Замечательный сосед

Широко зевнув, Брок перевернулся на другой бок и натянул лёгкое одеяло на голову. Опять он забыл плотно задернуть шторы, и утро не преминуло напомнить о себе ярким солнечным светом. Как ни странно, голова абсолютно не болела. Чем же он вчера был таким занят, что… Брок резко сел. Комната, где он проснулся, была ему кромешно незнакома. Светло-зелёные, приятного такого оттенка, стены, лёгкие занавески, не закрывающие и половину огромного, во всю стену, окна, громадная, королевских размеров кровать, много наваленных вокруг подушек и два одеяла прямо кричали о том, что он не совсем дома. Но что стало с памятью? Видимо, вчера они снова нажрались в баре с Роллинзом, и он снял какого-то приличного мальчика, не вытолкавшего пьяного в дупель любовника за дверь сразу после секса? Но голова-то не болела. Поднявшись, Брок добрёл до окна, выглянул на улицу. Нет, пейзаж знаком. Ист-Вилидж. Вот реально знаком. Его это окно, но вот цвет стен, занавески и кровать… Брок снова осмотрелся. Всё вокруг было знакомо-незнакомым, и, в чем дело, понять никак не получалось. Может, он не пил, а головой ударился? Телефона на столике рядом с монстро-траходромом не обнаружилось. Сука-память услужливо напомнила, что он всегда его на зарядку ставит в гостиной около телевизора. Почему же все остальное было чистым листом? Выглянув в гостиную, Брок присвистнул. Тут тоже все было не так. Совсем не так, как он помнил ещё вчера. — Что, блядь, за нахуй? — Привет, — молодой мужчина с длинными волосами и очень странным протезом вместо левой руки улыбался ему, как дорогому гостю. — Я завтрак приготовил, кексы с черникой, как ты любишь… Мужчина посмотрел на Брока внимательнее, похоже, ему показалось, что что-то не так, слишком внимательно он вглядывался в Брока. — Я — Баки. Мы соседи, — наконец сказал Баки слегка растеряно. — Ты как? — Соседи, — повторился Брок, оглядывая «соседа» с ног до головы подозрительным взглядом. — Мужик, я тебя не помню и вообще всё это тоже не помню. Я напился и с лестницы ебанулся, да? — Почти, — чуть улыбнулся Баки, накрывая на стол. — Садись давай. Врачи сказали, что память сама вернется, а пока просто живи. Не заморачивайся. Если что, я подскажу. Вот соседа Брок точно не знал, хотя лицо и видел где-то очень давно. Больше его волновал сам факт наличия чужого человека на своей территории. Не то чтобы он был совсем нелюдимым социопатом, но и гостей приглашал не так уж и часто, да и то старался выпроводить, никого не оставляя на ночь, а тут сосед. И, если судить по кексам с черникой, неплохо его знающий. Если этот Баки и кофе правильный сделает, то Брок вообще перестанет что-то понимать. — Мы вместе работаем? — поинтересовался Брок, устроившись за столом. Вот его он помнил. Тяжёлый, массивный, не с первого раза с места сдвинешь, и трахаться на нем круто. Последняя мысль сбила. Брок провел ладонью по тёмной дубовой столешнице. Когда это он успел потрахаться на любимом столе? Обычно одноразовые любовники обоих полов не удостаивались чести посещения берлоги. — И работаем тоже, — улыбнулся Баки, поставив перед Броком большую кружку, полную черного кофе, крепкого и без сахара. — Но у тебя отпуск по ранению, выйдешь, когда все вспомнишь. По действиям Баки Брок мог легко понять, что этот Баки здесь частый гость, знает, что где лежит, кладёт на место, если больше не нужно, и вообще на кухне у него полный порядок. — Так что ешь кексы, а вечером пойдем в зал, — обрадовал Баки. — Голова у тебя цела, значит, можно. И даже нужно. Кексы были хороши, идеальны даже. Кофе выше всяких похвал и именно той безумно дорогой редкой марки, которую предпочитал Брок. Этот Баки знал многое, двигался естественно для человека постороннего и вообще создавал очень уютный и домашний образ. Брок даже тряхнул головой. Надо было доедать и звонить Роллинзу. Только этот пройдоха мог