Глубокая заморозка

– Добрый вечер, – Илан встаёт с дивана. – Прошу вас, – Даня отступает, пропуская Тельмана вперёд, но затем идёт чуть быстрее и через несколько шагов, обогнав, останавливается, чтобы показать рукой направо: – Проходите, – указывает он на открытый кабинет, а затем на кресло у парикмахерской мойки, – присаживайтесь. Илан садится. Ему очень хочется, чтобы Даня закрыл за ними двери. Но тот кладёт планшет на полку перед большим зеркалом: – Одну минуту, – говорит Даня и выходит. Он берёт паузу, чтобы «выдохнуть». Илан это отлично считывает, и ему вдруг резко становится стыдно. Он, конечно, понимал, что его не с распростёртыми объятиями должны были встретить. Но совершенно не подумал, что Даня будет чувствовать как специалист, который обязан выполнить свою работу. Даня возвращается действительно примерно через минуту. Ему явно удаётся окончательно собраться и на лице даже появляется подобие дежурной улыбки. Дверь он так и не закрывает. Достаёт из шкафчика два сложенных полотенца, но Илан уже не хочет ни массажа, ни стрижки. – Прости, – просит он тихо. Но Даня смотрит отстранённо и так же говорит: – Снимите, пожалуйста, очки. Илан вздыхает: – Дань, не надо так. Даня не выдерживает. Хмыкает горько, опускает голову и руки. Стыд Илана становится почти невыносимым. Кому из них «не надо так» было поступать – очевидно. Он снимает очки, трёт переносицу, надевает их, встаёт и снова говорит. – Прости, я совершенный идиот. Подставил тебя как профессионала. Даня молчит, не поднимает голову. Тельман вздыхает и идёт к выходу. – Планируешь ещё и скомпрометировать? – спрашивает Даня ему в спину. Илан поворачивается и смотрит ошарашенно. – Клиенты от меня ещё не сбегали, – усмехается Даня, глядя ему в глаза. – Чёрт, – окончательно смущается Тельман. Но у Дани уже смешинки в глазах. Кажется, он вот-вот рассмеётся. Илан улыбается и добавляет: – Рискну предположить, что и… вообще никто не сбегал. Даня заразительно хохочет. – Можно я дверь закрою? Пожалуйста, – просит Илан. Даня кивает. Тельман задвигает створки дверей, и это срабатывает, как спусковой механизм. Они оба перестают смеяться, смотрят друг другу в глаза. Илана тянет к Дане. Безумно хочется прижать его к себе и никуда не отпускать. Это запредельное желание потрясает. Он внезапно осознаёт, нет, ощущает кожей, что Даня чувствует то же самое. И понимает, почему Даня боится. Илану самому становится не по себе. Впору вспомнить сказки о невероятной любви с первого взгляда и в то же время не верить в возможность подобного. Даня первым отводит взгляд, покашливает в кулак, отступает, отворачивается, подходит к креслу и присаживается на него, прижимая к себе полотенца. Илан же наоборот, точно следуя за притяжением, быстро преодолевает расстояние в несколько шагов, приседает перед Даней и повторяет в очередной раз: – Прости. Я очень хотел с тобой… поговорить. Но у тебя закрыта страница, а друзей мне не хотелось просить. Он знает, что оправдания, мягко говоря, так себе. – А почему честно не пришёл? Алексей… от ведь, – закатывает глаза Даня. – Боялся, что ты опять отошьёшь. – Отошью. – Почему? – Ты мне не нравишься. – Неправда. Даня смеётся: – Ка-акое самомнение, – и спрашивает серьёзно: – А поговорить о чём хотел? «О нас», – едва не ляпает Илан. – Хотел пригласить тебя на свидание. Даня вздыхает и снимает резинку с волос Илана, натягивает её себе на запястье и запускает ладони в волосы Тельмана. У того аж дыхание перехватывает, а через несколько мгновений он закрывает глаза. – Давай я тебе всё-таки сделаю