Клинком и судьбой

       Мелкая колония на планете Внешнего кольца, KRPU — 18358654. В будущем, скорее всего, она получит нормальное название, а не комбинацию из несвязанных между собой цифр и букв. Расположение у планеты неплохое, не очень далеко от пересечения двух гипер-пространственных путей.        Саму планету обнаружили совершенно случайно. Никто и подумать не мог, что в непосредственной близости от перекрестка будет находится звездная система. Причем с пригодной для жизни планетой, полной различных драгоценных металлов, а на второй можно будет обустроить станцию по добыче и обогащению звёздного топлива.        Сам перекресток — перевалочный пункт для перехода с одного маршрута на другой, и встретить пиратскую засаду, как и патруль Юстиции, довольно легко.        Так вот. Республиканский звездолет вышел из строя. По вине штурмана, не справившегося с расчетами, или простой поломке поломке корабля, неизвестно. Корабль дрейфовал в открытом космосе, но капитан приглушил аварийный маячок в надежде быть найденным сослуживцами, будучи наслышанным про безпредел, царивший в секторе.        В итоге звездолет вошел в зону действия гравитации газового гиганта и стал его искусственным спутником, обреченный вечность кружить вокруг безжизненного мира.        Десятилетие спустя заглушка на маяке вышла из строя и сигнал бедствия засек патруль Юстиции. Открыли нетронутый руками разумных существ мир, полный полезных ресурсов и грузовой корабль, полный бакты, медицинского оборудования и спайса. В отчете было написано, что груз на найденном корабле отсутсвовал.        Сенатор ближайшего сектора выделил немного средств для предварительной разведки и, узнав о запасах квадания и топливном гиганте, уже пересчитывал прибыль в долгосрочной перспективе. Вскоре отправилась первая группа колонистов.

***

       В просторной больничной палате развивающейся колонии рожала зеленоглазая и темноволосая девушка, коррелианка по рождению. Роды проходили тяжело. Велик шанс мертворождения. Меддроиды не могли объяснить причины, но все обошлось. Свету явились два крепких и здоровых малыша. Мальчик и девочка. На макушке в обоих виднелся пучок золотых волос — отцовское наследство. К слову, от отца детям достались только волосы, все остальное от матери. Как и светящиеся изумрудным блеском ясные глаза.        В устаревшего медицинского дроида было вшито местными умельцами множество дополнительных программ. Он брал не качеством исполнения, а широким функционалом, мог даже самостоятельно запеленать детишек, если в этом будет нужда. Девочка, стоило ей родится, сразу залила просторную палату звонким детским плачем, заостряя внимания дроида на проблеме своего брата — тот молчал и не мог сделать нормальный первый вдох. Дроид среагировал быстро. Одной из своих дополнительных конечностей он с силой ударил по филейной части младенца. Это действия, вместе с болью послужили толчком к первому вдоху, а после более громкому и сильному заливистому плачу.        Мать заметила, что стоило девочке услышать, или увидеть, или почувствовать любым способом, ведь слух и зрение у младенцев развиты ужасно, крик своего брата, как та сразу стала на несколько тонов тише, возможно это просто так совпало. Но девушка всем своим материнским естеством чувствовала связь между близнецами, природу которой не могла знать.        Стоило дроиду запеленать близнецов и вложить их в руки матери, как мальчик перестал плакать. Как только он замолк, в комнату ворвался отец детей. Голубоглазый высокий парень с весьма неплохим телом. Тяжёлые физические нагрузки укрепляют мышцы… Его золотые волосы были пострижены очень коротко, остался лишь небольшой ёжик из волос. В шахте длинные волосы будут только мешать.        Держал он сверток со своей дочерью с максимальной нежностью, хотя по его лицу было видно, что сына он подержал бы с большим удовольствием. Девочка была рада вниманию отца, а мальчик пытался рассмотреть окружающее его пространство. На самом деле он просто переводил свои задумчивые глаза между сестрой и матерью, хотя младенцы практически ничего не видят. Но это не мешало выглядеть важно и одновременно потешно в глазах его матери.        