Загробный медовый месяц

Утром я просыпаюсь в хорошем настроении. Пытаюсь вспомнить – что такого хорошего произошло? Тут же спохватываюсь – конечно, два дня назад мы заключили договор на открытие филиала моей кофейни “Фиалки” в Кадигорске. Мы так долго шли к этому! Хоть бы в Кадигорске все было хорошо! Это не наш маленький Ласовск, конечно. У нас почти пятнадцать тысяч населения, а в Кадигорске в два раза больше! Больше возможностей и больше проблем. Но, если все получится, можно мечтать о дальнейшем продвижении. Мы дорастим нашу "Фиалку"и до Петербурга и до Москвы. Решительно встаю с кровати. Вот я размечталась! Нужно действовать, а не витать в облаках. А кроме кучи дел сегодня мне предстоит неприятный разговор с Ильей. Как жаль, что все свалилось на меня именно сейчас! Уже неделю у меня сильнее болит сердце, чаще пью таблетки. Но деваться некуда, бизнес есть бизнес, свадьбу отложить тоже не вариант. Новое завещание я могла бы написать в другое время, но тогда, если я умру, после свадьбы квартира отойдет моему мужу Роме Асмодину, а фиалка Илье Меркурьеву, что меня категорически не устраивает. Рисковать не буду, не в моем случае. У меня врожденный сочетанный порок сердца, так что завещание я переписываю регулярно, как только возникает необходимость. А сейчас она двойная - во-первых, я хочу оставить квартиру не своему будущему мужу, а маме и сестре с племянниками. Они вчетвером живут в маминой двушке, моя трехкомнатная будет им очень кстати. Во-вторых, мы уже не раз ругались с Ромой насчет наследования “Фиалки”, и в этот раз я соглашаюсь ему уступить. Он много времени посвятил моей кофейне, после работы и в выходные проводил много часов, вникая в нашу работу. Теперь я вижу, что смогу доверить Роме “Фиалку”, он сможет как минимум не потерять ее. К нотариусу я иду завтра, а сообщить о моем решении Илье лучше сегодня - потом совершенно не будет времени. Все дела с моей кофейней нужно доделать как можно скорее, послезавтра у нас с Ромой свадьба. Осторожно встаю с кровати, стараясь не разбудить Асмодина. Ему на работу к десяти, а я, как всегда, пойду к семи. В душ приходится пробираться сквозь гору мусора на газете и моток проводов. Рома некстати затеял ремонт, рассчитывая все закончить до свадьбы. Ага, я посмотрю, как он все успеет. Скорее мы грязью зарастем. Я пришла вчера почти в одиннадцать ночи, а он занимался ремонтом после работы и устал, убираться было некому. Надо хотя бы сегодня найти на это время. Асмодина я встретила полтора года назад, когда он устроился в форму, офис которой находится напротив нашей “Фиалки”. Долго ему пришлось добиваться моего внимания, я всегда считала, что серьезные отношения с кем-то для меня невозможны. Это просто эгоизм, ведь я могу умереть в любой момент. К тому же, с моим сердцем невозможна беременность, а всем хочется семью. Но Роман убедил меня, что еще не известно, кто из нас сколько проживет, а раз я прожила со своими проблемами больше тридцати лет, то, может, и еще столько проживу. К тому же, говорил он, инфаркты случаются все чаще у молодых, а особенно мужчин, так что как знать, кого из нас сердце подведет раньше. Рома даже уговорил меня на официальный брак, раньше мне казалось, что нет смысла это делать, чтобы не оставить мужа вдовцом. И я так радовалась, что могу доверить Роману кофейню! Одна проблема омрачает все с начала и до сих пор - неприязнь между Ромой и Ильей Меркурьевым! Как может быть, чтобы два таких близких мне человека так невзлюбили друг друга! И это было бы полбеды - долгое время каждый из них пытался настроить меня против другого. Меркурьев выдумал, что у Ромы есть другая женщина, которую он водит домой! И я поверила! Прибежав домой, когда Асмодин был на работе, отсматривала записи видеокамеры, спрятанной в прихожей, но, разумеется, ничего не оправдалась - мой жених всегда приходил домой один. Как можно было выдумать эту гнусность? Отогнав от себя неприятные воспоминания, тихо собираюсь и выхожу из квартиры. Первый, кого я встречаю, заходя в “Фиалку” - это восемнадцатилетний Артем, сын Ильи. Хмуро поздоровавшись со мной, от демонстративно отходит в сторону. Я стараюсь не обращать внимания - сегодня у меня итак будет