Kiss Here

В комнате раз за разом разносится громкий раздражающий звук, выводящий разморенного парня из сна. Он еле разлепляет тяжелые веки, издавая болезненный стон, и сразу переворачивается со спины на бок. В голову словно безостановочно долбят молотком, а перед глазами стоит сложно различимая картинка, но среди всего четко выделяется чья-то широкая спина. Стоп. Чимин подрывается с места, часто моргая, осматривается вокруг и не может понять, где он, чёрт побери, находится. В памяти всплывает вчерашний вечер, как одногруппники еле уговорили его пойти с ними на какую-то ежегодную вечеринку посвящения в студенты, долгий диалог с родителями, которые до последнего отказывались его пускать, свет прожекторов, громкая музыка, вопли девушек вокруг, барная стойка с дорогими коктейлями, а потом ничего. Просто темнота. А теперь он сидит в незнакомом месте, даже не на кровати, а на каком-то чересчур мягком матрасе, а прямо перед ним маячит голая спина парня, который удовлетворённо мурлычет, когда сигарета в его пальцах наконец-то начинает дымиться, заполняя помещение удушающим запахом. — Проснулся? — доносится до него грубоватый бас парня, который даже не удосуживается повернуть голову. — Ну, ты и мудак, я тебе скажу. — Что, простите? — Чимин натягивает спавшее одеяло повыше, пытаясь закрыть свои оголённые плечи, если вдруг макушка перед ним соизволит обернуться. И вообще, какого черта он сидит практически голым в чужой постели? Что вчера произошло и что это за наглый тип, курящий прямо возле него? Ему еще добираться до родителей и объясняться, почему он пообещал вернуться не позже двух, а в итоге просыпается чёрт пойми где, в какой-то помойке с отвратным запахом. Или это… Чимин косится на макушку перед собой и незаметно ныряет носом под одеяло, принюхиваясь. Вот дрянь, так мерзко воняет всё-таки не в комнате, а от Чимина. — «Простите»? — парень поворачивает голову, не скрывая ухмылки, и громко заливается смехом. Чимин замечает аккуратный пирсинг на нижней губе незнакомца и, кажется, его лёгкие забывают, как нужно правильно функционировать. Длинная русая чёлка парня почти полностью закрывает карие глаза, а о впалые скулы, скорее всего, можно порезаться, если захочется прикоснуться. — Вот как ты запел, когда отрезвел. Что еще спросишь? Парень сидя поворачивается к Чимину корпусом, очередной раз затягиваясь и выпуская дым практически тому в лицо. Вся его левая рука и левая сторона груди, костяшки на правой руке, в которой он держит прозрачную переполненную пепельницу, и мощная шея, с пульсирующей на ней веной, увиты черными рисунками, что переплетаются между собой в неразличимом танце. Остроты в эту дикую смесь добавляет смуглая кожа незнакомца и проколотый тёмный сосок. Один. Над вторым виднеется небольшая надпись, которую Чимину не прочитать с такого расстояния без контактных линз, которые он благополучно оставил дома перед походом в клуб. — Я… эм, — Чимин заикается, ещё выше подтягивая одеяло, — где я? И что я здесь делаю? Вы меня похитили или что-то типа этого? Мама рассказывала мне, что в клубах может такое произойти, но я не думал, что… — Скажи, что ты шутишь, иначе я тебе ввалю, — парень нахмуривает брови и тушит сигарету о пепельницу, отставляя её на пол. — Шучу, — тихо говорит Чимин, закрывая рот и щёки одеялом. Не хватало ему еще явиться домой с фингалом или разбитой губой. — Ты у меня дома, Чимин-и, — слишком приторно улыбается незнакомец и прикусывает металлическое колечко клыком, пробежавшись юрким языком по пересохшим губам после. — Нажрался в хламину, а я нашёл тебя, рыгающего в туалете. Хотел отправить на такси домой, но ты не соизволил вспомнить