нормально прояснить, какого чёрта в его доме сосед появился. — Значит, и в зал я с тобой езжу, — хмыкнул Брок. — Не всегда, — Баки сел напротив Брока с большой, как у него, чашкой, только там, казалось, было одно молоко, и бухнул туда пять ложек сахара. — Мне не обязательно, но с тобой за компанию очень даже ходится. — А не слипнется? — сорвалось с языка Брока прежде, чем он успел захлопнуть пасть. — Не-а, — улыбнулся Баки. — Мне повезло, могу всё есть в любых количествах, и ничего мне не будет. — Ведьма, — буркнул Брок и взял с тарелки второй кексик. Когда с завтраком было покончено, Брок обошёл свою-чужую квартиру, изумляясь изменениям. Теперь сразу было понятно — здесь жили, а не просто вваливались пару раз в неделю переночевать, заботились об уюте. Найдя телефон, Брок повертел в руках незнакомую модель, но пароль оказался тем же, что и на прошлом аппарате, и набрал Роллинза. — О, проснулся, как голова? Не болит? — тут же, без приветствия, хоть что-то в этой жизни осталось неизменным, спросил Роллинз. — Док обещала, что ты как новенький будешь, но мы переживали. — Нормально, — Брок покосился на запертую дверь. — Но что за мужик у меня в доме? — Значит, всё же амнезия, — голос Джека переменился. — Сосед это твой и наш новый снайпер, уже полгода живете вместе. Ему ведомственное жилье всё выделить не могли. Мыкался по базе и, вот, ты предложил соседнюю спальню. Помнишь, Джон у тебя так же жил? — Помню, — ответил Брок. Он и правда помнил тот момент, когда Таузига мать из дома попёрла и ему негде было приткнуться. — А потом тебе понравилось. Барнс парень неплохой, домовитый. Ты сказал, что приятно возвращаться в квартиру стало. Брок влез в шкаф за сумкой для зала, попутно переваривая разговор с другом. Действительно, это было на него похоже — предложить помощь, но вот оставить жить… — Ты что на обед хочешь? — позвал Брока Баки. — У нас курица есть, филе, можно запечь в сливках. Можно пасту с чем-нибудь сделать. Или давай в магазин съездим, купим еще жратвы. Всё равно надо. А сегодня пятница, народу много днём не будет. Баки очень быстро прибрал на кухне и прислушивался к тому, что там творил Брок. Тот звонил Роллинзу, ну, а кому же ещё, как не закадычному дружку? Сам Баки уже давно бы Броку всё рассказал, и то, что они вместе и даже собирались пожениться, и то, что живут в этой квартире уже год, но хотелось ещё раз завоевать Брока. И не в процессе военных действий, а так, как у нормальных людей. Походы в кино, совместные завтраки и ужины, просто провести с Броком время, пока его снова не послали на очередное задание непонятно куда. И для этого Баки всех специально попросил ничего Броку не рассказывать. Пусть все идёт своим чередом. Предложение о совместном походе в магазин озадачило Брока. Зачем? Он и до «соседей» не особо любил шопинг, а уж ехать вдвоём и тратить время обоих жителей квартиры как минимум глупо. — Напиши, что тебе надо, а я на дом закажу, — крикнул Брок, взвесил в руке спортивную сумку и уронил её на пол. Зачем так рано собрался? Вечером же в зал. Можно было, конечно, наведаться сейчас к кому-нибудь из старых знакомых. Амнезия же не повод лишать себя отличного секса? — Я лучше съезжу, — не согласился на заказ онлайн Баки. — Люблю ходить по магазинам. Тебе что-нибудь купить? Баки не ждал особо, что Брок с ним поедет, он не любил магазины, но иногда составлял Баки компанию, чтобы будущий супруг не страдал один. Вернее, в итоге страдал всегда Брок, дергая Баки. Брок окинул внимательным взглядом свою комнату и соизволил выйти в гостиную, чтобы сунуть нос в холодильник. Да и неправильно было разговаривать с Баки через дверь, даже несмотря на то, что вспомнить соседа никак не получалось. Бросив на Баки внимательный взгляд, Брок проинспектировал кухню и быстро набросал на клочке листа, вырванного из блокнота, то, что для него требовалось. — Если