сложный разговор со старшим Меркурьевым, достаточно в последнее время мы ругались из-за его сына. Я все понимаю, Артем на меня злится, это я не позволила назначить его администратором. Да и куда ему, в его возрасте и с почти никаким опытом работы? Только чтобы угодить его отцу? Да Илья сам должен понимать, что это бред! Я не собираюсь расплачиваться за его ошибки молодости, тем более, когда речь идет о “Фиалке”. Не мои проблемы, что у Меркурьева родился ребенок, когда ему было всеми семнадцать лет, а матери этого ребенка и вовсе на год меньше. Толку от таких родителей было немного, вырастила его мать Ильи, Вера Андреевна. Насколько помню, с Артемом всегда были какие-то проблемы, вплоть до того, что, закончив девять классов, он год просидел дома, ничего не делая, пока Илья не пристроил его в нашу “Фиалку”, где Артем работал то промоутером, то официантом. Кстати, хорошо работал, но о том, чтобы взять его на нормальную должность и речи быть не может. Скорее бы его в армию взяли, одной бы проблемой меньше. Илью я знаю всю жизнь - мы познакомились в детском саду. С того момента мы расставались всего на пять лет, когда я уезжала учиться в другой город. Он сразу поддержал меня, когда я решила открыть кофейню. Работал с утра до ночи за всех от бариста и уборщика до бухгалтера и директора. В моей “Фиалке” он всегда числился наемным сотрудником, хотя поднимал ее с нуля. Я всегда считала, что она принадлежит ему также, как и мне, потому сразу и завещала “Фиалку” Илюше. Мама и Света не смогли бы ею управлять, а я не допущу, чтобы после моей смерти ушла и она. Вместе со мной Илья создал ее, провел через все трудности, мы удержались даже во время самых трудных кризисов. И открытие филиала - целиком и полностью его заслуга. Меркурьев вывел нашу малышку на новый уровень, скоро он также будет пестовать наш филиал в Кадигорске. Жаль, что у Илюши сразу не сложились отношения с Ромой. Они невзлюбили друг друга буквально с первой встречи. Мне даже казалось, что Роман ревнует меня, правда, так и не поняла к кому, к “Фиалке” или к Илье. За первые месяцы наших отношений он напридумывал кучу обидной ерунды: и что Илья хочет отнять у меня “Фиалку”, и что он обманывает меня в бизнесе, особенно в бухгалтерии, и что он в меня влюблен. Я была в шоке - как у Асмодина язык повернулся сказать такое про человека, который никогда в жизни меня ни в чем не обманул? Ладно, я еще могу понять его слова насчет якобы влюбленности в меня Илюши, все-таки дружба между мужчиной и женщиной - не частое явление. Конечно, Роме нелегко смириться с наличием у его невесты лучшего и очень близкого друга мужчины. Но приписать Меркурьеву махинации с моей кофейней? Да Илья за нее сам кого угодно порвет, он за нее душу продаст, и никогда не опустился до использования нашей “Фиалки” как площадки для махинаций! Меня очень обижали такие слова, хотя Роман и старался сообщить о своих подозрениях как можно мягче. Но я не желала слышать эту ложь ни в какой форме. Тем более что, разумеется, ни одного доказательства он предоставить не смог. Поняв, что я не поверю в эту чушь, Асмодин постепенно перестал говорить мне это. Но я не верю, что он успокоился, скорее, просто боится испортить со мной отношения или думает, что меня нереально переубедить. Мне показалось, что кофейня и Илья перестали быть в нашей семье яблоком раздора, но, полгода назад, в связи с серьезными отношениями с Ромой и уже назначенной свадьбой, я решила поменять завещание и поставила его в известность. Как и прежде, наследником оставался Илья, я по-прежнему видела только его способным сохранить “Фиалку”. Но вторым, “запасным” наследником я теперь решила назначить Асмодина. Он должен был наследовать нашу кофейню, если умру не только я, но и Меркурьев. Если бы у меня раньше был человек, которого я прежде могла вписать в завещание в такой роли! Мысль о том, что “Фиалка” просуществует недолго, если с нами сразу двумя что-то случится, просто сводила меня с ума. Конечно, малореально, но вдруг мы вместе попадем в аварию, или на нас нападут? О том, чтобы мама или Света могли управлять кофейней и речи не может быть. Как мне жаль, что они совсем не подходящие люди. Я могла бы хоть с