адрес, ну вот, по моей душевной доброте ты оказался у меня, в тёплой постели. Если б ты ещё не храпел всю ночь, как урод, было бы замечательно. — Я храпел? — Чимин заторможено моргает, обводя глазами комнату. — Стой, подожди! Откуда ты знаешь моё имя? — Твою же мать, ты вообще ничего не помнишь? — получая в ответ отрицательное мотание головой и непонимающий взгляд, парень громко вздыхает, откидывая голову назад. — Ты сам мне его сказал, когда я скинул тебя с плеча в коридоре. Лучше б не делал этого, идиот. Нет, ты сначала мурлыкал, пока я тащил тебя домой, что-то типа: «Раз ты такой хороший, тебе позволено называть меня Мини». Но когда я оторвал тебя от объятий с моей ногой, ты «грозно» крикнул: «Я для тебя Чимин! Только попробуй назвать меня Мини, мразь!» — Я не мог такого сказать, — возмущенно пыхтит Чимин, пытаясь скрыть свои покрасневшие уши. — Может, ты ещё скажешь, что не мог нажраться в хламину? — Это тоже исключено. — Тогда какого хрена ты сидишь в моей постели, в моих трусах и моих носках? Чимин заглядывает под одеяло и с ужасом выныривает обратно. На нём действительно красуются чужие чёрные боксеры на размер больше, а на ногах пёстрые, теплые носки. — Я же сам переоделся? — стыдно, ужасно стыдно, если нет. — Да ты сам даже до матраса не дополз бы! Я всю ночь для тебя нянькой был, даже таз притащил, а то ты не только себя, но и меня обрыгал, пока я пытался привести тебя в нормальное состояние в туалете клуба. Кстати, твои вещи, наверное, уже высохли, так что можешь проваливать, — парень встаёт с «кровати» и направляется на выход из комнаты, лохматя свои длинные волосы рукой с забитыми костяшками. Чимин не верит, что такое могло произойти с ним. Он точно помнит, что заказал всего лишь один коктейль и тот попросил сделать безалкогольным, чтобы родители не могли ничего предъявить. Но в итоге устроил пьяное представление и сидит в чужих трусах в малюсенькой комнатушке, пропахшей запахом сигарет и мужским одеколоном. Древесным. Чимину определенно нравится запах этих духов, надо бы найти для себя похожие. В комнату возвращается её хозяин с одеждой в руках. Его волосы больше не торчат в безумном беспорядке, а аккуратно собраны в небольшой хвост на затылке. Чёрт, Чимину стоит прекратить его рассматривать, а то ещё подумает что-то не то. — Лучше не бухай, если не умеешь, — незнакомец бросает прямо в парня вещи, заваливается рядом на матрас и отыскивает на полу пепельницу с пачкой сигарет. — В клубах разных уродов полно, считай, что тебе повезло встретить меня, а не какого-то извращенца. — Где мой телефон? — выбирается из-под своих вещей Чимин и начинает рыскать по карманам в поисках пропажи. — Тебе звонили пару раз, — протягивает смартфон, валяющийся где-то в районе пепельницы, парень. — Пару?! На экране красивым шрифтом выведено тридцать восемь пропущенных вызовов и девятнадцать сообщений. Парочка от одногруппника, а все остальные — от родителей. Ему крышка. — Я вырубил звук после второго, поэтому да, пару, — невнятно бормочет парень из-за сигареты в зубах, уже в десятый раз пытаясь её поджечь. — Сраная зажигалка! Чимин подрывается с места и в панике начинает натягивать штаны, сразу останавливаясь от возмущенного: — Эй, трусы сюда вернул. — Серьёзно? Тебе вернуть трусы, в которых я спал? — Чимин косится на боксеры, что слегка висят на его бёдрах, и в недопонимании смотрит на парня. — Не буду же я дарить трусы первому встречному, они, вообще-то, не такие уж и дешёвые, — парень в который раз чиркает зажигалкой, которая наконец-то поддаётся, и удовлетворённо закатывает глаза, упираясь головой о стену позади. — Давай-давай. — Отвернись, что ли, — бубнит Чимин, обратно