тебя, конечно, не затруднит. Вообще я и сам мог бы. Все равно по блядям пройтись хочу, но ты уже собрался, как я вижу. Брок лукаво подмигнул соседу. Этот Баки и правда был хорош, несмотря на отсутствующую конечность, да и с таким крутым протезом это было не критично, но широкие плечи, раскачанную грудную клетку и шикарную задницу Брок оценить успел. — По блядям, значит, — Баки старался принять эту новость спокойно, без истерики, ведь он сам захотел весь этот цирк. Но вот тут уже захотелось всё прекратить и рассказать, как есть на самом деле, но… он не стал. Просто погрустнел, сжав зубы до хруста, чтобы ничего не сказать, и почти весело улыбнулся. — Тебя ждать к ужину? — только и спросил он. — Я думаю, запеку мясо, как ты любишь. — Да не гомонись ты, — хмыкнул Брок. — Не выгоню, хоть и не помню ни хрена. Роллинз сказал, что ты мужик хороший, а ему я как себе верю, так что кормить меня усиленно не надо. Заебусь трахаться, чтобы всё это согнать. Что-то было не так. Брок чувствовал, что несёт ересь, что так нельзя, но определить адекватную причину этого «нельзя» никак не получалось. — Ладно, бывай. Брок хлопнул Баки по плечу, забрал из комнаты спортивную сумку, ну, а вдруг таки доедет до зала, и выкатился из квартиры искать свою крошку. Он же не мог и ей изменить? Баки медленно сел на стул и схватился за голову, дернув за волосы. Баки знал, что Брок был тем ещё первым парнем на деревне, и тогда у них всё получилось довольно быстро на волне спасения Америки. А теперь у Брока была куча времени и идей, как это время потратить. Баки понимал, что назвать поведение Брока изменой нельзя, ведь он даже не знает, что у них отношения. И кольцо для него лежит у Баки в комоде, он хотел ему подарить, но тут очередное задание, и, вот, — Брок без памяти. Надолго ли? Но Баки отступать не собирался. Раз решил завоевать Брока заново, то так оно и будет. — Я все равно планировал сегодня запечь мясо, — сказал сам себе Баки, поднимаясь. Нужно было съездить в магазин и заехать к Стиву, Баки-то отпуск никто не давал, а надо было бы. А то мало ли. *** Брок курил прямо в машине, впервые на своей памяти, но теперь ей не было веры, и откровенно не понимал, куда делось настроение балагурить, стоило ему выйти за порог квартиры. К блядям ехать расхотелось, да и в зал как-то не тянуло. Повертев в руках телефон, Брок кинул его на пассажирское сидение и повернул ключ зажигания в замке. К Роллинзу не поедешь, он на работе, трахаться не тянет, пить слишком рано. Куда не кинь — везде клин. Оставался только зал. Физические нагрузки всегда помогали мозгам вставать на место. Баки решил сначала заехать к Стиву, а потом уже ходить по магазинам. Дела прежде всего. Да и до возвращения Брока, который умотал непонятно куда, было полно времени. Преодолев КПП, Баки быстро добрался до кабинета Стива и вошел без стука. — Прости, что вот так… — Баки даже не поздоровался. — Стив, мне нужен отпуск. И, нет, я всё ещё не хочу прекращать этот фарс, пусть Брок всё сам вспоминает. Стив кинул на него долгий взгляд и указал на кресло, стоящее напротив его стола. — Ты уверен? Хелен говорила, что память может безвозвратно уйти. Наш мозг невероятно сложен, нельзя предугадать, как он отреагирует на воздействие извне. Он может не вспомнить тебя, Бак. Ты готов к этому? Заново все переживать, строить? — А что мне остаётся? — Баки плюхнулся в кресло. — Стив, я без него не могу. Брок… Брок, он — всё. Весь мир, понимаешь? И я его добьюсь заново, чего бы мне это ни стоило. Но мне нужен отпуск. Или, хотя бы, никаких миссий. Я должен быть рядом. — Если нужна будет помощь, любая, сразу звони, — со вздохом напомнил Стив, и, не медля и секунды, подписал бессрочный отпуск для Баки. — Спасибо, дружище, — Баки перегнулся через стол, хлопнул друга по плечу и был таков. Теперь в магазин можно было ехать со спокойной совестью