завещанием не заморачиваться! Увы, кроме Илюши в моем близком окружении не было того, кому я могла доверить свое дело после смерти. И вот, наконец, такой человек появился! Я так радовалась, что Рома смог понять, что для меня значит “Фиалка” и почему так важно, чтобы она жила после моей смерти. Конечно, первое время он слушать не хотел разговоров о моем сердце и том, чем все может закончиться. Но потом понял, что мне спокойнее знать, что я могу положиться еще и на него, и, к недовольству Илюши, стал стараться вникать в работу “Фиалки”. Но когда во время разговора о завещании, Асмодин узнал, кто будет первым наследником, он пришел в ярость. О предыдущем завещании он не знал, отмахиваясь от моих попыток сказать ему словами, что он не ждет моей смерти, и кому достанется моя собственность, ему неинтересно, так как в таком случае для него все перестанет существовать. Сначала я не слишком наседала, понимая, что ему нужно время, чтобы привыкнуть к моей ситуации и понять важность кофейни для меня. В глубине души я боялась, что он вообще не выдержит жизни с моим сердцем и вообще со мной и уйдет. Кому нужна жена, которой с раннего утра до ночи на работе, включая выходные? А если добавить постоянный риск внезапной смерти и невозможность иметь детей? Немногие выдержат. Я вообще считала нечестным с моей стороны выходить замуж, зачем оставлять мужчину вдовцом? Хорошо, если он к тому моменту будет достаточно молод, чтобы жениться повторно. Как хорошо, что Рома оказался таким необыкновенным, что смог справиться и с моими страхами, и со своими суевериями! Он все больше узнавал работу в “Фиалке” и привязывался к ней. Но при этом он не захотел и отдать ее другому. Но какое еще завещание я могла составить в тот момент, если Рома был еще не готов? Если настоящим сердцем моей кофейни был Илья? Не понимаю, почему моего будущего мужа это так бесило. Казалось, для него было бы лучше, если бы “Фиалка” досталась первому встречному, но только не Меркурьеву. Я очень обижалась, Рома лучше всех знает, что для меня значит моя “Фиалка”. И для Ильи. Неужели мой будущий муж хочет, чтобы после моей смерти дело всей моей жизни продержалось совсем недолго? Ведь это единственное, что я сделала и что останется после меня. Вопрос только в том, как долго она проживет после. Как может Рома пытаться отнять кофейню у того, кто фактически создал ее? Илья отдает время, силы и душу нашей “Фиалке”. Если по совести, а не по закону, она принадлежит ему также, как и мне. Потом, как следует подумав, я решила переписать завещание на Романа. Наверное, я была неправа по отношению к нему. Ведь именно понимая, как дорога мне “Фиалка”, он хочет оберегать ее в память обо мне. Он не такой, как мама или Света, сможет не потерять кофейню. Тем более, что не за горами открытие филиала в Кадигорске, вот следующая кофейня и будет завещана на Илью. Только разберемся сейчас со свадьбой и прочими проблемами, тогда все и решим. Главное сейчас, поговорить с ним как можно спокойнее. Я откладывала до последнего, но к концу рабочего дня приходится решиться. -Завтра приду не раньше одиннадцати, - говорю я Меркурьеву. Он что-то мычит в ответ, не отрываясь от отчета, потом догадывается спросить: -Что-то не готово к свадьбе? Поколебавшись немного, я решаюсь сказать - ему не понравится, и лучше сейчас, чем после свадьбы. -Почти. Хочу переписать завещание. Илья наконец отрывается от книги. -Опять, - говорит он, закатывая глаза, - не надоело еще? -Если со мной что-то случится после свадьбы, Рома станет наследником первой очереди. А я решила завещать квартиру сестре и маме. Меркурьев хмыкает и отвечает: -На самом деле никакой разницы. -Что? -Одна семья, зачем тебе завещание? -Роман сам себе заработает, а Светка с детьми не сможет. Кстати, он не возражает. -Еще бы! Я ни минуты не сомневался в его реакции. -В чем ты его обвиняешь? - возмущаюсь я. -В семейных связях. Неважно. Ты все равно считаешь его хорошим, продолжай. Но я замолкаю. Устала уже от их неприязни, сколько можно? Даже сейчас они не могут не трепать мне нервы. После сделки у меня второй день болит сердце, а послезавтра свадьба. А ведь до последних дней мне казалось, что все успокоилось. Уже месяца