Мальчика назвали Хатц, а девочку Лейла. Фамилию им сохранили матери, наследство от отца, выкарабкавшегося из глубинных уровней Корусанта едва ли смогло бы помочь детям, скорее навредило        История отца невероятно проста и понятна для жителя низов Корусанта. С детсва воровал, никогда не спал на одном месте дважды, пару раз даже пришлось работать на преступные синдикаты, но сумев избежать ловких и тонких сетей преступной паутины, соскочил со скользкой дорожки разбоя, грабежа и вымогательства, умудрившись даже не подсесть на спайс.        Нарвавшись на богатого наглого пьяного паренька, который скорее всего был сыном восходящего сенатора, Бинту пришлось поставить того на место. Он хотел просто избить нагрубившего ему подростка и, не рассчитав в гневе своих сил, впервые убил человека. Практически на самом верху, а на место преступления уже спешил трубящий сигнал тревоги дрон.       Вдалеке виделся спасительный баннер с голо-рекламой. Колонизационный корабль «Новая жизнь». Бинт забрал, к его удивлению, дорогую куртку себе, карманы которой грела приятная тяжесть республиканских кредитов. В корабле было одно свободное место. Парень отсыпал две трети богатств охраннику. Тот оценивающе осмотрел парня, окинув пронзительным вниманием порез около глаза и капельки крови на дорогой куртке. Ниже груди взора он не опускал и, кивнув своим мыслям, пропустил Бинта на корабль, который спас его от пожизненного заключения или, даже возможно смертной казни.        Там он и встретил ее.        У девушки история гораздо печальнее. Насколько лучше было ее начало, настолько хуже стала концовка.        Родилась и выросла на Кореллии. Родителям пришлось взять довольно весомый кредит, чтобы девушка смогла поступить в нормальный университет, бесплатного образования Галактическая Республика не предоставляет. Учеба шла довольно гладко, экзамены сдавались без особых проблем, особенно которые электронные, без личных бесед с преподавателями. А вот некоторые из последних порой требовали чего-то большего, чем просто знание предмета, их глаза говорили о многом, но все обошлось.        Училась, проводила много времени с подругами, те как раз и помогли после учебы устроится в неплохую начинающую фирму грузоперевозок. Небольшая фирмочка, которая теряется среди подобных ей. Владелец хотел сэкономить и набрал специалистов, которых прочие бы обошли. Вчерашние студенты, специалисты с неоднозначной историей…        В сферу ответственности Джейны входил присмотр за грузом во время перелета да соблюдение идеальных условий его хранения при транспортировке. Именно на том корабле она провела первые три рейса. Экипаж был не большой, две ее подруги и семеро мужчин. Всего десять человек.        В Корусантском секторе корабль сломался. Она не верила, что это была случайность. Саботаж. Наверняка механик специально это сделал, девушки видели какими взглядами на них смотрели их товарищи за время рейсов. Джейна хотела сойти с корабля на Корусанте, как и подруги, но поломка произошла раньше. Девушкам не нравилось выражение лица механика, когда они попадали в поле его зрения, и то, что он шептался у них за спинами с остальными.        Правда планам экипажа сбыться не удалось. Из гипера вышел внушительный крейсер, потрёпанный, с боевыми подпалинами, модернизированный кустарно. Либо пираты, либо контрабандисты. Вольные торговцы, как они себя сами называют.        Они взяли корабль, быстро просекли, что хотела сделать мужская половина и высоко оценила их задумку. В награду, они заковали их в кандалы и отправили на Зайгерию. Весь груз с корабля забрали себе, а два контрабандиста пересели в присвоенный корабль и взяли прямой курс на столицу работорговли.        