массаж? – спрашивает Даня, перебирая пряди и пропуская их сквозь пальцы. – Угу-у, – тянет Илан. – А подстричься-то ты как хотел? – Ну… концы подравнять. – Ты ж недавно подравнивал, – усмехается Даня. – Перед поездкой, – хрипло отзывается Тельман и добавляет: – Тридцатого. – У тебя хороший мастер, – говорит Даня. – Был, – Илана уже капитально ведёт. Что же с ним будет от массажа? Даня убирает руки, и Тельман немного приходит в себя. – То есть – была, – продолжает он, – она ждёт ребёнка. Пока ещё работает, но уже с больничными. Мне это неудобно. – Любишь во всём порядок? – усмехается Даня. – Постоянство, – уточняет Илан. Улыбка слетает с лица Дани, Тельман понимает свою ошибку и тут же переводит в шутку: – Я смею надеяться обрести в твоём лице постоянного мастера? Даня хитро прищуривается: – Ко мне запись на два месяца вперёд. – Да? Я на сайте уже вчера мог записаться. – Так это – праздничные дни. А перед новым годом даже ночевал тут. – О как. – Ага, корпоративы, тусовки. Сейчас многие разъехались. Хотя тоже, конечно, приходят, но меньше. – А если я сразу запишусь? На год вперёд. – Илан, мы ещё даже не начали. Может, тебе не понравится моя работа. Тельман внезапно перестаёт улыбаться, внимательно смотрит на губы Дани так, что тот даже немного нервничает: – Что? – Ты моё имя сказал так… очень красиво и сексуально. – Скажешь тоже, – смущённо хмыкает Даня, – у тебя просто имя красивое. И… давай уже начнём? Он встаёт, вынуждая подняться Тельмана. – Только очки всё же сними. Илан согласно кивает. Положив футляр с очками в карман пиджака, снимает и его, вешает на вешалку при входе и, вернувшись, садится в кресло. Даня накидывает одно полотенце ему на плечи, а второе кладёт на колени. Потом превращает кресло практически в лежанку с удобной поддержкой для ног. Тельману приятно, уже когда Даня ополаскивает его волосы и наносит шампунь. Но когда начинает массажировать, Илан закрывает глаза и погружается в эйфорию. Сначала по всему телу бегут очень приятные мурашки, потом прокатываются волны тепла. Руки Дани и правда творят волшебство. Вскоре тепло начинает нарастать плавными, нежными толчками. В конце концов, Илан уже не может сдержать стон. Даня хмыкает и спрашивает: – Нравится? – Не то слово, – хрипло отвечает Илан – у него даже в горле пересыхает. – Замечательно, – Даня наклоняется к самому уху Тельмана и практически шепчет, – пристегните ремни, взлетаем. Он начинает массировать всё так же плавно, но значительно сильнее. Внезапно убирает руки. Затем касается большими пальцами середины лба Илана, надавливает и медленно ведёт ими по коже в разные стороны, проводит за ушами, спускается к шее и отпускает с оттяжкой. Повторяет процесс дважды. Потом проходит точечными нажатиями, начиная со лба до затылка. Поднимает и держит одной рукой голову Илана, а пальцами второй продолжает двигаться вниз. Дойдя до шеи разминает её правую часть очень глубокими круговыми движениями. Поднимается выше, сильно обводит ухо и нежно массирует мочку. Повторив несколько раз, Даня меняет руки и проделывает то же самое с левой половиной. Илан теряется, захлёбывается ощущениями. Безусловно, ему делали раньше подобный массаж и не раз, но никогда он не испытывал таких ярких чувств. Тепло превращается в жаркий кайф. Мозг, к которому приливает кровь, внезапно срабатывает совершенно иррационально, отправляя мощную волну жара в пах. Движения рук Дани усиливают возбуждение, раскручивают фантазию, вызывают очень чёткое желание. Оно визуализируется яркими кадрами под веками. Тельман хочет, чтобы