скидывая штаны. — Да харе ломать комедию, думаешь, я там чего-то не увидел, пока переодевал тебя? Тем более, чем быстрее провалишь — тем лучше для тебя. Чимин отыскивает в ворохе вещей свои родные боксеры, приятно пахнущие каким-то незнакомым стиральным порошком, поворачивается к незнакомцу спиной и недоверчиво стягивает его белье с себя. Тэхён довольно улыбается, смотря сквозь полуприкрытые веки на своего «гостя», и посильнее затягивается сигаретой, потому что нет, не видел он там ничего, потому что мальчишка выгнал его и долго пыхтел, барахтаясь на матрасе, самостоятельно пытаясь натянуть боксеры. А зад у этого Чимина, действительно, сочный, как он и предполагал. Нужно было соглашаться, когда мальчишка лез руками туда, к чему на трезвую голову, кажется, и не притронется, и клянчил показать, каково это — быть с парнем, потому что: «Я уже несколько лет сомневаюсь в том, что натурал, а ты такой красивый, Тэхён-и, и честно признался, что гей. Ну немножко, ну хотя бы одним глазком». Чёртов принцип не спать с пьяными в стельку, через который Тэхён ненавидит переступать, сорвал секс с такой потрясающей задницей. Но ничего, Чимин ещё возместит свой должок. Вчерашний его поход в клуб должен был закончиться никак не рыгающим парнем в туалете, а чем-то более приятным. И уже в который раз Тэхён убеждается в том, что доброта до чего-то хорошего редко его доводит. Он, правда, хотел помочь, вызвать такси для мальчишки и уйти домой, отстирывать любимую футболку, которую нещадно осквернил этот тип, что за час до встречи в туалете сверкал в кругу своих недодрузей в идеально выглаженной чёрной рубашке, пиджаке и тёмных классических брюках. Сказать, что он привлёк к себе внимание Тэхёна своим видом — ничего не сказать. Кто вообще так одевается в клуб? Убедиться, что это первый поход мальчишки в подобное заведение, парню удалось как раз таки в туалете, узрев его обнимающегося с унитазом. Чёрт, да чтобы он ещё хоть раз вызвался помочь подобным уникумам? Да никогда в жизни! И всё бы ничего, если бы Чимин задорно не хлопал Тэхёна по заднице, пока он тащил его на плече в квартиру, а потом и вовсе не начал приставать. Упёртый мальчишка не просто не вспомнил адрес дома, он отказался его называть, умоляя приютить и пожалеть, потому что «мамочка открутит головку Чимин-и, и от Чимин-и останутся лишь милые пальчики и девственный член». Знал бы Тэхён, сколько геморроя ему доставит этот Чимин-и, выбросил бы где-то на тротуаре, чтоб другие подобрали. Но нет же, пришлось вытерпеть все козни, отлеплять мальчишку от своей ноги, пока он ныл о несправедливости жизни, отмахиваться от попыток получить поцелуйчик, потому что «Чимин-и интересно», даже постирать ужасно воняющие вещи парня и выделить ему белье с самыми пёстрыми носками, потому что «у Чимин-и мёрзнут ножки ночью» и «я хочу яркие носочки, как дома». И да, кажется, Тэхён сам нарвался после очередного шлепка по заднице Чимином, когда рявкнул что-то вроде: «Ещё хоть раз и я выебу тебя прямо здесь», — а тот спросил об ориентации парня, получая порадовавший его ответ, иначе как объяснить ликующий вопль мальчишки на всю улицу красноречивым: «Охуеть!» — Где я хоть нахожусь? — спрашивает Чимин, заправляя рубашку в штаны. От вчерашнего идеального вида остались только горькие воспоминания. — Выйдешь из квартиры — сразу поймешь. Мы от клуба не очень далеко ушли, — Тэхён встаёт с матраса, чтобы вывести «гостя» из дома, а у Чимина дыхание спирает, когда он наконец-то различает скромную надпись над соском парня: «Kiss Here». Знал бы он еще, сколько раз этой ночью пытался воплотить надпись в жизни, наверняка подавился бы собственной слюной.