У них этот день выдался удачным. Они связались с прикарманеными юстициарами и попросили задержать встречу на пару дней, сообщив о новом грузе. Судьба девушек особо не изменилась, и неизвестно, где была лучше. Джейна надеялась, что Республика хотя бы защищает своих граждан, но, увидев и познав на себе все прелести системы, стоически выдерживала до тех пор, пока контрабандисты не решили продолжить то, что они прервали. Ход времени для девушки замедлился, она смотрела на себя со стороны, это было мерзко. Трюм корабля сменялся воспоминаниями из детства, а Джейна, пытаясь уйти от действительности, глубже уходила в себя, но резкая боль от небольшого пореза не надолго возвращала нормальный ход времени и по водила ее в чувство…        На Корусанте торговцы устроили себе праздник и перебрали алкоголя, девушкам удалось сбежать, но им пришлось разделиться. Джейна без денег и документов, в одних лохмотьях, отдаленно напоминавших одежду.        Девушка хотела восстановить документы, но ее в таком виде и без взяток просто посылали куда подальше. Один сострил, заявив, что готов, если она расплатится натурой. Она его послала в грубой форме. Джейна ещё не опустилось до такой степени, чтобы продавать свое тело. Она была готова пойти в танцовщицы в бар, но не становится шлюхой.        Ей показалось, что повезло с первого бара. Владелец проникся историей и предложил ей контракт, который её заставили подписать силком, длиной месяц, но это было слишком много, она бы не выдержала столько, ей нужно было хотя бы неделю, чтобы накопить достаточно средств на восстановление документов, но другого выбора не было.        Заведение оказалось вполне себе нормальным, она там смогла вытерпеть целых две недели. Не каждым людям нравятся твилечки. Правда это были не совсем люди, а экзоты… Это было время, полное стыда.        Джейне удалось сбежать, прихватив большую часть честнозаработанных денег, и девушка попытала удачи с восстановлением документов второй раз. Ей повезло, попался вполне нормальный человек, который все равно потом озвучил небольшую сумму, но она была вменяемой, и он потом ещё помог ей, с устройством на «Новую жизнь», с работой по специальности.        Там они встретились и рассказали свои истории друг другу        Потом, по прибытию на колонию, Джейна связались с родители и рассказала, где устроилась, естественно утаив о большей части случившегося.        Девушка сидела в обнимку со своими детьми, но ее взгляд был устремлён на потолок. Точнее мимо его. Насколько прогнила эта система, что около столицы Республики человека могут спокойно продать в рабство или ещё хуже. Про эти извечные взятки, она не верила, что подобная опухоль дошла до самой вершины, но и отрицать подобного факта уже не могла со всей уверенностью.        Джейна перевела взгляд на детей и надеялась, что станет щитом для этих детей. Что они не увидят всей грязи Республики и ее демократии.        Но у Силы на все другие планы.

***        Дети просто радовали. Тихие, послушные, в меру любознательные. Хатц был просто идеалом ребенка, ночами даже не плакал. В отличии от Лейлы, но она всегда во всем брала пример с него и пыталась быстро успокоиться, под вечноспокойный взгляд мальчика.        Сами дети словно предугадывали желания Джейны и выполняли их, стоило ей только захотеть. Они словно читали мысли, и это на самом деле слегка пугало, но девушка смотрела на невинные детские улыбки и не могла сдержать в ответ свою.        Порой, бывали дни, когда и Джейна, и Бинт работали, и дети должны были оставаться одни, но не только их семья попадала в такую ситуацию. Всех детей селения оставляли паре семей, благо такие ситуации выходили раз в пару недель. Принимающая сторона менялась в порядке очереди.        Родители не могли скрывать довольных улыбок, когда соседи хвалили детей за идеальное поведение. Они понимали, что это не их заслуга, но не могли не принимать похвалу, особенно когда она искренняя. Их дети были просто идеальны.        Но как велико было удивление Джейны, когда ей выпала череда быть наседкой детского сада их селения, а все дети вели себя, словно паиньки. Ни ссор и драк, ни криков и плача. Все тихо игрались либо сами с собой, либо друг с другом, но она не замечала взглядов, с толикой страха и ненависти, направленных на ее сына.        Больше чем взаимопонимание детей с ней, ее радовало их отношения друг с другом. Казалось, они понимают один одного с полудвижения, полунамека, полуулыбки. Порой в ее голову закрадывалась сомнения, по поводу того, заговорят ли они? Ведь они не нуждались в речи с таким пониманием друг друга, но как велики были ее облегчение и радость, когда она услышала заветное: «Мама!», сорвавшееся с уст Хатца, а пару мгновений спустя и Лейлы. Этот миг стал самым приятным в ее жизни, а день их рождения сместился с вершины пьедестала на ступень ниже.        