и заманивать Брока на вкусняшки, которые ему было можно. Он провёл в магазине пару часов, не забыв купить всё из списка Брока, и, вернувшись домой, приступил к готовке. В зал можно было не ходить, почему-то Баки был уверен, что Брока там не найдёт или уже, или ещё. Поэтому он посвятил всё время приготовлению любимого Броком запечённого мяса и соуса к нему. И сел ждать, в какой-то момент решив для себя завоёвывать Брока снова. Теперь уже цивилизованными методами, без Гидры. Да и Хелен как-то обмолвилась, что Брок вообще может ничего не вспомнить, а Баки не хотел рисковать, боялся потерять даже такую мизерную возможность быть рядом с человеком, которого так сильно любит. Домой Брок вернулся к шести вечера, умотанный до такой степени, что даже в животе урчало как-то не очень убедительно. Бросив сумку прямо в коридоре, он разулся, молча дошёл до дивана в гостиной и упал лицом в мягкую замшевую подушку. Приятно. Стоило себя похвалить за смену кожаного монстра на это уютное бежевое облако, рассчитанное на посиделки большой компании. Хоть что-то из забытого радовало. Баки дал Броку прийти в себя, не трогая. Тот всё-таки был в зале. Баки принялся накрывать на стол, ненавязчиво брякая посудой. Брок забыл не только его, он забыл Гидру, забыл чуть ли не полжизни, и Баки готов был смириться с тем, что он никогда ничего не вспомнит. Да и хорошо бы, потому что Брок испытывал к Баки очень странный коктейль чувств, которые даже высказать не мог, но вина там была точно. И Баки хотелось, чтобы Брок просто мог любить его без того страшного груза, который был у них за плечами. Просто любить. — Ополоснись и иди, есть будем, — Баки подошел к дивану и погладил Брока по плечу. Брок повернул голову на голос своего соседа. Он снова забыл, что живёт не один. — Привет, Баки, — поздоровался Брок. Вдруг пришло странное осознание, что он рад человеку в своей квартире, живому человеку, громкому, неуместному, но живому. И дело даже не в готовой еде, доставку заказать не такая уж проблема, а в чем-то другом, глубинном. — Привет, Брок, — Баки улыбнулся, радуясь, что тот пришёл домой, а не пошёл блядовать, как собирался. — Я жду тебя за столом. Баки понимал, что может переборщить с ухаживаниями, да еще такими неявными, как кормление Брока, но надеялся, что хотя бы таким образом привяжет его к дому, к тому, что его всегда ждут, даже если он придёт пьяный от Роллинза или Таузига. Но было так грустно и непривычно спать одному в гостевой спальне, а не рядом с любимым мужиком, обнимая его. Угукнув, Брок поднялся, забрал сумку из прихожей и скрылся в своей спальне. Он, конечно, принял душ в зале, точнее, простоял под прохладными струями минут двадцать, приводя мысли и тело в порядок, но все равно с удовольствием вступил в душевую кабину, ткнул пальцем в восьмую программу и растворился в нирване. Тихая музыка, «тропический дождь» сверху и никуда не надо торопиться. Может, и хорошо, что он забыл какую-то часть своей жизни? Если судить по обстановке дома, по отсутствию совместных с кем-то, кроме, разве что, ребят из Страйка, фотографий в телефоне и на полке в гостиной, семьёй или даже постоянным любовником он так и не обзавёлся, а так хоть внеочередной отпуск выдали. Баки слышал музыку из душа и чуть не взвыл. На этой программе они с Броком часто занимались сексом, а теперь он сидел за обеденным столом и кричать хотел от того, что Брок сейчас ничего не помнит и считает себя полностью свободным. Брок не помнил, как однажды устроил в баре драку из-за того, что на его Баки как-то не так посмотрели. Брок не помнил, как сам первый прыгнул к Баки в объятия, хотя Баки уже решил, что ничего не получится. Брок не помнил Баки, и Баки хотелось кричать. Через двадцать минут Брок сидел за обеденным столом, не без удовольствия разглядывая своего соседа. Прав был Роллинз — Баки оказался отличным мужиком и