своими волшебными руками Даня массировал, сжимал, ласкал его член. Дальше хуже – Илану кажется, что это уже происходит в реальности. Он сходит с ума от наслаждения, ещё чуть-чуть и… – Км-мнх-х, – он втягивает воздух носом, сильно сжав зубы. Даня к этому моменту массирует мягко, даже нежно, плавными круговыми движениям. Но увидев реакцию, мгновенно убирает руки: – Больно? – недоумённо спрашивает он. – Бо-оже, нет, – выстанывает Илан, ёрзает на кресле и несколько раз судорожно вдыхает. – Ой, – смущается Даня, поняв. Включает воду, пару секунд настраивает её и начинает ополаскивать волосы Илана. Тот хмыкает и не может сдержать смех. Вода оказывается прохладной. – Что? – спрашивает Даня, выключая воду. Илан открывает глаза и смотрит на Даню снизу вверх: – Очень оригинальный вариант посыла – остынь. Даня запрокидывает голову и хохочет. Отсмеявшись, он говорит: – Слушай, я ещё бальзам хотел нанести и продолжить массаж. Теперь уже не сто́ит, да? – Нет, теперь уже не стои́т, – отвечает Тельман, и они оба снова хохочут. – Ладно, я тогда не буду увлекаться, чтоб не увлёкся ты. Илан улыбается, а про себя думает, что увлёкся он уже окончательно и бесповоротно. Даня заканчивает процедуру, промывает волосы Илана, тщательно протирает и оборачивает их полотенцем. Потом убирает с плеч второе и просит его пересесть в кресло напротив зеркала. А сам немного медлит, потому что ловит себя на мысли, что теперь Илан будет смотреть на него через зеркало и видеть… видеть Даню насквозь. Он пару раз незаметно глубоко вздыхает. Подходит ближе, закрепляет на шее Илана бумажный воротничок, снимает с вешалки, что стоит рядом, парикмахерскую накидку, надевает её Тельману. А он снова ловит себя на мысли, что даже лёгкие прикосновения пальцев Дани доставляют ему какое-то особое удовольствие. Даня старается смотреть только на голову Илана. Снимает полотенце, расчёсывает его роскошные волосы и вспоминает свой сон, сушит их и думает о том, чем может закончиться привязанность к Илану. Наконец он практически успокаивается. Страх вытесняется знакомым чувством, которое он испытывает со многими клиентами и которое ощущал, когда делал массаж Тельману. Кайф от своей работы. Она нравится Дане, ему хочется делать её на «отлично». Чтобы он сам остался доволен результатом, не говоря уже о клиенте. А вот Илан в это время вновь испытывает дикое желание. Но не сексуальное на этот раз. Его опять притягивает к Дане запредельной силой, хочет, нет, жаждет, чтобы этот потрясающий парень был рядом. Всегда. Тельман мечтает просыпаться, обнимая его, целовать, ласкать с упоением, начать утро с секса, если обоим некуда торопиться, или же варить кофе и готовить завтрак на двоих. Расставаться на время, но, даже занимаясь делами, думать о нём, слышать его голос, когда он звонит, улыбаться, читая его сообщения. Даня выключает фен, откладывает его и выдавливает из какой-то бутылочки себе на руки каплю масла. Растирает его в руках медленно, тщательно. Запах появляется обалденный. Даня запускает пальцы в волосы Илана и плавно «расчёсывает». Тельман снова уплывает в мечты. Представляет, как они принимают душ вместе с Даней, и он моет ему голову. Да и сам Илан с огромным удовольствием поливает водой роскошный белый шёлк волос Дани, потом скользит по ним уже намыленными руками… – А почему Bowmore? Любишь этот виски или вообще – Айлы? – прерывает его фантазии Даня. Илан на секунду зависает, а потом удовлетворённо улыбается. Даня тоже сразу вычислил его по сообщениям и лайкам у друзей. – Да, и то и другое, – отвечает