Как же они похожи друг на друга. Золотые волосы одинаковой длины, изумрудные глаза, форма их носа, одинаковые ямочки около губ. Они были идентичны. Джейна не могла осмелится сделать волосы сына короче, ей нравилось пытаться различать их друг от друга, но она всегда безупречно определяла кто есть кто. Всегда, кроме одного раза. Однажды им удалось ее провести. Когда Лейла заплела Хатцу девчачьи косички и эта вечная задумчивость слетела с его лица. Она тогда не понимала, почему на Лейлу отзывается сын. Джейна думала, что это такой розыгрыш. В принципе, так оно и было, только с другой стороны.        После этого случая соседки вечно жаловались, что дети разыгрывают их, притворяясь друг другом, но Джейна не могла не заметить довольных и даже облегченных и счастливых улыбок, наполненных толикой злорадства. Ее дети не идеальны, они такие же как и все, только чуть лучше. Вот, что они говорили, улыбаясь.        Отношения с Бинтом потихоньку портились. Ей стоило бы насторожиться, когда он в открытую признался, что убил, прежде чем попасть на борт корабля. Тогда она нуждалась в подобном человеке, ей казалось, что именно такие люди смогут защищать ее, но она ошибалась. От кого не нужно защищать? На корабле были лишь порядочные люди, и Бинт вместо того, чтобы защищать, стал, наоборот, пугать. Джейна его боялась.        Не он один проводил ночи в барах перед чередой выходных, не он один любил поиграть в паззак на деньги, не он обычно первый ввязывался в дракииз-за карточных игр, но она помнила, что именно Бинт уже убивал. И убил именно тогда, когда ему было выгодно, и понимала, почему все хотят его избить. Ведь нельзя вечно побеждать в картах. Ты либо мухлюешь, либо пользуешься чем-то ещё.        Ей было страшно, когда он возвращался домой, перебрав алкоголя. В такие дни Бинт обычно возвращался слишком злым и дерганым. Джейна боялась, что он ее ударит. По утрам после его загулов, соседи смотрели на ее жалостливо, желая сочувствие, но она ненавидела этот взгляд. Он все больше разжигал злобу в Бинте.        Но больше всего Джейна ненавидела в нем то, что Хатцу он уделял практически все внимание, а Лейлу полностью игнорировал. Хотя ее душа наполнялось теплом, а на лицо наползала дурацкая улыбка, когда сын притворялся Лейлой, и вся любовь уделялась дочери. Девочке любовь отца была трижды нужнее, нежели матери, ведь её так не хватало. Джейна не знала кого благодарить за то, что у Бинта хватало мозгов не обращаться по имени или полу, а просто демонстрировал свою любовь. Возможно он догадывался? Нет, вряд ли.        Этот день можно было назвать самым ужасным. Он вернулся домой позднее обычного. Бинт был слишком пьян и невероятно зол. Таким злым она его не видела никогда. Оно и не дурно. Муж думал, что тот путник был простым заскочившмим за свежим топливом и пойлом торгашом, но все оказалось сложнее. Это был джедай. Похититель детей и цепная шавка сената одновременно. Их ненавидит практически вся галактика. Этих лицемерных «Хранителей мира».        Тот джедай мало того, что обчистил мужа на все кредиты, а в тот день у него был аванс, так ещё и словил его на жульничестве, при этом случайно засветил световым мечом, показывая свой авторитет и важность слова. Джедай явно перебирал в голове каждый выигранный кредит и наслаждался слабостью простого человека, и наверняка вызывающе вел себя после, чтобы мог спокойно показать свою джедайскую самооборону и оставить его калекой. Ведь джедаи первыми не нападают и противников не убивают. Словил его на жульничестве, а как будто его Сила это не жульничество. Хаттов лицемер.        