готовил так, что от одного запаха слюни текли. Что там Брок говорил про доставку из ресторана? Ерунда! Вот так запечь мясо мало кто мог. — Слушай, а просвети меня насчёт правил, — попросил Брок, уничтожив свою порцию. — Каких правил? — не понял Баки. — Совместного проживания, — пояснил Брок. — Ну, чтобы я не сунулся, к примеру, к тебе в момент задорной дрочки. Носок на двери или после двадцати трех комендантский час. А то, мало ли, приспичит мне пива попить в хорошей компании, а ты с дамой. — Я гей, — легко сказал Баки. — И не вожу домой любовников. Мне не мешает шум после десяти, и, в целом, ты можешь устраивать дебош любой громкости. Только не жди от меня помощи в приборке дома после подобных посиделок. И готовлю я только для нас двоих. Друг у меня только один, Стив Роджерс, и его я не буду тащить в твой дом. Фамилия друга Баки что-то всколыхнула в памяти Брока, но настолько мимолетно, что он не решился ковыряться во всем этом именно сейчас. Успеется, а вот стремление Баки не усложнять ему жизнь радовало. — Слушай, — Брок чесанул затылок. — Я тот ещё мудак и вообще не привык жить с кем-то. Так что ты меня стопори, если зарываться стану, лады? Я привыкну к тебе со временем. — Я знаю, мне про тебя много рассказывали, — улыбнулся Баки, вспоминая, как узнавал Брока, как по крупицам собирал информацию, потому что с ним не хотели говорить. Как это, открыться Зимнему Солдату, еще прибьет. Но Брок сейчас был в полном неведении о Зимнем Солдате, о том, что их связывало, и вообще был мил и добродушен. Насколько он мог быть таким с мужиком, которого не помнит. — Туше, — фыркнул Брок и предложил: — Ну, что, по пиву? — Можно и по пиву, — согласился Баки. — Заодно на красоток на льду посмотрим. Баки не очень любил фигурное катание, но поражался, как хрупкие люди такое вытворяют. Ему было интересно, сможет ли он также без должной подготовки, но на коньках он никогда не стоял. Когда Брок придет в себя, надо будет сходить с ним на каток, попробовать. Брок аж воздухом подавился. Сразу перехотелось и пива, и компании. О любви Брока к мужскому фигурному катанию не знал никто. Нет, даже не так. НИКТО НЕ ЗНАЛ! А тут сосед, посторонний, по сути, человек — и в курсе. Брок даже Роллинза не посвящал в свою тайную страсть. — Ну, давай, — Брок пристально глянул на Баки и переместился на диван, ткнув на пульте первую попавшуюся кнопку. — Пива захвати! — экран вспыхнул новостной сводкой. — Какой мужик! — восхитился Брок, разглядывая статного блондина. — Вот его бы я трахнул.  — Это мой друг Стив, — пояснил Баки. — Он Капитан Америка. Ты и его не помнишь? Ты с группой на него работаешь. Про заявление, что Брок бы его трахнул, Баки аж перекосило, но он постарался не подавать виду. Только теперь он узнал, что такое ревность. Она черной змеёй свилась за рёбрами в клубок и теперь подтачивала хрупкое суперсолдатское сердце. Брок снова облизал взглядом массивную фигуру Капитана Америки и со вздохом переключил на спортивный канал. — К начальству подкатывать - так себе перспектива, да и, к тому же, такой, скорее всего, по бабам. Даже обидно. Захотелось отвесить Броку подзатыльник. Левой рукой. Может быть, это вернёт ему память о том, что между ними уже всё шло к свадьбе. Но Баки ограничился тем, что кинул в него банкой, стараясь попасть в руки. А хотелось зарядить в лоб. — А откуда у тебя такая любовь к фигурному катанию? — Баки знал, что Брок просто смотрит на задницы, обтянутые костюмом, но было интересно, что он скажет сейчас. — А с чего ты решил, что оно мне нравится? — Брок косо глянул на Баки. — Это ж ты предложил смотреть. — А я как-то увидел, что ты смотришь, — пожал плечами Баки, надеясь, что это объяснение прокатит. Хотя Брок сам ему признался однажды, что любит смотреть на катающихся мужиков. Баки предпочёл парное катание, и их с Броком мнения разделились. Это было давно, а