***

Чимину душно. Воздуха не хватает не только из-за закрытых окон в машине отца, который в очередной раз забирает его с занятий по игре на фортепиано, а и от домашнего ареста, что длится уже почти две недели. Родители устроили ему вынос мозга, когда он вернулся после клуба домой и пообещали глаз не сводить с него. Последние недели он видит лишь стены университета, отцовскую машину, чёртовы занятия по фортепиано, которые ненавидит всей душой, и собственную комнату. В этот раз отец не сразу поехал домой, а остановился на огромной заправке и даже отпустил сына походить по пристроенному к ней супермаркету, пока работник не заполнит полный бак. Радостный Чимин унесся из машины со скоростью света, мечтая о вредной еде, которую постарается приобрести незаметно от отца. И нет, только не это, да какого вообще хрена? Возле входа в супермаркет, засунув руки в карманы джинсового комбинезона сотрудника заправки, стоит парень, у которого Чимин проснулся после злосчастного похода в клуб. Обязательно было из всех заправок заехать именно на эту? Ладно, по крайней мере, парень вроде как не заинтересован случайным пересечением. Тэхёну сначала кажется, что его глючит, но потом он всё же узнаёт в парне, что вышел из дорогущей машины, того самого приставучего Чимин-и. И, о да, маленькие бесы вселяются в его голову от вида перепуганных глаз, идеально уложенных черных волос и вновь скрупулезно выглаженной белой рубашки на мальчишке. Он же сам этого просил, Тэхён просто выполнит просьбу и ничего более. Перекатив языком из одного уголка рта в другой клубничный чупа-чупс (курить хочется, а на работе не разрешают, вот и спасают разные смоктательные конфеты), Тэхён ехидно ухмыляется и заходит в супермаркет после мальчишки. Чимин короткими шажками перебегает из одного отдела в другой, пока не утыкается носом прямо в грудь работника заправки. Поднимая голову вверх, он за доли секунды вспоминает всех возможных богов, прося, чтобы это был не тот, о ком подумал в первую очередь, но всё летит крахом, стоит обратить внимание на голые разукрашенные руки, которые тёмная майка не в силах скрыть, и уже знакомые рисунки на шее парня. Тэхён расплывается в улыбке, делая несколько шагов навстречу, пока Чимин не врезается спиной в холодильник с колой. — Бу! — громкий, опаляющий шепот прямо в лицо, от которого невольно поджимаются коленки. — Думал, уже и не увидимся никогда. — Лучше б не виделись, — тихо говорит Чимин, задевая губой трубочку чупа-чупса. — Да ты что? — парень вынимает конфету изо рта, мажет ею по нижней губе мальчишки и возвращает обратно. — Ты же наверняка вспомнил хотя бы чуть-чуть из того, что творил той ночью. Чимин постыдно опускает глаза в пол, потому что да, немного он всё-таки вспомнил и от этого хочется провалиться сквозь землю, но не в этот раз. Закусив губу, он выглядывает за плечо парня перед ним, а потом с вызовом поднимает на него взгляд, с наслаждением облизывая место, где только что побывала сладкая конфета. Тэхён с громким чмоком вынимает чупа-чупс и вновь проводит им по губам мальчишки, пока тот послушно их не отворяет. Пропихнув конфету за щеку Чимина, он несколько раз ею крутит, громко дыша и прожигая взглядом розовые губы, блестящие манящей сладостью. Мальчишка широко открывает рот, не сводя глаз с немного обезумевшего парня напротив, и высовывает розовый язык, на который тут же перемещается леденец, откровенно засасывая его почти до конца трубочки, касаясь липкими губами кончиков смуглых пальцев. Чёрт, он так и не вспомнил его имени, какого хрена они творят? Нужно остановиться пока не… Рука Тэхёна судорожно накрывает член мальчишки через штаны и сильно сжимает эрегированный орган, получая в ответ приглушённый всхлип. Чимин выпускает изо рта чупа-чупс, обводя вокруг него языком, и глубоко засасывает большой палец парня, которым тот хотел просто провести по губе, но в итоге не может оторвать взгляда от пухлых губ и покрасневших от нахлынувшего жара щёк. Тэхён делает несколько движений вперёд-назад своим пальцем, откровенно наслаждаясь видом мальчишки, отсасывающего ему, пусть даже и не член. Освободив палец из горячего плена, парень фиксирует лицо Чимина своими большими ладонями и широко мажет языком по его губам, больно прикусывая нижнюю, в попытке высосать из неё всю сладость клубничного вкуса. — Воскресенье — выходной. Где меня найти, ты уже знаешь, — проговаривает Тэхён прямо в горячие губы, отстраняется, возвращая чупа-чупс в свой рот, и уходит, подмигнув напоследок. Чимин так и стоит с открытым ртом, переваривая полученную информацию. Живот будто нежно щекочут изнутри пёрышком, а в паху разливается жар от переполняющих эмоций. В голову батогом бьет: «Грязный, неправильный, осквернённый», — но губы отказываются забывать одурманивающее прикосновение языка с металлическим шариком на нём, а в ноздрях стоит запах, который хочется жадно вдыхать каждый день широкой грудью. Из супермаркета Чимин выходит с пятью чупа-чупсами с клубничным вкусом и баночкой ледяной колы, что приятно холодит бордовые щеки, пока он едет домой на заднем сидении машины.