Как Бинт был зол дома. Она боялась показаться ему на глаза дома, и не зря. Джейна не знала всей ситуации и не успела разминуться с ним. Они столкнулись в коридоре. Девушка несла горячий каф на кухню. Вылила кипяток ему прямо на руки и упала наземь после столкновения. Джейна уже видела, что он замахивается для удара, видела, что он и не хочет этого делать, но уже ничего не изменить, и зажмурилась. Боли не было, только звонкий стук и звук разбитого зеркала. Хатц держал в руках какую-то деталь. Она не разбиралась в спидерах, но это было явно дорогая деталь, которая сломалась прежде, но уже целая. Бинт орал на Джейну, но был доволен поделкой сына, а за ее спиной плакала дочь. Мальчик увел гневного мужа остывать в ангар, а она сама подняла Лейлу и отвела в детскую комнату, там они плакали уже вдвоем. Ей было страшно, но от того, что она не знала будущего детей, убей он ее сегодня. Явно их не ждало ничего хорошего. Девушка не знала, сколько времени прошло, но они успокоились только тогда, когда вернулся сын и обнял их обеих своими маленькими ручками и прижал к себе.        Она хотела стать щитом от хаттого мира для этих двоих, но в итоге сама прячется за сыном от гнева мужа.        После муж рассказал, почему он вспылил и в очередной раз слезливо и на коленях просил прощения за свои поступки, и клятвенно обещал, что подобного не повторится.        Она понимала причину гнева. Ей так же хотелось в очередной раз поверить его словам, но что было бы, если их дети не понимали бы окружающий мир так, как понимают сейчас?        С того случая Бинт на самом деле изменился. Он возвращался домой практически трезвым и в приподнятом настроении. Бинт даже вновь ударился в романтику, словно они вновь на корабле. Джейна ощущала, что не сможет забеременеть вновь. Роды близнецов тяжело сказались на её здоровье, но она боялась огорчить мужа такой новостью. Стоило им обоим надеть маски, как отношения в семье стали теплее на несколько тонов, но это было лишь притворством.        И даже эта броня дала трещину. Одной ночью Джейна хотела зайти в комнату и посмотреть на то, как спят её крошки. Она слегка приоткрыла дверь, но сердце пропустило удар, ведь дети не спали. Лейла завороженно и с полным восторга глазами смотела на то, как модельки истребителей летают вокруг её парящей в воздухе любимой куклы, и легонько похлопывает в ладоши, максимально тихо, стараясь не разбудить родителей. Модельки летают сами по себе. А брат, вытянув правую руку вперёд, отдался полной любви лучезарной улыбке и наслаждался счастьем сестры.        Она даже не могла забыться во лжи. Как скоро придут джедаи и заберут её крошку в свои жуткие лапы? И неужели она ничего не сможет им противопоставить? Неужели это происходит с каждой семьёй, откуда они забирают детей? Неужели нельзя их просто прогнать? Неужели это правильно? Почему дети должны лишаться родительской любви? И ещё десятки разных других «почему?» и «неужели?».        Но это все мелочи. Важно другое. Как отреагирует их отец, узнав что его дражайший сын один из тех, кого он люто ненавидит всем своим сердцем?        Лучше он останется в блаженном неведении.        После того случая Джейна стала подмечать мелкие детали, на которые раньше смотрела сквозь розовые очки. Почему Хатц с лёгким высокомерием и снисходительностью смотрит на прочих детей, а они в ответ лишь со страхом? Почему они не играют между собой? Или вот ваза, которую задел локтем Бинт, должна была упасть и разбился, но каким-то чудом он успевает ее словить, прямо в последний момент. Повезло. Вот их фенликс со всей прыти прыгает на ящик, наполненный мелкими бытовыми инструментами. Их питомец должен перевесить ящик, но тот в нужный момент возвращает баланс. Повезло. Булка, намазанная сладкой белковой пастой, приземляется всегда начинкой вверх, если сын рядом. Везёт. Кредитка, в споре с мужем, всегда выпадает нужной именно ей стороной. Это не миру не наплевать на судьбу Джейны. Ха. Ха. И ещё раз ха. Вселенной как раз таки наплевать, а вот её сыну нет, это всё его рук дело.        Джейна помечает каждый прожитый день, после того как узнала, что мальчик чувствителен к Силе. Она каждый день молится, чтобы вопы пришли как можно позже. Не ради себя или мужа, а ради дочери. Сможет жить без него? Ведь когда они не видят друг друга хоть несколько минут, начинают нервозно озираться, в поисках друг друга. Смогут ли они жить порознь? Сможет ли она сама жить, зная насколько сильно они тоскуют друг по другу. Между ними есть нечто большее, чем связь между братом и сестрой.        