два или три Роман ни слова не говорил об Илье, а мой друг выдавливал из себя улыбку, если я упоминала о женихе. Так было хорошо и спокойно! И вот, пожалуйста, вчера я чуть не разругалась с Асмодиным из-за завещания, как опять активизировался со своими намеками Меркурьев! Иногда мне кажется, что он ревнует, так как мой друг никогда не говорил ничего конкретного, лишь намеки и догадки. Да еще та ложь про женщину в моей квартире. Неужели сейчас будет что-то подобное? Не надо портить мне настроение сейчас! И с чего ему ревновать, если он не влюблен в меня? У нас было по молодости, это давно забыто. У Меркурьева со многими было в молодости, оттуда и свалившийся на нашу голову сыночек с попытками Ильи его куда-то пристроить. -Извини, я не хотел тебя расстроить, - говорит мой друг. -К сожалению, это я вынуждена тебя расстроить, - отвечаю я, - потому и завела разговор о завещании. -В чем дело? -Я завещаю “Фиалку” Роме. Ну все, я это сказала. Сейчас разразится буря. Но Илья молча отходит от меня и останавливается у окна. -Уверена, он сможет сохранить ее, - говорю я. Илья резко отворачивается от окна и подходит ко мне со словами: -Жанна, ты не можешь этого сделать. “Фиалка” наша. Ты не можешь отдать ее ему. -Я ничего никому не отдаю. -Я не смогу с ним работать! -Даже ради “Фиалки”? - спрашиваю я. -Нет, только не ему, - говорит Илья, - почему ему? Завещай ее кому угодно. Хоть первому встречному! -Ты знаешь, что о первом встречном не может быть и речи. А Роман справится, я в нем уверена. Меркурьев садится за стол и обхватывает голову руками. Я чувствую себя хуже некуда - знала, что он отреагирует негативно, но должен же он понимать. Подхожу сзади и кладу ему руку на плечо. Я как будто готова извиняться, какая глупость, я имею право распоряжаться своей собственностью. -Я не смогу делить “Фиалку” с ним, - произносит Илья. -Не надо ничего делить. Я пока еще жива. Все будет как раньше. Я же не дарю кофейню Роману, просто перепишу завещание. Может, я сделаю это много раз. -Жанна, пожалуйста, не думай, что я хочу от тебя что-то получить. Но “Фиалка”! Почему ему? В конце концов, почему ты не перепишешь завещание на маму? -Ты знаешь почему. -Нет, ты не поняла. Если кофейню унаследует твоя мама, я смогу с ней договориться, чтобы все осталось как есть. И все продолжится. Ты знаешь, я не брошу “Фиалку”! -В таком случае ты не бросишь ее, если ее унаследует Рома. -С ним я не смогу, - отвечает Меркурьев, качая головой, - или сам уйду, или он меня выживет. -Илья, это окончательное решение, - повышаю голос я, затем пытаюсь смягчить, - в конце концов, я могу еще долго прожить. Может, через пару лет мы разоримся, и “Фиалки” не будет, а я еще буду жить, и мы откроем что-нибудь новое. Я хочу сказать, что нашу будущую кофейню в Кадигорске я завещаю Илье, но друг опережает меня: -Может быть. Все может быть. Действительно, последние двадцать лет ты постоянно себя хоронишь, а с такими твоими решениями еще неизвестно, у кого раньше инфаркт будет. -Хватит, не говори ерунды, - тут же вскипаю я, - вы все, в отличие от меня, проживете еще долго! Не только меня, но и друг друга своей враждой в могилы сведете! Я уже устала прыгать между вами. С этими словами я подхожу к кулеру и наливаю себе воды. Помолчав и тяжело вздохнув, Меркурьев встает из-за стола и говорит: -Жанна, я давно собирался тебе сказать... Тебе плохо? -Нет, - отвечаю я, глотая таблетку. -Уверена? -Да. Просто последние дни слишком нервные. Что ты хотел сказать? -Ничего. Пойду выпью кофе, мне надо успокоиться. -Договаривай, раз начал. -Не нужно, только поругаемся. Дай мне время переварить твою новость. -Хорошо. И ещё – ты будешь запасным наследником, не думай, что я полностью исключаю тебя из завещания. Поморщившись, Меркурьев выходит из кабинета. Я допиваю воду и выкидываю стаканчик. Интересно, кто-нибудь кроме Ильи успокаивается с помощью кофе? Хотя, кофе в моей “Фиалке” сможет поднять настроение любому. Надеюсь, Илюша сможет понять меня, и этот разговор не скажется на наших отношениях. Ладно, пора собираться, а то опоздаю на девичник. После девичника я любуюсь кулоном, который подарила мне Света. Очень красиво, хорошо, что она сделала это сегодня, на