Илан. Направление разговора ему определённо нравится, – а тебе какой нравится? – Я алкоголь нечасто пью, но скотч нравится тоже. И островные – в частности. – Ну, я тоже не злоупотребляю, – Илан чуть ли не оправдывается и добавляет: – Да и, ты знаешь, не тот это напиток, чтоб много за раз… Виски надо смаковать без суеты и… желательно в хорошей компании. Даня опускает голову, но Илан замечает, что он прячет улыбку. Достаёт резинку Тельмана из кармана своего фартука – видимо, снял со своего запястья, когда стал мыть волосы Илана. – Наденешь? – Пока нет, хочу тоже сказать Леночке, что ты волшебник. – Ах-ха, Елизавета Александровна – восторженная особа. Капризная, конечно, но очень благодарная, – Даня снимает с Илана накидку, и он сразу встаёт и идёт к вешалке. Ему очень хочется надеть очки. Видит он в целом сносно, но в них гораздо лучше. – Кстати, – начинает он, надев очки и пиджак, – к слову о благодарности. Дань, у вас принято оставлять чаевые мастеру? – Это нигде не озвучивается, но, если у клиента есть такое желание – да. – Есть, – улыбается Илан. Достаёт из кармана кошелёк, вынимает из него крупную купюру и кладёт на полку перед зеркалом. – Это не чаевые, – Даня смотрит на деньги. – Почему? – Сопоставимо со стоимостью сегодняшней работы. – Размер чаевых, как правило, нигде не оговаривается. А мне понравилось на двести процентов, – пытается пошутить Илан. Хотя это и не шутка вовсе. А размер его «понравилось» вообще сложно выразить деньгами. Даня ничего не говорит, только смущённо опускает голову. – Дань, я что-то опять не так сделал? – Нет… прости. Спасибо тебе. – Это тебе спасибо. Повисает неловкая пауза. – И ещё раз – прости меня, – говорит наконец Илан. Даня молча кивает. – У меня просьба… две. Можно? – Сразу две? – улыбается Даня. – Я уже о них говорил… Первая – о записи к тебе. Я действительно очень хочу быть твоим постоянным клиентом. – Хорошо, когда тебе удобно? – Завтра. Даня смеётся: – Зачем? – Массаж, – невозмутимо отвечает Илан. – Его тоже не нужно так часто. – Дань, ты скажи, когда ты можешь. Если есть возможность раз в неделю, например – я буду рад. И можем сейчас записаться на январь и до середины февраля. Потом уеду на две недели. – Хорошо. Тебе лучше вечером? – Да, можно. – Стрижку можно на начало февраля запланировать, – рассуждает Даня, – массаж и сушка – в час укладываемся. Давай тогда на восемь будем ориентироваться? Не поздно тебе? – Нет, я «сова». Работаю иногда допоздна, а потом сплю до обеда. Даня улыбается. Ночь – и его любимое время. Он подвигает стул к полке под зеркалом, садится, а Илану предлагает присесть в кресло. Даня открывает сайт салона. Илан сверяется с расписанием своих дел в телефоне. В итоге Даня записывает на листе, вложенном в папку. Илан замечает, что это некая карточка клиента. В ней указаны данные, которые он писал при регистрации. Также же есть раздел – счёт и поле – примечания. Именно там Даня пишет подходящие им обоим даты. – На март будем смотреть? – спрашивает Илан. – Там после восьмого только будет посвободнее, но давай не будем так далеко… загадывать. – Хорошо. – Это отдашь Лене. На сайте придётся услуги выбирать каждый раз… В общем, она сделает просто закрытую запись на эти дни, а я потом в счетах всё укажу. – Отлично. Даня встаёт, отодвигает стул: – А вторая просьба – это свидание? Илан тоже поднимается: – Да. Даня опускает взгляд и качает головой. – Почему, Дань? Даня отлично понимает, что Илан будет настаивать или хотя бы попытается узнать причину. Но в голову не приходит ни одной мало-мальски