное! – всплеснула женщина руками. – Я тебе что сказала?! Но маленький упрямец совершенно не слушал мать. Он, подбежав к забору, ловко вскарабкался по перекладинам наверх, чтобы стать повыше и видеть лучше. – Мама!! Смотри, какие там мячики, их так много! – тыкал он пальчиком в небо. – Игорёк, не выдумывай. Слазь немедленно и иди в дом! – Ой, смотри-смотри! Эта штука до земли опустилась, настоящая горка получилась. Мячики сейчас на ней кататься будут! – Да какие на небе могут быть мя… И она замерла, замолчав на полуслове. На небе, именно там, куда показывал её сын, показались черные точки. Они словно горошины вываливались из фиолетовых всполохов и скользили вниз. При приближении к земле эти «мячики» становились всё крупнее и крупнее, не уступая в размере деревенским тракторам. Теперь уже все люди, побросав работу, завороженно наблюдали за непонятно откуда взявшимися «мячами». Только собаки при их появлении внезапно взвыли и начали рваться с цепей, пытаясь убраться подальше, но люди, зачарованные необычным зрелищем, ничего не замечали вокруг. Первый огромный черный шар достиг земли как раз в середине сенокоса метрах в ста от замерших мужчин. Он с грохотом отскочил от поверхности поля и в полете начал трансформироваться, с жутким скрежетом разворачиваясь. Повторно на землю приземлился уже не шар, а трехметровый монстр, твердо стоящий на трех ногах. Дугообразный широкоплечий корпус венчала маленькая головенка. Руки, напротив, были непропорционально огромными и свисали до самой земли. Чудище чуть наклонилось вперед, уперлось руками в землю и сделало первый неуверенный шаг. Затем ещё и ещё, пока не приблизилось к первому препятствию – копне сена. Оно захрипело, открыло небольшой рот и выпустило струю огня, направленную на сено. Копна мгновенно вспыхнула снизу доверху, и только тогда люди осознали опасность. Они закричали и бросились к деревне, но черные шары начали падать на поле в хаотичном порядке, мгновенно трансформируясь в монстров. Игорёк с матерью, как, впрочем, и другие жители, оставшиеся в деревне, наблюдали со взгорка, как черные огромные монстры превращают сено и мечущихся по полю мужчин в огненные факелы. Оказалось, что от их пламени хорошо горит не только высохшая трава, но и человеческая плоть. Тут одно из чудищ наткнулось на трактор и выпустило струю огня на него. Потом ещё и ещё. И только с пятой попытки железную технику поглотило пламя. Выходило, что и металл горит с легкостью. – Дуры! – истошно завопила соседка, выводя всех из оцепенения. – Чего стоите?! Бегите! Детей спасайте! Теперь уже бабы заметались по деревне, собирая детвору и пытаясь сбежать. А куда бежать-то? Разумеется, в сторону, противоположную полю, атакованному монстрами. Игорёк сначала побежал следом за мамкой, желая только одного – спастись. Но когда он оглянулся назад, то увидел подобие лунной дорожки, озаренную странным свечением. Эта дорожка манила его и даже звала к себе. В детской голове забилась одна-единственная мысль: «Скорее сюда. Здесь спасение!» – Мам, мам, – начал вопить мальчишка, хватаясь за руку женщины. – Нужно бежать сюда. Скорее! Там спасение! Но женщина его не слушала, таща прочь из деревни, а заодно и от спасительной тропинки. Но Игорёк не оставлял своих попыток достучаться до матери, пока не огрёб от неё увесистый подзатыльник. Тогда, переполненный обидой и страхом, он резко выдернул ручонку и бросился прочь от матери к спасительной тропинке. Стоило ему только ступить на «лунную дорожку», как звуки вокруг померкли, стали какими-то приглушенными и не такими страшными. Он бежал по ней, петляя между полыхающими людьми и орудующими чудовищами, но его будто никто не замечал. Мальчик бежал вперед, выбиваясь из последних сил, но страх быть сожженным гнал его вперед. Он бежал, не останавливаясь и не оглядываясь назад, пока хватало дыхания. А когда силы всё же оставили его, рухнул на землю. Он уткнулся лицом в пожухлую листву и долго не мог выровнять дыхание, с шипящим свистом втягивая в себя воздух и с трудом выталкивая его из горевших огнем легких. Только спустя долгое время ему удалось отдышаться, и тогда он попытался встать на ноги, но у мальчишки не хватило на это сил. Игорёк неловко приподнялся на четвереньки, пошатнулся и завалился сначала на бок, а потом перекатился на спину. Так хоть немного удобнее оказалось осмотреться по сторонам. Он лежал на небольшой полянке, со всех сторон окруженной молодыми деревьями. От легкого ветерка ветки деревьев раскачивались, шелестя золотистой листвой. – Листья желтые… – тихо прошептал мальчик. – Летом не бывает желтых листьев. Так не должно быть… Внезапно его тело свело судорогой. Детские пальчики заскользили по земле, сминая жухлую листву. Он истошно закричал и потерял сознание. *** Только к обеду следующего дня удалось локализовать прорыв. Магов на этот участок доставляли вертолетами, но всё равно не успели. Старший инспектор службы контроля, вышагивая по выжженной земле, хмуро осматривал последствия прорыва. Ещё вчера здесь были широкие лесные угодья, на границе которой раскинулась деревня с населением в полторы тысячи человек. Рядом находился аграрный комплекс, состоящий из звероферм и птичников. Дальше раскинулось широкое поле, где что-то выращивали, судя по остаткам обгоревших тракторов. А сейчас здесь была выжженная пустыня. От строений остались только обгоревшие фундаменты, а от всего живого – кучки пепла, разносимые ветром. И всё это произошло в регионе, считавшемся относительно благополучным из-за своего удаленного расположения от опасных границ. Как, как, спрашивается, твари сумели добраться сюда, миновав кордоны и заграждения? Инспектор видел заполненные ловушки. Их было больше двух сотен. Причем все они оказались не фантомными сгустками, а самыми настоящими активированными боевыми машинами. Такого на памяти старшего инспектора никогда не случалось, а ведь служил он уже без малого пятьдесят семь лет. Он шагал по выжженной пустыне, мрачно взирая на подчиненных и совершенно не представляя, где в этом пепле можно отыскать ответы на интересующие его вопросы.