свадьбу я обязательно надену его. Весь вечер Света была немного странной - словно она не рада или очень устала. Хотя мы все устали, конец рабочей недели. Надеюсь, к субботе она повеселеет. Я уверена, Света лучше провела бы время на моей свадьбе, сели бы пришла туда со своим новым мужчиной. Она нас еще не знакомила, но ясно, что он есть - Света периодически уходит куда-то, оставляя детей с нашей мамой, у нее появляются украшения, явно купленные не на ее зарплату, иногда у мамы дома я вижу букеты цветов. Мне казалось, сестра познакомит меня с ним до моей свадьбы, этот товарищ не был еще ни на одном семейном празднике, хотя отношения у них уже не меньше полугода. Конечно, не мне ее упрекать, я сама познакомила Рому с мамой и Светой, когда мы уже жили вместе, но что поделать, если в праздники у меня самая работа. У Светы другая ситуация, наверное, она просто пока не хочет знакомить его со своими детьми. Еще ведь непонятно, как на появление у нее мужчины отреагирует ее бывший муж. Кстати, может, сестра делает мне одолжение - если ее новый ухажер такой же козел, как оба бывших, на моей свадьбе его точно не надо. Почему Свете так с мужиками не везет? Нормальная, симпатичная женщина, как она таких только находит? Надеюсь, в этот раз будет по-другому. Беру телефон, чтобы позвонить Роме, у которого должен уже закончиться мальчишник, но вижу пропущенный вызов от мамы. Догадываюсь, что сейчас услышу, но делать нечего, приходится перезванивать. Заодно и про завещание скажу. Стараюсь настроиться на разговор, но не помогает – мама сразу начинает с причитаний по поводу моего сердца. К счастью, она не знает, что эту неделю я чаще пью таблетки. Слушаю маму дальше, а она не так уж и не права – да, открытие филиала и свадьба – это большая нагрузка на меня, сегодняшний день с девичником и разговором с Илюшей особенно тяжел. Да, можно сказать, я себя не берегу. Но что делать? Не заниматься "Фиалкой”? Ни за что, она моё все. Отменить свадьбу или хотя бы девичник? Тоже глупо, я не могу совсем не жить. Итак ничего себе не позволяю. Этот сложный период жизни пройдёт, и все будет хорошо. Но маме объяснять бесполезно, приходится выслушать её и пообещать быть осторожнее. Мамин звонок портит мне настроение, да ещё мне никак не удаётся дозвониться до Ромы. Что-то у них затянулось, надеюсь, он скоро придёт. Борюсь с желанием поехать в "Фиалку", Роме это не понравится, а он должен скоро вернуться или уже быть дома. Но в квартире Асмодина ещё нет. Трубку он по-прежнему не берет, я уже начинаю волноваться. Хотя это мальчишник, конечно, они развлекаются, Рома не должен страдать из-за того, что мне ничего нельзя. Пусть хоть без меня расслабится. Надеюсь, он не зайдет слишком далеко. Пока будущего мужа нет дома, мою ванну и включаю воду. Полежу с книжкой и чашкой чая, после такого дня мне очень нужно расслабиться. Подхожу к книжному шкафу и закипаю от раздражения - как не вовремя Роман затеял ремонт. Теперь я даже книгу не могу достать - он отодвинул шкаф так, чтобы дотянуться до моих любимых детективов я должна залезть в щель между стеной и шкафом, перешагивая через провода! Мог хотя бы убрать за собой! Да и шкаф можно было развернуть задней частью к стене, как я теперь туда пробраться должна? Но делать нечего, осторожно протискиваюсь между стеной и полкой с книгами. Не успеваю выбрать книгу, как сквозь шум воды слышу, что открывается входная дверь. Рома вернулся! Сейчас я ему все выскажу! -Иди сюда! - кричу я, - что ты здесь устроил? Пока он идет, достаю детектив, не зря же сюда лезла. -Ром, что молчишь? - спрашиваю я, - слишком хорошо погуляли? Шаги приближаются, и мне кажется, что это не шаги Асмодина, хотя из-за шума воды сложно точно понять. И почему он молчит? Но если это не Рома - кто может зайти в мою квартиру? Встаю на цыпочки, чтобы рассмотреть вошедшего, и тут книжный шкаф опрокидывается на меня. Вскрикивая, я роняю книгу и пытаюсь удержать его. Но бесполезно - кто-то с другой стороны придавливает меня шкафом к стене. Задыхаясь, я сопротивляюсь изо всех сил, но человек с другой стороны явно сильнее меня. Внезапно грудь и руку пронзает острая боль, в глазах темнеет, я опять вскрикиваю и сползаю на пол.