И вот ещё один день полный страхов и ожиданий прошел. Она открыла датапад и сделала ещё одну пометку в блокноте. Нужно будет ещё раз пересчитать, действительно ли сейчас трехсотый день, или нет? Но метка удалась лишь на половину. Рука Джейны дрогнула. В парадную дверь кто-то настойчиво стучит.        Она метнула датапад в стену со всей силы, полная надежды сломать, но он противоударный. Даже здесь ей не повезло.        Девушка резко подорвалась с кровати и побежала в детскую комнату, сказать крошкам, что все хорошо и чтобы ни в коем случае не выходили из комнаты, но она, открыв дверь, замерла и пропустила несколько ударов сердца. В комнате был лишь её сын.        — Где Лейла? — чуть ли не сорвалась на крик Джейна.        — Она с папой на кухне, — детским звонким голоском пояснял Хатц. — Ей сегодня удалось уговорить папу покушать вместе с ней сладкого, — в его глазах и голосе плескалась радость за сестру. — Я конечно оставил и свои сладости ей, — гордо вскинув носик продолжил, обычно такое поведение умиляло Джейну, но сегодня у нее на глазах скапливались предательские слезы. — Но она точно их принесет, а я их все равно не буду есть… Мам, ты чего? — резко сменилась интонация в его голосе. — Ты чего плачешь?         — Все нормально. Пообещай не выходить из комнаты, чтобы за дверью не происходило. Договорились?        — Но что происходит? — не понимал просьбы Хатц.        — Пообещай, — продолжила гнуть свою линию мама.        — Зачем мне выходить из своей комнаты ночью? — невинно спросил мальчик.        — Вот и славно, — улыбнулась в лицо сыну и смахнула слезинки с ресниц.        Джейна, закрыв дверь, развернулась и, сделав несколько шагов, застыла посреди комнаты.        Бинт держал правой рукой Лейлу за левую руку, та в свою очередь в правой руке держала упаковку с белковыми сладостями. Дверь в дом распахнута, на улице бушует сильный ливень. Холодные порывы ветра подхватывают подолы её одежд. В гостиной стоят двое, нежданных, промокших под дождем, закутанных в коричневые робы. Низкий сделал шаг вперёд, словно перегородил дорогу Джейне в её собственном доме. Второй, более высокий, откинул капюшон своей робы, демонстрируя лицо, покрытое короткой рыжеватой бородой. Сам он был лыс, а на беглый взгляд ему можно было дать лет сорок пять, но это если не смотреть на глаза. Они были ледяные, безэмоциональные, такие могли принадлежать только глубокому старику.        Бинт слушал, что говорил ему джедай. Слушал и не слышал. Он застыл в немом шоке. Старший джедай продолжал свою речь, указывая пальцем на Лейлу. Девочка не выдержала, побежала к матери и спряталась в ее объятиях. Второй, молодой, ему можно было дать лет двадцать, требовательно вытянул левую руку, словно ожидал, что Джейна покорно отдаст ему своего ребенка, и как бы невзначай распахнул свою робу, показывая световой меч. Он угрожал ей в ее доме. Лицо матери приняло гневные очертания. Девочка сильнее прижалась к матери и шептала имя своего брата.        Если выкинуть воду из джедайских речей и перейти к конкретике, то вся их речь сводилась к следующему: «Мы знаем всю вашу биографию. Один убийца в бегах, вторая разорвала контракт и обложена невероятно огромным штрафом. Вы либо отдаете девочку добровольно, либо мы вас судим по законом Галактической Республики по вашим статьям, сверху добавляя отказ содействию джедаям, и все равно забираем девочку. Она, если захочет, сможет видеться с вами. Делайте правильный выбор».        Дверь детской комнаты открылась и оттуда выбежал Хатц. Он за несколько мгновений он очутился рядом с левым плечом матери. Лейла сразу же прижалась к нему и с вызовом посмотрела на молодого джедая. Джейна увидела, как каменная маска сменилась гневным оскалом. Его, видимо, зацепило то, что жалкого сопляка считают сильнее его, падавана, который со дня на день срежет падаванскую косичку. Она могла позволить себе лишь лёгкую усмешку, ничего более, но и она исчезла с ее лица, а после кожа на лице стала белой, словно снег, а глаза наполнились страхом за детей. Ведь Хатц крепко сжимал в своей правой руке рукоятку светового меча джедая.        