вменяемой отговорки. Точнее, вертится в голове чушь – я не встречаюсь с клиентами. Но это реально – чушь. И простой выбор для Илана. Он за пару минут найдёт другого мастера, а скорее всего, сам даже не будет напрягаться. Какая-нибудь секретарша ему всё найдёт. А вот к Дане, как к парню, у него очевидный интерес. И для Дани такой приятный, такой желанный, такой… пугающий. – Илан, я… – Даня запинается, абсолютно не зная, что говорить. – Если ты ещё раз произнесёшь моё имя так – я буду умолять. Даня задыхается, не знает, куда деть руки, потому что они предательски дрожат. В конце концов, трусливо отворачивается. – Дань, давай просто поужинаем? Без подтекстов и… я вот есть хочу, – улыбается Илан, – ты наверняка тоже. Даня молчит. – Я знаю ресторан с хорошей кухней, – продолжает Илан. Говорит много, быстро, отвлечённо. Про еду, напитки – не дать опомниться, не дать отказаться. – Там, кстати, есть отличный скотч, – вспоминает он их разговор про виски, – я, правда, за рулём, но… – Нет! – резко выдыхает Даня, повернувшись. – То есть… в смысле… Он вздыхает глубоко: – Хорошо, только место выбираю я. И платим – каждый за себя. – Согласен, – мгновенно отвечает Илан, стараясь не слишком бурно радоваться. Он смотрит на часы. До конца рабочего дня Дани ещё остаётся время. – Ты пораньше сможешь уйти, или мне тебя подождать? – Да… то есть я ещё тут… соберусь. Ты иди пока к Лене, – Даня вскидывается, пишет в карточке Илана ещё что-то, открепляет лист и отдаёт Тельману. – Буду ждать тебя. Ты не на машине? – Нет. – Я припарковался от входа немного… Ты через главный выйдешь? Может, подъехать, куда тебе удобнее? – Да, другого нет… вернее есть, но там сейчас… не суть… в общем, найду, только скажи – какая машина. – Хорошо, как выйдешь – иди направо. Илан называет марку, номер и даже просит Даню записать его телефон. Только после этого, наконец, идёт к выходу. Прежде чем открыть двери, поворачивается и говорит: – Не спеши. Я пока расплачусь, пока администратор запишет. – Ага. Выйдя и задвинув за собой двери, Илан широко улыбается. Ему ни на секунду не стыдно за то, что так хитро узнаёт про второй выход. Даня нервничает очень сильно. Вероятность того, что он передумает и сбежит, всё-таки нельзя исключать. Но теперь Илан точно заметит, когда он выйдет. Даня внезапно всё это тоже понимает. Смотрит на себя в зеркало, ухмыляется и выдаёт вслух: – От ведь, зараза. Лена, понятное дело, приветливо улыбается Илану, а увидев записи в карточке, изумляется. – Мне повезло с первого раза, – отвечает он на незаданный вопрос, – честно говоря, опасался, что придётся какое-то время искать салон и мастера. Он рассказал администратору ту же историю, что и Дане. – И это уже второй раз. Предыдущая тоже ушла в декрет. Илан не торопится, давая Дане время собраться и в прямом смысле, и с мыслями, приветливо общается с Леной. Она хвалит причёску Илана, радуется, что ему понравилось, смеётся в ответ на: – Поэтому решил поискать мастера-мужчину. А то прямо какой-то демографический бум у моих девушек… Нет, я здесь ни при чём, разумеется. Лена поддерживает беседу очень профессионально. В личную жизнь и работу не углубляется, лишних вопросов не задаёт, не скупится на комплименты Илану и как бы вскользь соглашается с его похвалой Дане и салону в целом. Записывает его на выбранные даты, говорит, что ему обязательно будут приходить напоминания. Озвучивает стоимость этого визита. Уже расплатившись, Илан вспоминает, что сумма на сайте получалась больше. Оказывается, что Даня не включил в счёт стрижку. Тельман