Ghost love

      Пейтон всё отдалялся и отдалялся. Ноен не очень расстраивался, так как имел собственный план по тому, как уговорить Пейтона стать призраком.       Почему Мурмаер не думает, что это очень хорошо? В этом есть сплошные плюсы. Правда, будет неприятно делать суицид, но это стоит того.       Пока брюнет делал свою работу, Ноен вынашивал свой план. Абсолютно все продумывал и думал об этом. Парни отдалялись, но Юбенкс хоть делал шажки для былого сближения, а Пейтон совершенно забылся. Его день состоял из одной работы, в то время как голова блондина была забита мыслями о брюнете.       Ноен не обижался на парня, когда тот подолгу не общался с ним, ведь скоро должно было произойти то, что кардинально бы изменило их жизни.

***

      Пейтон проснулся в какой-то день и, сонно потянувшись, стал сразу же одеваться. Работы ещё было много, а хотелось сделать её наконец-то, чтобы оставалось время на Ноена, а то он какой-то обидчивый, вон даже идеи сумасшедшие придумывает. Он усмехнулся, вспомнив мысль Юбенкса.       Спустившись на первый этаж, его сначала поразила абсолютная тишина, однако вскоре раздался телефонный звонок. Брюнета удивило, что кто-то звонит, поэтому он немедля поднял трубку. — Алло, мистер Мурмаер? — оказалось, это был мистер Клаус. — Да, это я. Что-то случилось? — не на шутку испугался парень. — Не хочу вас огорчать, но… Вы уволены. Мы нашли нового, более опытного, специалиста и, к сожалению, мы должны вас уволить. Приношу свои извинения. — Что за… — не успел он договорить, как трубку сбросили.       Щеки стали щипать подступающие слезы, а в горле образовался ком. Он не понимал почему. Все же было хорошо?.. Где же теперь искать работу? Мурмаер не представлял себе дальнейшей жизни. — Что случилось? — появился ниоткуда взявшийся призрак, обнимая его и спрашивая. — М-меня… уволили… Я-я не знаю что делать… Я просто в отчаянии… — брюнет не сдержался и заплакал от безысходности. — Тише, тише, — обнял Ноен его, желая приободрить. — Может, оно к лучшему. Ты сможешь стать призраком, и мы будем вместе вечность… — Да что ты прицепился с этим ко мне?! — крикнул в слезах парень и убежал, удивленный тем, как его парень может о таком говорить, вместо того, чтобы поддерживать.       Ноен лишь ухмыльнулся, даже не предпринимая попытку его догнать, так как всё было под контролем.

***

      Пейтон не выходил уже второй день из комнаты. Ничего не хотелось — ни есть, ни пить, ни спать. В голове все крутились слова ректора. Он просто не понимал за что, ведь он считался лучшим, одним из добросовестных работников. — Пей, солнце, тебе надо поесть. Ты уже второй день не выходишь, так и до анорексии недалеко… — появился Ноен, ложась рядом и целуя того в висок. — Анорексия — психическое состояние, а не физическое, — буркнул недовольный парень, морщась от любых прикосновений и закутываясь сильнее в плед. — Хаха, если бурчишь, значит это уже хороший признак, — беззлобно рассмеялся блондин. — Все равно поешь, — заботливо гладя волосы парня, пытался уговорить он. — Не хочу. Оставь меня в покое… — Хорошо, раз ты так просишь… — Ноен ушел, злобно улыбаясь.

***

      Пейтон скатился по стене, рвав волосы на голове и задыхаясь в слезах. Ощущение словно весь мир решил поиздеваться над ним в это и так тяжёлое время.       Дело в том, что около часа назад ему позвонили и сказали, что его родители попали в автокатастрофу и сразу же погибли на месте.       Пейтон плакал без остановки. Это была его семья, любимые, родные люди, которые воспитывали его все детство и отрочество. Что-то в его голове щёлкнуло, и он решил: Ноен прав.       Что его держит в этом мире? Ничего. Ни любимая работа, ни родные люди.       Пейтон пошел в ванную и, найдя лезвие, провел несколько глубоких вертикальных порезов на руке. Его пронзила боль, но она не сравнится с моральной.       Время текло слишком медленно, но вскоре парня стала окутывать темнота, обволакивающая и успокаивающая.

***

      К двум серым могилам прибавилось ещё одно темное надгробие.       Но несмотря на это, Ноен и Пейтон обрели свободу и стали по-настоящему счастливыми. Им предстояло прожить друг с другом целую вечность и больше…