Молодой джедай в ответ тоже вытянул руку, но его лицо застыло в немом шоке. Все же джедаи не бездушные машины и тоже испытывают эмоции, или это только юнцы? Меч в руках в мальчика начал дрожать неистовой пляской, но он не выпускал его из своих рук. Джейна не заметила, как именно старший джедай оказался рядом со своим младшим коллегой и отвесил тому звонкого подзатыльника, выкрикивая ему ругательства. Она среагировала только на звук соприкосновения ладони и затылка, движения остались размыты.        И именно в этот момент слева от нее раздалось размеренное гудение. Она в панике повернулась к детям лицом и отпрыгнула назад, упав на пол.        Хатц смотрел на лазурное лезвие, глазами полными восторга и восхищения, не обращая внимания ни на что другое, ровно как и Лейла. Но на девочку постепенно накатывал лёгкий страх, который она отбрасывала, заряжаясь силами от своего брата. Сам мальчик наполнился чувством силы и уверенности, стоило полумраку комнаты осветиться от лезвия синего клинка.        Старший джедай осторожно, выражая почтение и демонстрируя свою безоружность, подходил к ликующему Хатцу, положил свою руку поверх маленькой ладошки мальчика и что-то прошептал ему на ухо. Шептал довольно долго. Потом мальчик кивнул и, нажав на кнопку, выключил меч. Старший забрал оружие и вернул младшему коллеге, заглянув между делом в глаза Джейне, и улыбнулся ей слишком широко, демонстрируя белоснежные зубы и свою безоговорочную победу.        Протянул руку мальчику. Хатц попытался посмотреть матери в глаза, но та не могла найти в себе сил посмотреть на полный непонимания и беззвучной мольбы взгляд сына. Джейна не могла ничего сделать. Не дождавшись ответа от матери, мальчик ответил джедаю и взял его руку маленькой ладошкой, и они вчетвером последовали из дома, прямо под ливень. Лейлу забрали тоже.

***        Рыцарь джедай Кон Дай выполнял самое ненавистное ему задание. Вербовка юнлингов. Так он, кривя сердцем, сам называл это, хотя по существу они просто отбирали детей у родителей. Будь на то его воля, он бы никогда не выполнял такие задания, но воля Совета — закон.        Мужчина не понимал почему его отправили в такой спешке на захолустную колонию на внешнем кольце, тем более которую он посещал менее стандартного года назад. Неужели джедаи уже опустились до того, что забирают уже грудных детей?        Им даже не дали и дня отдохнуть в храме после миссии, попросив отправится туда как можно быстрее.        Нет эмоций, есть покой.        Его ученик уже готов сдать экзамен на рыцаря, но мужчина не спешил отпускать падавана в вольный полет. Он должен быть полностью уверенным в том, что его ученик сдаст экзамен без каких-либо вопросов и не опозорит уже довольно великовозрастного рыцаря. Тогда у Совета не останется другого выбора, как уже наконец пожаловать ему звание Мастера.        Кон все же решил, что его ученик уже способен пройти испытания, и нужно побыстрее справится с новым заданием. Действительно, Совет Магистров всегда прав. Нужно слушать их волю и уповать на веления силы.        Полет до нужной колонии от Корусанта составил чуть меньше, чем две недели. Стоило им выйти на орбиту планеты, как рыцарь почувствовал волнения в силе. Как он только не ощутил их в прошлый раз? Может быть он просто их не искал, а беспокойство списал на естественный фон ещё дикой планеты? Вполне возможно. Они высадились в ближайшем к адресу проживания будущего юнлинга космопорту.        Ему не было нужны в точном адресе, можно было с лёгкостью определить дом, опираясь лишь на ощущения в силе, но так будет быстрее. Погода была ужасной. Невероятно сильный ливень испортил поездку на спидерах… Да, их корабль довольно хорош. Он не пожалел, взяв это развалину с двадцать лет назад на самостоятельную миссию. Этому кораблю кроме него больше никто не прикасается, можно спокойно складировать туда излишки в снаряжении, хотя джедаям нет нужды в роскоши и лишних средствах. Они должны довольствоваться тем, что выдает храм, но его спидеры значительно сократят время выполнения миссии, значит он выполнит волю Совета быстрее, а значит ничего плохого в этом нет.        Только падаван весь полет был очень хмурым, словно он ожидал чего-то в храме довльно давно, а эта миссия разрушила его новые планы. Ничего, по прибытию в храм Кон обрадует его скорым экзаменом.        