видит, что этот факт удивляет немного и Лену. – Ах, да. Даниил же не рекомендовал пока. Я совсем недавно стригся. Просто поиски начал заранее. – Предусмотрительно, – соглашается администратор. Илан прощается, одевается в гардеробе и выходит из салона. Ему совершенно всё равно, куда захочет поехать Даня. Он даже в чебуречной с радостью с ним посидит или постоит за барной стойкой в любой забегаловке. Конечно, лучше бы подальше от посторонних ушей и глаз. Но к себе домой приглашать Даню – пока что – утопия. Даня торопливо прибирается в кабинете. Больше для того, чтобы отвлечься, остыть. Что же с ним творит этот мужик? Во второй раз – та же история. Смущение, даже практически паника накатывает моментально, как только видит Илана. При этом Дане приятно его внимание. Надо же – нашёл как-то. Точно ведь не врёт, что никого не спрашивал. Но, как говорится, и хочется, и колется. Эмоции, которые испытывает Даня, очень опасны. Хозяйка его салона называет подобное – полшага до любви. А может быть, Дане просто стало скучно? В жизни всё, слава богу, наладилось, устаканилось. Но не влюбляться же от скуки, рискуя разрушить свой с таким трудом выстроенный мир? В конце концов, Даня заставляет себя прекратить загоняться, снимает фартук и одевается. Точнее, переобувает тонкие рабочие мокасины на зимние ботинки и надевает на футболку ярко-голубой свитер. В этот раз Даня хотя бы своим внешним видом доволен. То самое – просто и со вкусом. Волосы гладко зачёсаны и стянуты в низкий хвост. Даня надевает парку, последний раз смотрит на себя в зеркало и уходит. – Я думал, ты за угол отъедешь, – говорит Даня, сев в машину. – Зачем? – недоумевает Илан. – Чтоб ещё и мой номер срисовать. Пару мгновений Тельман молчит с обалдевшим видом, а потом грохает хохотом. – Ну прости, Дань, я от волнения. Очень уж хотелось… кушать. Даня смеётся, а про себя думает: «Стоим друг друга». – Куда поедем? Даня говорит название, адрес, Тельман повторяет их навигатору и трогается с места. – Это скорее кафе, а не ресторан, но готовят вкусно и… – Даня чуть было не добавляет – и цены приятные, но продолжает, хмыкнув: – Не отравишься. И, скорее всего, сейчас там мало народа. – Почему? – Кафе около жилого микрорайона, при этом там много офисов и магазинов рядом. Больше ориентировано на бизнес-ланчи и заказные мероприятия. А вечерами – в основном тихо. – А работает до какого часа? – До одиннадцати. Нам с тобой хватит, – улыбается Даня. – Отлично. Сложив все исходные данные, Илан предполагает, что Даня выбрал место недалеко от своего дома. Так хорошо знает кафе в спальном районе – значит, бывал и не раз. Возможно, ужинает иногда после работы. Зачем он выбирает такое место? Уж точно не из-за хорошей кухни. И уж точно не для того, чтобы потом позвать Илана на чашечку кофе к себе домой. Вероятнее всего, Даня попросту не хочет, чтобы Тельман его подвозил после ужина. Попрощается и уйдёт пешком. Ладно. Сегодня Илан в любом случае не собирается форсировать события. Еженедельные встречи уже запланированы больше чем на месяц вперёд. Рано или поздно он что-нибудь придумает. А возможно и не будет в этом необходимости. Может, пообщаются, узнают друг друга поближе – да и закончится все, даже не начавшись толком. Но в том, что на данный момент их интерес – взаимный, Илан не сомневается и очень хочет его развить. – Классная тачка, – улыбается Даня. – Сам тащусь, – соглашается Илан. – А ты не водишь? – Вожу. Сейчас просто нет машины, – несколько сконфуженно говорит Даня. – В приоритете было жильё, пришлось её продать.