Ghost love

      Пейтон закончил свою лекцию и собирался к пустой квартире, где его никто не ждал. Однако ему перегородил путь ректор вуза. Пейтон лишь недоуменно посмотрел. — Вы что-то хотели, мистер Клаус? — улыбнулся парень, спрашивая о причине его остановки. — Да, мистер Мурмаер. Пройдемте в мой кабинет. — улыбаясь, сказал ректор.       Пейтона немного это насторожило. Зачем вдруг он понадобился мистеру Клаусу? Неожиданная премия? Навряд ли. Но это было бы неплохо.       Они прошли к кабинету ректора. Пейтон сел в кресло, как и мистер Клаус. — Мистер Мурмаер, думаю, вы задумываетесь, зачем я вас вдруг неожиданно позвал к себе? — Разумеется, — Пейтон немного нервничал, хотя не было для этого причин. — Не бойтесь, я с хорошими новостями, — будто бы заметив панику парня, произнес с улыбкой мужчина. — Что же, я во внимании, — может быть, Пейтон надевал маску безразличия, чтобы скрыть все негативные мысли, отрицательно влияющие на него. Да-да, этот человек хочет помочь другим, не зная как помочь себе. — Итак. За огромные заслуги перед нашим вузом, мы хотим вам предложить кое-что, — с предвкушением заинтересовал мужчина. — Что за предложение? — Пейтон не любил задерживаться на работе. После работы он хотел просто сидеть в одиночестве, рассматривая различные причудливые созвездия на небе. Ну или просто всматриваясь в темноту, искать тот лучик спасения, который бы спас его из круга грусти.       Был ли Пейтон пессимистом? Нельзя дать точный ответ. Может и да. Но он видел смысл своей жизни помогать увидеть смысл жизни другим. Пускай его затягивает тот всемирный круговорот печали, в котором увязают все, но Пейтон хотя бы поможет некоторым вырваться оттуда.       Как же он помогает другим, не помогая себе? Он просто не задумывается, представляя, что, спасая тех людей, спасает себя. И в глубине души, может, ждет, что кто-то возьмет его за руку спящего и вырвет из темного круговорота печали, который с каждой секундой уговаривает остаться тут.       После лекций он как-то резко менялся. Словно звездочка на небе, которая с рассветом потухает, но ночью, снова восходя на небосклон, ярко-ярко загорается.       Мурмаер чувствовал облегчение, словно темный камень, так долго лежащий неподвижно, сдвигается. Рассказывая о каких-то темах, брюнет будто бы изливал через них тайно свои мысли, свои страдания, всё то, что мучает его. Это был словно звук SOS, который должен понять и услышать лишь особенный человек. Но этот человек всё еще не услышал и не понял, что брюнет ждет, когда тот спасет его из вечного круга боли. — Итак… — стуча пальцами по столу и изображая барабанную дробь, продолжил мистер Клаус, — наш вуз предоставляет вам возможность переехать в более большой дом! — радостно воскликнув, закончил победоносным взглядом ректор. — Вы можете воспользоваться этим предложением, ну или же нет, вам решать. Жаль будет, если откажетесь. Дом очень хороший. Правда, немного далеко от нашего вуза и придется жить отшельником, но есть один парень, который будет навещать вас. Ну, каков ваш ответ? — Я подумаю, — коротко ответил Пейтон. — До свидания. Я завтра скажу вам своё решение, — и вышел, не дождавшись ответа.       Пейтон не был замкнутым человеком. Просто не любил говорить о себе людям, которые распространяют слухи со скоростью секунды, так еще и перевирая. Он был более безразличным.       Единственное, что его радовало — любимая работа и семья.       Просто в детстве ему пришлось нелегко. Да и на его огромную любовь к работе повлиял один случай, который потом как-то расскажем.       Пейтон, может быть, уже согласился бы, но стоит поинтересоваться у родителей. Ведь если он так далеко переедет, значит дольше придется приезжать к родителям.       Мурмаер очень надеялся, что его родители согласятся, и он сможет проживать в том огромном доме, о котором так восхвалено говорил ректор.       Ему нужен был дом, в котором можно было погрузиться в свою печаль и тишину с головой, тем более дом достался бы бесплатно, а не маленькая квартира, в которой за стенами орут дети.       Пейтон просто ждал спокойствия и чего-то еще, что тщательно отмахивал от себя…

Пейтон, тебе нужно счастье, а не повседневная рутина