Мужчина постучал в закрытую дверь. Время конечно позднее, но лучше бы им не спать. Он не собирается ждать утра, ему нужно выполнить волю Совета как можно быстрее.        Ожидание не было долгим. Дверь отворилась и на него смотрел какой-то знакомый мужчина и правой рукой крепче сжимал детскую ладошку. Как же он себя паршиво чувствует в подобные моменты. Кон, не разбрасывая лишних слов, бодро шагнул в дом. Падаван последовал за ним. Мужчина вспомнил этого человека. Это именно его он в прошлый раз обыграл в паззак. Какой-либо гордости в этом поступке он не испытывал, справедливо было бы извинится перед ним. Всё-таки он отдыхал здесь после длительной и тяжёлой одиночной миссии и довольно сильно перебрал горячительных напитков. Да… В этой колонии напитки довольно крепкие, а он мужчина в паззак играл довольно неплохо, даже несмотря на то, что жульничал. Это дела минувших дней.        По центру комнаты стояла, наполненная страхом и неверием девушка, видимо мать девочки. Кон глянул на действия своего падавана. Неудивительно, что мать боится. Ну зачем он так агрессивно становится перед напуганной матерью, тем более в ее доме? Разве так ведут себя хранители мира? Нужно будет с ним довольно серьезно поговорить, после выполнения миссии. Все таки он не готов к бытию рыцарем.        Кон начал говорить заученную заранее речь. Во время перелета было достаточно времени. Как же ему не хочется причинять ни силу, ни Силу… Рыцарь протянул руку девочке, в надежде, что та сама сожрёт его руку, но она убежала к матери и примкнула как можно сильнее. Только что-то здесь не то, он чувствовал, как Сила окружает девочку, но так же ощущал маленькую нить, словно Узы, и она вела к соседней комнате.        Падаван сделал шаг вперёд, ненавязчиво показывая свое оружие. Мать вспылила ещё сильнее, девочка сжалась и зажмурилась, лицо отца сковала пелена гнева и ярости, лишь бы он не сделал лишних движений. Падаван конечно молодец, лучше только оставалось встать в боевую стойку, активировав меч.        Вот с комнаты выбежало маленькое создание. Точная копия девочки. Сестра, или брат? Скорее сестра, они одинаковы. Нет… Слишком смелый взгляд, а облегчение девочки Кон чувствует даже отсюда, определенно братик пришел на защиту. А вот мать побелела от страха. Да, девочка нитью связана именно с ним, но странно другое, он совсем не чувствует Силы вокруг него, даже простые люди чувствуются в Силе, а он нет…        У него в руках меч падавана? Чем думает этот осел, и он не может его вырвать силой обратно? Но винить его тяжело, рыцарь сам не чувствовал от мальчика Силы, сейчас он конечно раскрылся полностью, обучился телекинезу самостоятельно. Да… Гений.        А этот взгляд, с которым он смотрел на активированный клинок. Ни капли страха. Лишь восторг. А сестра боится меча, но доверяет брату. Чувствительные к Силе близнецы, какая редкость. Интересно, сколько медихлориан у них по отдельности и вместе? На корабле узнают.        Да, паршивое чувство. Мать полностью сдалась, она словно постарела за эти несколько минут лет на пять точно, ну что за дурацкая система.        Его речь вылетала на автомате, он даже не думал, о чем говорит, но, тепло улыбнувшись, протянул руку мальчику. Тот долго смотрел на мать, но та не могла посмотреть в глаза своим сыну и дочери. Мальчик принял решение и протянул руку в ответ. В его взгляде читались решимость и твердость, слишком сильные для его возраста. Им же ещё пяти лет нет.        На отца было страшно смотреть. Кону было интересно, запомнят ли дети лица родителей? Лично он уже их и не помнил. Сейчас не было нужды накидывать промокший капюшон на голову. Дождь закончился весьма кстати, юнлинги не простудятся.        Рыцарь сел на спидер и посадил девочку на колени, она не отводила взгляда от своего брата. До корабля ехать минут двадцать, а там две недели до храма. На корабле был датапад с детскими игрушками, но вряд-ли этого им хватит на две недели. Рыцарь уже приготовился терпеть капризы детишек, их нельзя было оставлять на попечение его падавана. Он думал, что тот будет себя вести по другому…