сейчас казалось, что совсем недавно. — Вот оно что, — протянул Брок. Объяснение Баки его нисколько не устроило и не объяснило странной осведомлённости соседа. Он много что смотрел, бывало, залипал на странных австралийских фильмах, но это же не значило, что они ему нравятся. А тут так угадать с фигурным катанием. — Мужики там ничего такие, юркие, и жопы, спандексом обтянутые, — прямо радость для взгляда. Баки сел рядом с Броком, но банку пива открывать не спешил, хотя это было его любимое тёмное нефильтрованное, у которого был особенный вкус. Можно было заговорить о чем угодно, но всё это нужно было откуда-то знать. Брок много рассказал Баки о себе, а тот ему о себе. Они любили друг друга и узнавали друг друга, а сейчас Баки понял, что нельзя вот так вот взять и предложить человеку заняться его любимым делом или поговорить на известную ему тему просто так, без того, чтобы на тебя косо посмотрели. На экране как раз скакал по льду маленький кореец в ярком аляповато-розовом облегающем костюмчике. — Смотри какой, его, наверное, можно в узел завязать, — расплылся в улыбке Брок. Всё же своя прелесть в «соседе» была. Вот, например, можно с ним обсудить корейскую тощую жопу. Баки ничего по поводу корейской жопы не думал, поэтому только хмыкнул и всё же открыл банку с пивом. Ему было почти хорошо. Они часто просиживали с Броком вечера на диване, смотря какую-нибудь херню или вот фигурное катание. Но обычно Баки лежал головой на коленях Брока, и тот бездумно перебирал его волосы и гладил по голове. Этого хотелось и сейчас, но Баки понимал, как будет удивлён Брок, если он положит голову ему на колени. Баки бы точно на его месте удивился. — Ничего не имею против корейцев, но этот слишком мелкий, — всё же нашелся с ответом Баки. — Мне мужики покрупнее нравятся. — Мужики покрупнее редко дают в жопу и выбирают в основном вот таких вот тонких-звонких, — Брок ткнул пальцем в экран. Он и сам любил сильных, плечистых, прямо как его сосед, но в основном ему попадались субтильные мальчики, млеющие от одного взгляда и невинно краснеющие, стоит облапать тощую коленку, хотя в такой же тощей заднице перебывала половина бара. — Не люблю тощих, — признался Баки, хотя Брок это и так знал, только забыл. — Ощущение, что суповой набор ебёшь. А тебе какие нравятся? — Как твой Роджерс, — тут же нашёлся с ответом Брок, вспомнив интервью Капитана. Он ещё хотел сказать, что и сам Баки очень даже ничего, но подкатывать ради одноразового секса так себе идея. — Да, Стив хорош, — согласился Баки, а сам подумал, что шансы у него есть. Осталось только добиться Брока. Но как, он, на самом деле, представлял слабо. Он знал всё, что Брок любит, чего не любит, но вот так вываливать на него всё это… Баки не знал, как действовать, потому что ещё позавчера они были любовниками, а сегодня Брок о нём ничего не знал. После третьей банки пива Брок хлопнул Баки по колену. — Пошёл я отлить и в постель. А ты не скучай. С Баки Броку было спокойно, легко. Странно было это понять после полудня знакомства, а принять то, что он рад такому соседству, ещё более странно. Брок упал на середину кровати, раскинул руки в стороны, уставился в потолок. Было интересно, что с ним произошло, что именно выбило из его памяти и, главное, зачем была куплена такая огромная кровать. Баки посидел еще немного, допивая свое пиво и размышляя, чем ещё можно удивить Брока таким, чтобы вместе провести время. Но в голову ничего не приходило. Тогда у них не было конфетно-букетного периода, они просто сошлись как-то сразу, влюбились всерьёз, а потом все закрутилось, и теперь, в спокойной обстановке, Баки разводил руками, не зная, что придумать. Нужно было продумать завтрак, что-то небанальное, может, даже пирог испечь. Брок любил его пироги. Приняв решение о завтраке, он выключил телевизор, отправил пустую банку в мусор и тоже пошёл спать.